Чудо

Чан устал. Очень устал. Это уже его проклятие. Приходить в этот бар и запивать своё горе. И так последние 150 лет. В соотношении с прожитыми шестьюстами годам, это кажется сущей мелочью, но в то же время это так долго... Кристофер чувствует одиночество. Полнейшее одиночество. Все, кого он знал, все, кого он любил, все, кого он ценил больше жизни - ушли. Больше нет близких, нет знакомых, все канули в лету, ну почти. Пока он продолжает жить - они один за другим обретают покой, получают свою порцию счастья в других людях и только Чан навечно одинок. Временами его одолевали разные мысли. Мол не ошибка ли он судьбы, который не достоин счастья, не достоин найти свою половинку души? Если это не так, то почему до сих пор не нашлось того человека, что идеально бы ему подходил? Ответ прост. Он не достоин, а его Свет души..? Его просто не существует. Нет в этой реальности, в этой вселенной. Чан уже отчаялся его искать. Вечера наедине с алкоголем - наверно единственное, что осталось. Деньги давно потеряли для него свою ценность, общественные отношения, связи - всё это не имеет значения, он даже умереть не мог. Единственное, что осталось - вечность и Минхо. И наблюдение. Чану нравилось смотреть, видеть людей, анализировать. Но смотреть на влюблённых без поглощающей всю душу зависти он не мог. Она была такая чёрная, неприятная, грязная зависть. Зависть к их счастью. Сразу в голове вопросы: «Почему у них есть, а у меня нет? Что со мной не так? Почему этот мир так, черт бы его побрал, жесток?» В обычной жизни Чан как мог старался избегать этих мыслей. Работал работал и ещё раз работал. Не для денег, для забытия. Но ночью... Алкоголь снимал все мысленные блоки, поднимал из адской бездны все тревожные мысли и прокручивал их одну за другой наслаждаясь стараданиями Чана. Но по-другому Кристофер не мог. Он больше не мог спать. Тревожные мысли, что ночью он упустит и так неуловимое счастье не давали закрыть глаза. Помогал только алкоголь. Это был замкнутый круг. Но лучше пострадать пару часов и забыться в беспокойном сне, чем не спать ночами и страдать куда больше, но медленнее, верно? И вот, очередной бокал. Чан хочет забыть. Забыть эту жизнь, забыть себя, забыть как его зовут. А ещё он хочет проснуться. Проснуться однажды и обнаружить, что у него есть тот, кому он может довериться, что у него есть тот самый смысл жизни, который он так давно потерял. Бокал за бокалом. Голова гудит от мыслей. Громкая музыка стучит по вискам. Неприятно. Минхо наблюдает за этой вакханалией из-за барной стойки. Смотрит долго, пристально, протирая очередной бокал, хочет остановить и как-то помочь, но знает, что не в силах, поэтому отставив натертый до блеска стакан куда-то в сторону предлагает безумное. — Чан, что насчёт танцпола? — Скептический от нелепости идеи, помутневший от алкоголя и уставший от всей этой жизни взгляд очень точно передаёт мысли Кристофера насчёт этой идеи. — Я вполне серьёзно. Не хочу давать надежду, но что если один из танцующих, - показывая рукой на танцпол - твой соулмейт? — Не неси околесицу. Я поглядываю на людей время от времени. Будь он там, я бы заметил. — Залпом допив очередную стопку Чан с громким стуком поставил её обратно на барную стойку. — А что если твой соулмейт отходил куда-нибудь пока ты "поглядывал"? — Вопрос так и повис в воздухе без ответа на несколько долгих минут. — Коль это так, то судьба явно издевается. — Очередная стопка опустела. — Существую уже который век, а Радость жизни моей всё не хочет появляться и бегает от меня даже в баре. — Очередная стопка и минутное молчание. — Что если я правда её упустил? Возможно, моё предназначенное счастье как песок утекло сквозь пальцы... — Взгляд куда-то в пустоту, молчание и резкий моток головой, в попытках стряхнуть лишним мысли, а следом и стон боли от резкой пульсации у висков. — Чан, но знаешь что меня поражает больше всего? Отсутствие толерантности к алкоголю. Даже после стольких веков. — Взгляд прямо в глаза. — И прости, что задел. Но может правда потанцуешь? Вдруг он всё же объявится. Этот твой соулмейт. — И зачем вы для всего новые слова придумываете, раньше вот так красиво звучало... Предназначенный, радость жизни, свет души, а не вот это вот всё... — И очередная стопка пополнила коллекцию опустошённых шотов. — Ладно, я схожу, но не думаю что из этого выйдет что-то путное. — И брошенное напоследок: «Это только больше разочаровывает». — Вызвало только грустную улыбку у Минхо. — Хорошо хоть послушал. — Пробурчал себе под нос Хо. — Сегодня моя интуиция точно не ошиблась.

«Tout vient à point à celui qui sait attendre.»

Come a Little Closer

Cage The Elephant

Десятки людей, что извиваются под музыку, и ни к одному из них Чан не ощущает ни капли притяжения. Всё такие-же неразличимые лица, что сливаются в одну массу. Разочарование накатывает волной, грустная улыбка сама собой появляется на губах, а желание снова утопиться в алкоголе вырастает в разы. Чан корит себя. Зря он послушал Минхо, зря снова дал шанс надежде прокрасться в его сердце, ведь теперь всё это отдаёт уже привычной горечью и болью. Вглядываться в лица не хочется, хочется уйти домой, хочется снова погрузиться в мир мечт и фантазий, где он счаслив, со своим предназначенным.. Резко забилось сердце. От чего? Расслабленный алкоголем мозг решил резко включить иллюзии из раздела его мечт и фантазий? Нет, это было бы слишком жестоко. Так неужели... Опьянение сошло на нет, а каждая частичка тела была напряжена до предела. Разширенные зрачки, ходящая ходуном грудная клетка и подрагивающие кончики пальцев. Чан выглядел как наркоман, но его это не волновало. Набатом била мысль: «Найти. Не потерять. Найти. Рядом. Он рядом». Больше ничего. В голове пустота. Чан рвётся сквозь толпу, ведь чувствует Он рядом. Он там. Крис знает. Противоположный конец бара. Люди. Их слишком много. Но Чан ищет. И вот.. Сердце замерло. Он нашёл. Хотелось бежать к нему прямо сейчас, но тело не слушалось. Его предназначенный стоял совсем недалеко, улыбался и сверкал очаровательными лисьими глазами. Дыхание сперло. В глазах резко стало слишком сухо, но моргать сейчас - для Чана недопустимо. Он не мог оторвать взгляд. Сердце переполнило счастье. И эта радость..Крис ощутил себя псом, который наконец нашёл своего хозяина, очаровательного господина своего сердца. Чан не знает сколько времени прошло, пока он просто наблюдал. Но наконец его предназначенный поднял свой взгляд. Они встретились. Сейчас Чан боялся лишь того, что эту бурю ощущал лишь он один, что он один это почувствовал, но судя по удивлению, что так ярко отпечаталось на чужом лице он всё же был в этом сумасшествии не одинок. На негнущихся ногах Чан приближался к своей судьбе. И не мог поверить что это правда произошло. Мысли с трудом складывались в слова и предложения, зато противный собственник внутри него громко кричал и требовал этого мальчишку сгрести в объятия и не выпускать. — Чудо.. — Промелькнула первая мысль, что сама по себе резко вылетела и повисла в пространстве, Чан не успел ничего понять. — Прошу прощения, я Крис, а ты моя судьба. — Чужой лёгкий смешок и очаровательная улыбка. Это всё, что нужно было Чану в этот момент. — Красиво сказано. Мне нравится. Имя твой судьбы Чонин, кстати. — Всё с той же улыбкой проговорил, наконец найденый, предназначенный. — Прекрасное имя, тебе оно идёт. — Мысленно Чан проговорил его уже несколько десятков раз. А этот момент записывался на подкорку в мельчайших подробностях. — Не желаешь пройти со мной? У меня непреодолимое желание узнать тебя как можно ближе. — Чонин резко покраснел, что конечно было трудно заметить под этим неоновым светом, но Чан сейчас обращал внимания на любую мелочь. Он с упоением наблюдал за его Чудом. Прекрасен. Как же его предназначенный прекрасен. — Я только за. Только предупрежу своего друга. И думаю, он меня съест. — Почему? Вы пришли вдвоём, а он не любит оставаться один? — Да, что-то типо этого. Как ты догадался? — С наигранным подозрением проговорил Чонин. — Следил за мной да? — Честно, нет. — Будто сдаваясь Чан поднял руки. — Просто предположил. — На ладно, — протянул Чонин, — я быстро. — И он умчался в сторону танцпола. — Я так долго ждал. Думаю ещё пару минут - это не такая уж проблема.