Человеческий фактор

      Я прекрасно помню тот день. День, когда мы впервые заговорили.       То лето выдалось особенно жарким. Все фермеры нашего округа ходили с невероятно кислыми лицами, в том числе и мой отец. И так вечно недовольный, он теперь был постоянно раздражён и срывался на мне по любому поводу. Как будто это я был виноват в том, что урожай гибнет от палящего солнца…       — Смотри! — тыкал он меня носом в высохшие грядки. — Прямо на наших глазах гибнет наша еда и наш заработок! Все вокруг хоть как-то стараются спасти урожай, один только ты вечно со своими дурацкими книжками сидишь по тенёчкам… Тоже мне господин нашёлся! Живо взял шланг и пошёл поливать! А к вечеру чтобы натаскал воды в резервуар на завтра!       — Пап… Мне нужно в школу идти… Я обязательно тебе помогу, когда вернусь с учёбы.       — Солнце встало в пять утра, а тебе в школу только к восьми. К этому времени ты бы уже успел кучу дел переделать! Нечего было так долго дрыхнуть!       — Пап, но я же вчера до двух ночи перекапывал землю…       — И этого явно мало. Не будь ты таким хилым, управился бы гораздо быстрее! Тебя только работа в поле может как-то жизни научить. Только земля тебя по-настоящему прокормит, а не всякие твои дурацкие дроби и сочинения…       И я уныло поливал землю, которая с причмокиванием поглощала всю жидкость, не задерживая на поверхности ни капли. Трещины на почве выглядели как злорадные улыбки, скалившиеся и требующие лишь большего вливания в своё нутро, обделяя тощие ростки картофеля.       Затем, натянув на плечи непомерно тяжёлый для хилого двенадцатилетнего мальчишки рюкзак, я затем попытался успеть хоть на какие-то уроки в школе. На ходу вспоминал прошлые занятия и повторял наспех заученные конспекты.       Солнце беспощадно палило. Даже ветерок, образовывавшийся от моих жалких попыток бежать, никак не спасал от чудовищной жары. Словно я мчал внутри огромной духовки, где вместо противня была эта сухая, пыльная земля. Жадная до жидкости настолько, что казалось, будто она и меня хочет впитать в себя. Всю мою плоть и кровь, оставив лишь кости. А тяжёлый рюкзак будто намеренно пригибал меня к земле ниже, помогая ей меня проглотить.       И в один момент я и впрямь упал вниз, подняв в воздух столбики пыли.       — Так тебе и надо, ботаник! — тут же послышался злорадный голос рядом.       Всё же не сам упал… Опять помогли… Песок мерзко скрипнул на зубах, а затем к нему добавилась резкая боль в боку.       — Получи!       Молчи. Лежи. Не двигайся. Слушай, откуда они бегут, и постарайся прикрывать места, куда прилетят удары.       У меня уже была выработанная стратегия. Я просто прикрывал голову руками и чуть косился на то, как потрошат мой рюкзак и топчут бережно упакованные мамой бутерброды. Мои учебники издавали жалобный хруст, пока хулиганы рвали их страницы. Опять придётся до поздней ночи сидеть со скотчем…       Удар ногой попал по ребру, где ещё с прошлого раза оставался большой синяк. Больно… С губ сорвался предательский стон.       — Ноешь, ботаник? Или стонешь от удовольствия? Получи ещё!       Новый град ударов… Надо сдерживать желание проскулить. Надо держаться…       Ботинок нападавшего соскользнул и заехал мне по губе, разбив её. Хрустящий во рту песок смешался с омерзительным металлическим привкусом. Запах пыли и собственной крови отвратительно щекотал нос. Зажав голову руками покрепче, я просто старался внимательнее слушать и готовиться к будущим ударам.       Рядом прозвучал приближающийся топот. Сейчас меня пнут с разбега… Звук идёт с левой стороны. Это хорошо… Там у меня не так много синяков. Наверное, даже смогу сдержаться и не простонать. В уголках глаз скопились слёзы, выдавая внутренний страх и волнение. Кажется, будто прошла вечность, прежде, чем я наконец услышал звук удара.       Не больно… Здорово. Хотя это под действием адреналина, наверное. А потом как накроет… Но это потом.       Звуки ударов продолжаются, но я ничего не чувствую. А вот это уже странно…       Раздвинув пальцы у лица, я приподнял голову и чуть осмотрелся вокруг. Там металось нечто… От одного парня к другому молниеносно перемещался ещё один. Тощий, смуглый, с отросшими косматыми волосами. С диким хохотом он бил всех тех, кто напал на меня, совершенно не сдерживаясь.       Рядом со мной на землю упало несколько капель чьей-то крови, моментально впитавшись в землю. Хулиганы быстро разбежались в стороны, осыпая напавшего всевозможными проклятиями. Слезинки из уголков моих глаз медленно скатились, смешиваясь с каплями пота, и оставляя после себя грязные пыльные разводы на коже.       — Куда вы? Мы же только начали! — с улыбкой выкрикнул тощий боец, глядя убегающим вслед.       Это был ты… Ты прозвучал на удивление искренне тогда. Словно и впрямь расстроился их побегом. С досадой выдохнув, ты одёрнул свою непомерно большую порванную кофту и уселся на землю рядом со мной. Смуглое лицо озарила широченная улыбка при виде моих растоптанных бутербродов. Ничуть не смущённый их состоянием, ты тут же принялся их жевать, после чего, наконец, поднял на меня взгляд.       — Ты выращиваешь цветы или типа того?       — Что?..       — Ну… Мои друзья звали тебя ботаником, пока били. Им не понравился твой букет? Или клумба?       Хоть мы и жили в одном поселении, но ещё никогда прежде не общались… Я поднялся и сел на землю, с опаской косясь на тебя. Руками утёр лицо, чем сделал только хуже, размазав грязь по коже сильнее.       — Ботаниками зовут тех, кто уделяет огромное количество времени учёбе. Ты разве не знаешь про это?       — Хм… Странно. Как-то нелогично…       — Нелогично то, что ты их зовёшь друзьями… Друзья так себя не ведут. — я недовольно отвернулся и попытался откашлять пыль, которой вдоволь наглотался.       На смуглом лице появилось неподдельное удивление тогда. Запихав помятый бутерброд в рот целиком, ты, почти не жуя, проглотил его. А затем придвинулся ко мне ближе и, обняв тощие, покрытые синяками коленки, задумчиво склонил голову.       — Мы всегда так с ними проводим время. Встречаемся, смеёмся, дерёмся. Потом расходимся и встречаемся вновь. Но сегодня они что-то слишком быстро ушли…       — Смеялся сейчас только ты. А они тебя ненавидят. Все дети в нашей округе ненавидят тебя… — я понизил голос на последней фразе.       — Правда? — для тебя это будто стало открытием.       — Да. Ты из неблагополучной семьи пьяниц. Не ходишь в школу, носишь обноски, воруешь… Все таких избегают.       — А ты… Тоже меня ненавидишь?       — Не знаю… Мне показалось сначала, что ты меня решил спасти сейчас, но теперь я в этом не уверен.       — Ты играл с моими друзьями. Я просто решил присоединиться к вам.       — Ты ошибаешься. Мы не играли с ними вместе. Меня просто избивали. И у тебя среди них нет друзей. Потому что друзья никогда не причиняют друг другу боль. Дружба не на этом строится…       — Но ведь драться весело! Я удивлён, что ты не стал принимать в этом участия…       — Я не люблю драться… И боль не люблю… Просто стараюсь терпеть всё и быть как можно тише, чтобы им быстрее надоело и они ушли. Если я пытаюсь отвечать, то меня бьют только с бо́льшим азартом и усердием.       — Но это же скучно… Какой им смысл тебя бить, если ты не отвечаешь?       — Они бьют всех, кто выделяется. С тобой дерутся потому, что ты отличаешься от всех по социальному статусу. Меня бьют потому, что мои оценки в школе лучше, чем у остальных.       — Ну так перестань получать хорошие оценки, и тогда тебя не будут бить. — ты и впрямь верил, что это хороший совет.       — Нет… Мне нужны хорошие оценки, чтобы поступить в престижный университет и уехать отсюда наконец…       — Зачем уехать?       — Потому что мне не по душе физический труд. Не хочу работать на ферме, как все здесь.       Ты задумчиво промычал и поднял один из моих порванных учебников.       — Говоришь, мои друзья на самом деле враги… Причём для нас обоих. Выходит, нам с тобой объявили войну… — протянул ты, листая страницы.       — Ну, в каком-то смысле — да… Но я не собираюсь отвечать их методами.       — А вот я теперь буду больше драться, чтобы им неповадно было воевать со мной! — горделиво воскликнул ты, переворачивая очередную страницу.       — Дело твоё, конечно… — я, поморщившись, прикоснулся ладонью к разбитой губе. — Слушай… Ты что?.. Не умеешь читать?       — Всё я умею… — недовольно буркнул ты и уткнулся в учебник глубже.       — Зачем ты врёшь? Я же вижу, что не умеешь.       — Я всё здесь понимаю! — ты ткнул пальцем в строчки и начал водить по ним. — Все эти буквы до единой понимаю! И читать могу!       — Я бы поверил… Но ты держишь книгу вверх ногами.       Ты стиснул зубы и недовольно выдохнул в сторону, смущённо поправляя косматые пряди волос рукой. Я даже чуть умилился тогда… Подумал, что зря к тебе все относятся предвзято. В тот момент я впервые увидел перед собой обычного мальчишку, которому просто повезло чуть меньше остальных.       — Не бойся… Я никому не расскажу. Если хочешь, могу научить тебя читать.       — Почему? — твой удивлённый взгляд в этот момент никогда не забуду.       — Дружеский подарок.       — Ты… Хочешь со мной дружить?..       — Почему бы и нет… Вместе давать отпор миру проще. Я могу ещё и рассказывать тебе про темы, которые мы проходим в школе, если хочешь. Я таким образом тоже смогу лучше разобраться во всём, чтобы понятнее объяснять. Закреплю изученное, заодно и тебя обучу, раз уж ты сам не ходишь на занятия… Со мной никто не хочет обсуждать уроки, и было бы здорово иметь друга для этого…       Твоя восторженная улыбка после моих слов перекрыла собой все плохие события того дня. Мне кажется, я больше никогда потом не видел более искреннего и неподдельного счастья, чем от тебя в тот момент.       — Друг… — с восторгом прошептал ты, словно смакуя это слово по буквам.       Быстро поднявшись, ты собрал все мои вещи обратно в рюкзак и с лёгкостью закинул на свои плечи. Я всегда поражался: где в твоём тощем теле пряталось столько сил?.. Подняв меня с земли за руку, ты тут же обнял мои плечи и повёл нас вперёд, рассуждая:       — В таком случае, я теперь буду драться за нас двоих. Чтобы моему другу никто не причинял боль. А ты взамен почитай мне какие-нибудь книжки… А то у меня дома ни одной нет.       — Хорошо. Я почитаю тебе.       — Супер… Кстати, скажи: кем ты хочешь стать, если не фермером? Для чего ты усердно учишься?       Ты стал первым, кому я тогда признался в своей мечте. Опустив взгляд, я впервые тихо озвучил своё самое сокровенное желание:       — Детективом…       — Вот как… А почему именно им?       — Разве это не самая интересная работа в мире?       Впервые за долгое время я искренне улыбнулся. Рядом со мной, наконец, появился кто-то, для кого мои мечты не звучали, как полнейшая глупость. После этого даже жара не казалась больше такой уж отвратительной…

***

      В маленькой комнате, где еле помещались кровать и стул, плавно разлилась мелодия: «HIM — Join Me in Death».       Откуда-то из-под смятого одеяла прозвучал кряхтящий стон. Мелодичное звучание клавишных резко сменилось тяжёлым рок-отыгрышем на гитарах. Параллельно послышался громкий и в то же время ленивый стук по стенке прямо над спящим человеком.       — Да слышу я… — хрипло отозвался голос из кровати.       С громким вздохом парень сел в постели и стянул одеяло с головы. Взъерошив свои густые каштановые волосы, он лениво зевнул и отключил будильник. В наступившей тишине вновь захотелось прикрыть глаза и упасть в объятия подушки… Как же заманчиво… Веки налились тяжестью. Тело потянуло вниз…       Вздрогнув парень похлопал себя по щекам и всё же выбрался из кровати, пока вновь не поддался столь желанному сну. Резко дёрнув в сторону чёрную штору на небольшом окне шатен тут же закашлялся от поднятого пылевого облачка.       — Да чтоб тебя…       С досадой выдохнув парень направился на выход из комнаты. Открыв дверь, он чуть не распластался по полу, наткнувшись на что-то у порога. Ещё раз чертыхнувшись шатен скривился и сонно оглядел коридор, который был весь заставлен разного объёма картонными коробками. Внутренне рыча парень начал протискиваться в сторону ванной комнаты, пытаясь не споткнуться об очередное препятствие.       Добравшись до ванной шатен с усталым видом умылся и, чуть похлопав себя по щекам, решил, что пора бы уже и побриться. Аккуратно покончив с процедурой парень с довольным видом осмотрел себя и подмигнул отражению.       — МинХо, ну разве ты не красавчик? Ну конечно, красавчик! Нечего и сомневаться.       Послав воздушный поцелуй своему отражению парень горделиво расправил спину и решил продираться дальше через бесконечные коробки на кухню. Оглядев заставленный вещами стол шатен, чуть сощурившись, подошёл к открытой рисоварке.       — Твою ж мать, ЧанБин… — раздражённо цокнув языком, МинХо недовольно закатил глаза.       Оставленный на ночь незакрытым рис высох и прилип. Внутренне матерясь парень отскрёб деревянной лопаткой какое-то количество себе в миску и залил это хрустящее безобразие водой. Поставив крупу в микроволновку, МинХо полез в низкий холодильник и достал оттуда половину палки дешёвой колбасы. Отрезав шесть кусочков парень чуть подумал и отрезал ещё тройку. Шесть он быстро упаковал в пакетик и спрятал в карман домашних брюк. Три бросил в миску с разогретым отмокшим рисом. А оставшийся небольшой кусок положил обратно в холодильник.       — Хватит с тебя и этого… — тихо проворчал парень.       — Чего там с меня хватит? — прозвучал позади недовольный сонный голос.       МинХо обернулся на своего взлохмаченного соседа: невысокий, крепкого телосложения парень подозрительным взглядом буравил товарища.       — Колбасы с тебя хватит. Обойдёшься небольшим куском.       ЧанБин отодвинул пару коробок с пола, чтобы пройти к столу, по пути включил чайник, снял ещё пару коробок со стула и уселся, лениво потягиваясь.       — Чем я у тебя опять провинился, великий зануда?       — На кой хрен ты рис на ночь открытым оставил? Его теперь жрать почти невозможно… — возмутился МинХо, демонстративно тыкая ложкой в миску.       — Ну ты ж размочил водой, значит ничего страшного.       — Ничего тебе доверить нельзя… Один раз попросил ужин приготовить, потому что не успевал, а ты и с этим не справился… — проворчал МинХо, ища место, где сесть, и, не найдя его, просто встал рядом с микроволновкой.       — Мне тоже некогда было. Я кучу коробок таскал вчера. — отозвался ЧанБин и, дотянувшись до холодильника, вытащил оттуда остатки колбасы. — Блин… Да тут уже ничего не осталось! С чем мне есть рис?       — Раньше надо было думать, когда ужином занимался. — буркнул МинХо, засовывая ложку в рот.       — Я и подумал! Купил палку колбасы! Где всё остальное?       Шатен ничего не отвечал, продолжая быстро уплетать противный рис. ЧанБин с подозрением присмотрелся к нему, после чего неторопливо поднялся и подошёл к соседу вплотную. МинХо бросил на него короткий взгляд и тут же отвернулся, продолжая жевать. ЧанБин с осуждающим видом протянул руку и достал из кармана товарища пакетик с кусками колбасы.       — Ты задрал кормить своих кошек за мой счёт! — парень злобно бросил заначку на столешницу рядом с чайником.       — Я тоже вношу денежную долю в наше проживание, так что эта колбаса не только за твой счёт. — невозмутимо отозвался МинХо.       — Я тебя выселю нахрен однажды…       — Кто ж тогда будет тебе помогать оплачивать эту дыру?       — Бизнес мой!       — Пф-ф-ф… — МинХо фыркнул так громко, что рис изо рта полетел в сторону разозлённого ЧанБина. — Ты про вторую свою конуру с десятью компами?       — Это, вообще-то, стильный компьютерный клуб, оснащённый шикарнейшим железом! У меня ни одного конкурента в городе!       — Потому что никому нахрен не сдались такие заведения!       — Да чёрта с два! У меня даже постоянные посетители есть! Мы классно проводим время за играми и общением. А теперь ещё будем читать мангу и пополнять коллекции фигурок.       — Так вот обо что я всё утро спотыкаюсь? Умудрился и без того мелкую хату сделать ещё и складом… Нет бы чем-нибудь полезным занялся.       — Ой, это чем? Быть, как ты, ночным патрульным? Переносить бомжей с места на место? Ой, ой… Или как там твой недавний вызов звучал? «Ватага молодёжи с наркотиками и алкоголем буянит в жилом квартале.» А на деле оказалось, что малявки в пустые бутылки вместо водки налили обычную воду, а наркотиками у них оказался растолчённый аспирин… Великое сражение МинХо со школьниками, браво, браво…       ЧанБин саркастично похлопал в ладоши.       — В моём компьютерном клубе люди душой отдыхают от рутины и развлекаются. В этом — главная польза. И у нас всех есть хобби, в отличие от тебя.       — А я мир лучше делаю хотя бы, пока вы развлекаетесь. — проворчал МинХо. — Понемногу навожу порядок. И забочусь о братьях наших меньших.       — Да эти твои кошки только наш и без того маленький бюджет жрут и никакой практической пользы не приносят.       — Зато, в отличие от людей, кошки хотя бы не мудаки…       — А может это тебе надо быть со всеми повежливее? Тогда и к тебе будут хорошо относиться. Глядишь, окажется, что единственным мудаком всё это время был один ты.       — Да я — само очарование!       — Ага… Настолько, что с тобой в дежурство никто идти не хочет. И повышение не дают. Сколько мы знакомы, а ты только больше похужал и возмудел с годами.       — А вот и хрен тебе! Меня на собеседование пригласил сам инспектор Мин! Так что моё повышение не за горами. Буду получать куда больше денег, чем в патрулях, и съеду от тебя наконец.       — Ну, ну… Не забудь колбасы купить на обратном пути, когда пойдёшь обратно с заваленного собеседования.       — Засранец.       — Не больше твоего.       — Кстати, где моя рубашка чёрная? Я её приготовил вчера, повесил на стул, чтобы сегодня надеть.       — А… В моей комнате забери.       МинХо с подозрением сощурился, глядя на странно ухмыльнувшегося ЧанБина, отставил свою миску в сторону и быстро направился в комнату соседа. Спустя пару минут оттуда раздался истошный вопль:       — ЧанБин!!! КАКОГО ХРЕНА?!       Парень влетел обратно на кухню и с бешеным взглядом продемонстрировал товарищу порванные рукава рубашки.       — Это ещё что?!       — Это всё моя красота… — ЧанБин напряг объёмные мускулы на руках и любовно чмокнул собственный бицепс.       — Какого хрена твоя красота забыла в моей рубашке?!       — В отличие от тебя, я хожу на свидания. И мне срочно была нужна рубашка ночью. Ненадолго… Я её быстро снял потом. — хохотнул ЧанБин.       — У тебя же своя есть!       — Она в стирке.       — И в чём прикажешь мне идти сейчас на собеседование?!       — На тебе вполне приличная футболка сейчас.       — Я в ней сплю, блин! И её тоже пора стирать!       — Ну что за истеричка…       ЧанБин закатил глаза и ненадолго ушёл в свою комнату. Вернувшись, он бросил в МинХо цветастую футболку. Шатен с отвращением развернул её и недовольно стиснул зубы.       — Ты, блин, издеваешься… — на зелёном фоне обильно цвели ромашки. — Какой идиот станет такое носить?       — Мне девушка её подарила, так что нечего возмущаться. Это подарок, сделанный с любовью!       — Нет, она явно тебя не любит…       — Не хочешь, иди голый. — ЧанБин попытался выхватить футболку обратно, но МинХо поднял её над головой.       — Ты купишь мне новую рубашку. И не на барахолке. В нормальном магазине. Иначе я этими ромашками тебя во сне потом задушу…       — Ладно, ладно. Чувствительный какой…       МинХо ещё раз посмотрел на футболку в руках и простонал:       — На собеседование к Мину в ромашках… Что за наказание?..       — Неужто такая важная птица, что ты ради него аж рубашку напялить решил?       — Да ты что? Это же легенда детективного мира! Он один вычислил банду автоугонщиков по следам протекторов на грязи. Обнаружил местоположение фермы наркодилеров, будучи ещё студентом. И раскрыл целую кучу преступлений разного масштаба! Все мечтают попасть к нему в отдел!       — Не понимаю… А на кой хрен ему сдался мелкий патрульный вроде тебя?       — Я офигенный, вообще-то!       — Да, да… Так ему на собеседовании и скажи.       — А он и так это знает, раз сам прислал мне приглашение!       — Что ж… Не затягивай с тем, чтобы его разочаровать, и возвращайся побыстрее. Обед сам себя не приготовит.       — Мудак…       — И тебе всего плохого.       Ворча, МинХо натянул ромашковую футболку и, незаметно для соседа прихватив со столешницы пакетик с кусками колбасы, быстро вышел из дома.       У подъезда парень присел на лавку и огляделся по сторонам. Спустя минуту к нему на колени с громким мурчанием запрыгнул чёрный кот с белыми «носочками» на лапах.       — Привет, Си. А где же Ри?       Поглаживая кота за ухом, МинХо продолжал осматриваться. Наконец из кустов вышел ещё один рыжий кот и с коротким мявком устроился между парнем и чёрным котом, ластясь к ладони шатена.       — Вот и ты, Ри… Что ж, раз все в сборе, то можно приступить к завтраку.       Достав пакет с колбасой, МинХо вытряхнул содержимое на лавку перед котами и ласково потрепал каждого по загривку.       — Только не деритесь. Тут на всех хватит. Хотя… Надо было ещё и долю ЧанБина забрать. Видите, в чём я вынужден идти на собеседование из-за него? — парень оттянул футболку и продемонстрировал котам, пока те с наслаждением жмурясь жевали принесённое угощение. — Совсем уже… Ну хоть вы-то верите, что я справлюсь?       МинХо почесал за ухом обоих котов, на что услышал усилившееся мурчание.       — И на том спасибо… Что ж… Не могу задерживаться. Так что ешьте и увидимся позже.       С этими словами парень направился к припаркованному во дворе белому Форду и уселся за руль. Повертев в руках проблесковый маячок, МинХо решил, что с мигалками подъезжать к полицейскому департаменту будет слишком пафосно, и спрятал маячок в дверной отсек. Прикрыв глаза шатен сделал медленный вдох и резкий выдох.       — Ну что ж… Погнали.