На правах игрока

Ирума сидел на берегу реки, думая о своём, парень смотрел себе в ноги и казалось к чему-то готовился. Глубоко вдохнув и выдохнул, он прокусил себе указательный палец до крови и в воздухе вывел надпись. |Судзуки Ирума от ныне девушка| Видимый только ему текст образовал чёрный дым, который вскоре и поглотил парня, начиная изменения. И вскоре на том же самом месте, сидела миловидная дама. Именно такой Ирума представлял себя. Знакомьтесь. Это Судзуки Ирума шестнадцати лет. И уже несколько дней он, а точнее она, готовиться к попаданию в нижний мир. С чего такие познания? Просто это история о очередном попаданце. Ирума поднялась на ноги и стала осматривать своё тело. Впервые за шестнадцать лет каторги она вернула себе женское тело. Так случилось что попала она тоже фактически в рабство. Хоть и рождён на свет был демон в человеческом мире, а родители то оба люди и до сих пор не сказали почему у них родилось существо с крыльями, рогами и хвостом. Хотя это и не нужно. Ирума всё помнит с момента своей же смерти. Эти люди закончили договор с демоном, да не простым, а ДЕРКИЛОЙ! И даже не читали полностью! А всё лишь из-за желания одной души попасть в тело Ирумы, но только на половину демоном. Может это и оставило короля на его троне. Тогда женщина была на совсем-совсем раннем сроке и узнать пол дитя было невозможно. А как помнит Ирума, этот монарх не видел само дитя и фото она с родителями не делала, так что проблем с женским телом возникнуть не должно, наверное. Но Ирума то помнит договор, а конкретно одна часть хорошо запомнилась. Часть в которой говорилось о том что с шестнадцатилетия ребёнка король демонов может забрать его к себе на воспитание. Но условие такого что Ирума должен, или должна, сам согласиться. И Ирума это сделает. Оставалось только ждать. И надеяться что всё пройдёт как надо. Ирума посмотрела на небо. Дата рождения тоже изменилась. С осени на весну, ибо для формирования понадобилось больше времени. В общем не суть важна. Ребёнок родился, а значит договор в действии. Ирума вздохнула и пошла в сторону леса, возвращаться к этим людям нет желания, да и всё равно она в них более не нуждается. Отсчёт уже пошёл. Девушка была одета в свободное худи и такие же свободные штаны, сейчас лето, но холод уже даёт о себе знать по ночам. Однако сейчас день, но всё равно будто осень. В такие дни говорят что должно произойти что-то значимое, из-за чего даже природа изменилась. Но надежда была сейчас на одно событие. Ирума вышла на улицу ближе к жилым зданиям. Она распустила волосы, которые ранее собрала в низкий хвост. Резинка осталась на руке как браслет. Кроссовки на высокой подошве придавали к росту. Она ловко обходила прохожих, в голове играла знакомая песня, а девушка приближалась к любимой пекарне, единственная вещь по которой она, возможно, будет скучать. -Здравствуйте, мне рулет с вечной и сыром.- Быстро оглядев витрину, она заказала то что обычно. Хоть и каждую неделю, ровно в пятницу она заходит, но из-за того что персонал часто меняется, её никто не встречает как постоянного гостя. В этот раз парень продавец молча кивнул и дал ей заказ, получая деньги. Ирума молча получила сдачу и ушла. Сейчас была комфортна тишина и свои мысли. Спокойно идя дальше, она начала есть рулет. В этот раз начинки совсем мало, значит и повора они поменяли. Опять. И предыдущие три хоть сыра много ложили. А тут почти сплошное тесто! Вздохнув, Судзуки направляется дальше по улице куда ведут ноги, но домой она вернётся только ночью, когда бухие родители уже спят. Прокрадётся в подвал и без сил уснёт в более менее сухом углу, в окружении окровавленых орудий пыток. На утро та проснётся от грохота и понимая что к ней уже спускаются, сбежит через не большое окошко над головой, забираясь по пустым стелажам,с которых медленно стекает разбавленная в воде кровь, стекая на пол и оставляя ещё больше грязи, за которую, вероятно она получит если попадётся. Но это не заканчивалось. В отличии от лета. Ирума так и оставалась в женском теле, только дома становясь парнем. А страх что её так и не заберут рос, как и страх возвращаться в этот проклятый ею не раз дом. Ирума уже вздыхала и готовилась перебраться в заброшенный летний лагерь в лесу. Ибо с каждым днём эти люди всё больше и больше влезли в долги и бухали. Так и умереть не долго, а потом эти долги перейдут на Ируму, которые та даже со своим сроком жизни не сможет раздать. Но вот только. Когда старшие Судзуки изволили наконец выпить вне дома, а Ирума ещё находился там(ибо в доме он парень), он залез в тайник у них под полом и заметил тот самый договор. Там была часть, которую эти люди нарушили. За нарушение Ирума должен сразу попасть к Деркиле. А конкретно часть. [|На десятилетие рассказать ребёнку об этом договоре и предоставить выбор в каком мире жить|] Ирума нахмурился. Ему шестнадцать и никто ничего ему не рассказал. Значит договор нарушен. И значит он сейчас просто должен найти способ дать королю демонов узнать об этом. Кричать на пергамент с чернилами и кровью смысла нет. Ибо если бы тот работал как телефон, Деркила бы услышал что тут делали с ним и давно забрал. Значит нужно что-то сделать с договором. В голове сразу возникла идея подпалить край пергамента. А если других идей нет - то вариант сразу становится единственным. В руке сразу свормировалась зажигалка из внутреннего инвентаря. Было принето решение сначала поджечь край, а если не сработает, то часть текста. Ирума глабоко вдохнул и выдохнул, на случай если это сработает и Деркила придёт, он принял женское тело. Ирума быстрым движением даёт огонь и подносит к правому верхнему углу. Огонь распространяется медленно. И реакции особо нет. Пока дело не доходит до текста. Стоило пламеню коснуться его и оно потухло. Но Ирума почувствовала огромное высвобождение маны, заставляющие её отпустить пергамент и отскочить в угол, держа как оружие не рогащую зажигалку. Вскоре маны стало на столько много, что её было видно. Ирума с приоткрытым ртом смотрела как чёрная энергия покрывает сначала пергамент, распространяя свои извивающиеся в воздухе щупальца. А потом резко, вся эта сила ровным столбом выстрелила вверх прямоугольным лучом тьмы, которая имела свой свет. А Ирума только оставалось что молиться, надеясь на то что сработало и Деркила явится. Но в глазах стало темнеть, чёрный туман достиг её стоп. А в чувство привёл огонь, которым Ирума в срочном порядке обожгла левую ладонь.