Человеческий фактор

      — Вы, что, ещё тут?!       Обалдевший возглас девушки заставил МинХо дёрнуться. С лица парня упала ладонь Джисона. МинХо сонно поморгал и недоумевающе осмотрелся по сторонам.       — Скоро уже врачи начнут утренний обход! Валите отсюда! Иначе нам обоим — крышка!       Медсестра скорой помощи подошла к кровати и настойчиво принялась поднимать МинХо под руки.       — Вот как знала, что стоит лишний раз заглянуть… — проворчала она.       — Простите… Похоже, я уснул. — МинХо перевёл сонный взгляд на Джисона. — А почему на мне лежала его рука?       — Мне-то откуда знать? — отозвалась девушка, подталкивая парня к выходу.       — А может он просыпался?       — Узнаем это потом… Справа по коридору — уборная. Идите, переоденьтесь и верните мне форму.       — А я могу хотя бы послушать результат осмотра врачей?       — Да, господи… Вам тут в принципе нельзя быть!       — Но я же всё равно в униформе. Никто не узнает!       — Боже, МинХо, да свали ты уже наконец…       Пререкающиеся парень с девушкой, раскрыв рты, повернулись к Джисону. Тот покряхтел с закрытыми глазами и, тяжело вздохнув, слегка размял плечо.       — Так ты не спишь? — мгновенно подлетел к нему МинХо и схватил за руку.       — Уснёшь тут, когда полночи под боком храпят… Пришлось очнуться, чтобы дать тебе подзатыльник.       — Боже, как ты меня напугал… Я так переживал…       МинХо потянулся, чтобы обнять Джисона, однако тот приоткрыл один глаз и выставил ладонь в останавливающем жесте.       — Если ты вздумаешь навалиться на меня своей тушей, то я безжалостно задушу эту тушу своей капельницей…       — Прости… Я совсем забыл, что тебя только вчера оперировали. — смущённо улыбнулся МинХо.       — Время, время, время-я-я… — нетерпеливо произнесла медсестра, притоптывая ногой.       — Может, ты чего-то хочешь? — торопливо уточнил МинХо у Хана.       — Поспать. А ты иди на работу, пока Юнги-хён не объявил тебя в розыск.       — Если что, дай мне знать. Я сделаю, что угодно для тебя.       — А я оставлю вам свой номер, чтобы потом передать новости о состоянии вашего друга. — закатив глаза сказала медсестра и вновь настойчиво потащила сержанта к выходу. — И, если ему что-то понадобится, тоже сообщу.       Бросив последний обеспокоенный взгляд на Джисона, МинХо всё же позволил себя увести.

***

      Перед входом в департамент МинХо сильно разволновался.       Мало того, что ночь выдалась почти бессонная, так ещё и из больницы пришлось идти пешком, поскольку ни машины, ни денег на такси у парня при себе не оказалось. В надежде на то, что на его опоздание будут смотреть сквозь пальцы, МинХо нерешительно пошёл в офис.       Идя по коридору парень поймал на себе несколько странных взглядов от сотрудников. Непонятная смесь сочувствия, насмешки, укора и надменности… Переведя глаза на Юнги, хмуро сидящего за стеклом в кабинете, МинХо понял, в чём дело. «Я же иду на расстрел…» Сглотнув нервный ком, парень открыл дверь и вошёл.       Чимин, стоящий у кофеварки, обернулся на вошедшего и слабо ему улыбнулся. Однако, от МинХо не ускользнула тревога в глазах лейтенанта. Не осмелившись даже на обычное приветствие, Чимин просто отвернулся и, поджав губы, уставился в свою кружку. Утреннее волнение МинХо моментально усилилось. Парень подумал, что улыбка лейтенанта и чашка кофе в его руках — были сегодня единственными тёплыми вещами в кабинете. От всего остального веяло холодом. И больше всего: от чёрных глаз Юнги, направленных на МинХо.       Сержант решил не закапывать себя оправданиями или гаданием, за что именно его сейчас будут ругать, поэтому просто подошёл к столу инспектора и виновато склонил перед ним голову. Юнги сидел, насупившись, и слегка поглаживал бинтовую повязку на своей правой руке.       Время шло, однако старший ничего не говорил. Шея МинХо начала уставать. Чимин боялся сделать шаг хоть куда-то, поэтому, в попытках скрыть волнение, лишь еле слышно отпивал кофе в своём углу. Неловкая тишина стала давить. Воздух накалялся и напряжение росло. Как и желание сбежать от такой атмосферы… Однако, никто не осмеливался начать первым и хоть как-то сгладить обстановку.       — Почему Чимин вчера оформлял и допрашивал Субин в одиночку? — непривычно низким голосом спросил, наконец, Юнги.       — Я был в больнице… — неуверенно отозвался МинХо, не поднимая глаз.       — Ты делал операцию? Или просто тратил там время?       — Я… Хотел убедиться, что с Джисоном всё будет в порядке…       — Ты мог уточнить это позже по телефону.       — Хён, я сам его отпустил… — встрял Чимин. — В качестве поддержки нашему технарю. Чтобы он не был один после случившегося.       — До самого утра? — сверкнул сердитым взглядом Юнги.       — У нас не было времени обсудить это…       Инспектор закатил глаза и поправил руками свои волосы. Откинувшись в кресле, он вновь поднял на сержанта глаза:       — МинХо, ты хоть осознаёшь насколько серьёзную ошибку в деле ты допустил?       — Хён, мы с ним оба её допустили… — вновь встрял Чимин.       Юнги недовольно прикрыл глаза перебинтованной ладонью и медленно выдохнул.       — Чим. — позвал он.       — Что?       — Выйди, будь добр.       У лейтенанта от неожиданности приоткрылся рот. Юнги больше ничего не говорил, ожидая, пока его приказ не будет выполнен. Чимин переводил взгляд то на него, то на МинХо и никак не мог решиться покинуть офис. Увидев выражение лица младшего, готового к самому плохому, лейтенант чуть закусил нижнюю губу и с досадой отвернулся. Посмотрев на кружку кофе в своих руках, Чимин расстроенно выдохнул, а затем всё же пошёл на выход.       Юнги дождался, пока дверь за лейтенантом закроется, а затем вновь посмотрел на МинХо.       — Ты хоть представляешь, какое количество людей приходило ко мне на собеседование до тебя? И сколько ещё хотело прийти?       — Нет…       — Огромное, МинХо. Огромное… Но я выбрал тебя. Знаешь, почему?       — Не знаю…       — Ты — единственный, кто показал готовность арестовать любого, невзирая на должности и звания. Даже меня, если бы это пришлось. Только ты говорил, что необходимо проверять каждого человека в деле. Каждую мелочь, каждую деталь.       Юнги неспешно поднялся и прошёлся по кабинету.       — Так какого хрена ты отступил от этих своих принципов, а, МинХо? — инспектор раздражённо окинул парня взглядом и продолжил ходить по кабинету. — Где тот сержант, который изучил каждый миллиметр в глухом деле из мотеля и обнаружил убийцу там, где не справилось три следователя? Почему на этот раз ты не обратил внимания на девчонку? Почему решил, что миловидность равнозначна невинности? Почему не выяснил все подробности сцены, которую застал у них в квартире? Что за поспешные выводы?       Шаг инспектора начал ускоряться, а тон голоса повышаться.       — Мало того, что упустил кучу деталей и обстоятельств, так ещё и подтолкнул нашего коллегу в недопустимые взаимоотношения с фигуранткой дела! Что за детский сад?! — Юнги раздражённо взмахнул рукой, от чего бинт на ней чуть расползся. — Джисон — взрослый парень, который способен самостоятельно разобраться в своей личной жизни. Или ты вдохновился собственными успехами на любовном фронте? Розовые очки затмили взгляд, да?       Юнги впился злым взглядом в МинХо, который не решался поднять голову и только хмуро играл желваками.       — Каково тебе теперь, когда ты знаешь, что твоя замутнённость разума чуть не стоила Джисону жизни? Не жалеешь о том, что ввязался в романтику на работе? Сможешь спокойно продолжать отношения, зная, что чрезмерная увлечённость ими может повысить опасность для кого-то ещё?       МинХо, насупившись, смотрел в пол. Лицо скривилось, а пальцы рук принялись нервно теребить друг друга. Юнги поправил бинты и продолжил наступать:       — В нашей работе эмоции никогда не должны затмевать разум. — почти по слогам произнёс инспектор, впиваясь взглядом в сержанта. — Какое бы мерзкое или сложное дело ни было перед нами, холодный расчёт должен быть превыше всего. Никакие жизненные обстоятельства не должны этому мешать! Как я могу на тебя рассчитывать дальше?.. Как доверять тебе дела? Откуда нам знать, что ты больше не подставишь никого из своих коллег?       МинХо со всей силы сжал челюсть и шумно втянул носом воздух. Ладони до дрожи сжались в кулаки.       — Одна минута, МинХо… Всего одна минута, и мы бы потеряли Джисона… Из-за тебя.       — Хватит уже!!! — яростно воскликнул сержант, повернувшись к Юнги. — Я и так себя извёл переживаниями! Сам не знаю, как бы жил дальше, если бы… — парень шмыгнул носом. — Если бы мы с Чимином не успели… Так что хватит читать мне нотации! Мне и без того хреново на душе! Никогда ещё так хреново не было! Доволен?! Просто уволь меня уже, наконец, и разойдёмся без этих нравоучений!!!       Злостно дыша, МинХо впился взглядом в инспектора перед собой. Юнги, не мигая, смотрел на него в ответ и чуть разминал правую руку.       За стеклом, в небольшой отдалении от кабинета Чимин следил за противостоянием коллег и пытался по губам прочесть их разговор. Одна рука лейтенанта крепко сжимала кружку, а вторая нервно теребила прядь длинных волос.       — Что там происходит? — послышался тихий голос над ухом Чимина.       Парень чуть вздрогнул и, повернув лицо, увидел рядом с собой ХиЧжин, которая обеспокоенно всматривалась в ругающихся за стеклом друзей.       — Мы сильно напортачили с МинХо… Упустили то, что святоша-убийца работал не один. Из-за этого мы вчера едва не потеряли Джисона.       — С ним всё в порядке?       — Перенёс операцию и теперь лежит в больнице. Но от смерти его отделяла всего какая-то пара минут…       — Из-за этого Юнги теперь ругается с МинХо?       — Угу… — Чимин расстроенным взглядом окинул коллег за стеклом. — Я только одного понять не могу…       — Чего?       — Почему он злится только на МинХо?.. Я ведь тоже допустил эту ошибку. Неверно трактовал обстановку, упустил важные детали… Почему меня не отчитывают вместе с ним?..       ХиЧжин утешающе положила ладонь на плечо лейтенанта. Рука парня уже начала чуть подрагивать от того напряжения, с которым держала кружку. Девушка заметила это и аккуратно забрала кофе у Чимина.       — Давай я подержу, пока ты опять не ошпарился из-за нервов. — сказала она, кивая на красное пятно на внешней стороне ладони лейтенанта.       — Это ещё со вчера… — качнул головой парень. — Во время задержания сумасшедшая девчонка опрокинула на меня кипящую кастрюлю с плиты, но я увернулся. Задело совсем немного и уже совсем не болит…       Чимин вновь с волнением уставился на своих друзей в кабинете.       — Я боюсь, что он его уволит… — тихо проговорил он.       Девушка обеспокоенно окинула ругающихся взглядом. Нервно сжав челюсть, она также попыталась прочесть хоть что-то по губам парней.       За стеклом МинХо неожиданно умолк, не сводя с начальника шокированного взгляда. Юнги что-то назидательно проговорил, глядя на парня, а затем пошёл на выход из кабинета, оставив МинХо там одного. Быстро пройдя по коридору, Юнги бросил короткий ледяной взгляд на ХиЧжин и, не задерживаясь, ушёл куда-то вниз по лестнице.       Девушка переглянулась с Чимином, после чего оба помчались в кабинет к МинХо. Сержант устало плюхнулся на диван и растёкся по нему, отрешённо глядя в потолок. На усевшихся по бокам от него людей парень даже не обратил внимания.       — Вы так сильно ругались… — неуверенно начал Чимин, забирая у девушки кружку и отставляя её к кофемашине.       МинХо медленно кивнул, продолжая смотреть в одну точку. ХиЧжин ласково взяла парня за руку.       — Он же… Ну… Не уволил тебя? — робко уточнил лейтенант.       МинХо тяжело вздохнул и прикрыл глаза.       — Нет… Он сказал, что не отчитывал бы меня так сильно, если бы хотел уволить, а просто молча отдал вещи.       — Слава богу… — облегчённо выдохнул Чимин. — Всё-таки он и впрямь невероятно понимающий.       — Юнги сказал, что тоже жутко расстроился из-за случившегося. — добавил МинХо. — А именно: из-за своего бессилия. Ведь, если бы он знал, что я толкаю Джисона к Субин, то непременно возразил бы. А так как всё произошло за его спиной, то после её нападения на Джисона, он почувствовал вину. Из-за того, что недостаточно настоял на том, чтобы я лучше проверил все детали. Что не допросил вовремя эту Субин, как хотел… Из-за того, что сам не проявил решительность и не доверился полностью интуиции, когда почувствовал нечто подозрительное в этом деле…       — За все годы работы его подозрения порой так ни к чему и не приводили. — качнула головой ХиЧжин.       — Но не в этот раз. С этим делом интуиция его не подвела. Мне стоило прислушаться к нему… — опустил взгляд МинХо.       — И что теперь? Просто работаем дальше? — спросил Чимин.       — Юнги решил меня наказать. И теперь завалит работой по самые уши. Чтобы я доказал, что никакие жизненные обстоятельства не могут повредить моему рабочему чутью.       — Иными словами, он считает, что причиной всему стали наши с тобой отношения? — скептично приподняла бровь ХиЧжин.       — Прямым текстом он этого не сказал.       — Но явно подразумевает… Видимо, хочет, чтобы у нас не осталось времени для встреч.       — Саботировать чужие отношения? Он бы так не сделал… — с сомнением протянул Чимин.       — Да, не думаю, что дело в этом. — подтвердил МинХо. — Более того, он сказал, что внесёт меня в списки рекомендованных к повышению. Потому я и должен отныне стараться как можно больше.       — Или чтобы ты теперь чувствовал вину каждый раз, когда захочешь уйти пораньше или что-то отложить на потом. — нахмурилась ХиЧжин.       — Не переживай… — МинХо сжал ладонь девушки. — Я справлюсь. И у нас тоже всё будет хорошо.       Стеклянная дверь офиса чуть скрипнула, и в кабинет вошёл Юнги с большой стопкой документов. Положив всю пачку на стол МинХо парень повернулся к компании, расположившейся на диване.       — Инспектор Мун, у вас какое-то дело? — уточнил Юнги.       — Нет… — качнула головой девушка.       — В таком случае, не оставите ли нас одних? Как видите, нам предстоит разобрать целую кучу всего…       Юнги красноречиво кивнул на стопку документов и пошёл к своему столу. ХиЧжин чуть укорительно проследила за ним взглядом, а затем склонилась к МинХо и оставила лёгкий поцелуй на его щеке.       — Удачи. — коротко добавила она.       МинХо благодарно улыбнулся ей и вместе с Чимином пошёл изучать принесённое Юнги. Офис плавно погрузился в рабочую рутину.

***

      ХиЧжин с наслаждением потянулась, сидя в своём домашнем кресле, и отложила книжку в сторону на комод.       Вечерняя комната, освещаемая лишь одним торшером, была полностью объята тишиной. Девушка чуть зевнула, поправляя на себе светлую рубашку, и посмотрела на экран мобильного телефона. Часы показывали второй час ночи. Никаких пропущенных звонков или сообщений…       Разочарованно проведя ладонями по обнажённым ногам, ХиЧжин хотела было встать, как вдруг услышала, что в коридоре тихонько открылась входная дверь.       «Это не может быть он…»       Напряжённо замерев в ожидании девушка внимательно слушала приближающиеся по коридору шаги. Когда в комнату украдкой вошёл МинХо, с губ ХиЧжин непроизвольно сорвался вздох облегчения. В руках у парня был большой букет синих гортензий, которые он с усталой улыбкой положил на колени девушке. Прохладная зелень приятно скользнула по обнажённым ногам. ХиЧжин осторожно провела пальцами по тонким лепесткам, любуясь их цветом. Минхо уселся прямо на пол рядом с креслом и обвил девушку руками за щиколотки. Парень чуть понежился лицом о девичьи бёдра, оставив несколько невесомых поцелуев на коже. Подушечки пальцев ласково пробежались по всей длине ног ХиЧжин, после чего МинХо прижался к девушке ещё крепче и замер, прикрыв глаза.       «Сразу видно любителя кошек… Знает о ласке всё.»              — Устал? — тихо спросила девушка, пригладив пальцами тёмные пряди волос парня.       — Угу. — кивнул МинХо, не открывая глаз.       — Я не видела, чтобы ты сегодня прерывался хотя бы на обед… Может, мне как-то переговорить с ним, чтобы не наседал так на тебя?       — Зачем? Юнги ведь всё правильно говорит. Я должен проявлять на работе хладнокровие и скептицизм. Должен отработать эти навыки до автоматизма. Над этим я сейчас и тружусь.       — При подобной нагрузке не пройдёт и недели, как ты начнёшь таскать мой Лоразепам…       МинХо ухмыльнулся. Кончиками пальцев он аккуратно прошагал от колена девушки вверх по её бедру.       — Мне достаточно иметь возможность вот так прижаться к тебе, и после этого ничего не страшно… Сразу находятся силы на всё.       — Это безусловно приятно слышать, но, МинХо… Надо беречь себя. Не увлекаться. Иначе быстро пожалеешь о том, что устроился сюда.       — Я уже жалею, Чжинни…       Парень опёрся подбородком о бедро девушки и поднял на неё усталый взгляд.       — Но не потому, что приходится много работать, нет. А потому что я слишком сильно привязываюсь к окружающим меня людям…       ХиЧжин прекратила перебирать лепестки гортензии и недоумевающе склонила голову, глядя на МинХо.       — Когда я работал в ночных патрулях, то всегда был один. Полагался только на себя, не нёс ни за кого ответственность. Заботился только о своей любимой машине… Я купил Вики на первые самостоятельно заработанные деньги. Всегда мечтал о такой машине, так как в детстве видел в кино, что полицейские ездят именно на них. Я так сильно прикипел к ней, что чиню каждую мелочь, чищу каждый сантиметр… И, если она сломается, то буду ходить пешком, пока не отремонтирую её. Ни за что не променяю на другую… Также у меня и с людьми.       МинХо вновь устало прикрыл глаза.       — Если у меня с кем-то устанавливаются мало-мальски тёплые взаимоотношения, то я буду постоянно переживать за этого человека, думать о нём. Даже если не говорю об этом вслух. А в нашей сфере это сулит кучу потраченных нервов… Я сильно волновался из-за Чимина, угодившего в перестрелку. Как никогда боялся за Джисона вчера… Чуть не поседел… А ещё каждый день думаю о том, как ты добралась вечером после работы домой. Боюсь, не случилось ли с тобой чего… А из-за обилия собственных задач, не имею возможности провожать тебя, чтобы не беспокоиться. Это меня убивает…       — Ты всегда можешь мне позвонить.       — Мне спокойнее, когда я вижу тебя вживую… Так что, надеюсь, ты не будешь возражать против моих таких внезапных визитов… Я думал просто убедиться, что у тебя всё хорошо. Тихо оставил бы цветы на столе, поправил твоё одеяло и удовлетворённый ушёл… Но, раз ты не спишь, то можно я спрошу?       — О чём?       — Могу я сегодня опять остаться у тебя на ночь?       ХиЧжин чуть пожевала губы, глядя на парня. Убрав ладонь с его шеи, она отвернулась в окно.       — Нет. — негромко прозвучали слова.       МинХо медленно открыл глаза. Задумчиво вглядываясь в темноту, он чуть поразмышлял, а затем со вздохом поднялся.       — Тогда, спокойной ночи. Не буду больше тревожить. Поеду к себе и упаду, наконец, без задних ног.       Парень склонился к сидящей в кресле девушке, легонько поцеловал в щёку и направился в коридор. ХиЧжин тут же взволнованно подскочила, небрежно отложив букет на комод и чуть сдвинув им лежащую там книгу. Догнав МинХо, она схватила его за руку и развернула к себе.       — Ты что, и правда уйдёшь? Ты же еле на ногах стоишь от усталости.       — Чжинни… — парень положил ладонь на щёку девушки. — Я же обещал, что, если ты дашь мне шанс быть с тобой, то сделаю всё ради твоего счастья. Если тебе хочется побыть одной или ты не хочешь видеть меня рядом, я уйду. Без возражений и пререканий. Лишь бы тебе было комфортно.       Книжка, не выдержав нового неудобного положения, с тихим стуком упала на пол. Однако на неё никто не обернулся.       ХиЧжин стремилась отыскать что-то подозрительное во взгляде МинХо. Хоть какой-то подвох в глубине этих светло-карих глаз. Но, несмотря на усталость, в них были только ласка и теплота. Ни капли обиды… Ни злости… Ни желания во что бы то ни стало получить желаемое… Исключительно нежность. Та самая: тёплая и доверчивая, как свернувшийся на коленях кот.       Приподнявшись на носочках девушка припала поцелуем к губам парня. Тёмная и одинокая квартира как будто тут же стала яркой и заполненной. Тепло тел вышло далеко за пределы обнимающейся пары и заполонило собой всё пространство вокруг. ХиЧжин быстро покрыла поцелуями щёки и лоб парня, слегка недоумевая в душе этому своему приливу чувств. Ладони мягко скользнули вверх по шее МинХо и обвили его лицо. Девушка прижалась ко лбу парня своим и ещё раз крепко поцеловала в губы.       — Я тебя не отпускаю. — шепнула ХиЧжин, красноречиво кивнув на свою кровать. — Ложись уже… Отдохни.       — Ты же присоединишься ко мне? — расслабленно улыбнулся МинХо.       — Да. Только цветы в воду поставлю.       Удовлетворённый ответом парень быстро разделся и юркнул под одеяло. С довольным кряхтением растянувшись на подушках, он любовался обнажёнными ногами девушки, ходившей по квартире. По телу начала растекаться приятная нега, наваливаясь тяжестью на сознание. Сон быстро накатил на МинХо, приглашая поскорее забыться в его компании. Прикрыв глаза парень проговорил:       — Надеюсь, мне удастся поскорее научиться работать как Юнги. Иметь такое же чутьё и выдержку. Всегда быть хладнокровным и контролировать себя…       — Не думаешь, что Юнги просто бесчувственный? И не думает ни о чём, кроме работы. — приподняла брови ХиЧжин, ставя гортензии в вазу на комоде.       — Нет… — сонно качнул головой МинХо. — Точно нет. Я видел… Он очень любящий и переживающий. Просто мастерски умеет разделять работу и личные чувства. Я хочу быть как он…       Последнюю фразу парень проговорил уже в полусне. ХиЧжин слегка улыбнулась, глядя на быстро отключившегося МинХо, и поправила стебли цветов. Гортензии неожиданно порадовали девушку насыщенностью своего синего оттенка. Не обжигающе красного, как ликорисы, а прохладного, как морские волны. Несущие утешение и успокоение. Расслабляющие одним своим видом, подобно вечернему прибою.       ХиЧжин сняла с плеч рубашку, выключила свет и осторожно залезла в постель под одеяло. Устроившись на боку девушка тихо выдохнула. МинХо повернулся к ней и, положив ладонь на её живот, притянул к себе. Оставив несколько поцелуев на обнажённом плече парень уткнулся носом в затылок ХиЧжин и вновь замер, проваливаясь в сон глубже.       Чувствуя щекочущее дыхание на своей шее и тепло тела, прижавшегося к ней со спины, девушка подумала: «ты не такой, как Юнги.»       Взгляд вновь упал на синие шапки гортензий. ХиЧжин слегка улыбнулась и с удовольствием прикрыла глаза, придвигаясь к МинХо ближе.       «Ты — лучше.»