Кассиопея

Яркие звёзды на ночном небе отражались в темной воде. Они были похожи на маленькие японские фанарики, да... Или... светлячки? Да, на них они больше смахивали. Водная гладь была мягкой, хоть мальчик и не мог ее потрогать. Это успокаивало. Соответственно, как и все ночные прогулки юноши. Они часто помогали отдохнуть после тяжелого дня. Федор любил фантазировать поздно ночью. Мысли шли проще и не делали ещё хуже, создавая очередную головоломку. Поверхность воды чуть колыхалась из за слабого ветра. Погода даже смахивала на летнюю. Город спал. Спали деревья, люди, животные, и наконец сама природа. Только лишь изредка можно было услышать бульканье рыб далеко на глубине. Федор дал этому чувству интерпретацию свобода. Тишина и покой, а нужно что то большее? Прогулки поздней ночью умиротворяли. Мало кто знал о ночной жизнедеятельности юноши, что придавало надёжности и уверенности в том, что его никто не потревожит. Хотя...Нет. Дазай определено догадывался. Но это не волновало его пока тот ещё не задавал ему вопросов, по поводу того, почему тот спит на парах. Люди в Йокогаме ночью были не редкостью, так как город пользовался особой популярностью. Особенно - у туристов. Когда то он ведь и сам был таким. Когда мать в первые привезла его в Японию мини-Федя удивлялся всему, что встречалось его взору. От маленьких переулков, украшенных на каждом углу. До гигантских народных зданий, изображений на экранах и символах, в коих он не видел ни смысла. Японский ему удалось освоить быстро. Язык и вправду сложный, но если учитывать то, как даётся Русский другим иностранцам, Японский можно было бы назвать лёгким. Ибо Федор все время ухмылялся, почти смеясь в голос, когда Дазай пытался выговорить очередное русское слово. О... О правилах заикаться даже не имело смысла. Дазай, конечно, даже и не думал об полном изучении русского языка, но, его попытки разобраться в домашнем задании Федора из четвертого класса (это было то тяжкое время, когда он ещё учился в России) раскрывали в Федоре настоящим чувства и оставляли желать лучшего. Вспомнив об Дазае, Достоевский неистово дернулся, почувствовав чужое присутствие. Из мыслей Федю, пожалуй, могло выгнать не многое. Но то, что его остановило, можно было считать многим. — Упс! Я вас задел...Прошу простить! — Юноша. Кажется, ровесник самого Федора с лучезарной улыбкой стоял в полуметре от него, совершенно не смущаясь от такой близости. Блондин был одного роста с Федором, но, все же выглядел чуть старше. Волосы были светлые, внешность явно не японская судя по чертам лица и длинной косе, которую можно было разглядеть если присмотреться. Его одежда тоже была иностранной. Федор бы назвал его братом, но его акцент был лишь схож с русским. Определено славянин, но... — Вы так пристально меня разглядываете, дыру не прожгете? Слова блондина моментально заставили Федора вновь выйти из своих мыслей и понять, что он уже как с минуту просто пялится на незнакомого ему человека. Чертова бессонница, что б он ещё раз на улицу ночью вышел! Не то что бы он никогда не встречал людей, когда гулял поздно ночью, страдая от самовольного режима. Просто попадались всякие. Чаще всего те, что хотели его «снять» реже — те, кто реально был не против пообщаться. С Дазаем, он впринципе, практически так же познакомился. Но это было в начальной школе, когда дружба обусловливалась на любом коротком времяпровождении. Но во взрослом мире все по другому. Обычно люди покидали Федора на следующее утро. Нет. Не потому что тот плохой собеседник или слишком закрытый угрюмый пацан. Просто они такие. Но этот чмырь явно отличался ото всех остальных. — Поздно уже, почему не спишь? — На секунду Федору стало неловко. Задавать такие вопросы после долгой минуты молчания все же сложно. Но заметив улыбку на лице собрата тут же взял себя в руки и успокоился. Он даже и не заметил, как оказывается приятно можно молчать с кем то наедине. (Дазай, к сожалению, не умел молчать) — О.., так мы перешли на ты? — лицо незнакомца слегка освещалось уличными фонарями, от чего казалось ещё приветливее, чем с начала. — Знаешь, мы могли бы... — незнакомец не успел договорить, как Федор его перебил. — Нет. Я не занимаюсь чертовой проституцией для всяких лучезарненьких невинный пареньков. И не знакомлюсь «на час» — Федор, пожалуй, сам удивился своей реакции. Он бы не назвал незнакомца раздражительным, но просто стоя рядом но уже надоедал. Чёртовы суки. Им нужен только секс и лёгкие миленькие школьники! Это было понятно сразу. Никто просто так не подойдёт к нему, не предложив свой член в жопе. В ещё больший ступор ввел резкий смех парня. — Ты забавный. Неужели так часто путают? Ты одет обычно, но внешность определено говорит об обратном, — Он сказал это так спокойно, с каким тоном ещё не говорил ни секунду времени, после того как они познакомились. Федор опустил момент, что они знакомы не больше пяти минут. Может, он и не такой уж несносный. — Блять! Да что ж вам от меня надо то? — Выругавшись, стало немного легче. Но его лицо тут же залилось краской, после осознания того, что ему буквально только что сделали комплимент. Чего. Нет. Определено. Наверное, точно. Ему показалось. Незнакомец был симпатичным. Да. Определено. И комплименты Федору делали... А... Нет. Вообще то достаточно часто. Девушки не гонялись за ним, как на пример за чертовым Дазаем, но вполне могли подарить пару валентинок на четырнадцатое февраля или осмелившись, пригласить на свидание. Очевидно Федор всегда отказывал. Все эти дуры были куклами, гонявшимися за маской, под которой часто приходилось скрываться. И нет. Федор, пожалуй, не считал себя гениальным манипулятором. Но, для того что бы входить в рамки общества, приходилось выкручиваться. Вообще, Федор, наверное любил девушек. И нет. Это относится лишь к отдельным особям. Он любил живых девушек. Абсолютную противоположность себя. Ведь так проще. Простые, прямые люди всегда выигрывают. Ведь усложнять ситуацию не имеет смысла. И этот парень по началу показался именно таким. Но вот загвоздка заключалась именно в том... Да к черту! Почему он вообще размышляет на эту тему? Лишь вновь вынырнув из мыслительного процесса и вернувшись в реальность, он заметил как незнакомец пристально наблюдает за ним с ухмылкой, словно у него все на лбу написано. Или так и было? Твою мать! Заливистый смех вновь раздался по мосту, откликнувшись эхом где то в далеке. — Уже поздно. Мама не поругает? — Мужчина почему то сменил игривый и весёлый тон на заботливый. Но язвительность из голоса не ушла. Точно отец и сын, но словно чуть ближе. Блять. Давай, позаботься о маленьком, бедненьком студенте, педофил. Вот почему ему так не везёт то! Ещё и лицо все горит, он выглядит как какая то девка! Блять! Тихий смешок вновь раздался со стороны. Так много в своей голове Федор ещё не матерился. — Я провожу тебя. Чего. Блять. Он вообще границ личных не имеет? Они знакомы пару минут! И эй! Он пока что не собирался домой. С чего этот мудак решил наделаться ему в няньки! Решился на лёгкую добычу!? — Ты весь горишь. Адекватное мышление покинуло Федора. Да, возможно, он и вправду весь красный из за смущ.. жары. Блять. Нет. И чего он так разволновался? Нет. Определено. Федор никогда таким не был. Спокойный, уравновешенный — лёгкое и краткое описание мальчика. Но что это блять сейчас было? Не.. Погодите... Ай! Лёгкий щелбан по голове заставил вернутся в реальность. — У тебя температура. Ты не в себе, мальчик. Больше Федор уже не помнил. Не знал как согласился на то, что бы незнакомец его проводил. Не помнил как дошли до дома. Не помнил как сам оказался в кровати, с тряпочкой на голове. И вправду славянин. Так же.. в Японии.. не делают... Не помнил как почти отрубился, но подсознание не разрешало заснуть, будто он ещё не услышал что то важное; — Мне пора. Прости, что обломал вечер. Не смог удержаться перед твоим милым личиком. И вообще мне завтра в школу. — В каком ты классе..? — В полусне это звучало, как супер оригинальный вопрос. Но на более Федор был не способен. — Я учитель. Ты, кстати, так и не спросил как меня зовут. Так вот, будем знакомы. Николай Гоголь. — Мм.. А что за школа? — А-а...Да, Федор видно уже не соображал. Странно, что тот не спросил, есть ли девушка у учителя. — Хорикоси.Вряд-ли знаешь, но она не подалеку. А ты откуда? — А.. я.. — Резко замолчав тот не сразу осознал сказанное учителем, а после все посторонние звуки вообще испарились. Он слышал, как хлопнула дверь. Слышал, как отдалялись все дальше шаги. И слышал последнюю фразу учителя. «Ну, раз не хочешь отвечать — спи, увидимся завтра на уроке.»