Лавандовый платочек

ДогДэй не понимал Кэт Напа.

Он не мог понять, почему тот так презрительно и высокомерно ведёт себя с ним, а на каждый вопрос отвечал что-то по типу " Мол, как хочу, так и делаю, и вообще не лезь туда, куда не надо! " и тому подобное. Он не мог понять, почему он так отстранён ото всех, почему постоянно где-то пропадает и куда уходит. Почему не может довериться хоть кому-нибудь! Даже Корни, которая была более спокойнее, чем другие улыбашки, и старается постоянно угождать этому коту, то даже её он отталкивает и уходит, игнорируя всё, что она для него делает. Из-за этого лучшая подруга Дога много времени уделяет раздумиям, что можно подарить Дремоту, ведь не хочет, чтобы кто-то из коллектива их небольшой компании был чужим. И как бы пёс не старался её уговорить, что это всё бесполезно, и если он не хочет, то лучше даже не пытаться, но единорожка всё также упрямо стоит на том, чтобы сделать для него что-нибудь приятное, что он сможет оценить и сблизиться со коллегами по работе. И каждый раз лидер не мог смотреть на разочарование в лице художницы, которая получает снова отказ от фиолетоволосого ублюдка. Но она не сдаётся и видит в этом коте травмированого человека, который не может никому довериться и, поэтому отталкивает любого, кто подойдёт к нему ближе, чем на 5 метров. Догги тоже старался найти в нём хоть что-нибудь светлое, но все бестолку — Кэт Нап был полной противоположностью Дога. И это раздражало обоих. Фиолетоволосый не любил таких ярких личностей, как ДогДэй, и предпочитал тишину, тёмное время суток и спокойствие, поэтому тот задор, который прямиком цеплялся за рыжего пса и преследовал его, сильно бесил кота, надеявшегося хоть на миг, чтобы это утихомирилось. Но чуда не происходило, и Кэт просто спокойно сидел и ждал, когда он сдохнет, чтобы не видеть это самодовольное личико каждый раз, когда тот приходил домой. Догги же не нравилось стоять на месте и ничего не делать, и тот искал на одно место много приключений, чтобы развеять скуку и тягостные дни в этом паршивом городке, которое так бесило рыжего. Но всё-таки, между ними было что-то общее — оба ненавидели это место, в котором они все застряли, и оба плакали по ночам, надеясь на окончание этого кошмара. Они ненавидели Poppy Playtime всей душой, в котором оказались даже не по своей воле. Но Дог надеялся на выход из этого проклятого местечка, где буквально всё светилось фальшивостью и обманом, а Кэт Нап смерился с этим. Им не выбраться из этого города, он то уж знал точно. И мнение друг о друге оставалось неизменным до одного момента. **** — ДогДэй, вставай. Нам нужно кое-что обсудить. — с неким недовольством прокричала Пикки Пигги, будя лидера. Сонные глаза чуть приоткрылись, не смея протестовать розоволосой. Дог посмотрел на девушку с лёгким недопониманием, быстро вставая с кровати и зевая, не позабыв прикрыть рот ладонью. Было интересно, что такого они хотело обсудить в 7 утра. В выходной, мать твою. В ебучий выходной. Уже полностью проснувшись, тот хотел для начала умыться, но за шиворот его верхней части ночнушки, составляющей из тёмно-лиловых шорт, любезно украденных у Кэт Нэпа, и бежевой футболки с изображением солнца, взяла Пикки и потащила вниз, где находилась кухня и гостиная. Девушка определённо была раздраженная и зла, поэтому протестовать ей было очень опасно, если не равно самовыпелу. Осмотревшись, тот заметил, что присутствовали все, за исключением фиолетового кота, который как всегда где-то шлялся, не желая оставаться в этом доме. Внутри что-то съёжилось, волнение отразилось каплей пота, стёкшей по лицу с веснушками прямо вниз, а собачьи уши прижались к голове хозяина. Хвостик перестал вилять с задором и заинтересованностью, а глаза слегка сузились, чувствуя дискомфорт и тревогу от окружающей обстановки. Все, за исключением Крэфти и Бобби, смотрели на него с презрением и недоверчивостью. Это заставило напрячься и спросить, ведь Дог не был из терпеливых, и просто ждать от них чего-либо тот не был намерен. — Что с вами? Почему вы так смотрите не меня? — голос задрожал на последних словах, отражая страх. Все это услышали, а их взгляд стал прожигать рыжеволосого. Молчание. Лишь слышно тикание настенных часов и больше ничего. Волнение переросло в страх, а сердце учащенно забилось, заставляя встревожиться ещё сильнее. — Дог, у Чикена пропала его серёжка, ты случайно к этому как-нибудь не причастен? —холодно, но с толикой надежды в голосе спросил слон, поправляя голубую прядь за ухо, что так сильно мешала ему. Услышав упомянутое имя, пёс сразу обернулся на блондина — тот выглядел ужасно: его всегда зализанные назад волосы были разбросаны по всей голове, завязанные в низкий растрепаный хвост, под опухшими и красными от слёз глазами виднелись огромные тёмные синяки, а бледная кожа воссоздала мёртвую атмосферу. Будто бы перед ними и вовсе не стоял человек, а какой-то мертвец. — Что? Нет! Почему вы не сказали об этом раньше? — слегка раздражённо возгласил пёс, выставляя руки по бокам. Действительно, почему? Если-бы они сказали это намного-намного раньше, то серёжка была бы уже найдена Догом и никаких проблем не возникло. Парень прижал сильнее свои собачьи уши к голове и тяжело выдохнул — панику сейчас наводить равно самоубийству. Для начала нужно выяснить — что, почему и как. — Дог, понимаешь… — тяжело выдохнув, начала Бобби. Рыжеволосый повернулся к ней лицом, видя бушующее волнение в её малиновый глазах, от которых всегда исходила только мягкость и нежность, но точно не в этот раз. Страх определённо сковал её цепями, не давая возможности выбраться из этой непонятной для пса ситуации. Но он чувствовал и понимал, что все прекрасно разбираются в этой никчёмный проблеме, которая только для ДогДэя оставалась неизвестной. Эта неизвестность раздражала. Парень только ради своих друзей ждал ответа на свой вопрос, скрестя руки. — Мы… — Мы подозреваем тебя в этом *преступлении* — перебив, снова леденящим тоном сказал Хабба Бубба, поправляя съехавшие вниз очки. Что? Чего, блять? ДогДэй был вахуи. Настолько, что ничего не понимал. Что? Как? Почему? Когда?! Глаза, полные недопонимания, вылупились на всех. Дог ничего не мог сказать, лишь смотрел на них с огромным шоком. Не хотелось верить в это: что родные друзья, которые уже чуть ли не стали семьёй, подозревают тебя в преступлении, в воровстве! Рыжеволосый презирал такие действия — даже если бы он был бедным, не имея абсолютно ничего, то пёс ни за что не стал воровать у кого-то. Настолько он не был опытен, настолько у него было много надежды на счастливое существование в этой болезненной судьбе их жизни. И Дэй не мог ответить на волнующий всех вопрос — почему он так считает? ДогДэй и сам не знал ответа. Он просто верил в хорошее, оставаясь оптемистичным, радуя всех вокруг и заряжая своей солнечной энергией. Кого-то она раздражала, кого-то радовала, а кому-то было всё равно, как псу на плохое мнение о нём. И как же такое лучистое солнышко могло совершить то, что тот так сильно презирал и ненавидел? Никто не знал на это ответа. Лишь предположения двигали зверушками, не зная точной правды на все волнующие вопросы. В горле встал ком. Огромный и раздражающий. Хотелось что-то сказать, начать оправдывать себя и открыть другим глаза, но тот не мог. Он застыл, притаив дыхание. На глазах резко выступили солёные слезинки, а тело задражало. — Ч-чего?… Ребят, вы же не… — не хотелось верить в услышанное. Не хотелось думать, что родные друзья подозревают тебя. А если они возненавидя его? Станут относиться ужасно и презрительно, считая куском мусора. И ситуация выглядила глупо и нереалистично, если бы не рождённая ранимость и эмоциональность пса. — Ребята, вы же ш-шутите?.. В-верно ведь?.. — дрожащим голосом спросил Дог. Дэй вот-вот зарыдал бы при всех. Хотелось побыть наедине, обдумывая ситуацию, и ответить на предательски бесячий вопрос - почему они пришли к такому выводу? Ноги подкосились, он готов был упасть, но не при всех, не позориться при них. Только не сейчас! — Дэй, я… — начала Хоппи Хопскотч, но её тут же перебил до жути знакомый голос. — П-подождите! Мы серьёзно будем подозревать человека, который не способен даже убить муху? Не способен предасть своих друзей? Предасть нас?! — резко возглосовала Крэфти Корн, чуть проходя вперёд. В её бирюзовый глазах читалось не сколько волнение за ситуацию, как ярость. Злость. Опыляющая со всех краёв ненависть. Это не было похоже на девушку, она всегда оставалась спокойной и рассудительной, не теряя надежды на всё хорошее. И увидеть её такой было огромным сюрпризом от судьбы. ДогДэй боялся, что Крэфти когда-то станет ненавистницей, отчаявшейся что-либо делать. Он ненавидел людей, которые берут и сдаются, так и ничего не начиная, а если такой станет его лучшая подруга, то он готов был самостоятельно сжечь себя, лишь бы не видеть этого недоразумения от вселенной больше никогда. Он любил и уважал её не за уверенность в своём деле, а за то, какая она была живой. Сколько в ней было хороших эмоций. Она всем своим видом показывала себя настоящую, не боясь прятать свою личность от других. Она была легка, как пушинка, бела и чиста, как только выпавший снег в декабре, и лучистой, как ранние лучи солнца, только-только ставшего за горизонт. Но сейчас ей управлял гнев и ярость, что так бесило и заставляло отчаянно схватывать глотки воздуха в целях найти спасение из этой ямы. ДогДэй ненавидел эту сторону у всех людей и больше всего не хотел видеть её у Крэфти и его друзей. Даже у Кэт Напа. По щеке резко для пса спустилась солёная капля, стекая по подбородку и падая на пол. Он не смог. **** ДогДэй уже не помнил, о чём продолжили говорить улыбашки, не помнил, как тот смог сбежать и бежал по коридору в слезах ото всех, опрокидывая по пути всхлипы и глухие стоны. Он слишком слаб. Ему нужно успокоиться. Попав в первую попавшуюся комнату, он не заметил, как оказался в маленьком помещении, закрывая за собой дверь. Опрокидывая рваные всхлипы, тот медленно спустился на пол, опираясь на опору спиной. Ему нужно побыть одному. Он и сам справится. И он успокоится, всё хорошо обдумает и придёт к верном решению! Верно же? Ведь так?... Нет, блять, всё не так! Его репутация буквально испорчена в глазах у всех! Он ужасный лидер, никак не взявший всё в свои руки и не приняв правильное решение, сбежав, как трус. Его отношения с друзьями тоже пошатнулись и разрушились, которые он так долго выстраивал и доказывая всем, что из него получится отличный лидер, помогающий всем, не оставляя исключений! Но это исключение всё-таки было. В лице Кэт Напа. Он не принимал поддержки, помощи, говоря всем, что справится и сам. Дог не верил ему. Он искринне хотел помочь, но ничего не получалось и, в конце концов, он смерился с поражением и больше не доставал фиолетоволосого. Но разве сейчас это так важно? Его ненавидят все, без исключений, за их же мнение. И как тут что-то сделать? Ничего. Забавно, что тот сам стал отчаявшимся, хотя сильно презирал таких людей. Ужасное зрелище. Длинные рукава оверсайз светлой футболки были промокнуты насквозь, словно на них кто-то опрокинул кружку, наполненную водой. — Ты выглядишь жалко. — внезапно в комнате раздался знакомый голос, что так раздражал Дога. Похоже, из-за своей слабости, Дэй совсем не заметил чужого присутствия в этой комнатушке. Чёрт! Издав короткий всхлип, тот приоткрыл намокшие и раскрасневшие глаза от слёз. Тусклая,только что включенная лампочка слабо освещала комнату, открывая вид на силуэт спереди. ДогДэй предпочитал больше свет, чем темноту, но сейчас он готов был отдать всё, лишь бы оказаться снова во тьме. Там, где его не найдут и не достанут, где он сможет остаться один. В безопасности. Фиалковые глаза смотрели на него. Вот только, на удивление, в них читалось не обычная язвительность, не раздражающая всех ненависть и безразличность, а лишь скорбь и тепло. Хотелось обнять его,уткнуться в шею и зарыдать, полностью освобождая себя от маски счастливого дитя, которое умерло давным-давно. Но пёс держался, как мог, лишь бы не поддаться этим слащавым чувствам. Нельзя. Фиолетоволосый прошёл вперёд, делая по нескольку шагов, останавливаясь, а потом продолжая свой путь. Этим он хотел показать, что здесь он не враг ему? Странно, что это и вправду работает. Опухшие глаза уставились на лицо парня спереди, который не спеша прошагал к псу. Интересно, у него мягкие уши? А хвост? А если... Так, стоп, ДогДэй, нельзя! Хватит! Между ними оставались какие-то жалкие 15-20 см. И что он сделает с ним? Убьёт? Зарежет? ДогДэй не против. Он устал. Очень сильно. Но он никак не ожидал, что из всех возможных действий, будет протягивание лавандового платочка. От него исходил запах свежих полевых цветов. Что-то спокойное засело в груди. Уши поднялись в изумлении, а хвост слегка проехал по полу. Дог явно был в недопонимании. Но, несмотря на это, дрожащая рука смогла схватить кусочек ткани, вытирая все слёзы и просморкавшись. Ему стоит потом постирать его. Не самой лучшей затеей будет оставлять его в противных кисло-жёлтых соплях. Вытирая влажную поверхность лица ладонью, Дог не заметил, как перед ним рядом присел фиолетоволосый, медленно протягивая руку и спуская её в ярко-рыжие волосы. Догги нравилось, когда его гладили, а сейчас это выглядило, как настоящий подарок от жизни, за который ДогДэй отдал бы всё, что у него есть. Дог приближался к коту, желая получить ещё небольшую порцию ласки, но тот слишком увлёкся и не заметил, как бессовестно присел на чужих ногах, утыкаясь носом в шею и обвивая её руками, прикрывая усталые глаза. Хвостик довольно завилял, очевидно хотя большего. Кэт Нап не отталкивал, не бросал и не уходил прочь, а лишь молча повиновался, продолжая нежно поглаживать Дэя. Сейчас самое главное не делать резких движений, чтобы не спугнуть его и ничего не говорить. Кот-Дремот всё прекрасно слышал и понимал, что если тот хоть что-то спросит, то о спокойствии рыжеволосого можно забыть. Нап не хотел видеть ужасающие слёзы на этом миловидном лице. Да, Кэт не любил всё яркое, но и не любил видеть Дога в таком жалком виде. Он не хотел причинять ему боль, не хотел это делать остальным друзьям и, поэтому отдалялся, как мог, при этом нанося себя боль в сердце. И сейчас, когда он наконец-то снял с себя маску лицемера, Кэт Нап был рад, что смог это сделать. Возможно, после того, как Дог успокоится, то тот прояснить всю ситуацию ребятам, ведь все с самого начала знал, но точно не сейчас, когда одно солнышко мирно начинает посапывать на его плече. В сердце приятно кольнуло, обжигая алой кровью щёки двух парней. Они не знали, что это было, но разве сейчас это так важно? Когда они оба в полной тишине, наслаждаясь присутствием друг-друга, и никто им не поме.... — Дог! - внезапно дверь отворилась и в комнату зашла единорожка, сталкивая парней друг на друга. И... Надо было видеть лица этих двух, когда их губы предательски соприкоснулись вместе. Совершенно случайно, не желая этого. Глаза в шоке приоткрылись, а лица ужасно сильно покраснели, когда сердце этих двоих учащённо забилось. Низкий фиолетовый хвост растрепался и распустился, давая возможность увидеть полную длину волос Кэт Напа. Девушка застыла в шоке, явно понимая, что натворила. Дог Дэй молниеносно сбежал из помещения в свою комнату, уткнувшись носом в белоснежную подушку. Было очень стыдно. Позже тот ещё долго будет вспоминать этот случайный поцелуй, совсем не желанный. Но теперь псу хотелось повторить это, но уже в другом смысле. И тот долго будет думать об этом, пока не заснёт до конца. Кэт Нап же обязательно всё решит, и обвинения будут пустыми слухами налету. Но позже, когда тот поймёт, что же он чувствует к ДогДэю.