Мимимистика

После второй зарплаты Скай заметно осмелел, привык и освоился в компании, перезнакомился со всеми, бегая быстрым козликом из кабинета в кабинет. Ему улыбались все, даже хмурый начальник отдела рекламаций. И он улыбался всем. Кроме Прапая, под взглядом которого он постоянно застывал испуганным оленёнком. — Ким, я что, такой страшный? — ныл Прапай своей секретарше. — Старый? Отвратительный? Почему он меня боится? — Он не боится. — Ким явно лукавила, глядя на угрюмо подпирающего щёку президента. — Вы — САМЫЙ ГЛАВНЫЙ НАЧАЛЬНИК, мальчик просто стесняется вас до обморока. — И поэтому даже поесть со мной не хочет? — Конечно. Сами подумайте — что скажут другие сотрудники, если вы будете обедать со своим курьером? — Но что же мне делать, Ким? — Оставить его в покое? — Ни. За. Что. Он мой. — Он не ваш, кхун Фаттира. — Значит, будет моим. — Вы так плохо о нём думаете? — Что это значит, Ким? — Кгхм, простите меня, я увлеклась и пересекла черту. У вас через час совещание в первой переговорной, вот документы, ознакомьтесь пожалуйста. Глядя на дверь, закрывшуюся за Ким, Прапай не мог избавиться от мысли, что Ким, да и любому его сотруднику, о Скае известно гораздо больше, чем ему самому. Было ужасно обидно. И страшно, что доверие его мальчика завоюет кто-то другой. И заберёт себе этого хрупкого испуганного ребёнка. Хотелось злобно зарычать. Вместо этого Пай открыл папку с документами. Сейчас работа, а потом он что-то придумает. Поводом стал его собственный день рождения. Ким начала готовиться накануне, заказав букеты от разных отделов и несколько тортов в комнату отдыха, чтобы сотрудники могли угоститься. Конечно же, суета не укрылась от внимания Ская, и узнав, из-за чего сыр-бор, он задумался. На следующее утро, зайдя в кабинет, Прапай обнаружил на столе маленькую кремовую розу с плотно скрученным свежайшим бутоном, который словно светился на фоне тёмно-коричневого бювара, и кусок тростникового бисквита, которыми на улице торговали лоточники. Дешёвый уличный тортик и маленькая розочка. И запах влажного леса. Кто бы это мог быть? Весь день Прапай улыбался как идиот, а Скай носился с поручениями, вообще не заглядывая в приёмную дольше, чем на пять минут. Даже заказанный ему обед не съел, отчего Пай заволновался. После обеда в его кабинет потянулись сотрудники с букетами и пожеланиями долгих лет. Конверты с благими пожеланиями множились на краю его стола, вокруг на полу расставлены были роскошные букеты, а на столе у самого монитора в высоком стакане стояла маленькая розочка, раскрывая Прапаю свою сокровенную середину. Не доставало лишь одного — запаха влажного леса. — Ким, как только увидишь Ская, пусть он зайдёт ко мне, пожалуйста. — Да, кхун Фаттира. Скай сунул голову в приоткрывшуюся дверь, когда Пай уже отчаялся его дождаться. — Можно? Простите, сегодня было так много дел, простите, что заставил ждать. — он аккуратно закрыл за собой дверь и встал метрах в двух от стола Прапая: всё те же брюки карго, шапка, а рубашка другая, но тоже с длинным рукавом. Зато смотрит прямо в лицо, не прячет глаза, опуская их в пол. — Спасибо за твой подарок. — Какой? — встрепенулся Скай и взмахнул руками, словно отрицая, мол, не он это. — За розу. И торт был очень вкусный. — Вам… Правда, понравилось? — Правда. Ты мог бы приносить мне такой торт раз в неделю? Я бы с удовольствием пил кофе. Но с одним условием. — Каким? — Скай снова напрягся, и Прапай жалобно вскинул брови, стараясь вызвать сочувствие. — Ты будешь пить кофе вместе со мной, ладно? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Просто кусочек тростникового торта и чашка кофе раз в неделю! — Л-ладно, — Скай улыбнулся, глядя, как целый президент компании в свой собственный день рождения выпрашивает у него одолжение. — А почему только раз в неделю? — Потому что я делал бы это чаще, но тогда я не пройду в двери собственной компании и не смогу сесть на свой любимый мотоцикл. — Мотоцикл?! — вскрикнул Скай и тут же прикрыл рот обеими руками. — Ага, — Пай достал смартфон и отыскал нужное фото в альбоме. — Смотри. Скай подошёл как зачарованный и встал рядом с сидящим Паем, а когда тот чуть отвёл влево руку с телефоном, наклонился ближе и коснулся бедром его локтя. Он был в восторге от того, что увидел, а Пай — от того, что почувствовал. Ещё через пару недель Скай несмело заглянул в кабинет Пая в самом конце рабочего дня. Маленькая розочка в стакане до сих пор была на удивление свежа и прекрасна. Скай сам менял ей ежедневно воду и обрызгивал цветок. — Кхун Фаттира, можно? — Конечно, Скай, проходи. — Я… Я хотел попросить. Спросить… Узнать хотел. — Что именно? — У меня есть брат. Ну… Не совсем родной. Но… Ему тоже нужна работа. Я хотел… Я думал… — Ты хотел узнать, нет ли у меня работы для твоего брата? — Д-да. — Он взрослый? — Он немного младше меня. Но почти ничего не умеет, к сожалению, — голос Ская упал до шёпота, словно он осознал, насколько его просьба наглая и неправильная. — Насколько я помню, сотрудники жаловались на постоянный беспорядок в комнате отдыха и необходимость там специального работника. Твой брат смог бы поддерживать там порядок, мыть посуду и следить за припасами? — О да! Он это сможет! — Тогда приводи его завтра на собеседование, я напишу начальнику отдела кадров, — Прапай встал из-за стола. Его как магнитом потянуло к сияющему робкой улыбкой Скаю. Он подошёл и погладил мальчишку по шапке. Не отдавая себе отчёта в том, что делает. А потом потрясённо вернул ладонь на голову, проводя ею медленно сверху вниз от макушки к уху. Большая. Плотная. Костная опухоль? Гребень? Он скрывает под шапкой какое-то уродство? Пай посмотрел на Ская, который застыл перед ним, вжимая голову в плечи. И не удержался. Стащил эту чёртову шапку. Мягкие, как он и думал. Слишком длинные и неровно стриженные, словно Скай кромсал их дома сам перед зеркалом обычными канцелярскими ножницами. Не прямые, а непослушными волнами лежащие по всей голове, упавшие на белый гладкий лоб и вскинутые на Прапая испуганно расширенные глаза. Чуть скрывающие отдельными прядками круглые и розовато-перламутровые бараньи завитки очаровательных рожек по обе стороны головы прямо над ушами. То самое. Твёрдое. Костяное. Невероятное. Пальцы сами потянулись потрогать шершавость и неровности перламутрового чуда. — Рожки, — выдохнул Прапай. — Ты кто, чудо? — Фавн… — Охуеть. — Простите. — голос Ская дрожал, а пальцы пытались отобрать шапку, всё ещё зажатую в левой руке Прапая. Правой он продолжал поглаживать волосы на голове Ская, задевая костяной завиток самыми кончиками. — За что? — Я ввёл вас в заблуждение. Теперь вы уволите меня? — Почему я должен тебя уволить? — Скай, наконец, выдернул свою шапку и тут же натянул на голову, сделав пару шагов назад и виновато опустив голову. — Я же не человек. — Я понял. Но не понял, почему я должен тебя прогнать. — Разве вам не противно? — Мне?! — тормоза отказали хозяину, и Пай, сделав ту же пару шагов, сгрёб своё сокровище за талию, прижав к себе. Скай успел лишь отвернуть лицо, уперевшись в плечо президента твёрдым рогом. — Да я и раньше от тебя без ума был, Скаюшка, а теперь… Я ни за что не отпущу тебя. Никогда. Слышишь? — Да? — неверяще пискнуло из подмышки. — Клянусь небом, — ляпнул Прапай и рассмеялся тут же, чувствуя, как фавн расслабляется в его объятиях. — Скажи, а твой брат… Он тоже фавн? — Он сильф. Дух воздуха. Его зовут Рейн. — Очуметь! Я словно в мифы провалился. Это мистика какая-то! — Пай чуть отстранил от себя доверчиво жмущегося к нему Ская и заглянул тому в лицо. И получил открытую улыбку и прямой взгляд, которые разбили его вдребезги своей чистотой. Эти губы просили. Нет, требовали поцелуя, и Пай не посмел ослушаться. — Мимимистика. — прошептал он спустя пару минут, разглядывая отчаянно покрасневшего, но не отрывающего от него своих сказочных глаз Ская.