Укрытая снегом

В кабинете главного тренера буквально все было перевернуто сверх на голову. Любой зашедший сюда несомненно подумал бы что попал в дурдом, или комнату где взаперти долгое время держали психически неуравновешенного человека, который в припадке гнева сметал вокруг все что только попадалось под руку. Хотя отчасти так оно и есть. Под дневным светом который еле просачивался через приоткрытое окно, опасно блестели небрежно рассыпанные на полу осколки, которые в некоторых углах собрались в такую огромную кучу, что казалось будто бы их намеренно сгребали в горку. Фотографии которые совсем недавно бережно хранились в рамках, вещи, предметы, все это было поломано, разбито, но страшнее осознавать масштаб тех разрушений, что находились глубоко внутри этих двоих людей. Здесь уже ничего не возместишь, не починишь, даже со сроком времени. Опираясь спинами на холодные стены, они сидели по разные стороны на полу друг напротив друга, и пытались перевести дыхание. Уставившись в одну точку, обе молили всех богов о том чтобы найти хоть какой-нибудь выход из всей сложившейся ситуации. Но казалось его уже нет. Тутберидзе шумно выдохнула, впервые за все десять минут нарушая гробовую тишину, и только тогда Женя словно выйдя из транса посмотрела на нее, тут же встречая на себе разгневанные, осуждающие глаза. — Ненавижу тебя, поняла? — Угу… — Не хочу больше видеть тебя, вообще хоть что-то знать о твоем существовании! — Да-да, я знаю… — Ты противна мне, омерзительна, больше никогда не смей приходить сюда! В хрустальный, в мой дом, в мою жизнь, НИКОГДА ТЫ ПОНЯЛА МЕНЯ?! Евгения не выдерживая вскочила на ноги, и без единой эмоции подойдя к женщине, грубо схватила ее за запястье. — Вставай Этери, хватит уже нести эту чушь! — Отвали от меня! — Вставай я тебе говорю — она сильно дернула ее запястье на себя, так что светловолосая звонко клацнула зубами, но и эта попытка оказалась неудачной. Высвободившись из жесткой хватки девушки, Тутберидзе уже хотела снова накричать на нее, как вдруг схватилась за голову, и зажмурившись, начала подрагивать от боли в висках. Медведева медленно присела на корточки перед ней. Положив руку на плечо Этери, она стала грустно наблюдать за ее мучениями, и уже мысленно наказывала себя за то что не успела предотвратить все происходящее раньше. — Почему ты не приняла таблетки? — Я не знаю…забыла, потом…замоталась, была вся на нервах, потом… — женщина говорила сбивчиво, будто на последнем издыхании, из-за чего могло показаться будто у нее паническая атака, но на самом деле так к ней просто возвращался трезвый рассудок — Потом уже случилась истерика, и дальше все как в тумане… — Дальше как видишь дела были не лучше — брюнетка мрачным взглядом окинула кабинет. Оценив всю обстановку, Этери тяжело вздохнула, и наконец почувствовала как к ней понемногу начинает возвращаться память. Она вспомнила каждое брошенное в приступе гнева слово, взгляд, движение в сторону Евгении, и ей стало настолько неловко и стыдно, что по щеке предательски начали течь горькие слезы. Медведева увидела это. Избегая зрительного контакта женщина тут же отвернулась в другую сторону. Она не желала выдавать своего подавленного состояния, представать перед той в таком жалком виде, однако младшая лишь слабо улыбнулась на это, и прильнув ладонями к ее щекам, вынуждала посмотреть прямо ей в глаза. — Все хорошо, я же здесь, рядом с тобой. Давай мы сейчас просто все здесь уберем, ты примешь таблетки, и немного отдохнешь? А потом… — Ты не понимаешь! Я забыла принять эти чертовы лекарства, уже второй раз за неделю, а все почему?! Потому что я не могу больше давиться ими, и не буду, уж лучше сдохну! — Не смей так говорить, ты поняла меня?! — Женя резко встряхнула ее за плечи, и посмотрела таким убийственным, пронзительным взглядом, что кажется это моментально подействовало на Тутберидзе как холодный душ. Шмыгнув носом, она вытерла рукавом оставшиеся дорожки слез, и покорно кивнула. — Хорошо, прости. Прости за то что снова была вынуждена терпеть все это и выслушивать… — Тери… — Прости — оказавшись в теплых объятиях девушки она сразу успокоилась, ей даже на секунду показалось будто все это сон, происходящего не было в реальности, а все проблемы чудом решились сами собой. Опять же удивительно какой сильный эффект на нее оказывала близость с Женей. Словно во всем мире это было единственное лекарство способное ей помочь, излечить не только тело, но и душу, которая долгое время металась не находя себе места, пока не настал момент этих крепких объятий. — Так спокойно… — тихо шепнула тренер. Девушка улыбнулась и еще сильней прижала ее к себе. — Все уже позади, не переживай. — Этери Георгиевна! Обе в страхе отскочили друг от друга услышав посторонний голос за дверью. Вскочив на ноги Медведева помогла подняться Этери, и быстро приведя себя в порядок, тихо подошла к двери. Коснулась ручки, как вдруг остановилась. Посмотрела на старшую. Та кивнула показывая свое согласие. Дверь еще не успела полностью открыться как в кабинет влетел запыхавшийся мужчина среднего возраста. Он был в миниатюрных очках, строгом деловом костюме, и с маленькой сумкой чемоданчиком в руках. Это личный лечащий врач Этери — Виктор Семенович. Он контролирует психическое состояние здоровья женщины, и при необходимости оказывает помощь. Как только ему поступил звонок от Евгении что случился очередной срыв, мужчина без всяких замедлений примчался в хрустальный. Кончено он всегда прикрывался тем что является деловым партнером главного тренера, дабы не нарваться на уйму ненужных расспросов от других людей замечавших его присутствие. — Ну слава богу Этери, ты еще никого не успела убить! — Виктор Семенович, я прошу вас, сделайте с ней что-нибудь — Женя сделала несколько шагов навстречу к врачу. Мужчина знал ее как самую любимую спортсменку Тутберидзе, которую та в свою очередь считает второй дочерью и полностью доверяет. Для них это конечно же было прикрытием.Всю правду об их отношениях ему знать необязательно. — Что случилось? — Она в последнее время очень плохо себя чувствует, сейчас совсем крыша поехала, говорит лучше сдохнет чем будет принимать лекарства которые вы выписали. — Да это так! Потому что мне уже блевать охота от одной только мысли о них! Виктор Семенович почесал подбородок о чем-то раздумывая, после чего тепло улыбнулся, и приблизившись к женщине, положил руки ей на плечи. — Хорошо. Это абсолютно нормально что ты сейчас чувствуешь отвращение к таблеткам. На сеансе мы еще вернемся к этой теме, однако сейчас чтобы не допускать ухудшения твоего состояния, я предлагаю другое лечение. — Ну и что в этот раз? — Я думаю обсудить это с Евгений если ты не против — переглянувшись с девушкой, которая уже в полной решимости стояла рядом, врач замер ожидая вердикта Этери. — Подождите но… — Она не против Виктор Семенович. — Женя! — Тутберидзе хотела возмутиться, однако брюнетка не дала вставить ей и слова. — Если тебе чего-то не нужно знать, значит так будет лучше, верно? — Вы правы Евгения. — Значит мы все решили. Оставив разгневанную блондинку в одиночестве, они вышли из кабинета, и убедившись что поблизости никого нет, начали разговор.

***

— Ну что все понятно? — Да, смешать вот это и это, потом добавить это, все вроде просто… — Я вас прошу не перепутайте ничего в рецепте, это сильные препараты, и важно их правильно распределить. — Да поняла я! Неуверенно, но все же врач отдал пакет с лекарствами Жене. Она не дожидаясь почти выхватила его из рук, девушку раздражала чрезмерная медлительность и настороженность мужчины. — До свидания Виктор Семенович. Он кивнул в знак прощания, и вскоре его силуэт скрылся в длинном коридоре. Стоило Медведевой только зайти в кабинет, как ее тут же схватили за локоть и потащили на диван, который гордо стоял в абсолютной целостности среди остального хлама. — Рассказывай! — Готовьте свою упругую попку Этери Георгиевна — многозначительно ухмыльнувшись, Женя вытащила из пакета уже заряженный шприц, посмотрев на который женщина тяжело сглотнула. — И что это за лекарство? — Пойми, тебе нельзя знать рецепт, так врачи делают всегда с психически неуравновешенными пациентами. Вдруг ты намешаешь себе отравы если будешь невменяемой, или… — Да знаю! Но я же не психически больная чтобы это делать! — Я бы поспорила — Этери хотела кинуть в нее подушку, но младшая быстро перехватила ее руки. — Дурочка, я же шучу просто… — Ты когда-нибудь доиграешься Медведева! — засмеявшись Женя откинулась спиной на диван, и осторожно потянула ту на себя, вынуждая занять положение сверху. Вдруг блондинка начала колотить спортсменку руками, но легонько, как бы шуточно наказывая, на что та не прекращая смеяться, старалась хоть как-то защититься. — Прежде чем меня убить, не забывай что теперь только у меня есть лекарство чтобы тебя вылечить. — Оно всегда было у тебя, просто ты не знала. — Дай угадаю, я и есть твое волшебное средство от всех проблем? — И не только от проблем — старшая в порыве притянула Женю к себе, и та позволила поцеловать себя так, как хотелось тогда именно ей. Это был их первый поцелуй за достаточно долгое время. Несмотря на то что происходит в кабинете сейчас, все же они не забыли о том как в последнее время все больше отдалялись друг от друга. Долго-ли Женя еще сможет черпать в себе силы чтобы помогать не только любимой женщине, но и себе самой тоже? Неожиданно за окном сверкнула молния прерывая их идиллию, и заметив это краем глаза, Тутберидзе вздрогнула со страхом выжидая громкого раската грома. Женя тепло улыбнулась на это. Все же они не чужие друг-другу люди.