Операция под кодовым названием "эндрилы"

— О мой бог! — восклицает Ники громким шёпотом и несколько раз хлопает Элисон по плечу. — Смотри, Эли, смотри! Та на него сначала шикает, следом бьёт по руке и только потом, наконец, реагирует правильно: приоткрывает в удивлении рот и зависает. Ники чуть ли не подпрыгивает от восторга. Боже, Господи, Христос! — Ты видишь то же, что и я? Умоляю, достань телефон, хочу это сфоткать! Обернувшись, он видит, что Элисон не нуждается в напоминаниях и уже находится в процессе поимки кадра. Ещё бы — такой момент. Двое их главных злыдней, никогда физически не проявляющих привязанность, сейчас спокойно идут по улице за ручку. Ладно, хорошо, если приглядеться, то Нил просто держится за ткань куртки Эндрю, но эй! Эй! Ники и такого никогда не видел! А сегодня ещё и день такой особенный, романтичный, вокруг снуют парочки, везде скидки на конфеты, всё в сердечках да любви… До этого момента Ники все эти настроения чуть ли не до слёз раздражали, потому что какого чёрта все празднуют, когда его любовь заперта на другом конце вселенной по вине проклятой работы? Но теперь!.. Теперь печали оказались забыты, а перед глазами маячат две фигуры, маленькие и чёрные (и, главное, почти держащиеся за руки!). Элисон, судя по наглой ухмылке, уже собрала компромат, так что Ники принимается прикидывать количество флешек, на которое скопирует сделанные снимки (чтобы точно их всех никто не переломал в случае раскрытия. Он не знает как, но уверен: эти злодеи точно всё вынюхают). Можно ещё и распечатать несколько, так, на всякий… И в Германию отправить, да, точно, гениально! У Эрика они, Ники уверен, будут в безопасности. У его сильного, прекрасного, самого лучшего и замечательного Эри– — Эндрю любит кошек? — голос Элисон вырывает из мыслей. Ники стирает блаженную улыбку. Слюни, благо, не приходится. Кошки? Он смотрит на дверь, за которой только что скрылись Эндрю и Нил, переводит взгляд чуть выше и замечает надпись. Ух, так это котокафе? Неожиданный, однако, выбор. — Ого, — тянет Ники задумчиво и обхватывает подбородок пальцами. — Не уверен, не то чтобы Эндрю когда-то говорил об этом. — Ну идея была явно не Нила, видела я как-то его взаимоотношения с животными и... Просто поверь. — Ну эй, раз начала уже, то давай, мне интересно! Элисон хмыкает. — В парке собака мелкая запрыгнула к нему на колени, и боже, выражение его лица нужно было видеть, я без понятия, как это описать. Весь замер, глаза открыты, руки подняты. И когда хозяйка подбежала, извиняясь, забрать свою мелочь, Нил ещё с минуту в том же положении оставался. Они молчат несколько секунд, проигрывая в голове описанную сцену, пока Элисон не добавляет любовно: — Такой он иногда дурной. Ники тяжело вздыхает. Было смешно представлять эту картину в голове, но Нил это Нил, так что кто знает, что могло произойти в этом его тёмном мафиозном прошлом. Никогда не угадаешь, просто ли он криптид не от мира сего, или же дело в жуткой травме. О, точно, кошки. — А вообще знаешь, Эндрю покупал как-то корм в Колумбии. Думал, закинул забавы ради, потому что придурок, но я видел потом, как у дома слонялся кот. Так что да, наверняка идея Эндрю, — Ники улыбается. — Мой кузен такой очаровашка. — О да, никого милее я в жизни не встречала. Ники делает вид, что голос Элисон не пропитан сарказмом, и вместо затевания спора решает прикинуть, куда можно подобраться, чтобы увидеть кафе внутри — окна-то большие, да вот проблема — их тоже могут легко заметить, а слежка на то и слежка, что должна быть тайной! В итоге притаиваются они на веранде кафе прямо напротив — место с одной стороны опасное, с другой — их спасают пышные заросли растений. Заметить их, конечно, можно, но для этого надо постараться, а Эндрю с Нилом, как удалось разглядеть, полностью заняты кошками. В случае Нила, попытками заняться кошками. И, в случае Эндрю, ещё и тортом. Ники как идиот рассматривает их на экране телефона, по-максимуму приблизив камеру. Он даже смог опознать специальное предложение для парочек на тарелке Эндрю! Элисон после со скуки нашла меню, и обоим поплохело от количества шоколада в этом поистине невероятном десерте. Ну, для Эндрю в самый раз. Парень себе не изменяет. На веранде им приходится провести чуть больше часа — Элисон, довольная сделанными фотографиями, несколько раз порывалась уйти, но Ники останавливал. И, как оказалось, не зря — миссия под прикрытием продолжилась, их цель под кодовым именем «эндрилы», сдвинулась с места. Ой. Ой. Сдвинулась с места и направляется прямиком к ним! Ники с ужасом смотрит на Элисон, но та выглядит совершенно спокойно. — Расслабься, — говорит она. — Не факт, что они нас увидят — это во-первых. Во-вторых, мир вокруг них не вертится, и то что здесь мы с ними никак не связано. — О, — улыбка растягивает губы, — ты совершенно и гениально права, моя дорогая! Довольная собой Элисон усмехается, откидывая волосы. «Эндрилы» тем временем, чудесным образом их не заметив, устраиваются в нескольких столах, да ещё и удачно садятся к ним спиной. — Специальное предложение для пар, — говорит Нил, когда к ним подходит официантка. — Да, клубника и шоколад. И двойную порцию шоколада, если можно. Спасибо. Ники шлёпает себя ладонями по лицу и пытается не завыть — ну какие они! Чёрт! Чёрт! Такая парочная парочка! Самая настоящая! Ах, любовь… Его дети уже такие взрослые!.. Здесь Эндрю с Нилом разбираются быстрее: не проходит и двадцати минут, как им подают счёт. Ники и Элисон ждут пару минут и двигаются следом. Куда, интересно, сладкая парочка направится дальше? — В парке неподалёку есть колесо обозрения, — говорит Ники, вспомнив, — делаю ставку, что они направляются туда. — Хм. Как будто не в их духе. Хотя… — Элисон задумчиво хмурится. — Ладно, сколько? — Двадцатка, — давайте, милые, Ники в вас верит! — По рукам. Я за ещё одно кафе. — Даже для Эндрю это было бы слишком, но не мне переживать за твои деньги, так что принято! Итак. Итак! Куда же теперь пойдут Эндрю и Нил?! …они заходят в третье кафе подряд, тем самым в дребезги разбивая сердце Ники. Как они только могли? Не настолько же малы их тела, чтобы не хватило места для капли совести? — Не могу поверить, — недовольно бурчит Ники, роясь в кошельке. — Сколько можно жрать, а? Эндрю и так прибрал к рукам весь шоколад, который подарили Кевину, так сколько можно? Сколько?! Когда Элисон с довольным видом забирает купюры, Ники с расстроенным пыхтением плюхается на лавочку. От проигрыша — а он был уверен в победе — настроение мигом падает вниз, и даже желание следить за своим кузеном и его парнем пропадает. Всё равно они скучные: Эндрю ест, Нил или сидит молча, или говорит что-то тихо. Ску-ко-та! — О, да ладно, неужели до сих пор не привык мне проигрывать? — радостно спрашивает Элисон. Ники передразнивает, по-детски повторяя её фразу, и надувается. — Вы на машине ведь? Голос Нила позади звучит так неожиданно, что Ники давится вдохом. Элисон рядом смешно раскрывает глаза. — Какое совпадение, Нил! И ты здесь? — спрашивает он, улыбаясь, когда удаётся откашляться. Взгляд синих глаз говорит Ники, что попытки выставить всё случайностью только выставляют его бо́льшим идиотом, так что остаётся только улыбнуться и попытаться добавить к улыбке немного вины. — На машине, — отвечает Элисон. — А где свой плюс один потерял? Нил вздыхает. — Эндрю переел сладкого, ему не очень. Если подгонишь машину и отвезёшь до общежития, буду очень благодарен. — Звучит довольно жалко. Элисон притворно прикрывает рот рукой, когда получает не впечатлённый взгляд. — Ладно-ладно, пять минут и отравленная Белоснежка окажется в карете. Будешь должен!