Считалочка

— Как дела в школе? Такие вопросы начинали вызывать раздражение у Чонгука где-то в области желудка, которые он сдерживал с большим трудом. — Нормально. — сухо отвечает, давая понять, что не стоит развивать эту тему. Сохи, мать Чонгука, тяжело вздыхает, но принимается за свой завтрак, хотя аппетита Чонгук видит абсолютно нет. Может это из-за грубых слов сына, может из-за их положения, а может из-за чего-нибудь ещё. Чонгук не знает, но понимает, что не стоит так грубить своей матери, которая и без этого много пережила. — Я в школу. — даже не притронувшись к своей яичнице, парень со скрипом отодвигает стул и встает, закидывая рюкзак на плечо. — Я подвезу. — мать с готовностью начинает вставать, но холодный взгляд сына пригвождает её к стулу. — Сам доберусь. Громко хлопая дверью, Чонгук сбегает по ступенькам и засовывает наушники в уши, поворачивая в сторону школы. Чонгук шестнадцать и они с матерью переехали в этот богом забытый город несколько месяцев назад, убегая от худшей жизни. Его отец был пьяницей и наркоманом, который избивал свою жену и сына. Нет, это было не все шестнадцать лет жизни Чонгука, а всего лишь пять лет и два месяца. Парень отчётливо помнит тот день, когда отец впервые поднял руку на его мать. Его тогда уволили с работы и, напившись, он набросился на мать, которая пыталась мягко сказать, что не стоит больше пить. Тот вечер закончился для неё вывихнутым пальцем левой руки, сломанным носом и рассечённой бровью. Судя по всему, крики и мольбы прекратить доставляли мужчине в тот день удовольствие, от чего такие вечера начали повторяться регулярно. Вынырнув из своих мыслей только тогда, когда проезжающий мимо автобус чуть не сбил его, Чонгук поджал губы и прошёл мимо, не обращая внимание на распахнутую ржавую дверь. До школы ему оставалось пройти метров сто, поэтому он быстрее дойдет на своих двух, чем на этом ржавом безумии. Этот городок был небольшим, и соответственно, население тут было от силы пару тысяч человек. Соответственно, их с матерью приезд ещё долго был у всех на слуху, ведь не каждый день к вам приезжают из столицы. Будь воля Чонгука, он бы остался в родной столице, чем коротать свои дни здесь. Да, были и тут сверстники Чонгука, которые активно пытались подружиться с ним, даже несмотря на его замкнутость. Всегда Чонгук окидывал их равнодушным взглядом и разворачивался, уходя в свои мысли, но почему-то в этот день он захотел приобрести друга. Может так его настроение улучшится, и он перестанет срываться на Сохи. — Привет, не хочешь сегодня прогуляться? Окинув мрачным взглядом своего одноклассника, который больше всех хотел подружиться с ним, Чонгук уже хотел отвернуться, но вспомнил, что сегодня он заводит друзей. — Давай. — О, — одноклассник ещё пару секунд с удивлением взирал на Чонгука и после расплылся в милой улыбке, — Я Чимин, очень рад с тобой познакомиться. — Чонгук. Ответив кивком, Чонгук ещё раз окинул внимательным взглядом нового знакомого. Чимин тут же начал болтать о всякой ерунде по типу: какие сегодня скучные уроки, противные учителя, как после школы можно пойти в кафе и перекусить вкусным тирамису с горячим чаем, ведь на улице такой холод. — А где ты живешь? Вдруг прервав свой рассказ, одноклассник посмотрел на Чонгука, ожидая ответа. Смутившись, он назвал адрес, и Чимин побледнел. — Ты сейчас не шутишь? — сиплым голосом спрашивает парень, и Чонгук вздëргивает бровь. Он так похож на шутника? — Не думаю, что я похож на шутника. Поняв, что он не шутит, Чимин стал белее мела. Только Чонгук хотел спросить, от чего такая реакция, как заходит учитель, и все рассаживаются по своим местам. Ещё несколько секунд парень смотрит на Чимина, пытаясь уловить его страх и понять, от чего он, но тот будто специально избегал его взгляда и все время пялился лишь на доску. Поговорить удалось лишь после уроков. Сидя напротив одноклассника, который быстро вернул себе весёлое настроение и что-то весело щебетал о своей собаке, Чонгук задавал мысленный вопросы. — Почему ты так испугался? — Прервав парня на полуслове, Чонгук внимательно следил за его реакцией. — О чем ты? — делая вид, будто ничего не было, Чимин делает глоток своего зелёного чая. — Когда ты спросил, где я живу. Ты так испугался, будто я живу вместе с серийным убийцей. — Почти. — В смысле? Нахмурившись, Чонгук внимательно смотрит на нового друга, цепляясь взглядом за малейшую эмоцию. — Лет десять назад там жил человек, который убил чуть ли не полгорода. На тот момент ему было лет восемнадцать-девятнадцать. Все пророчили ему хорошее будущее, ведь он был таким хорошим. Красивый, умный, добрый. Не парень, а мечта. Только были у этой мечты свои секреты. Ви, так называли убийцу, каждый вечер убивал разных людей. От подростков до стариков. Не щадил даже женщин. Разве что детей. Говорят, он их любил, вот и рука не поднималась. Между ними не было ничего общего, кроме способа убийства. Перед смертью Ви вырезал на груди жертвы считалочку, а после вырезал улыбку на лице. Когда жертва уже были на грани смерти, он дырявил ей живот, не задевая слова, и вынимал сердце, по пути к которому резал органы, что попадутся на пути. После этого жертв находили в подвешенным состоянии. За столом воцарилось молчание и Чонгук почувствовал, что волоски на руках встают дыбом. — А что было дальше? — проглотив ком в горле, тихо спрашивает Чонгук. — Некоторые говорят, что он написал записку, в которой сознался во всех убийствах. Некоторые говорят, что он пришёл в полицию с поличным. Другие говорят, что он ушёл в лес и убил себя, но тело так и не нашли. У каждого своя версия, но многие склоняются к той, где он умер. Так всем жить спокойнее. — Тебе родители это сказали? — Да. Замолкнув, Чонгук пытался переварить это все, пока Чимин размешивал свой чай. — А что за считалочка? — после нескольких минут молчания спрашивает Чонгук. — Не могу сказать. — Мотает головой Чимин и поясняет на недоуменный взгляд. — Говорят, что если произнести эту считалочку, то Ви придет и покарает всех неугодных ему. — Что за глупости. — Фыркнул парень, хотя внутри всё сжалось. — Ну, твоё дело, верить или нет, но я это как-то проверять не хочу. — Пожимает плечами Чимин и допивает свой чай. — А ты не хочешь… Вызвать Ви? — Чонгук сам пугается своего вопроса и внезапного порыва, но отступать не в его правилах. Чимин странно посмотрел на него и откинулся на спинку стула, сложив руки на груди. — Тебя он так заинтересовал? — Не знаю. Наверное. — Как хочешь. Можем и вызвать, но, надеюсь, у нас ничего не получится, хоть я в это и не верю. — Пожимает плечами парень, и Чонгук робко улыбается ему. В груди появилось неприятное чувство опасности, которое Чонгук никогда не игнорировал. Но почему-то в этот раз решил затолкнуть свои опасения поглубже и облизнул свою ложку от остатков шоколадного тирамису. После кафе они направились к Чимину. По его словам, родители уехали в другой город на несколько дней и прибудут только послезавтра. Договорившись, что Чонгук останется у него на ночь, ведь обоим было страшно, они позвонили Сохи и объяснили ситуацию, опускаю призыв Ви. Та настолько обрадовалась, что у сына появились друзья, что без раздумий отпустила его на ночь, по сути, к незнакомому человеку. Хмыкнув, Чонгук осмотрел магазин, к которому они подошли, дабы закупиться вкусняшками. Поморщившись от того, какой он был маленький и больше был похож на заброшку, чем на магазин, Чонгук последовал внутрь за Чимином. — Здесь просто всё намного дешевле и выбор больше, чем в других. — Отвечает на немой вопрос и улыбается, когда продавщица без слов пробивает несколько бутылок пива. — А еще здесь не спрашивают паспорт у школьников и не сдают родителям. Вскинув брови, но ничего не сказав, Чонгук последовал за Чимином, который в красках описывал как они будут призывать Ви. Слушая все это, у него в груди всё тут же сжалось от страха. Разум кричал, что ничем хорошим это не закончится. — Мы пришли. Выкинув из головы все ненужные мысли, Чонгук внимательно осмотрел небольшой двухэтажный дом. Ничего примечательного, такие есть у большинства жителей этого города. — Так, до восьми ещё полтора часа, поэтому ты мне сейчас всё о себе расскажешь, мы поедим вкусняшки, выпьем пиво, а потом самое интересно — призыв. Кивнув, Чонгук последовал за другом. Чем ближе он приближался к двери, тем тяжелее становились его шаги. Сжав руки в кулак, парень остановился и перевёл дыхание. Теперь до него начало доходить, что вся эта затея обернется крахом. Чонгук никогда не был трусом, только вот он всегда верил в потусторонние силы из-за чего постоянно боялся. — Все хорошо? На тебе лица нет. Переведя глаза, наполненные каким-то животным ужасом, на Чимина, Чонгук сглотнул и ответил, что всё хорошо. Голос при этом не дрогнул, будто всё и правда было хорошо, не считая страха в его глазах. С сомнением посмотрев на него, но все же не став докучать вопросами, Чимин открыл дверь и приглашающе распахнул её перед Чонгуком. Забежав в дом, он оперся ладонями о колени и начал тяжело дышать, будто пробежал не полметра, а все четыре километра. Чимина уже настораживало такое поведение, и мысль в его мозгу, что не стоит им все это начинать, не давала покоя. Он попробовал отговорить Чонгука, но тот посмотрел на него, будто на предателя, и сказал, что здесь ничего такого страшного нет. Поджав губы, Чимин пошел на кухню разбирать пакеты, сказав напоследок, чтобы Чонгук чувствовал себя как дома. Стоило однокласснику уйти, как Чонгука бросило в дрожь. Он не понимал, чем это вызвано, ведь температуры не было, не отравился. Вместе с дрожью пришёл и страх, который он старался затолкать поглубже. Услышав, что Чимин подходит, Чонгук постарался скрыть дрожь и выпрямился полностью, дикими глазами осматривая все вокруг. Он не понимал, что происходит, но ему не нравилось здесь находиться. — Я принёс пиво и готов слушать твой рассказ. Выхватив тёплый напиток из рук парня, Чонгук ловким движением открыл его и за несколько глотков выпил почти половину. — Как я понимаю, твой рассказ будет не из приятных. — Хмыкнул Чимин и сел на диван. — Да. Немного переведя дыхание, Чонгук начал. Он рассказал, что после увольнения отца с хорошей должности в крупной фирме, тот запил и начал избивать свою мать. Вскоре ему этого было мало, и мужчина перешёл на него. Сохи всегда старалась принимать весь удар на себя, желая отгородить сына от всего этого. Через четыре года отец начал нюхать и колоться. Он не знает, как мужчина к этому пришёл, но мать сказала, что отец был в каком-то пабе и там же познакомился с местным дилером. Женщина даже это могла бы вытерпеть, но когда он чуть не убил Чонгука, находясь под кайфом, Сохи не выдержала и поздно ночью, когда отец снова ушёл за добавкой, она быстро собрала все необходимые вещи и сбежала с Чонгуком. В этот город. Закончив, Чонгук перевёл дыхание, одним глотком допил содержимое бутылки и перевёл взгляд на шокированного Чимина, который и слова сказать не мог. — А как… Он тебя чуть не убил? — Избивая меня, он со всей силы толкнул меня на пол, и я ударился виском об острый угол столика. Ну как ударился, просто задел. Чонгук говорил об этом так спокойно, будто и не с ним произошло. — А почему ты каждый раз смотрел с таким презрением, когда кто-то пытался подружиться? — Я привык, что у меня нет друзей из-за моей странности или они просто не выдерживают мой характер. — Ну, у тебя нормальный характер. — Пожал плечами Чимин. — По словам всех знакомых, даже мамы, я отстранён от жизни. Я не проявляю почти никаких эмоций. — Думаю, это защитный рефлекс из-за того, что с тобой происходило. — Наверное. На мгновение воцарилось молчание. У каждого бутылки уже были пустыми, и мозг затуманен алкоголем. — Что нужно для призыва? — Голос звучал глухо, будто из-под толщи воды. — Достаточно один раз произнести считалочку. С сомнением смотря на Чимина, Чонгука почему-то мучил один вопрос. Он понимает, что это настолько глупый вопрос, что можно спросить и завтра, но язык действовал быстрее, чем мозг. — Какая у тебя фамилия? — Хрипло спрашивает Чонгук и Чимин как-то странно вздрагивает. — Ким. Нахмурившись, Чонгук кивнул, давая понять, что услышал. — Начнем? — Неуверенность, кажется, сквозила по всему телу, но какое-то странное желание лидировало. — Повторяй за мной. Качнув головой, Чимин взял Чонгука за руку и начал громко произносить. — Раз-два, убью тебя, Три-четыре, умрёшь красиво, Пять-шесть, случиться месть, Семь-восемь, тебя все бросят, Девять-десять, тебя повесят. Замолкнув, подростки глазами начали осматривать гостиную, в которой сидели. Ничего необычного не произошло. Вздохнув с облегчением, Чимин весело посмотрел на Чонгука. — Ну вот, это просто глупая сказка. Кивнув, Чонгуку всё же было трудно заглушить страх, который разрастался всё больше и больше. Внезапно свет начал мигать, какие-то странные звуки, и со стороны кухни раздался звук разбившегося окна, какой-то хлопок и шаги. Сглотнув, Чонгук посмотрел на замершего Чимина, который не отводил взгляда от прихода. Судорожно осматривая комнату на наличие мест, куда можно спрятаться, Чонгука потихоньку одолевала паника. Глаза наткнулись на диван, на котором они сидели. Между диваном и полом было немного пространства, где можно было бы уместиться при всем желании. У Чонгука такое желание было. В данный момент он мечтал об этой щели, которая должна спасти из жизни. Шаги все приближались, поэтому, не теряя и секунды, Чонгук хватает за ледяную руку одноклассника и вместе с ним ныряет в эту щель, не обращая внимание на тесноту. Главное, чтобы не было видно. Глаза немного привыкли к темноте, и Чонгук пересекается взглядом с Чимином, который, кажется, даже не дышал. Чонгук и сам был готов задержать дыхание, но его сердце так быстро билось, что отдавало где-то в висках. Ему казалось, что неизвестный слышит стук сердца, но специально медлит, чтобы напугать ещё больше. Шаги стали громче, и подростки поняли, что он в гостиной. Замерев и не дыша, они напряжённо наблюдали за чёрными берцами, которые медленно подошли к дивану. Только через минуту они могли спокойно выдохнуть, когда шаги стали отдаляться, а потом и вовсе замолкли. — Ку-ку, — раздалось хриплым низким голосом прямо у них над головами и диван откидывают с нечеловеческой силой. Закричав, Чонгук закрыл глаза и провалился во тьму.

***

Приоткрыв глаза, по ним тут же ударили яркие лучи. Жмурясь, Чонгук потер виски, которые нещадно гудели. Вспомнив события ночи, он резко распахнул глаза и подскочил. Осмотревшись, он понял, что находится в комнате, но не в своей. Скорее всего, Чимина. Тогда где сам Чимин? Ответ нашелся быстро, стоило уловить аромат блинчиков. Вскочив с кровати, Чонгук выбежал из комнаты и побежал на кухню, желая выяснить, что за чертовщина тут происходила. Но вместо ожидаемого друга он видит совершенно незнакомого парня лет двадцати. Тот стоял у плиты и напевал что-то тихо себе под нос, переворачивая золотистый блин. — Кто вы? — хриплым ото сна и вчерашнего крика спрашивает Чонгук и парень медленно поворачивается. Стоило увидеть его лицо, как подросток тут же обомлел от его красоты. С интересом осматривая красивое лицо, подтянутую фигуру, которую было видно невооружённым взглядом, и высокий рост, Чонгук с удивлением заметил, как незнакомец с каким-то странным интересом осматривает его в ответ. — Я Тэхëн, брат Чимина. — Как и лицо, голос у него было такой же прекрасный. Низкий, с небольшой хрипотцей. — Не знал, что у него есть брат, — под нос себе пробормотал Чонгук, но, казалось, Тэхён услышал его слова, от чего красивые губы расползлись в усмешке, — А где сам Чимин? — Ушел в магазин. С подозрением смотря на нового знакомого, Чонгук медленно подходит к столу и садится на стал. Как-то странно усмехнувшись, Тэхён вернулся к блинам, и в такой тишине они провели минут пятнадцать, пока не вернулся Чимин с огромным пакетом. Чонгук тут же вызвался помочь разложить продукты, на что получил насмешливую ухмылка Тэхёна, на которую благополучно не обратил внимание. Через десять минут они сели за стол, и Чимин тут же набросился на блинчики. — Чем вы вчера таким занимались, что когда я приехал в два часа ночи, увидел вас на полу без сознания? — Тихо спросил Тэхён и его брат тут же перестает жевать. — Мы вызывали Ви. — С готовностью отвечает Чонгук и ловит предупреждающий взгляд друга. — И как? Получилось? — Сложив руки на широкой груди, Тэхён откидывается на спинку стула и следит за каждым движением Чонгука, словно хищник. — Очевидно, что да. Тэхён что-то недовольно бормочет себе под нос и встает из-за стола уходя наверх. — Зачем ты ему сказал про это? — Тут же вскинулся Чимин, стоило брату скрыться из виду. — Ну, он же твой брат, я думал, вы близки и ему можно доверять. Он может родителям рассказать? При упоминание родителей Чимин побледнел и посмотрел на лестницу. — Тэхёну нельзя попадаться на глазам родителям. — Заламывая пальцы, шепчет он, и Чонгука непонимающе хмурится. — Они что, в ссоре? — Типа того. — Тогда зачем он приехал? — Задал вполне логичный вопрос Чонгук, но Чимин поморщился так, будто он спросил про что-то мерзкое. — Я этого захотел. — Странно это все. Захотел, но забыл про родителей, с которыми он в ссоре. — Ему надо уехать. — Так пусть уезжает. — Он не может. Чонгук хмурится ещё больше. Как это не может? Он же здесь не на поводке. Тем более, как-то же он приехал. — Тогда пусть на время побудет у знакомых. — Нельзя. Если знает хоть один житель города, то узнают и родители. — Я не понимаю, почему ты настолько боишься показывать брата родителям. Думаю, они соскучились по нему, хоть и в ссоре. — Очень соскучились. — Тихо бормочет Чимин, и Чонгук с готовностью кивает. — Вот видишь. Поэтому ничего не бойся и обрадуй родителей. Сколько они не виделись? — Десять лет. — Хрипло произносит Чимин и подросток присвистывает. — Чего ж такого твой брат натворил, что десять лет родители его видеть не хотели? — Задаёт вполне логичный вопрос Чонгук, но Чимин всё равно как-то странно реагирует, через секунду пожимая плечами. — Дела, — тянет Чонгук и непонимающе смотрит на друга, — Получается, они не виделись с тех пор, как умер Ви? — Да. Чонгук внимательно наблюдает за одноклассником, замечая его странное поведение, но списывает это на беспокойство о брате. — Сколько Тэхёну сейчас получается? — прищуривается Чонгук, подмечая, как парень со свистом втягивает в себя воздух после такого вопроса. — Двадцать восемь, — хрипит Чимин и подросток в который раз удивлённо присвистывает. — Он выглядит молодо. — Я не знаю, что делать, — чуть ли не на грани срыва шепчет Чимин, зарываясь лицом в ладони. Закусывая нижнюю губу, Чонгук пару секунд обдумывает и предлагает поселить Тэхёна у себя до того времени, пока он не сможет уехать. Чимин тут же радостно бросается обнимать его, и в этот момент окно с дребезгом разбивается. Вздрогнув, Чонгук чертыхается и не видет, как Чимин осуждающе смотрит на лестницу, встречаясь с холодным взглядом брата. Поджав губы, он первым прерывает этот немой поединок и идёт за веником и совком. Сев на стул, дабы не мешать, Чонгук замечает одну очень странную деталь. — Чимин, а почему разбито только одно окно? — От его вопроса Чимин замирает и несколько секунд не двигается, прежде чем ответить. — Когда Тэхён приехал, он тут же заменил окно. Вот одно и целое. — Теперь другой важный вопрос. Как разбилось другое окно? И кто нас ночью напугал до обморока? — Скорее всего, это был грабитель, который решил поиграть на наших нервах, — спокойно отвечает Чимин и тут же шипит, стоит маленькому осколку поцарапать палец. — Надеюсь, что это так. Ещё минут двадцать они провели за простыми разговорами, после чего Чонгук отправился домой. Проводив его до калитки и получив заверение, что он в состояние дойти до дома, пока светло и не боится никакого Ви, Чимин заходит обратно домой и натыкается на предупреждающий взгляд чёрных глаз.

***

— Как посидели с Чимином? — Хорошо, было весело. — Значит, у тебя появился друг. Я очень рада. Кивнув, Чонгук пошёл в свою комнату и завалился на кровать. Из головы никак не выходил Тэхён. Он чертовски красив. Чонгук думает, что он мог бы даже посостязаться по красоте с Ви. Тот тоже, по словам Чимина, был красив. С мыслями о Тэхёне, Чонгук сам не заметил, как прошёл час. В окно что-то ударилось, будто кто-то бросил маленький камушек, и парень вскочил с кровати, собираясь разобраться с этими хулиганами. Но вместо хулигана обнаружил вполне взрослого человека. Тэхён стоял и держал в руке камушек, собираясь совершить вторую попытку, если бы Чонгук его не услышал. — Что ты здесь делаешь? — С удивлением смотря на мужчину, тихо шипит Чонгук. — Пойдём прогуляемся. Тэхён не спрашивает, а приказывает. По крайней мере, звучит это именно так. Вскинув брови, Чонгук внимательно смотрит на него. На улице прохладно, а Тэхён этого будто не чувствует. На нём простые чёрные берцы, чёрные джинсы и такая же чёрная футболка. Черное худи болтается в руках. — Смотри ничего не отморозь там. — Не стоит переживать.Чимин сказал, что ты помог мне с жилищем. — Что-то типа того. Но взамен ты должен рассказать, из-за чего поссорился со своими родителями до такой степени, что вы не виделись десять лет. — Может, сначала выйдешь, а потом мы уже нормально поговорим? — Ладно-ладно, только не ори, а то мама выйдет и полицию вызовет. — Не думаю. — Тэхён ухмыляется, будто не за него Чимин переживал, что кто-то его увидит. Только Чонгук хотел ответить что-то язвительное, как Тэхён просто отворачивается и что-то выискивает вокруг. Фыркнув, подросток направляется к шкафу и быстро переодевается, после выбегая из комнаты, совсем позабыв про телефон. — Почему же у тебя такое желание со мной погулять возникло? — Ты мне понравился. — Ты очень прямолинейный. — Всем такие нравятся. Фыркнув, Чонгук отвернулся от собеседника и продолжил качаться на качелях, к которым они подошли в ходе прогулки. — Так из-за чего твои родители не желают тебя видеть? Тяжело вздохнув, Тэхён как-то странно посмотрел на парня и медленно начал приближаться к нему.

***

— Чонгук, давай же, бери трубку. Пошли моего братца куда подальше и беги от него, — шепчет Чимин, расхаживая по комнате туда-обратно. Он уже раз десять позвонил другу, чтобы предостеречь его, но бестолку. Тот не отвечал на звонки, и Чимин заподозрил самое худшее.

***

— Что ты делаешь? — Шёпотом произносит Чонгук, замечая лицо Тэхёна в нескольких миллиметрах от своего. — Хочу тебя поцеловать. — Таким же шёпотом отвечает мужчина и накрывает губы подростка своими. Широко распахнув глаза от шока, Чонгук застыл, не решаясь оттолкнуть старшего или ответить. Приняв это за хороший знак, Тэхён углубил поцелуй, положив руки парню на затылок, будто для того, чтобы тот не сбежал. Прикрыв глаза, Чонгук расслабился, полностью отдавая свою волю Тэхёну. Ощущать его губы на своих было так приятно и правильно, будто они созданы друг для друга. На мгновение глаза Тэхёна полностью залило чёрным, и он со всей силы укусил младшего за нижнюю губу, принимаясь остервенело то облизывать место укуса, то вылизывая рот. От таких ласк Чонгук тут же разомлел и только тихо постанывал в чужой рот, цепляясь за сильные плечи. Буквально силой отстранив от себя Тэхёна, когда воздуха уже катастрофически не хватало, а тот будто никак не мог насытиться, Чонгук прикоснулся к ранке и тут же зашипел. Взяв его за руку, Тэхён наклонился и лизнул место укуса. Рана тут же перестала ныть и кровоточить, и Чонгук с удивлением посмотрел на мужчину. — Разве не знал, что слюни лечебные? — Невозмутимо пожал плечами Тэхён и усмехнулся. — Ты не ответил на вопрос, доктор. — Скажем так, мои родители были против моих увлечений, из-за которых я потерял нормальную жизнь. После нашей ссоры они продали дом, в котором жили двадцать лет и больше мы не виделись. — Даже связь не поддерживали? — Да. Чонгук уже хотел спросить, что это за такое увлечение было, что они так сильно поругались, но внутренний голос подсказывал, что ответ ему не понравится. После вчерашнего вечера он пообещал прислушиваться к своей интуиции всегда. — Почему у тебя такие ледяные руки? И правда, всё то время, что их руки пересекались, руки Тэхёна всегда были холодными. Да и всё тело вообще, включая губы. Вот что тогда не давало Чонгуку покоя. Холод. От Тэхёна исходил просто мертвецкий холод. — У меня так с рождения. Родителей это сначала пугало, а потом они привыкли. Летом это очень помогало. — Понятно. Да, пусть Тэхён и ответил на все его вопросы, но всё равно тут что-то не сходится. — Пойдём, уже поздно. Надо тебя ещё маме представить. — Как своего парня? — Довольно улыбается мужчина, и Чонгук хмыкает. — Боюсь, у мамы инсульт будет, если подумает, что ты мой парень. — Гомофобка? — В низком голосе слышится неподдельная грусть или Чонгуку кажется? — Нет, просто ты на двенадцать лет старше меня. Она ещё к такому явно не готова. Хмыкнув, Тэхён поправил на парне своё худи и схватил его за руку, обдавая ту холодом. Чонгук еле сдержал порыв вздрогнуть. Внутренний голос вопил об опасности, и Чонгук начал озираться по сторонам. Заметив это, Тэхён поближе прижал его к себе, и внутренний голос завопил с удвоенной силой. Чонгук нахмурился. Неужели опасность исходит от Тэхёна? — Не бойся. — Тот будто чувствует его страх и Чонгуку от этой мысли становится не по себе. — Я и не боюсь. — Я чувствую, как ты дрожишь. — Это от холода. — Настаивал на своём Чонгук и старший насмешливо хмыкнул. — Зачем вызывали Ви, если ты теперь боишься каждого шороха? Большими глазами смотря на Тэхёна, голос которого буквально на секунду изменился на какой-то потусторонний, Чонгук тяжело сглотнул, и он смягчился. — Не бойся, я же не со зла тебя отчитываю. Я просто переживаю. Вчера вы чудом спаслись от грабителя, и теперь ты трясёшься от всего. — Как обычный человек смог с такой силой откинуть тяжёлый диван, который весит почти втрое больше него. — Задумчиво произносит себе под нос Чонгук, и Тэхён хмурится, но не комментирует это. За это время они дошли до небольшого дома, в котором живут Чонгук со своей мамой, и парень на какое-то мгновение остановился. Его маленький дом выглядит не так шикарно, как двухэтажный дом Чимина. Плюс ко всему этому великолепию крыша прохудилась, ступени вот-вот сгрызёт какая-нибудь собака, а окна настолько старые, что, кажется, они старше, чем Чонгук и Сохи. Но несмотря на всё это, Тэхён смотрит с каким-то непонятным благовением на этот дом, будто он самолично его строил, и гордится, что здесь кто-то живёт. Чонгук хмыкает. Фантазия у него хорошая. Обычно Тэхён смотрит на дом. В его юность он, наверное, в похожем жил. Объяснив всю ситуацию Сохи, Чонгук с удивлением смотрел, как она бегает по дому в поисках чистого белья для гостя. Удивительно было то, что она впустила совершенно незнакомого человека пожить на неопределённый срок. Вздохнув, Чонгук направился в свою комнату и присвистнул, увидев, сколько пропущенных было от Чимина. — Чимин, ты чего мне названивал? Мне даже мама никогда в жизни столько не звонила, сколько ты за один вечер. Поставив телефон на громкую, Чонгук начал переодеваться, слушая, как Чимин быстро начинает говорить. — Тэхён ушёл к тебе, я переживал, а ты еще трубку не брал. Я чуть инфаркт не получил, пытаясь до тебя дозвониться. — Так мы же договорились, что Тэхён поживёт у нас какое-то время, пока не уедет отсюда, разве нет? — Нахмурившись, Чонгук посмотрел на дверь, за которой были слышны шаги, но стоило открыть дверь, как он никого не обнаружил. — Да, просто я боюсь. — О, после вчерашнего? Тогда надо было Тэхену остаться с тобой до утра, а потом он бы пришёл сюда. — Нет, грабители больше не заявятся. У нас стоит сигнализация, поэтому стоит им проникнуть, как сигнализация сработает, и через несколько минут приедет полиция. — Тогда почему она вчера не сработала? — Задал вполне логичный вопрос Чонгук и на они конце воцарилось молчание. Парень прислушивался к каждому шороху, пытаясь понять, там друг или нет. Казалось, тот даже не дышал. Через пару секунд дверь резко распахнулась, и появился Тэхён. — В общем, будь осторожен с Тэхёном. — Наконец произнёс Чимин. — Хватит плести всякую чушь, вмешивая в неё Чонгука. — Холодно произносит Тэхён, глаза которого горят от злости. — Тэхён, не смей что-то сделать Чонгуку, я знаю тебя лучше, чем кто-либо друг… Сбросив до того, как брат договорит, Тэхён подходит к Чонгуку и заваливает его на кровать, утыкаясь носом в шею. — Почему Чимин сказал держаться от тебя подальше? — Не слушай его. По его мнению, я дурю голову милым мальчикам, пользуюсь ими, лишая девственности, и бросаю их. — Какой ты бессердечный. — Охает Чонгук, и губы Тэхёна растягиваются в ухмылке. Прикрыв от удовольствия глаза, Чонгук чувствует горячее дыхание на своей груди. — Даже не представляешь насколько. — Тихо шепчет Тэхён, и его глаза наливаются знакомой чернотой.

***

С тех пор, как Тэхён приехал, прошла неделю и за эту неделю было убито шесть человек. Когда утром Чонгук ушёл в школу и оставил у себя в комнате Тэхёна, который даже бровью не повёл на его уход, он наткнулся на машины скорой и полиции. Нахмурившись, он с ужасом наблюдал, как тело грузят в машину скорой и увозят. Подойдя ближе, он уловил разговоры двух полицейских. «Убийства… Ви вернулся… Месть… «. Побледнев, Чонгук даже не стал слушать дальше и со всех ног побежал в школу. Позже стало известно, что это был мужчина сорока лет, которому на лице вырезали улыбку, на груди написали ту самую считалочку, вспороли живот и разрезали сердце вместе с печенью и почками. Чимин тогда странно побледнел и выбежал в туалет. Чонгук подумал, что у него нервы ни к чёрту. Второе убийство случилось на следующий день. Тело увозили прямо на глазах Чонгука и Чимина, которые сидели в кафе. Убили девушку двадцать шести лет. Так же, как предыдущему мужчине, ей вырезали улыбку, считалочку, но вместо печени и почек были лёгкие. Третье убийство уже передавали по телевизору. Сохи в тот день запретила сыну идти в школу, сильно переживая за него. Тэхён тогда сказал, что Чонгука уж точно не тронут, ведь он такой милый. Мать только натянуто улыбнулась, а в голове Чонгука била тревога. Каждое новое убийство отличалось только вырезанными органыми и за эту неделю полиция уже сама начала опасаться за свои жизни. Все жители, как могли, запирали свои дома, но это им мало помогало. В один день мать пришла вся бледная и стоило закрыть входную дверь, как она скатилась по ней. Знатно перепугавшись, Чонгук подскочил к ней и дал опереться на себя. Будто очнувшись, она тут же начала озираться по сторонам и спросила, где Тэхён. — Спит у меня в комнате. — Пожал плечами Чонгук и Сохи тут же потащила его на кухню. — Ты знаешь, кто такой Ви? — Серийный убийца. — Осторожно отвечает Чонгук, с подозрением смотря на мать. — А его настоящее имя? — Мам, что происходит? Ты выпила, что ли? — Ким Тэхён и есть Ви. — Тихо прошептала и Чонгук застыл. Пазл в голове окончательно сложился. И, не теряя ни минуты, он хватает мать за руку и выбегает за дверь. Не останавливаясь ни на минуту, не обращая внимание на горящие лёгкие, Чонгук с матерью добегают до дома семьи Ким, и парень начинает тарабанить по двери, будто от этого зависит их жизнь. Хотя так и есть. Дверь им открывает бледный Чимин и без слов впускает в дом. В гостиной их уже ждут Суан и Джихан, такие же бледные, как их сын. — Вы уже догадались, да? — Тихо спрашивает Чимин, и Чонгук хватает его за плечи, хорошенько встряхивая. — Почему ты мне не сказал? — Я пытался предупредить. — Ты сказал, чтобы я был осторожен с твоим братом, но я даже не думал, что это расшифровывается как «беги от него, он серийный убийца, который умер десять лет назад, но мы его призвали». — Я думал, ты можешь сложить два и два. — Все мое тело чувствовало опасность, но я опять это проигнорировал. — Надеюсь, он вас никак не трогал? — Обеспокоенно спрашивает Суан, мама Чимина. — В каком смысла трогал? — Спал ты с ним? — В любой другой день Чонгук бы и мог обидеться на такой вопрос, но сегодня ему не до обид. — Спал. И не один раз. Все мигом разворачиваются на довольный голос со стороны двери и замирают. Глаза Тэхёна горят полностью чёрным, а кожа стала синеватого оттенка, как у покойника. — Уходи, Тэхён. — Бесстрашно произносит Джихан, и его старший сын кривит синие губы. — Не хочу. У меня теперь есть стимул остаться здесь подольше. — Плотоядно улыбаясь, он довольным взглядом откидывает Чонгука, у которого дрожит все тело. — Отстань от моего сына. — Шипит Сохи, закрывая сына своим миниатюрным телом. — Он теперь мой. — Не своим голосом рычит Тэхён и всех отбрасывает неизвестной силой в разные стороны. Подлетев к Чонгуку, который шипел от боли в разбитой губе, Тэхён хватает его за руку и тянет наверх. Все тут же начали наперебой кричать, но никто не мог сдвинуться с места, пригвожденные невиданной силой. — Ты мой и только мой. Я никому тебя не отдам, не позволю причинить тебе боль. Я люблю тебя. — Как в бреду шептал Тэхён, осыпая тонкую шею поцелуями. — Тогда уходи из этого мира, — сквозь слезы шепчет Чонгук, и призрак, он теперь уверен в этом, замирает, — Именно ты делаешь мне больно, причиняя боль моей маме, своей семье и всем жителям города. Пожалуйста, уходи, если ты и правда меня любишь. Призрак замер и Чонгук отстранился, дабы взглянуть на задумчивое лицо. — Обещай навещать меня. Родители и Чимин знают, где могила. Если соскучишься по мотивам прикосновениям, то просто произнеси ту считалочку, и я буду уже рядом с тобой через несколько секунд. Чонгук с удивлением почувствовал на своей шее мокрые капли. Посмотрев на парня, Тэхён усмехнулся и прижался к его губам. Неуверенно отвечая на поцелуй, Чонгук больше не чувствовал привычного холода и, открыв глаза, понял, что Тэхён ушёл. Чимин, его родители и Сохи с опаской смотрели на то место, где исчез Тэхён, будто он сейчас появится и злобно прорычит «Сюрприз». Но когда этого не произошло не пять, не десять, не двенадцать минут спустя, только тогда все могли спокойно выдохнуть. — Расскажите, как он пришёл к такой жизни. Не спроста же он начал убивать. Тяжело вздохнув, Суан и Джихан переглянулись и начали свой рассказ. В детстве они наказывали Тэхёна за каждый его проступок. Будь то плохие оценки, плохое поведение, в комнате бардак, чашку за собой не помыл. А наказывали они его тем, что заставляли стоять в углу, улыбаться и произносить при этом считалочку. Уже когда Тэхён повзрослел, они поняли, что натворили, когда он впервые убил, но было слишком поздно. Как могли, они прикрывали сына, но вскоре ему надоела такая жизнь, и он покончил с собой. Именно они распустили несколько слухов про Ви, а про сына сказали, что бесследно исчез. — Поэтому ты боялся, что родители увидят брата. И вот про какие увлечения он говорил. Как же всё запутано. — Зарываясь руками в волосы, Чонгук сжимает их у корней и прикрывает глаза, обдумывая всё. — Ты в него влюбился, да? — Тихо спрашивает Чимин и получает неуверенный кивок. — Все будет хорошо. — Сохи обнимает сына и нежно гладит по голове. Всё обязательно будет хорошо.

***

Вот прошла ещё одна неделя без Тэхёна. Всего их было три. Почти каждый день он ходил к его могиле и подолгу разговаривал, а с наступлением темноты спокойно шел домой. Теперь бояться было нечего, ведь Тэхён забрал с собой все страхи. Но Чонгуку не давала покоя тоска. Не мог же он за неделю настолько влюбиться, что теперь хочет вытащить его с того света. Покачав головой, парень закусил нижнюю губу, всерьёз раздумывая над этим вариантом. Вздохнув, он решился и начал свой ритуал. Произнеся заветные слова, Чонгук внимательно осмотрел комнату и через несколько секунд почувствовал знакомый холод по всему телу. Над ухом раздался такой любимый низкий голос, от которого Чонгук вздрогнул и прикрыл глаза. — Ку-ку.