Sweet relief

Чонгук заселился в отель два дня назад. В список его целей входили обычный отдых на пляже, волейбол и парочка знакомств с продолжением восемнадцать плюс. Это всего на пару дней, чтобы разгрузиться, напиться и снова вернуться в рутину. Солнце, море и белый песок должны поспособствовать разгрузке мозга. Казалось, план прост и прекрасен. Пляж за окном, парни там же, иди и наслаждайся. Но в этом солнечном раю завлек его только один странный парень, который манил своей квадратной улыбкой и волосами цвета морской волны в ноябре.

*

В первый же день своего приезда Чонгук выдвинулся на пляж. Атмосфера веселья и беззаботности там окутывала с ног до головы. Именно этого он так жаждал. Запах марихуаны и каннабиса у моря чувствовался не так ярко, как у его дешевого отеля, где парни вечером любили закинуться парочкой сигарет. - Привет, я Джессика, - высокая блондинка с белоснежной улыбкой появляется словно призрак перед носом Чона, стоит только ступить на горячий песок, и протягивает руку. Первое, на что он обращает внимание - это её колыхающаяся после бега грудь, а потом короткие шорты. Девушка явно не из робкого десятка и вряд ли сейчас пригласит его на свидание. - Чонгук, - парень с вежливой улыбкой пожимает ладонь с длинными наманикюренными ногтями. Хоть он и заметил её выдающийся бюст, девушки ему мало импонируют. - У нас недобор в команду. Не хочешь присоединиться? Джессика кивает в сторону волейбольной площадки, где ребята смотрят в их сторону в ожидании ответа. Теперь понятна её уверенная поза и желание познакомиться первой, она - капитан команды. Чонгук соглашается, в конце концов игра на пляже стоит в списке его желаний. - Отлично. Блондинка резво берет его под руку и прямым шагом направляется к ребятам, с которыми быстренько знакомит, после чего начинается соревнование. Ожидания от игры у Чонгука были минимальные, но, как оказалось, он не плохой игрок. Его спортивное подтянутое тело все же помогло набрать пару очков в пользу своей команды. Чонгук играл грубо, от удара рукой, казалось, со временем треснет мяч. Но у всех это вызывало восхищение. Он только улыбается скромно, внешне же выглядит, как машина со своими стальными мышцами, широкими плечами и татуировками на груди. В солнечных лучах на фоне белого песка крепкое тело переливается блеском пота, буквально сияя. Девчонки, которым плевать на игру и счёт, собрались вокруг площадки, чтобы воочию оценить, как твердые мышцы перекатываются под кожей, как напрягается пресс, стоит парню прыгнуть выше волейбольной сетки. Чону такое внимание льстит. Он устало откидывает влажные от пота волосы назад и подмигивает тем самым "фанаткам". В ответ ему летит тихий писк. Определённо это поднимает настроение. - А ты неплох, - хихикает Джес, когда уже все расходятся по своим делам вымотанные, но довольные после жаркого раунда. Парень девушки, Алекс, не стесняется пару раз шлепнуть блондинку по заднице, демонстративно помечая территорию специально для Чонгука. Ещё бы его это волновало, конечно. - Придешь завтра? - Думаю, да. - Класс! Если что, то мы завтра тоже собираемся играть, приходи, - она улыбается и уходит с Алексом в сторону стоянки. Чон задумчиво прослеживает за ними глазами, когда замечает парня в кепке, который катается на скейте, объезжает машины, находясь словно на своей волне. Красно-черная клетчатая рубашка на стройном теле развевается в разные стороны, открывая вид на плоский живот, лицо спрятано под кепкой, видны только кончики светлых волос. Чон ещё пару минут задумчиво следит, как незнакомец удачно выполняет пару трюков, и неожиданно поворачивает голову прямо в его сторону, цепким взглядом хватаясь за сталкера. Это немного отрезвляет и Чонгук устало плетется в сторону отеля, желая лечь и заснуть на сутки, потому что такая игра выжала из него все соки. Остальные планы отдыха ждут до завтра.

*

Чонгук снова оказывается в центре внимания посреди интенсивной игры. В этот раз поклонниц собралось чуть больше, чем вчера. Осталось всего лишь забить один мяч и игра подойдёт к своему логическому завершению, когда он опять замечает парня в клетчатой рубашке. Непонятно почему он смотрит в его сторону, ведь ничего особенного в езде на скейте не находит, скорее ему интересен скейтер. Но в следующий момент, Чон забывает вообще обо всем, потому что мяч прилетает в его голову с такой силой, что под жарким солнцем выбивает сознание. - Ты как? - обеспокоенное лицо Джессики над головой немного пугает, но Чон сдерживает свой порыв дернуться, когда открывает глаза. - В норме. Алекс помогает подняться с шезлонга, на который положили его бессознательное тело, Голова ещё немного побаливает, но не критично. - Помнишь, что случилось? - В голову прилетел мяч. - Болит сильно? - встревоженный Алекс стоит рядом, потому что именно он забил Чону трехочковый в макушку. Они не спеша подходят к парковке. На пляже уже никто не играет, да и закат толкает людей идти в другие увеселительные места. - Слушай, чувак, сорян, что так вышло. - Забей. Что я от удара мячом умру? - хмыкает. - Может тебя подвезти до дома? - интересуется девушка. Она действительно переживает, ведь по её инициативе Чон стал игроком. - Все в норме. Сам дойду, - ободряющая улыбка немного успокаивает блондинку, и она вместе с парнем уходят, оставляя Чонгука одного. Незаметно в поле зрения попадается тот самый парень на скейте, из-за которого ему буквально сшибло голову. Всё тот же прикид и та же кепка. Чонгук не замечает, как стоит неподвижно, несколько минут наблюдая за незнакомцем. В конце-концов парень спотыкается на доске и падает лицом вперёд, выставляя ладони в качестве опоры. - Ты в порядке? - Чон не понимает своего желания заговорить, но все равно подходит ближе, желая хотя бы рассмотреть лицо, удовлетворить свой интерес. Тот садится на пятую точку с тяжелым вздохом и снимает кепку. Его будто бы выцветшие волосы серо-голубого оттенка, едва касающиеся плеч, рассыпаются в разные стороны, гонимые слабым ветром. Несмотря на яркое солнце кожа незнакомца бледная, словно светится. Ясно-голубые глаза обращаются к Чонгуку, внимательно разглядывая с немым вопросом. - Да вроде не умер, - хрипит. - Ясно. Я Чонгук, - протягивает ладонь, ощущая себя полным кретином и этот красивый парень наверняка думает также. - Тэхен. Прости руку не пожму, не хочу делится своей ДНК, - показывает ладонь с царапинами и капельками крови. Шутка доходит не сразу. Но после от обоих слышатся неловкие смешки, немного смягчающие обстановку. Солнце за плечами постепенно садится, целуя последними лучами разгоряченную кожу. Чон все же протягивает парню ладонь, помогая подняться. Серо-голубые волосы падают на лицо, красиво обрамляя точеные скулы и пухлые губы. - Спасибо, - неловко отряхивает колени. - Ты тут впервые? - Да, приехал отдохнуть. Остановился в отеле недалеко. А ты? - Я тут живу. - По тебе не скажешь, - намекает на необычно бледную кожу. - Таким родился, - Ким улыбается кончиками губ и заставляет сердце Чонгука зайтись бешеным ритмом. Они разговаривают от силы десять минут, но он уже хочет на вкус попробовать персикового цвета желанные губы. Сам Тэхен похож на русалку, выброшенную на берег. Его глубокий голос, медленные движения рук и цепкий взгляд пускают разряды тока по телу. Не может быть настолько красивых людей, завораживающих за секунду. - Тебе идёт, - зачем-то говорит вслух. - Вернее... - У тебя есть планы на вечер? - перебивает Ким, понимая, что сейчас будут нелепые оправдания сказанного. - Собирался зайти в какой-нибудь бар. - Напиться и забыться? - с улыбкой хмыкает. - Просто расслабиться. - Не хочешь вместо бара просто выпить у моря? Если тебе, конечно, хочется тишины, а не кучи потных, трущихся о тебя тел. Чонгук не может сдержать смеха на язвительный комментарий. Этот Тэхен явно не любитель толпы. Становится понятным его одиночное катание на парковке. - Если ты приглашаешь, - щурится Чон, - то я согласен. Тэхен улыбается квадратно, поднимая скейт на руки. Они идут бок и бок, неспешно разговаривая о мелочах жизни. От Тэхена веет ледяным спокойствием, совсем не присущим жителям побережья. Он не умеет плавать и суша ему больше по душе, но в то же самое время он любит молча сидеть и наблюдать за волнами бескрайнего моря. Эта загадочность притягивает Чонгука, манит, увлекает. - А чем ты занимаешься? - Работаю в полиции, - просто пожимает плечами. - Правда? - Ким даже останавливается, тупо пялясь на голую грудь мужчины, где расправил крылья чернильный орёл, и переводит скептический взгляд на лицо. - Тату не запрещены, - хмыкает. - И когда работаешь под прикрытием, такая маскировка бывает кстати. - Под прикрытием в виде гангстера? - Типа того. Чонгук поворачивает голову в сторону парня, когда они сидят на прохладном песке с парой бутылок пива, которое посоветовал Тэхен. Пиво на вкус слишком сладкое, сахара в нем больше, чем алкоголя, но всего одна бутылка торкает в голову знатно. Он смотрит на Тэхена, любуясь родинкой на кончике носа. В слабом освещении далёких от берега фонарей её уже видно нечётко, но Чонгук точно запомнил, что она там есть, как только впервые близко увидел лицо парня. Передние пряди волос убраны за уши, придавая более невинный вид. Ветер постоянно гонит их вперёд, непослушно развевая в разные стороны. Тэхен чувствует, как его пристально изучают. Такое внимание совсем не пугает, заставляет кровь приливать к лицу. Может дело во второй бутылке пива или во взаимном притяжении, но парень смелеет и смотрит в ответ также изучающе с налётом улыбки. Чонгук спортивного телосложения. Из-за дневной жары и активной игры на пляже, майка осталась пылиться дома, являя миру крепкий пресс с выделяющимися мышцами, жилистыми руками, с тянущимися под кожей змейками вен. Сам Ким таким похвастаться не может, потому без задней мысли тянется кончиками пальцев к загорелой коже, обводит рисунки, специально задевает ногтем тёмный сосок, на что получает кроткий выдох. Это вызывает улыбку, и парень мимолетно поднимает глаза вверх, чтобы удостовериться - за ним наблюдают. Рука опускается ниже, где косые мышцы уходят в пах. Подушечки пальцев собирают тепло кожи, которое отдается розовым румянцем на щеках. Чонгук задерживает дыхание, стоит руке в дразнящей манере опуститься немного ниже, играючи не доводя дело до конца. Напряжение копится в паху подобно бомбе. Между ними десяток сантиметров, но приторно-сладкое алкогольное дыхание наравне с соленым воздухом кружит голову. Тэхен ощущает импульсы там, где ладонь едва касается края шорт. Его не останавливают, наоборот смиренно ждут продолжения, боясь спугнуть. Чонгук наклоняется ниже, заставляя сердце биться стремительнее. Шум в ушах далеко не от волн прибоя, когда словно в замедленной съёмке шершавые губы касаются его, сминая в плавном поцелуе. Касания максимально нежные без жадности и жестокости. Чонгук тонет в странном парне окончательно, позволяет сесть к себе на колени. Рубашка сползает с плеч, открывая тонкие ключицы. Тэхен податливо обмякает под усилившимся напором поцелуя. Чужой язык погружается глубже в горячий рот, вылизывает небо, имитирует ритмичные толчки в сумасшедшем темпе. Парня жёстко размазывает по песку от нехитрых манипуляций. От представления, что это только лишь поцелуй, разряды тока пульсируют по телу. Ким обеими ладонями хватается за крепкую шею, дышит чаще и интенсивнее ерзает на массивных бёдрах в поисках желанного трения. Крупные ладони ложатся на сочные ягодицы, с чувством сминают через грубую ткань джинсы. Чонгук припечатывает к себе максимально и толкается так, что выбивает искры из глаз. Тэхен хватается крепче за мужчину и стонет громче, не в силах сдерживаться. Напряжённое тело под ним пылает. Ещё немного и они окажутся в заголовках газет, как извращенцы года. Поцелуи посреди пляжа не запрещены, но выдержка катится в бездну, одних касаний губ уже недостаточно, чтобы утолить общий голод. - Пошли ко мне, - шепчет между поцелуями Тэхен. Чонгук без слов поднимается с парнем на руках и сам ставит его на ноги, придерживая за талию. Кладет ладони на красные щеки, чтобы успокоить. Ким берет мужчину за руку и тянет в сторону прибрежных домов. Тех самых маленьких домиков с треугольной соломенной крышей. Доходят до двери в полном бреду, совсем не разбирая дороги. Вваливаются на последних крохах самообладания. Чон не может больше себя сдерживать. Запах карамели, который источает бледная кожа парня туманит рассудок снова. Поцелуй сразу выходит жарким, страстным и до дикого голодным. Губы в бешеном темпе мажут по чужим, собирая крохи спасительного дыхания. Тэхен ощущает, как сильно его хочет Чонгук, как такая же обжигающая волна возбуждения окатывает подобно тайфуну. Тело дрожит от жарких прикосновений, которые и не наглые, а скорее желанные. Он тихонько стонет в чужой рот. Собственный член неприятно упирается в джинсы. Когда Чонгук отрывается от парня, его трясёт от желания зарыться ладонью в длинные волосы и слушать мелодичные стоны на бешеной скорости. Тэхен, как фарфоровая кукла, прекрасен и ясно осознает свою власть, уводя вглубь дома. Небесные глаза сверкают в темноте, маяком заводя в одну единственную комнату. Раздевается сам, позволяя изучать точеную фигуру. Чонгук стоит напротив обнажённого тела, которому могут позавидовать скульпторы эпохи возрождения, и, как и хотел, накрывает крупной ладонью сиреневые волосы, пропускает мягкие пряди через пальцы. Рука опускается ниже к пупку, где от прикосновения пальцев ползут мурашки и дыхание, и так редкое, сбивается нахер. Чон осторожно, чтобы не причинить вреда, смыкает пальцы вокруг члена и придвигается ближе, чтобы дышать прямо в ухо разволнованного парня. Он медленно ведёт кольцом из пальцев вверх-вниз по раскаленной коже. Двигается тягуче медленно, наслаждается короткими вздохами парня. - Ч-чонгуки, - сладко тянет, подгибая дрожащие колени. - Душ? - шепчет. - Угу. - Тебя проводить? - явно издевается, прикусывая ухо, на что получает грубый толчок в плечо. Тэхен разворачивается, сверкая округлой задницей. Приходится подобрать слюни и сдерживать себя. Чон полностью раздевается, ложась спиной на мягкий матрас в позу звезды. Рука лениво надрачивает член, на мясистой головке которого уже виднеются капли предэякулята. Тэхен долго не раскачивается, сразу седлает мужчину в своей постели и кидает рядом резинки и смазку. - Будешь сверху? - Угу, - Ким прикусывает губу в согласии. И наблюдает, как Чонгук размазывает между подушечками пальцев вязкую субстанцию. Одной рукой мужчина оттягивает ягодицу в сторону, а второй аккуратно погружает один палец по костяшки, начиная методично растягивать проход. Их члены слабо трутся друг о друга. Тэхену стоит больших усилий не опустить руку вниз, потому что Чонгук запретил прикасаться к себе, поэтому он немного виляет бедрами, имитируя толчки, желая хоть как-то сбросить напряжение. Руки находят опору на упругой груди, ногти царапают тату. - Ты такой красивый, - Чон не может оторвать глаз от русалоподобной внешности парня. Это складное, прекрасное тело на нем размеренно двигается в попытках захватить крохи удовольствия. Подтянутый живот напрягается от каждого движения внутри, кадык плавно дергается, и на трех пальцах оба с облегчением выдыхают. Чонгук раскатывает латекс по стволу и тянет парня на себя, заставляя лечь грудью. Красная головка проникает между измазанных в смазке ягодиц легко. Эластичные стенки податливо растягиваются ровно до середины, не позволяя толкнуться дальше. - О, Господи, - ахает Тэхен, после чего его увлекают в глубокий влажный поцелуй в попытках отвлечь от возможного дискомфорта. Нагло пропихивая язык так глубоко, что можно сожрать друг друга. Член скользит между сочных половинок, проникает все глубже. Желанная узость сводит с ума и первый толчок откликается болезненным стоном. Теснота одуряюще давит на член, идеально сжимая. - Прости, - шепчет в измазанные слюной губы. - Продолжай, - Тэхен отлипает от мужчины, садясь обратно верхом, совсем не обращая внимания на сказанное. Опирается руками на пресс и поднимает задницу, чтобы смачно опуститься на яйца, скользит вверх-вниз, доводя Чонгука до звёзд перед глазами. Мышцы живота расслабляются полностью, когда член наконец-то полностью оказывается внутри. Тэхен откидывает голову назад, жмуря веки, выцветшие пряди спадают с лица, открывая полное блаженство. Он начинает двигать тазом, практически сам трахая себя увесистым членом, пока его собственный больно бьется о живот, раскачиваясь в такт толчкам. Чонгук грубо хватается за бедра, а потом звонко шлепает по ягодице до громкого писка и дурманящей дрожи. Рука ласково поглаживает больное место, чтобы снова ударить. - Черт, - вымученно стонет парень. Но не от боли, а от дикого удовольствия. Тэхен закатывает глаза, позволяя Чонгуку насаживать себя глубже и таранить задний проход. Ноги разъезжаются в разные стороны. Мокрый, влажный, уже растраханный анус прекрасно принимает венистый член. Внутри скользко, гладко и немного узко, что в совокупности сочетается идеально, позволяя ощутить яркое наслаждение. Тэхен активно двигает тазом, извивается, как змея на шесте. Замыленный взгляд ни за что не цепляется, что раздражает Чонгука. И он садится на постели, заставляя смотреть прямо в глаза. Рука обхватывает талию, притесняя ближе зажимая член парня между животами. Соски трутся друг о друга, вызывая лёгкий будоражащий экстаз. Чон присасывается губами к пульсирующей жилке на шее, мокро вылизывает. Тэхен откидывает голову, позволяет ласкать, пока его заполняют членом снова и снова. Звуки того, как ягодицы шлепаются о яйца, громко переходят на бешеную скорость, потому что теперь Киму удобнее скакать с опорой в виде широких плеч. Ритмичный темп переходит в хаос. Они целуются жадно, кусаются, всасывают губы до синяков. Иногда сбиваются на жалкие чмоки. Тэхен плаксиво хнычет и подходит к самому краю, когда стимуляция доходит до своего пика. Слезы в уголках глаз сбиваются в мокрые дорожки, пухлые искусанные губы искажаются в громком стоне, спина изгибается дугой, насколько позволяет гибкость. Чонгук ощущает, как между их животами густыми толчками вытекает семя. Теснота, в которой оказался член парня, не позволяет сперме нормально выплеснуться. Но никого это не волнует. Ким прикрывает глаза, тяжело сглатывая. Бедра уже не в состоянии двигаться в темпе, поэтому Чон укладывает того на кровать и устраивается между раздвинутых ног. Тэхен укладывает руки на скользкую от пота шею и тянет на себя вместе с тем, как горячая головка снова погружается в нутро. Чонгук привстаёт на локтях и больше не разменивается на ласки, грубо вжимая парня в матрас. Серо-голубые волосы нитями рассыпались в разные стороны, скользя по постели вместе со стройным телом обладателя. Кровать под ними неприлично стучит в стену, простынь мокрая от пота, семени и смазки из незакрытого бутылька. Член до упора таранит растраханый зад и, дойдя до конечной точки, Чон кончает с грубым рыком. Отрезвляющая тишина нарушается сбитым дыханием. Два тела буквально склеились воедино, вымотанные до полного опустошения. - Твою мать, - устало выдыхает Тэхен, когда мужчина падает к нему в объятья. Чонгук не желает сдвинуться хотя бы на миллиметр. Каждая мышца горит от слабого движения, но с огромным усилием он перекатывается на бок, придвигая такое же перетруженное тело к себе за талию и краешком одеяла наспех вытирает выделения с кожи. - Надеюсь, утром ты не обратишься в морскую пену, - сонно бормочет между острых лопаток. - Посмотрим, - загадочно, не без издевки, бросает Ким, засыпая в моменте.

***

Чонгук открывает налитые свинцом веки без особого энтузиазма, просто солнце светит именно в его левый глаз. Он моргает пару раз, привыкая к дневному свету и чувствует легкое шевеление под боком. Знакомые светлые пряди в творческом беспорядке разбросаны по подушке в виде нимба. Но Тэхен совсем не ангел, и даже не русалка, самая настоящая сирена, высосавшая прошлой ночью с невинным видом все силы. Молча любоваться тем, как парень просыпается, так странно и волнительно. Но глупая улыбка, которая озаряет красивое лицо сметает все возможные страхи. Тэхен смотрит прямо, взмахивая пушистыми ресницами. Парень с особым удовольствием зарывается лицом в ключицы, блаженно вдыхая естественный аромат мужчины. Вылезать из постели совсем не хочется, да и не нужно. Прямо сейчас, в эту секунду, ни у кого из них нет желания расцепить объятья, поэтому сегодня у них есть ещё один день для наслаждения друг другом.