День истребления

      Восхитительный триумф. Стычка с ангелами, которую большинство персонажей захудалого отелишки смогли пережить, стала самым главным адским событием за… Всё время? Получается, так. Рейтинги передач взлетели практически до рая, и повелитель адского телевидения сам не знал, что радовало его больше, это или же избиение Аластора. Будь он там лично, точно поймал бы оргазм. Но пока «старомодный хрен» ушёл в тень, а это событие всё ещё было на слуху, и ещё долго будет резонировать в СМИ, вплоть до следующей зачистки, которая произойдёт ещё через шесть месяцев.       И у них с Валентино на этот счёт появился план. Башня была достаточно укреплённой, чтобы ни одна райская тварь не попала туда даже со всей решимостью, но снаружи всё ещё было опасно, поэтому все трое основательно блокировали двери, в том числе комнатушку, в которой выбирали остаться на сутки сегодня. На случай, если кто-нибудь из них сойдёт с ума и решит пройтись по городу в тот самый день. Сошли ли эти двое с ума в этот раз? Кто ж знает, но они собирались повеселиться. Если есть шанс, почему бы им не воспользоваться? Тряхнуть стариной, как это называется. О да, очень уж давно они не встревали в настоящие перестрелки. Вокс в последний раз по-настоящему дрался с Радио-Демоном невесть сколько времени назад, а Валентино отстреливал разве что обслуживающий персонал, поэтому и вовсе забыл, когда у него была по-настоящему адреналиновая стычка.       Вельвет участвовать в их сумасбродной затее отказалась. Саму удивляло, как в ней, по всем значениям младшей, мозгов было побольше, чем у них. Да и не сам Вокс полгода назад кричал о том, что идея биться с ангелами самоубийственная? Подводя итог, она пожелала им только не умереть и укрылась в студии. А они умирать не боялись и не собирались. Богатейшие оверлорды вроде них могли позволить себе достаточно убивающих ангелов приблуд, чтобы не бояться вообще ничего. Теперь арсенал Валентино был блистающим во всех смыслах, особенно ему нравилась эта окантовка вокруг его имени на одном из стволов. Чем больше блеска, тем лучше.

***

      Вот-вот крылатые твари собирались спуститься, двое Ви сидели в конце улицы, прямо на асфальте, за неимением никаких лавочек на улице. Может, стоило это исправить? Пялили на багровое небо уже несколько часов, не проронив ни слова. Пока Теле-Демон не решил чуть-чуть развеять тишину. — Волнуешься? — Нет. Но всё внутри бешено колотится. И живот крутит. И холод по спине бегает. — Волнуешься.       Нежно улыбнулся тонкой линией по экрану. Так нравилось, когда мотылёк делился своими настоящими чувствами, а происходило это нечасто. Помимо сказанного было и то, чего Вэл сам не замечал, а именно его побледневшее лицо и чуть подрагивающие руки, к одной из которых Вокс уже было потянулся, но яркая воронка высоко в небе пресекла эту возможность и заставила тут же вскочить на ноги. С хрустом размяв пальцы, плосколицый бросил взгляд чуть выше, к направленным прямо на ангелов глазам Валентино. — Так вот знай, что это их последний день, детка. Не наш.       Обнадёживает, но всё ещё не настолько, чтобы вернуть дар речи. С десяток чёрно-белых уродок пикировали прямо к ним. В этот раз выглядят по-другому. Маски закрывали лицо плотнее, броня закрывала тела целиком, но всё ещё не была достаточно тяжёлой, чтобы как-то сковывать их движения. Воксу же это было только на руку. Стоило хищно улыбающимся существам с копьями оказаться на нужной высоте, тех тут же закрутило и сжало в мучительной судороге. Этого недостаточно, чтобы убить, но более чем достаточно, чтобы парализовать на те доли секунды, которых мотыльку хватало, чтобы высвободить их мозги из черепушек точным попаданием священного свинца. Удивительно, как он с годами не терял этот навык, и даже никудышное зрение ситуацию не портило. Всё-таки в чём-то ты остаёшься хорош всегда, будь то секс, стрельба или рисование.       «ВоксТек. Доверьте нам ваши похороны». Новая идея тут же родилась в квадратной голове, пока остальные электрические снаряды палили в ангелиц, обезоруживая и создавая Валентино больше лёгких мишеней. Сколько же трупов здесь было, всего лишь от них двоих, сколько золотой крови попало на одежду и лица. Это было не просто развлечение, это была демонстрация. Их власть, бесстрашие и способности, которые даже райским воинам могут дать фору. Этот лёгкий, но звонкий звук, когда тела падали на землю. Каблуки рядом застучали активнее. Мотылёк совсем заигрался, теперь превращая пальбу в восхитительный перформанс. Откинутая за спину шуба колыхалась от движений, напоминая чем-то ярко-красную ленту, как у этих тонких девочек в трико, а на лице застыла та самая зубастая улыбка. Больше не боялся. Искренне наслаждался устроенным ими самими же шоу.       Прежде чем грандиозно распасться на куски, ангельские тела буквально поджаривались изнутри, броня плавилась и сливалась с телом. Кому-то везло и они умирали от выстрелов сразу же, а кого-то пропускали и они с ужасающими криками ударялись о землю, извиваясь там и пытаясь отодрать с кожи обжигающий металл, и смерть настигала уже там. Кто-то был умнее. Стал улетать прочь, к другим районам, но другие продолжали наступать, в то время как электрическое поле постепенно ослабевало. Вокс уже выдыхался, а Вэл, казалось, наоборот, только-только разошёлся, переступая с ноги на ногу в каком-то бешеном вальсе с самим собой. Иногда сходил на маниакальный смех, не замечая стекающих по подбородку розовых струек. Завёлся так, что ангелов бояться никогда больше не будет, но всякому веселью однажды надо положить конец. До следующего раза. Вокс нагнал его, всё-таки хватая за локоть. — Поможешь с феерическим апофеозом? — С наслаждением.       Вокс указал пальцем наверх, сразу раскрывая сутенёру свой сценарий этого эпилога. Получив тут же удивлённое присвистывание и очередной комментарий о том, какой же он изобретательный, Вокс оказался на двух левых руках мотылька, расправившего до этого спокойно висевшие крылья. Его сила размаха была посильнее чем у любой из этих сучек, что позволило одним движением оказаться сразу над зданиями. Когда казалось, что ничего больше в этот день потрясти не может, черта впечатлений всё-таки пересеклась. Выглядели они совершенно безумно, такими и были, но подлетающих истребительниц это не смущало. Финал их ожидал поистине грандиозный. Парочка этих наголову больных крепко сжала во всех свободных руках излюбленный Вэлом блестящий ствол, по телу неонового прошлась волна молний, отражаясь в расплавленном магазине и выпуская все пули сразу, резонирующим снарядом, что словно салют линией обвивал и тут же взрывал тела изнутри с восхитительным лопающимся звуком, будто симфония из дешёвых хлопушек с блёстками. Не попавшие в тела пули рикошетили, убивая всех ангелиц, до которых дотянутся, за ними тянулся тонкий голубоватый шлейф молний, дарящий неуловимую агонию, такую быструю, что никто из них даже не успевал понять, что произошло.       Больше никого в этом районе не осталось. Только эти два безумца, завороженные собственным выступлением и не желающие спускаться. Тот самый момент, когда ты выше всего ада и даже рая, оставаясь при этом внизу. Так до студии и вернулись, не спускаясь. Хотелось донести это послевкусие в полном его спектре.

***

— Итак… Этот твой апофеоз действительно впечатляющий. — Я чувствую, что тут должно быть «но». — И оно правда есть. Ты испортил мой любимый пистолет. — В следующую секунду Вокс мог почувствовать, как сзади к нему подошли вплотную, а в спину «что-то», не нуждающееся в представлении, нагло упёрлось. — Тогда… Могу я загладить вину? — Не можешь, chispear. Обязан.