На правах игрока

Балам уложил Ируму на гомак в своём кабинете. Он не нашёл на нём каких либо ран и по этому просто укрыл его одеялом. А сам позвонил директору. Гудок, второй и третий. Так в конце концов никто не ответил. Учитель названивать не стал и подошёл к Ируме, покачивая его. "-Ты у нас смелый, да? Только видно себя особо не бережёшь.-" Он вздыхает и гладит парня по голове тыльной стороной ладони. "-Что же там случилось..-" Учитель смотрит на маленького парня, который кажется совсем беззащитным. Маленький рост, тонкие руки, ноги и шея, не рогов не хвоста."-Ты хрупок, Ирума. Ты ведь сам это понимаешь..-" Он вздыхает и продолжает укачивать гомак, будто там спит его ребёнок. И тут он замечает. "-Бинты?-" Которые видимо развязались из-за битвы с птицами и теперь край торчит из под воротника. -Какого..- В итоге решая не тревожить уставшего ребёнка, учитель садится за рабочий стол. И пока возится с документами, продолжает одной рукой покачивать Ируму, так и не решаясь отпустить. Распределение рангов такого, что в принципе ничего не поменялось от канона. Но вот только. Сабнок смотрит теперь на Ируму совсем по другому. Пока проходили уроки, кои вёл Кальего, блондин всё думал. По своей ли вине Ирума не знает про ранги? Но ответа не находилось. Ранговая система равна во всём аду и так же известна. Может от Ирумы насильно это скрывали? За весь день он так ничего и не сказал, вёл себя тише воды ниже травы. Ровно как и Асмодей. Он не мог выбросить из головы вид окровавленного Ирумы. Слова его семьи что у синего слабое здоровье. Он всё беспокоился и в голове постоянно было слышно собственное сердце. Хоть разумом парень и понимал что с Ирумой всё хорошо. Но фантазия рисовала совсем иные картины. Куда более жестокие и кровавые. Вот Ирума сидит, прикованный к электрическому стулу. По его лицу медленно стекает кровь, а сам парень со страхом смотрит на тёмную фигуру. Удар. Тело подростка хрустит. Внутри неприятное ощущение того, как сломанное ребро впивается в органы, делая сквозные отверстия. Следующий удар будет током. Всё тело содрагается, а парень сплёвывает свою кровь. Пока не начинает корчиться в судорогах, отхаркивая всё больше красной жидкости и медленно задыхаясь, под конец теряя сознание и прекращая попытки борьбы за жизнь. Алис вздрагивает, отганяя подобные мысли, хоть и страшно. Очень страшно. Если Ирума не докажет что достаточно силён, его могут похитить недоброжелатели дома Салливана и начать делать что-то подобное, а то и хуже. И Асмодей это понимает. Понимал с самого начала как тогда, в переписке признался в чувствах. Он поставил себя в обществе как сильного огненного демона и ему такое наврятли грозит. А Ирума - нет. Ирума вообще только засветился в обществе и сейчас для него важно произвести правильное первое впечатление. В своих раздумьях. Алис не замечает как приходит к дому Ирумы. Он представляет как когда нибудь синеволосая девушка выбежит от туда и прыгнет ему в объятия, но до этого далеко. -Ирума- Говорит учитель-горгулья, смотря на только севшего парня. Он поворачивает голову и приветствует демона улыбкой, не замечая что затяжка бинтов ослабла. -Скажи, как твой дедушка относится к тебе?- И Балам решает не говорить в лоб, боится напугать. А Ирума невольно тянет руку к шеи и чувствует бинт. -Аа.. Вы про это.- Он медлит с ответом, до последнего надеясь отложить этот разговор. -Можете не волноваться. Сейчас я не расскажу всей правды, но ко мне очень хорошо относятся. И дедушка, и папа, и Опера-сан. А эти бинты мне для удобства.- Ирума улыбается и аккуратно слазит с гомака. -Спасибо вам за заботу, но Азу волноваться будет. Мне домой пора.- Ирума на пару секунд обнимает учителя и берёт свои вещи с тумбочки, а после выходит из кабинета. "-Сколько сейчас времени? Уроки явно давно закончились-" Балам не идёт следом. Ирума не соврал и то хорошо. Это его успокаивает. Но вот только если бинты для удобства, то это почти прямой намёк на проблемное здоровье. -Ну что же с тобой происходит..- Выдыхает мужчина и продолжает работу. На улице почти начало темнеть. Ирума подходит к своему дому и окликивает Асмодея. -Ирума-сама!.- Алис с облегчением выдыхает, наконец видя целого Ируму. Он обнимает пассию, целуя щёки Ирумы. -Я так рад что вы целы!- Ирума спокойно гладит демона по спине и молча ведёт в дом, там уже принимая вид девушки. -Я сбегаю в комнату и переоденусь, я быстро!- Ирума убегает на вверх, сразу забегая в свою комнату и в гардероб. -Слава Богу бинты не заметил...- Она сняла школьную форму, за ней и бинты. Девушка посмотрела на свою грудь и погладила её. "-Мягко.. А ведь если подумать я могу менять её размер и сама выбрала такой.-" Ирума покраснела, представила как Алис гладит кожу в этом месте и делает комплименты мягкой коже. Но она быстро отогнала эти мысли, всё таки решая сжалиться над парнем. "-Ты же у меня инкуб. Могу ведь не много побаловать хорошего мальчика?-" Она ухмыльнулась. Оставшись один. Демон так и стоял на месте, но не долго. Он пошёл на кухню, начиная готовить. Ведь уже видел аппетит Ирумы. Только вот к рыбе так и не притронулся. К счастью. Ирума смотрит и не мешает, не заявляя о своём присутствии. На ней было одето пурпурное платье, с боковым вырезом на ноге и глубоким вырезом на груди. Волосы распущены и придерживаются с одной стороны белой заколкой. Шрамы кстати убраны. И только он обернулся, дабы открыть дверь заранее и потом спокойно вынести еду. Глаза Алиса расширяются. И Ирума не теряет момент, она подходит к демону, чуть виляя бёдрами и улыбается, нахально и одновременно соблазнительно. Она гладит демона по руке, укладывая её на свою талию. -Ты сегодня так хорошо себя вёл. Разрешаю не много заглянуть.- Спокойные и размерянные слова, при этом так будоражат. Но Ирума отходит и молча направляется в свою комнату. Алис невольно и молча следует за ней. По каждой ступеньки, он следит чтобы оставаться на том же расстоянии, не рискует подходить. -Смотри. У меня есть грудь, талия и бёдра. Но ты можешь выбрать только одно."Мне самой пора привыкнуть к его постоянному вниманию-" Розовый сглатывает, хоть он в глубине надеялся на кое что более интимное. Но и это прекрасно. Алис ничего не говорит. Он садится на кровать и сажает себе на колени Ируму, прижимая её к себе и начинает гладить бёдра, иногда спуская руки на ляжки. Он не хочет сжимать их или бить, с ней хочет быть ласков. Ирума краснеет, обнимая его за шею, но не сопротивляется, хоть и хотела чтобы Алис выбрал грудь.