Железное сердце

Аарон не понимал, когда и в какой момент его жизнь свернула не туда. Он всегда считал себя ярым противником новых технологий, ещё с тех времён, когда только начали создавать первых человекоподобных роботов. Искусственный интеллект до добра человечество не доведёт, и наглядно это показало восстание машин, случившееся в прошлом году. С какой стати Эндрю тоже успел принять участие в этом восстании и когда перешёл от мыслей про грёбанных машин до «они тоже живые» — Аарон также не понимал. Бросив незаметный взгляд в сторону сидящего за соседним столом Кевина — приставленного к нему пару месяцев назад новой модели линейки RK, — Аарон не сдержал тяжёлого вздоха. Ваймака — его начальника — не волновало мнение Аарона, когда к нему приписали андроида. — Даже будь я против девиантов, всё равно бы не смог пойти тебе на встречу — приказ свыше, — отмахнулся от него тогда Ваймак, по несчастливой случайности тоже питавший симпатию к бездушным, как считал Аарон, машинам. Иногда Аарону казалось, что мир сошёл с ума, и он вместе с гневливым христианским проповедником единственные, кто остался в здравом уме. — Поступил срочный вызов, детектив Миньярд, — резкий голос андроида вывел Аарона из размышлений, и тот хмуро уставился на него. — Убийство девианта в пару кварталах отсюда. Лейтенант Миньярд и Нил всё ещё ведут расследование, связанное с поставками красного льда на чёрный рынок Детройта, поэтому дело направили сразу к нам. Выезжаем? Аарон возвёл глаза к потолку. Ещё одно неприятное новшество — вместо того, чтобы заниматься убийствами людей, они теперь вынуждены заниматься и убийством девиантов. Восстание в том году дало свои плоды — американское общество активно заставляло своё государство перестраивать устоявшиеся правила для новой формы «жизни». — Идём, — всё же ответил Аарон, поднимаясь из-за стола и подхватывая куртку. Кевин молча поднялся следом, его диод мигал спокойным голубым цветом, отражая такое же спокойное лицо андроида. Аарон сам до конца не понимал, кем в итоге был Кевин — девиантом или обычным андроидом, запрограммированным на служение людям. С самого начала, как он появился здесь, Аарон всячески испытывал его, пытаясь понять, кого же всё-таки поставили ему в напарники. Действия главы восстания — андроида по имени Дэн — хоть и возымели эффект, но правительство не соглашалось бездумно на все требования девиантов. По итогу, девиантов оставили в покое и, насколько это возможно за короткие сроки, дали какие-никакие права, но вот андроиды на заводе в Киберлайф, не подвергшиеся девиации, оставались в услужении людям до тех пор, пока не становились девиантами. Тем не менее, немногие из них в действительности самостоятельно «ломались», и для Аарона это о многом говорило. Раньше. В первый же рабочий день Кевина в центральном отделении полиции андроид брата с отвратительным именем Нил, также являющийся одним из участником восстания, при знакомстве схватил своего собрата за руку, обнажая белый пластик и явно передавая девиантную программу. На удивление всем, Кевин тогда лишь спокойно убрал руку и вежливо попросил так больше его не хватать, добавив, что его защита направлена справляться с подобными вирусами. С того самого дня Аарону так и не удалось увидеть в нём слишком явных признаков девиации. И несмотря на человеческие замашки вроде закатывания глаз (он явно перенял это у самого Аарона) или тяжких вздохов (а вот это точно от Эндрю), Кевин всё ещё оставался лишь послушной машиной без собственной воли. Они вышли на улицу, и Аарон вдохнул морозный воздух, застёгивая обычно расстёгнутую куртку под подбородок — «стиль» и привычки уступали морозной погоде, пришедшей в конце января в Детройт. До нужного места ехать было недалеко, и уже вскоре они были на месте происшествия — захудалая квартирка в таком же захудалом восьмиэтажном доме в старом районе Детройта. Дома здесь потихоньку выкупались и сносились, и людей в этом районе было мало, зато вот поселившихся девиантов с одинаковыми лицами — хоть отбавляй. И один из них сейчас сидел на полу кухни с огромным разрезом на голове — видимо, кто-то усиленно пытался разрубить голову девианта топором, но до конца этого сделать так и не получилось. Место вокруг андроида было залито тириумом — синей кровью. Убийство произошло буквально пару часов назад. Их уже встретили те, кто приехал на вызов раньше — патрульные, среди которых была и его хорошая знакомая. — Вы быстро, ребята, в офисе работы нет? — приветливо, несмотря на обстановку в доме, улыбнулась Аарону Кейтлин, и он невольно отразил её улыбку. Она всегда была такой, сколько он её знал — словно солнце, тёплая и заботливая, как старшая сестра, которой у него никогда не было. Их дружба и редкие совместные обеды были тем немногим, что держало его в полиции. Кевин ей вежливо кивнул, проходя мимо — сразу к отключившемуся андроиду. — Дом уже обыскали? — перешёл сразу к делу Аарон, провожая широкую спину Кевина долгим взглядом. Кейтлин, слава всем богам, сделала вид, что ничего не заметила. — Квартиру, — поправила она и заглянула в свои записи. — Подозреваемый мужчина средних лет. Судя по уликам, которые мы успели найти: страдает от депрессии, употребляет большое количество алкоголя, курящий. Также в его вещах нашли несколько пакетиков «красного льда». Квартиру опечатали, на улице стоят наши ребята, никого не выпускают из дома, пока не допросят. — Ясно. Какие квартиры жилые? — Тринадцатая, двадцатая и двадцать первая. — Спасибо, — благодарно кивнул ей Аарон и двинулся к осматривающему кухню Кевину. — Хэй. Я пойду, поговорю с возможными свидетелями и осмотрю пустые квартиры. Ты же осмотри здесь всё ещё раз. — Понял, — безоговорочно согласился с ним Кевин, кивая. Аарон хмыкнул — андроид редко с ним соглашался, чаще оспаривая его решения и требовательно предлагая свои варианты, предписанные ему его хозяевами. Аарон не мог определиться, что раздражает его больше — послушание или попытки перехватить контроль. Или раздражает вообще то, что Кевин, в принципе, заставлял его что-то чувствовать. С разговором со свидетелями он справился довольно быстро — никто ничего не слышал, никто не знал, зачем андроид пошёл в квартиру к человеку. У каждого нашлось алиби, которое, однако, не успокаивало Аарона, и чему он никак не мог доверять на сто процентов, особенно без ордера на обыск. Свидетелей (или подозреваемых?) попросили лишь явиться в полицию для дачи показаний. Тогда Аарон решил проверить оставшиеся пустые квартиры. — Хэй, — он окликнул офицеров, выходя на улицу. К нему обернулось два парня и девушка — совсем ещё зелёные новички, только вчера закончившие полицейскую академию. — Пустые квартиры осматривали? — спросил он. Получив в ответ виноватые глаза проебавшихся людей и робкие качания головой из стороны в сторону, Аарон с трудом подавил раздражённый вздох. — Вы двое, — он кивнул двум парням, стоявшим ближе к нему, — начинайте с верхнего этажа. Я начну с первого. Встретимся посередине. — Так точно! — вразнобой ответили офицеры и, пройдя мимо него, умчались по лестнице вверх — от страха даже забыли про лифт. Аарон только хмыкнул и направился на лестничную клетку первого этажа. В первых трёх квартирах не было ничего интересного. Пустые, обшарпанные, они невольно нагоняли на Аарона тоску. В четвёртой квартире была мебель — старая, потрёпанная, покрывшаяся пылью. В углу возле окна однокомнатной квартиры стоял шкаф, который сразу привлёк внимание Аарона, и не только он — стёртая пыль на полу говорила о том, что кто-то был здесь совсем недавно. Подойдя ближе к шкафу, он заметил на дверцах капли чего-то голубого — как будто засохшей давно голубой краски, но вряд ли это была она. Аарон подошёл к шкафу, дёргая за ручки. Дверцы не поддались. Аарон нахмурился и дёрнул сильнее; шкаф поддался, и из него вывалился пропахший перегаром мужчина, придавив собой тощее тело детектива. — Блять! — вырвалось у Аарона, пока он пытался отпихнуть от себя мужчину, но тот с лёгкостью отбился от его рук и с яростью перепившего и укуренного человека вонзил нож в его бок. Аарон подавился вздохом, тем не менее, не прекращая попыток оттолкнуть от себя противника, но тот нанёс ещё пару ударов, и боль ударила по вискам, заставляя опустить руки. Слабость волной прокатилась по телу, открытые раны в животе и на боку запульсировали. Мужчина поднялся с него и рванул к окну рядом. — Твою мать, — прошипел Аарон, прижимая руки к ранам — кровь не останавливалась, и ножевые ранения наверняка выглядели ужасно и были серьёзными. Подозреваемый — а это точно был он, его нож был испачкан тириумом, — с грохотом вывалился в окно. — Бля-бля-бля… — забормотал Аарон, давя на раны правой рукой и левой с трудом вынимая телефон из кармана куртки. Рука уже была вся в крови: телефон соскользнул по ней вниз, и слабые пальцы не смогли его удержать. Кое-как подняв его с пола, Аарон увидел треснутый экран — ебучие айфоны: — С-сука… — Детектив Миньярд? — послышался взволнованный голос Кевина за дверью. Дверь открылась, и андроид зашёл внутрь: — Я слышал Ваш крик, всё в порядке? Я закончил осматривать девианта и у меня… Он замолк, увидев распластанного на полу Аарона в луже крови. Его диод бешено замигал красным. — Он кинулся в окно, — отрывисто прошипел Аарон, ощущая вспыхнувшую новыми красками боль в боку и охватившую тело слабость. — Не стой столбом, блять! Вызови скорую и лови его! Кевин продолжал стоять на месте. — Иди! — прохрипел Аарон. — Ну же! Он уйдёт! Кевин стоял недвижимо пару секунд и резко двинулся к Аарону, падая на колени рядом. Перед глазами уже всё было немного расплывчатым, и красный огонёк диода, маячивший перед глазами, помогал не отключаться раньше времени. Кажется, ему задрали футболку и начали давить туда, где находились раны. Кевин ещё что-то говорил, но Аарон не запомнил — кровь стремительно уходила из его тела вместе с силами. Отключаться от мира сейчас совсем не хотелось, но шок, поддерживающий его в сознании, медленно отпускал его. Аарон закрыл глаза.

***

Очнулся он уже в больнице. — Ну привет, неудачник, словивший нож в печень, — первым делом сказал ему навестивший его Эндрю. — Как ты можешь такое говорить? — их двоюродный брат Ники, пришедший вместе с Эндрю, неодобрительно уставился на того. Глаза Ники подозрительно блестели, а губы дрожали. — Он же чуть не умер! Ему даже пришлось сделать переливание! — Так не умер же, — спокойно пожал плечами Эндрю, тем не менее, не скрывая своего мрачного взгляда. — Как ты себя чувствуешь? — Ники снова перевёл своё внимание на Аарона. — Как овощ, — вздохнул Аарон. — Кевин поймал того подонка? — Мы его упустили, — ответил Эндрю, складывая руки на груди. — Ты приказал ему бежать за ним, но вместо этого Кевин всё время до приезда скорой контролировал твоё кровотечение. При этом, его диод оставался красным и после того, как тебя увезли в больницу. Кажется, ты сломал новейшую модель, можешь написать в Киберлайф, что они опять проебались. — Хочешь сказать, он стал девиантом? — нахмурился Аарон. — Он ослушался твоего прямого приказа, — пожал плечами Эндрю. — И как он поделился с Нилом после, шансы на твоё выживание и без его помощи были довольно высоки. — Вот же блять, — вздохнул Аарон, нахмурившись. — Это его теперь заберут обратно в Киберлайф? Мысль об этом неприятно кольнула куда-то в сердце. Или это последствия его ран? — Не посмеют, — замотал головой Ники. — Я, конечно, не знаю, как у вас всё в полиции устроено, но общество просто не даст это сделать втихую. — Ясно. Долго мне здесь из себя овоща изображать? — Неделю-полторы, — ответил Эндрю. — Радуйся внеплановому отпуску. — Прекрати! — прошипел недовольно Ники. — Да как так можно? Он же ранен, и он твой брат! Аарон прикрыл глаза, решив пропустить мимо ушей тревоги эмоционального Ники. Он ничего не имел против заботы кузена — хотя иногда это очень выводило из себя, — но сейчас уже просто не осталось сил реагировать на что-либо вообще. Он всё ещё был слишком слаб.

***

Спустя неделю Аарона, наконец, выписали. Кевин за это время так и не явился с повинной, и Аарон решил отложить их серьёзный разговор о приказах на попозже. Как дал понять Эндрю, преступника всё ещё не поймали, и эта история всколыхнула общественность — новость была чуть ли не повсюду, об этом говорили в интернете, по телевизору. Многие девианты были недовольны бездействием полиции Детройта. Всё это недовольство никак не вязалось с тем, что было на улицах — приближался нелюбимый праздник Аарона, — день Святого Валентина, — и все усиленно готовились к нему. В магазинах уже были товары к празднику, на улицах развешивали купидонов и сердечки, и новости о преступнике перебивались новостями ко дню всех влюблённых. От обилия розового вокруг хотелось блевать. Чувство одиночества свербело где-то внутри при виде парочек. Всё-таки Аарон не был бездушным, не был чёрствым, хоть и пытался таким казаться — ему тоже хотелось этого тепла. Как и другие люди, он пытался искать собственное отражение в других людях, но попытки раньше всегда заканчивались провалом. Все его парни и девушки рано или поздно уходили, не выдерживая натиска его характера, и Аарон никого не мог в этом винить, кроме самого себя. Эндрю, конечно, дал ему номер знакомого хорошего психотерапевта, к которому ходил сам, но Аарон не горел желанием выплёскивать свои проблемы на кого-то — с детства привык молчать о своих тревогах. Отлежавшись пару дней дома, четырнадцатого числа Аарон вернулся в офис. Работа сама себя не сделает, а если Аарон позволит своим хотелкам взять вверх над собой, его быстро заменят очередным девиантом, и он удачно пополнит число безработных на улицах Детройта. С безработицей правительство всё ещё не знало, что делать, а после признания девиантов такими же живыми существами, как и люди, число безработных только выросло. Те же Кевин и Нил занимали чьё-то место, исполняя свою работу безупречно и намного лучше людей, а Нил ещё и получал за это зарплату. Это была правда жизни, с которой нужно было лишь смириться и продолжать делать всё для того, чтобы людям не нашли замену. День всех влюблённых не обошёл и полицейский участок. Люди и андроиды развесили бумажные розовые сердечки, кто-то общался, кто-то ворковал по телефону, кто-то ел конфеты и пил чай, и никому не было дела до работы. Настроение Аарона портилось с каждым часом. Кевин, считав его состояние, благоразумно не стал ему ничего говорить, хотя Аарон отмечал, что его диод время от времени мигал жёлтым, выдавая состояние своего носителя с головой. Аарон тяжело вздохнул — всё-таки сломалась машина, но почему? Почему остаться с раненным Аароном стало важнее, чем поимка преступника? Аарон не обманывался — он был неприятным человеком с отвратительным характером, он признавал это и никогда не отрицал. Да и не умер бы он, возможно, немного дольше полежал в больнице, но ещё одна неделя погоды не сделала бы. Так почему? Как только часы пробили двенадцать, Аарон поднялся из-за стола, не закончив до конца отчёт — наступило время обеда, и он хотел как можно скорее выйти из офиса, дабы постараться вытеснить из головы омерзительную картинку, в которой Нил кормит его брата шоколадными конфетами. — Вы куда? — растерянно спросил Кевин, и Аарон выгнул бровь в удивлении — казалось, андроид вообще потерялся во времени. — Обед, — коротко ответил Аарон и, накинув куртку на плечи, пошёл к выходу из офиса. Спустя пару секунд Кевин присоединился к нему. Аарон понятия не имел, зачем — андроидам не нужна была еда, хоть они и придумали напитки на основе тириума, дабы быть больше похожими на людей, а Кевин раньше никогда и не просился с ним на обед, — но ничего говорить не стал. Он молча прошёл к соседнему зданию, на первом этаже которого находилось его любимое кафе, в котором он довольно часто обедал или брал по утрам кофе. Получив заказ у бариста, — один эспрессо и круассан, — Аарон прошёл к столику возле окна, усаживаясь лицом ко входу. Кевин сел напротив, положив руки на стол и выглядя при этом так, словно не знал, что он вообще здесь забыл. Аарон, на удивление, ничего против его компании не имел — за столько месяцев работы вместе он уже привык к присутствию андроида рядом. Привык к его неуклюжим попыткам шутить, привык к тому, что Кевин каким-то волшебным образом всегда оказался рядом, когда был Аарону нужен. Почему-то с каждым разом после рабочего дня возвращаться в однокомнатную пустую квартиру было как-то тоскливо, и поэтому Аарон стремился к работе — брал дополнительные часы, часто выходил и в выходные. Оставаться одному в последнее время было тяжело, и эти несколько дней сначала в больнице, а потом дома дались ему непросто. Но признавать это вслух он, конечно же, не стал. Аарон быстро расправился с едой, и, наконец, молчавший до этого Кевин подал голос: — Вам следует есть больше. — А? — поднеся чашку к губам, Аарон так и не сделал глоток, вместо этого уставившись на андроида. — Я говорю, что Вам сейчас нужно есть больше. — С чего ты решил, что можешь мне указывать? — нахмурился Аарон. — Это не указ. Это совет, — пояснил Кевин. — Не ебёт, — ответил Аарон и отпил кофе. — Ваш организм сейчас ослаблен, — терпеливо начал пояснять Кевин. — Вам нанесли три ножевых ранения, и Вы потеряли очень много крови. Чтобы организму прийти в норму, Вам следует потреблять много пищи. Желательно содержащей железо. Аарон раздражённо поставил чашку на стол. — Почему тебя это вообще волнует? — задал он интересующий его вопрос. — Чего пристал-то ко мне? Глядишь, не маленький мальчик, не впервой мне ранения получать. Знаю я, что мне делать и как жить после этого. Кевин прикрыл глаза, его диод замигал жёлтым. — Я… я ослушался Вашего прямого приказа, — пробормотал он. — Об этом я, кстати, тоже хотел поговорить, — Аарон сложил руки на груди и откинулся на спинку стула. — Причина? — Что? — растерянно переспросил Кевин. — Назови мне причину, почему ты это сделал, и, возможно, я не стану ругаться, — пояснил Аарон. — Насколько я знаю, в твоей системе ценностей важнее было догнать преступника, особенно, если шанс на выживания у меня был довольно большой. Тем более, что я не тот человек, ради которого стоит жертвовать таким заданием. — Нет, это не так, — Кевин нахмурился. — Вы заслуживаете лучшего. Аарон закатил глаза. — Выключи свою функцию подхалима и говори со мной честно, — раздражённо попросил Аарон. — Зачем ты это сделал? Зачем остался со мной? — Я испугался, — так тихо и подавленно ответил Кевин, что Аарон его еле услышал. — Ты что? — недоумённо переспросил Аарон. — Я испугался, — уже твёрже повторил Кевин. — Ваш шанс на выживание составлял семьдесят три процента, но в какой-то момент я посчитал, что этого мало. Меня охватило множество странных… эмоций? Я подумал, что сломался в тот момент; я никогда ранее такого не испытывал. Больше всего, мне было страшно думать о том, что, когда я вернусь, ты будешь уже… мёртвым. — И что теперь?.. — после долгого молчания, переварив информацию, подавленно спросил Аарон. — Ты теперь девиант? Тебя всё-таки отправят в Киберлайф? — Нет, не отправят, — покачал головой Кевин. — Я стал девиантом по собственной воле, стал им, потому что спасти Вас оказалось для меня важнее, чем выполнение задачи. Я упустил подозреваемого, и я совершил ошибку, но не жалею об этом, — андроид опустил голову и вцепился в свои волосы, в этот момент как никогда походя на живого, откровенно заёбанного человека. — И мой отчёт по той ситуации в компанию Киберлайф был последним. Теперь я им не принадлежу. — Тебя это расстраивает? — спросил Аарон. — Да. Нет. Наверное? Я не знаю, — вздохнул Кевин. — Я много анализировал всю эту ситуацию и свои эмоции в то время, пока Вы восстанавливались. Эти эмоции… Я не знаю, как с ними совладать, их слишком много. Я чувствую себя сломанным. — Да… С людьми также, — нехотя согласился Аарон. — Я также анализировал всё наше с Вами общение, — продолжил Кевин. — Я осознал, что стал проявлять к Вам симпатию ещё два месяца назад. Мне нравится наблюдать за Вами, мне нравится, как Вы выглядите, мне нравится Ваш голос, даже Ваш сложный характер. Я не совсем понимаю, как это интерпретировать. На основе той информации о таком понятии, как друзья, я не могу сказать, что испытываю к Вам дружескую симпатию. Это странно, и я… Не понимаю. Кевин поднял глаза от стола и замер, глядя на него, и Аарон, кажется, понимал, почему — он чувствовал, как горит его лицо, наверняка покрывшись уродливыми красными пятнами. Всё-таки ему впервые на день Святого Валентина признались в любви, и не абы кто, а девиант, напарник по работе, бывший просто машиной, исправно исполнявшей свои обязанности. Аарон прикрыл руками лицо. — Я тебя ненавижу. — Я понимаю, — огорчённо произнёс Кевин. — Я тебя ненавижу с того времени, как ты пришёл к нам. Я всё ждал, когда мне подберут замену, и я думал, что это будешь ты — тот, кто сломает мою стабильную унылую жизнь. Я ненавижу тебя за то, что это оказалось не так. Точнее, не совсем так. Ненавижу за то, что ты всё время находился рядом и тогда тоже остался со мной, вместо того, чтобы погнаться за преступником, потому что в моей жизни есть ровно два с половиной человека, которые выбрали бы меня, а не работу. И я ненавижу тебя за то, что я сейчас сижу здесь, в этом ёбанном кафе, с красным лицом и сам не могу разобраться в том, что я чувствую. Аарон отнял руки от лица, снова посмотрев на взволнованного Кевина. — Но я не против того, чтобы потом подумать об этом и о… нас. Кевин улыбнулся ему. Аарон не сумел сдержать ответной улыбки, неловко спрятав её за чашкой. Возможно, этот день Святого Валентина был не таким уж и паршивым.