И вот почему...

Проснулся я тогда когда почувствовав, что мой источник тепла и чувства безопасности уходит от меня. Когда я открыл глаза, он уже накинул на себя халат и завязывал его. — Отец? — Тихо спросил я смотря на него в полу тьме. — К себе. — Я сел на кровати и взял его за руку, даже не знаю зачем, наверное в этот момент я чувствовал некую уязвимость и хотел чтобы он, был рядом. Но он убрал руку. Не давая мне её даже коснутся. — Себастьян, и как ты мне предлагаешь объяснять твоей матери то что я предпочёл переночевать в одной кровати с сыном, а не с женой? — Наверное так же как и наш с тобой секс? — Не выдержав, сказал я не подумав. На его лице появился гнев, он схватил меня за лицо с силой сжимая мои щеки предвидится к моему лицу. — Ты ей что-то сказал? — Очевидно ели сдерживаясь чтобы не сорвать на крик прошипел отец. — Нет. — В испуге быстро ответил я сжавши его руку, когда я посмотрел ему в глаза и увидел злость и некий страх. — Не дай бог я узнаю что ты хоть кому-то рассказал, у тебя будут БОЛЬШИЕ проблемы. — Сделав на слове «БОЛЬШИЕ" акцент он удалился, хлопнув дверью. А я лишь сидел и смотрел на дверь, мне стало так плохо и больно, что я просто упал лицом в подушку и стал кричать. — Почему?! Почему?! Что я не так делаю?! — Я кричал и рыдал, а подушка заглушало звуки издаваемое мной. Сейчас, я и сам не понимаю почему так отреагировал на такой поступок отца, ведь что я ещё мог ожидать от него, он же всегда был таким. Такой эмоциональный всплеск сильно измотал меня. Поэтому я так и заснул, лицом в подушку, что была влажная от слез. На утро когда меня разбудил Рофт. Все моё лицо было опухлое, что буквально кричала о моем вчерашнем срыве. Поэтому за завтраком я ловил не довольные взгляды отца и матери, а со стороны сестры послышался язвительный комментарий. Что был пресечен, но не потому что он мог обидеть меня, а потому что Лидея должна быть леди, а приличные дамы так не могут высказываться. После я пошел в обсерваторию где естественно встретил Чеса, перед которым пришлось оправдываться. Но о быстро понял что я лгу, но и не стал настаивать сказав: «Если ты врёшь у тебя должны быть на это причины.» Иногда я думал ему рассказать обо всем, но как только я заводил разговор на эту тему то не мог ни слова выговорить кроме" Прости» и «нет, нечего «. Он вздыхал и отвечал: "Бро, ты же знаешь, я всегда выслушаю.» Да я знаю, и знаю что он на вряд ли будет меня осуждать. Но мне как-то не по себе лишь о мысли что вдруг я слишком плохо его знаю. Или об этом узнает кто-то ещё. Всегда так много мыслей на этот счёт, и так хочется ими поделиться. Дальше день прошёл, как обычно, мы договорились встретиться как обычно ночью и разошлись по домам. Когда встретил отца, то сообщил ему о нашей встрече с Чесом, он нечего не сказал, а лишь кивнул. Он какой-то странный, то постоянный контроль, то «делай что хочешь «, то ласковый и добрый, то чуть ли не убить за малейший проступок готов. Но вечером мы действительно встретились, со стороны отца этому не было препятствий. По возвращению в комнату, я заметил что на тумбочке лежала записка в которой было написано: "В 7:30 идёшь не в столовую, а мой кабинет». Ниже подпись отца. Почерк был очень каллиграфический, словно он выводил каждую букву, хотя вряд ли. Положив записку туда где её взял я, переоделся и лег спать, после, как обычно, подъем в 7:00, оделся, почистил зубы, умылся, и пошёл к отцу в кабинет, когда я вошёл туда сразу, увидел отца что, сидел нахмурившись за столом. — Закрой дверь. — сказал он приказным тоном, несмотря на то что я уже её закрывал. — Ты хотел что бы я к тебе зашёл, что-то случилось? — Спросил. Я держа руки перед собой сцепленных в замок. — Да случилось. Я хотел бы знать что-то за парень с которым ты гуляешь до утра. — Он встал и подошёл к окну. — Это Чес, он занял первое место на конкурсе в этом году. — То есть это, то отребье, что сыграло лучше тебя? — Кажется он начинал злиться. — Да, но он действительно хорошо играет, причём на разных инструментах. — Попытался защитить другу я. — И кто он тебе? — отец развернулся и посмотрел на меня. — Друг. — Друг? — переспросил он, неужели я так не четко это сказал пронестись у меня в голове? — Да, мы стали общаться с первого дня обучения в обсерватории. — То есть ты думаешь что я поверю что ты можешь каждую ночь пропадать с «другом»? — Да. Мы действительно только друзья — в этот момент я понял, что отец ревнует, но почему? Он же должен понимать что я не стану всю жизнь жить с ним. Отец сложил руки на груди сверля меня взглядом, после чего подошёл ещё ближе и взял за подбородок. После рука, что была у меня на лице схватила меня за бабочку и отпихнула в сторону от двери. И отпустила. Неужели нельзя было попросить, почему он всегда так все усложняет. Отец открыл дверь и вышел и только я думал преследовать за ним как дверь захлопнулась, после чего послышался поворот ключа в замочной скважину. Я не знал что и делать. И наверное минуты две простоял смотря на кусок дерева, что отделял меня от остального дома. Прислонившись к двери я услышал шаги, это были мама и Лидеа кажется они куда-то собирались, но куда? Но вскоре я понял куда, из их диалога стало ясно что отец отправил их в женский пансионат. Понимая что мне от сюда не выйти, а с дверью нечего я сделать уж точно не смогу. Я сел в отцовское кресло и стал ожидать возвращения отца. Мне было и страшно, потому что я не знал что прейдёт ему в голову на этот раз. И я был зол, ведь его выходки сходили с ума. Погружений в свои мысли я просидел ещё где-то час-полтора. Пока не услышал как открывается дверь и не встал с места. Когда дверь открылась, вошёл отец. — Отойди от кресла. — Когда я выполнил указания, спросил. — Я могу идти я уже опоздал в обсерваторию. — Нет, не можешь. — К тому моменту отец уже сел за стол и начал рыться в бумагах. — Почему? — Набравшись смелости спросил я. — Потому что. Пока что ты не будешь туда ходить. — "Пока что"? Когда пойду? — Хватит задавать вопросы, если я сказал не идёшь значит стоишь и некуда не уходишь. При виде его взгляда вся смелость, что у меня была, испарилась. Прошло ещё какое-то время когда он встал из-за стола и жестом зовя меня за собой мы прошли туда где мы занимаемся скрипкой, которая к слову на удивления уже лежала здесь. — Бери скрипку и играй Анри Вьётан концерт 5. — Сам взял линейку в руки и встал рядом. Я взял скрипку и начал играть, не прошло и минуты как отец скривился и громко проговорил. — Руку Себастьян. Я вздохнул, оголил запястье и протянул руку, после последовал удар, из-за того что подобного не было уже около месяца я отвык от этого чувства, хотя и раньше было не лучше. — Что за вздохи ? — спросил отец строгим голосом. — Это случайно вырвалось, прости отец. — Я опустил глаза в пол и почувствовав ещё несколько ударов. — Можешь продолжать. — Скомандовал мой "мучитель" и я продолжил. Я не могу сказать что я играл хорошо. В оставшийся части не допустил, не то что не единой ошибки у меня и выражение лица не изменилось. Отцу было просто не к чему придраться. Так мы провели весь день за занятиями. Вечером он пошёл к себе в спальню, и спустя пол часа я постучал к нему в дверь. Отец позволил войти, и я спросил войдя в комнату "могу ли я пойти на прогулку?", не отрывая глаз от книги он сказал что нет, не могу. Я предложил "отработать" он поднял на меня глаза и с отвращением спросил: "Ты шлюха?" Я отрицательно помотал головой и он продолжил "Тогда что за "отработать"?" Но спустя пару минут моего молчание он отправил меня к себе в комнату. Куда я и пошёл. Я действительно не понимал почему он то требует от меня в постели одного поведение, а в жизни наедине другого. К тому же раз у нас не так до этого было? С этими мыслями я и уснул.