Удачно это ты застрял!

             Шло их двое. И один застрял…       Но!       Не будем забегать вперёд!       Вокруг давно разрушенного замка царила унылая атмосфера. Плыл сизый туман, в котором, если долго присматриваться, мелькали тени. Трава от сырости гнила, а где-то безуспешно пытались прорастать новые сорняки. Запах от этого стоял соответствующий. Особенных ноток добавляла преющая в лесу листва. М! Ароматы! А ещё нотки разложения и чего-то тухлого. Деревья стояли голые, кроме редких елей, чьи наполненные ядом иглы, опадая на землю, продолжали отравлять её. Необычайного шарма руинам полуразрушенного замка добавляло необъятное кладбище: выкопанные для гробов ямы, покосившиеся от времени надгробные плиты и памятники. И никуда без страшных статуй ангелов и демонов, которые испещрены паутинами трещин, а ещё по ним утончённо расползся ядовитый плющ. Романтика!       И среди всей этой романтики не менее колоритная, чем окружение, парочка нечисти.       — Как тут сыро! — капризно выдал Вампир, сморщив свой маленький точёный носик. Его огромные с алой радужкой глаза, обрамлённые длинными чёрными ресницами, цепко оглядывали местность, пытаясь найти, как перебраться через высокий забор.       Оборотень размышления Вампирёнка не прерывал: обычно вампиры сообразительнее, чем оборотни, а тут как-то наоборот вышло — сам Оборотень бы просто перепрыгнул или использовал когти, чтобы вскарабкаться, как и Вампирёнок мог элементарно обратиться в летучую мышь и перелететь. Но нет же. Чего-то голову ломает. Или он слишком туго заделал волосы? Причёска у него своеобразная: чёрные волосы, заколотые множеством красивых заколок с драгоценными камнями разных цветов, выглядели, как произведение искусства. Оборотня же волновала одежда напарника: мини-юбка, сетчатые чулки, сапожки до колен на невысоком каблучке и корсет с рюшками — и всё это чёрного цвета, что красиво контрастировало с его бледной кожей. Как тут взгляд от жопы с широкими бёдрами оторвать? Особенно когда мини-юбка её закрывала лишь наполовину. А там маленькие трусики, которые только маленький членик и закрывали. И чего он так вырядился? То ли дело Оборотень: идёт в форме волкоподобного человека — изогнутые задние лапы, хвост, вытянутое туловище, длинные руки с когтями и волчья морда. Красота! А с учётом того, что он целиком покрыт серой шерстью, то ещё и тепло и уютно. Вампирёнок же… Взгляд Оборотня так к его жопе и приклеился. Именно поэтому он на шажок позади шёл. Как такой красотой не полюбоваться?       — Я пролезу здесь! — самоуверенно заявил Вампир, указывая пальчиком с длинным, покрашенным красным лаком ноготком на небольшую дыру в стене.       У Оборотня закрались сомнения. Конечно, Вампирёнок тоже не огромный — жопка, может, и широкая, выпуклая такая, но всё-таки он мелкий и росточком не выдался. А сомневался Оборотень, потому что дыра в стене всё-таки меньше, чем жопень чле… кхм… кровососа. Но Оборотень помалкивал. Уж больно на потуги Вампирёнка посмотреть захотелось.       — Я полез! — заявил Вампир.       И он реально полез. И даже залез. Оборотень поставил уши торчком, уставившись на дивный вид красивой попки Вампирёнка. Вампир кряхтит чего-то, ругается непонятно, голову с плечами просунул и застыл, всматриваясь в сад крепости. А Оборотень всматривался в жопку Вампирёнка — это гораздо интереснее, чем всё вокруг.       — Ничего не вижу! — насупился Вампир, скрещивая руки на груди и стуча носками сапог по стене. — Я обратно! Помогай! Я застрял!       Оборотень сделал круглые глаза. Вампир, тихо бурча, что дыры в стенах слишком маленькие и типа не могли побольше сделать, дёргался туда-сюда, тряся своей жопой. Ну, Оборотень и помог. По-своему. Схватившись за обе ягодицы, он развёл их в стороны, любуясь маленьким сморщенным колечком тугих мышц. А какой запах пошёл! Как от самочки во время течки! Вот только Вампирёнок не самка и течки у него не бывает. Но ведь всё равно дивные ароматы! Да и Вампирёнок слишком давно обламывал Оборотня с еблёй. Вот мохнатый и не выдержал.       — Плохой пёсик! Плохой! Сидеть! — возмущенски завозмущался Вампир.       — Сам виноват, — рыкнул Оборотень, утыкаясь в анус носом и зажимая его сдвинутыми ягодицами: так приятно в руках эти мягонькие половиночки лежат! Жопка пахнет вкусно! Высунув язык, Оборотень сунул его прямо в жопку пискнувшего от неожиданности Вампирёнка, обильно смазывая выделяющейся слюной: как такую красоту сожрать не захотеть?       — Дурак мохнатый! — пропыхтел Вампир, упираясь ладонями в неровную поверхность стены.       Нализавшись с дырочкой, Оборотень любовно её чмокнул и, цепляясь за стену когтями, замер пахом на уровне сладкой жопки Вампирёнка. Член охотно вылез из мешочка, ткнувшись между ягодиц.       — Даже не думай! Я тебе не разрешал! — крикнул Вампир.       Оборотень, вытянувшись мордой, облизнулся, всё ещё ощущая на языке особый вкус напарника. И уже даже забылось, зачем они сюда пришли.       Оборотень потёрся членом о дырочку и нетерпеливо заелозил, пристраиваясь к растянутому анусу, с трудом протискиваясь во всё ещё тугое кольцо. Вампир на наглейшее вторжение в свой зад отозвался протяжным довольным стоном, выпячивая зад навстречу огромному члену, стараясь, чтобы он проник как можно глубже. Оборотень прижался к заднице узлом и блаженно выдохнул. Кишка плотно обхватывала хер, а своеобразная прохлада приносила особые нотки — всё-таки вампир, это не человек. Всё же логично! Оборотню с лихвой хватало и собственного жара, который так и хотелось остудить.       Удобнее зацепившись за стену, Оборотень отвёл бёдра, с глухим звуком врезаясь ими в ягодицы громко застонавшего Вампирёнка: он вообще от удовольствия начал плыть. Сам же и виноват, что держал Оборотня на расстоянии всё это время. А теперь его жар словно сжигал изнутри, заставляя всё тело полыхать, а полумёртвое сердце биться чаще. А ещё от каждого нового мощного толчка Вампиру казалось, что ещё немножко и член изо рта вылезет — уж слишком сильная разница в их росте и телосложении. Он так натягивал кишку, что Вампиру мерещилось, что она сейчас порвётся. А раз он боялся — несмотря на то, что был готов вот-вот кончить именно от удовольствия — то дырка сжималась, заставляя Оборотня самого скулить от наслаждения.       — Как хорошо-то! — пискнул Вампир и свёл глазки в кучку, когда взвывший Оборотень толкнулся так, что в жопу залез и узел, отчего показалось, что конец хера реально вылез изо рта: Вампир даже языком подвигал, проверяя это. А потом… Живот резко раздуло от мощного потока спермы.       С довольным рычанием Оборотень отцепился от стены и, раскидывая все конечности, плюхнулся на тропинку. Тихо скуля от бурчания в животе, Вампир царапал ноготками стену, пытаясь прижать руки к жопе, откуда через несколько секунд хлынула сперма — в таком количестве, что будто конь накончал.       — Мог бы и не на меня, — проворчал Оборотень: его же конча попала на него же, запачкав шерсть. Хотя ему больше понравилось, как вязкие белёсые капли стекали по пухлым ляжкам, марая не только Вампирёнка, но и его чулки с сапогами. — Красиво, — протянул Оборотень.       — Придурок! — прохныкал Вампир. — Как я в таком виде теперь ходить буду?! Что на тебя нашло, грязное ты животное?!       — Ну, просто ты крайне удачно застрял, что я не мог отказать себе в любезности воспользоваться твоей дыркой, — оправдался Оборотень, поднимаясь на лапы, в один удар выбивая часть кладки и выдёргивая своего глупого Вампирёнка, даря свободу.