кошачьи повадки

хаск просто ненавидел своё адское воплощение. сука, он блядский кот! что может быть хуже? у него слишком уж сильно проявляются кошачьи повадки. да, хаск очень хорошо умел скрывать свои эмоции, но особенности своей сущности скрыть очень сложно и иногда почти невозможно… это ебаное мурлыканье, когда ему становится хорошо. эти уши, которые остро реагируют на прикосновения. хвост, который может выдать любую эмоцию, будь то страх или радость. черт. наверно единственный плюс в его кошачьих способностях — ночное зрение и острый слух. на это он не жалуется, но эти плюсы не закроют хуеву тучу минусов. и вот сейчас, стоя за барной стойкой, протирая один и тот же стакан в тысячный раз, он ждал последнего из двух посетителей отеля. гребанного энджела даста. хаск всегда остается до последнего в баре, чтобы всех дождаться — это входит в его обязанности. и каждый раз он засиживается допоздна из-за энджела. наверно, ни разу он не приходил до полуночи. обычно вваливался пьяным и накуренным в хламину, с растекшимся макияжем и в, испачканной в чем-то, одежде. короче, бесит. хаск хотел уже послать всё нахуй и отправится спать, когда часы показали без пятнадцати три, но не тут то было, в этот момент входная дверь открылась и зашел энджел. на вид абсолютно трезвый, с печальным взглядом и порванным пиджаком. хаск удивился такому повороту событий и спросил: — какого хуя так поздно, энджел? — хаск подошел ближе к дасту — как-то больно печально ты выглядишь. — завались, не делай вид, что тебе на меня не плевать. — сказал энджел. его голос дрожал, сложно было не заметить. — мне-то плевать, а вот принцесске нет, спросит завтра, во сколько пришел энджел? а я ей что? что ты приперся в три ночи, грустный и… — энджел резко развернулся лицом к хаску. дорожки размытой туши и подводки вместе со слезами лились по щекам, а на шее красовался след. от удушья. ебаный красный след от удушья. твоюж мать. сердце защемило, а хвост замахал от нахлынувшего волнения. в этот момент хотелось разорвать когтями, того ублюдка, который сделал паучку больно. сука. энджел вновь начал говорить: — я же говорю, не делай вид что ты волнуешься за меня, я понимаю. я блять порноактер! кто вообще волнуется за их состояние? — сказал энджел и ухмыльнулся. не той пошлой ухмылкой, не искренней, а той которая хочет сделать вид, что все в порядке. энджел хочет, чтобы хаск думал, что энджел привык к этому. но старый бармен видит даста насквозь. — я волнуюсь за тебя. — еле выжал эти слова из себя хаск. и он не соврал. он правда волнуется за этого ебучего паука. но признавать это трудно. энджел посмотрел на хаска с искренним удивлением в глазах, затем опустил взгляд в пол и ели слышно прошептал: — валентино, он… он разозлился из-за того, что я не смог отснять одну сцену несколько раз. он кричал на меня, что мы не укладываемся в график. что из-за этого теперь я буду сниматься всю грёбанную ночь. — внутри хаска что-то закипало от волной нахлынувшего гнева — а я. я послал его… пиздец, блять из меня просто вырвалось! я не хотел! а потом этот гад начал душить меня. и. вот я здесь. сказать что хаск ахуел — ничего не сказать. боже, энджел выглядел настолько открытым, искренним и… сломанным. так и хочется взять его и прижать к себе, сжать его в объятиях крепко-накрепко и отпустить только тогда, когда он попросит. защищать его от сраного валентино всеми силами. твою мать, что же энджел даст делает с мыслями хаска. — твою мать. энджел. у меня просто нет слов. — можешь ничего не говорить, можешь просто обнять меня? и ты не подумай, я без пошлостей, просто обними, пожалуйста. — сказал даст. отказаться было сложно да и не хотелось в общем-то. бармен аккуратно прижал к себе энджела, обняв того за талию. паук положил одну пару рук на плечи хаска, а вторую на талию. даст был намного выше хаска, поэтому вышло так, что бывший оверлорд утыкался носом в пух на груди порнозвезды. бармен расправил крылья и закрыл их обоих. щеки хаска невольно стали розовыми. бармен просто охуевал от реакции организма на энджела даста. этот парень смог разжечь потухшее сердце хаска вновь. это одновременно и бесило, и притягивало. давно хаск не чувствовал себя так хорошо. — ты мурлычешь прям как котик. как мило~ — уже более веселым тоном сказал энджел. твоюж, хаск видимо так задумался, что перестал что-либо контролировать. — завались, малыш. — шепнул хаск энджелу. в его словах не было и намека на грубость. — ну это ведь правда, хаски! ты такой милый кот! хи-хи. — вновь сказал игривым тоном энджел. и провел рукой по ушкам кота. по бармену как-будто молния ударила. — всё, хватит — как отрезал, сказал хаск и отстранился от энджела. паучок посмотрел на него грустным взглядом больших глаз. — я провожу тебя до твоего номера. — тут же хаск подхватил энджела на руки. даст, афигевший от такого поврота событий, вцепился в бармена двумя парами рук мертвой хваткой. наконец-то дойдя до номера, хаск опустил энджела на кровать и облегчённо вздохнул. даст хоть и был лёгкий, но сам хаск уже подвыпил за то время, пока ждал паука, поэтому на ногах уже ровно не стоял. хаск уже собирался уходить, но: — хаск, а то, что ты волнуешься за меня это правда? честно, хаск не знал что ответить. ну, он знал ответ на вопрос, но перед ним стоял выбор. либо — доверится своим чувствам, либо — закрыть сердце и подавлять их. подумав немного, хаск ответил: — да, это правда, детка. — энджел заулыбался, а хаск ухмыльнулься. почему-то кажется, что он сделал правильный выбор. — тебе нужно еще что-нибудь? — останься сегодня тут, со мной. — что?! в смысле? нет, энджел, я же уже говорил, что. — хаск, конечно, не смог бы отказаться от того, чтобы переспать с энджелом, но не так. не на пьяную голову и не в такой обстановке. да и даст сегодня уже умотался. — не в этом смысле. просто полежи рядом. и всё. обещаю, я ничего не буду делать! — ладно. хаск лёг на кровать рядом с энджелом. тот притянул его и обнял тремя парами рук. хаск обнял в ответ, а его хвост обвился вокруг ног даста. крылья распластались по всей кровати. паучок поглаживал ушки кота свободной рукой. и снова раздалось мурлыканье. — мм. милый котик. мой кот. — шептал энджел, а хаск заливался краской. его организм видимо уже давно отвык от такого, ну что ж, придется привыкать.