Это ли не любовь?

Откроешь дверь, а там букет нарциссов, закроешь, повернёшься, увидишь Вокса и рысплывёшься в улыбке. – Я же говорил об этом не один раз, Вокс, – сутенёр немного согнулся, проходя в дверь там, где стоял телеведущий. – разве это было не ясно? Сколько на этот раз? – Сто нарциссов, по-моему великолепно, в этом магазинчике делают отличные букеты. – Сутенёр прошёлся от порога до кровати положил на неё букет. Он трепетно перебирал лепестки у себя в руках, а позже, вдохнув аромат цветов, расплылся в очередной улыбке. Он закинул ногу на ногу и немного поправил малиновую шубу, что свисала до пола. – Ты ждёшь от меня каких-то благодарственных слов? Их не будет. Жаль, да? – последние слова произнёс сарказмом, а позже встал, кладя букет на столик подле кровати, и отошёл к шкафу. Вал уже не раз говорил о цветах. О том, что на них запрет в доме сутенёра. От фанатов? Пожалуйста, пусть хоть завалят, они все равно через пару минут окажутся в мусорном баке, но разве цветы Вокса можно выкинуть? У него на глазах точно нет, а так в общем... Мотылёк достал из шкафа достаточно высокие ботинки и принялся шнуровать их, оттягивая, а позже затягивая каждый шнурок. Вокс же в это время опустил свой взгляд на букет, а позже на Вала. Взгляд сколькил по шубе, обвивая каждую складку, скользил по меху. – Буду довольно поздно, не скучай. – только и проронил Вал перед тем как выйти из комнаты. – Может у тебя найдется минутка попиздеть? – Вокс последовал за ним и подойдя ближе, приобнял за талию. – Для тебя всегда найдётся, но не сегодня. Прости, Вокс. – он тепло ответил на объятия, но быстро отстранился, отходя всё дальше и дальше. Вот он уже вышел из квартиры и направился к лимузину, что подъехал ровно в ту же секунду. Мотылёк кивнул водителю и они уехали. Воксу оставалось лишь сидеть дома, с нарциссами в обнимку и мечтать о том, как бы было прекрасно если бы сутенёр поставил их хотя бы в ебучую вазу. Вокс вздохнул и лёг на кровать, где все ещё оставался шлейф духов Вала. Он всегда потрясающе пах, это был либо сочный персик, либо клубника, или самый любимый, вишня. Запах всегда смешивался с дымом сигареты и получалось просто великолепно. На самом деле Вал очень быстро запоминался, к нему очень быстро привязался не только Вокс, но и не все его шлюшки, что работали на студии. В чём секрет? Да хуй его знает, ну Вокс влюбился, а эти... а эти точно хуй знает. – Блять, Агнесс, мне похуй. Значит заставь, мне поебать. – сутенёр откинулся на спинку кресла и медленно затянулся, выпуская розовый дым сигарет, что обволакивал тело помощницы. – Да, конечно. Всё будет сделано в лучшем виде. – кивнула она и вышла из кабинета. Там случилась какая-то заварушка в студии, один из грешников напрочь отказывался делать что-либо, конечно, можно прострелить ебу яйца, но от этого изменится ровно ничего. Адская регенерация сделает своё и он появится там же, опять живой. Поэтому варианта два, либо он работает, либо на чистке идёт нахуй. На улицу. Вал ничего решать не будет, у него и так дел дохуище, лучшим вариантом будет просто ждать, пока помощница решит всё за него, а он молча будет сидеть на кресле и курить сигарету.

Это ли не счастье?

Время близилось к концу рабочего дня. Почти все разошлись по домам, остался только Валентино и Даст. И может парочка гримёрщиц. Энджел сидел у себя, вроде бы, сегодня он хотел остаться тут на ночь, а Вал в общем-то и не против, его в общем это ебать не должно. Тино хотел уйти через пару часов, работы всё ещё было очень много и он просто не успевал её делать. Одни отчёты только чего стоили. Хотелось послать Кармиллу нахуй, да в общем он так часто делал, но сейчас эти отчёты были безумно важны для фирмы и статуса сутенёра. Даже слишком важны. – Есть минутка? – в кабинет зашёл Вокс. Вал впал в ступор, ведущий должен был быть дома, но никак не тут. – Есть секунда. Как жаль, что она уже прошла. – с сарказмом ответил партнёр, выдыхая тот же дым. В офисе пахло той самой ебучей вишней, что так сладко разносилась везде, куда вступал мотылёк. Вал аккуратно встал из-за стола и начал подходить к Воксу, что стоял в проходе. Он прошёл шаг, второй, третий, но на чётвертый запутался в собственной шубе, из-за чего каблук немного порвал её и мотылёк начал уверенно падать. Но ведущий заметил это и подбежал. Он ловил его всегда. – Будешь падать, и я тебя поймаю, даже если для этого мне придется пожертвовать всем. – только кинул он перед тем как поцеловать мотылька прямо у себя на руках. Тот не сопротивлялся, но и не отвечал на поцелуй. И когда наконец уже не хватало воздуха, Вокс отстранился, ставя "друга" на землю. – Ладно, минутка найдётся. – добро улыбнулся тот, приобнимая всеми четырьмя руками Вокса.

Это ли не любовь?