Три поворота
14 сентября 2024 г., 02:20
Стук.
Тишина. Квант стоит у дома, расположенного недалеко от храма Лос-Бурджа. На улицах темно, а свет горит лишь оттуда. Эйнштейн заметила, что дожди здесь участились, но причину не искала. Она была насторожена. Это чувство тревожности Квант ощутила впервые. Да, она так сильно переживала, сбегая из дома, когда ее сильно ранили мертвецы на Сэнэ, а Анликнез почти в том же месте убили. Даже в борьбе с ОВЧ она не сжимала так сильно кулаки в напряжении.
Квант осмотрела полку возле двери с цветком. На лепестках появлялись капли от моросящего дождя, которые скатывались вниз под ноги. Прошло всего лишь несколько секунд, а по ощущениям — целая вечность.
Может, никого нет дома?
Квант не успела и до конца развернуться, чтобы направиться в сторону храма, как дверь открылась. Девушки уставились друг на друга. Квант не знала что сказать, а Увант по ту сторону была шокирована ее появлением.
— Ты вернулась, — Увант улыбнулась и отошла в сторону, открывая проход домой, — Ты по делу?
— Нет. Я домой.
Увант замерла в недоверии, но быстро разморозилась и заключила в объятия Квант.
В Мирополите происходит почти такая же ситуация. Скаумо заходит в похожий на особняк дом и ищет хоть кого-то в нем, пока из дверного проема не выпрыгивает Каттани.
— Живая, неужели, — хмыкает Оливия в комнате, у входа которой кривляется Каттани, — Прошла неделя с момента падения Ордена Возрожденной Чумы, а о тебе ни весточки.
— Извиняюсь, — Скаумо проходит в комнату и снимает запачканный в бою пиджак, — Корабли не летали все это время.
Каттани по-детски наклонился вперед, разглядывая Скаумо, как на экспонат.
— Какой-то огромный корабль был над Мирополитом.
— Менихон.
— Менихон?! — удивились оба. Оливия покачала головой в неверии, — Но разве…
— Флагман вернулся.
***
— Да не буду я это носить!!! — надулась Вьюрно и отвернулась от Алоры. Алора проигнорировала ее слова и все-таки надела плетенный из цветочков на лугу венок. Вьюрно крепко сжала кулаки, но ничего не сказала, терпела. Алора хихикнула в ладошку и продолжила плести еще одно украшение, хотя сама девушка уже была с короной и тремя браслетами. — Окера ничуть не изменилась, — высказывает свое впечатление Апатит, который едва не висит на шее Аквамарина, — Есть хоть какая-то деталька новая? Аквамарин закрытыми глазами указал прямо со словами: — Половины части того здания нет. Зато есть шип. Апатит не ожидал такой «позитивной» новости. — А что-нибудь еще? — Верхнюю часть Онуно снесли. — …Каким образом?! — Неважно. — Да есть что-нибудь из раздела «хороших новостей»?! — Хорошо… — Аквамарин похрустел суставами на пальцах, пока Апатит в ожидании ответа почти прыгал на месте, — Онуно починили. — Да ты издеваешься?! — Лериан и Окера теперь в союзе, — появляется Эмилия за спиной Аквамарина. — Ну неужели, действительно хорошая новость.***
— Скучную планету ты конечно выбрал, — Хеникс протирает солнечные очки, чтобы выглядеть круто, — Частс хоть и быстро восстановился после апокалипсиса, но все равно скучный. — Разве? — оборачивается к ней Флин, — А как же Смертельный Фестиваль? — Еще один экстримал. Такое мероприятие раз в год проводится. Хеникс надела очки и пошла вперед, подзывая Флина с собой. — Тут было намного интереснее двадцать два года назад. — Когда тебе бы с легкостью прострелили голову? — Огнестрельное оружие в то время не было популярно, но, да, было бы интереснее… — Хеникс посмотрела на недоумевающего Флина и подняла бровь. Его лицо с субтитрами говорило, что это не он спросил. А кто тогда? Хеникс разворачивается и чуть не сталкивается лбами с девушкой перед ней, — Керису! Ты живая еще что ли? — А ты против? — парирует та и отходит на пару шагов, чтобы не столкнуться с Хениксом еще раз, — Частс не такой уж и скучный. — Сколько ты тут поживаешь? — Четыре года, — девушки оборачиваются и замечают недалеко от Флина Юджина. — Почему я вас за это время не видела? — Хеникс снимает очки и вертит на пальце, пока они не улетят в сторону, — Наглые, и не сказали мне, — наиграно-обиженно фыркнула девушка, — Я бы встретила вас. К их компании присоединяется синеволосая женщина в очках Хеникса, которые подобрала по пути. — Второй союз распался, так что нам даже неизвестны статусы бывших его участников. — Селия! — воскликнула Керису. — Кери, Юджин, Хима и…? — Флин, — нервно представился парень. — Я Хеникс, а не Хима, — буркнула Хеникс. — Имя сменила? — Бинго! Так что теперь я Хеникс, а не Хима. — Феникс, — хихикнула Керису, закрыв рот ладонью. — Отчасти я так и придумала это имя. Селия, а ты как долго на Частсе? — Полчаса. — Серьезно?! — удивились Хеникс и Керису. — До этого была в Лериане на Элесанфандоре. О, я слышала, что вы оба, — Селия указала на Хеникса и Флина, — Теперь Новые боги? — Ага, наверное. — Победили сильнейший орден жа сутки, — дополнил Юджин. — План составлялся тысячилетиями ради суточного боя. — Иначе он бы продлился более месяца с вероятностью победы ниже десяти процентов. — Мы настолько жалкие и слабые? — Начнем с того, что если Менихон не объявился в нужный момент, то корабль бы сбежал, — влезает Селия, — вместе с экипажом. — Нашли бы лазейку. У нас было аж два Разломбога и Орден Золотой Короны.***
Юаньчэн качает ногами и наблюдает со скамейки, как Рихуа размахивает мечом, и хихикает в ладонь. К ней подсаживается давняя знакомая. — Чианшен, ты ничуть не изменилась, — без приветствий начинает Юаньчэн, — Где пропадала? — Была везде, где только можно. — Лигвен? — Даже там. — Там же ничего нет. — Не жила же я там, ты чего? Юаньчэн взглянула сверху вниз на Чианшен и заметила на ее новой накидке знакомые узоры. — С Ландэр-Лоу? — Ага. Как ты догадалась? — Узоры по стилистике Турэ. — Теперь на Сёрколе соревнования будешь устраивать, — Чианшен подтолкнула синеволосую локтем. — Хе-хе, можно будет попробовать. — Чем это Рихуа заниматся? — Мы на Обеке же, пытается получить инфузию Котукасо. — Как долго? — Две минуты. — Тогда понятно, — Чиашен потянулась, — Чем занималась все те года, после разрухи Сёркола? — Ничем. — Коротко и ясно. — С Рихуа сдружилась, совсем другой человек. — Что ты имеешь ввиду? — …Мистори, он же был придурком полным, погубивший кучу королевств. А Рихуа наоборот слишком мирный. — Ха… Действительно. — Хватит меня обсуждать! — выкрикнул Рихуа и кинул злой взгляд на девушек, захихикавшие. — Номинэ починили, — переводит тему Чианшен. — Неужели? — Ага, капитан Элия вновь катается на нем. Весело ей с Тсуко кататься. — Бывший соладт теперь грузчик. — Сама такая, — Юаньчэн и Чианшен повернули головы и заприметили позади них Тсуко, — Я все слышал. Чианшен пожала плечами. — Ну, пардон.***
— А зачем тебе с нами? — Элеанор наклоняет вперед голову, чтобы разглядеть лицо девушки. — А ты против? — Нет? — Элеанор смотрит в небо, — Все говорят, что мне еще рано туда ходить, почему ты такое не сказала? Я выросла? — Разумеется выросла, — Инн нервно стиснула зубы, не зная, что ответить, — Может быть, одной туда рано ходить. — Папа говорит, что там опасно. Что на кладбище опасного? — Я, э-э… Кусты недалеко зашуршали, Элеанор вздрогнула и остановилась. — Что там? — спросила Инн. — Не знаю, — она перевела взгляд на девушку, — Там же бабайка живет? — Не знаю? — Мне рассказывала подруга, что да, — Элеанор улыбнулась, — Я хочу подружиться с ним! Инн не сомневалась, что бабаек не существует, но детям их надумывают в качестве монстров. Девушка занервничала и забегала глазами, не зная куда деть руки и что сказать. — А если он съест тебя? — выдавила случайную фразу она. Ни в коем случае она не хотела напугать Элеанор… Эта фраза сама сказалась! — Не съест, — заявила Элеанор, — Я дам ему конфетки, и мы станем друзьями. Из высоких кустов начала выползать тень. Элеанор сжимала кулачки в ожидании появления, на момент она впала в замешательство, при виде фигуры, а потом с той же улыбкой побежала вперед: — Папа! А я думала, что ты бабайка! — …Спасибо, — Шималь взглянул на стоящую на месте Инн, но та пожала плечами и отвела взгляд. — Что ты там делал? — Птица утащила брошь. — Ты обидел птичку?! — И пальцем не тронул. Это птичка обидела меня, — сделал обиженный вид Шималь. — Я сделаю или найду новую брошь, получше той золотой! Элеанор сорвала маленький цветочек и с довольным лицом протянула его генералу, мол, вот новая брошь. — И тебе тоже, — добавила Элеанор, когда Инн наконец сделала пару шагов к ним.***
— Это просто взрыв мозга, — неудомевала Грейс, размахивая руками, — Как?! — Что? — Джеймс только появился в одном из отделов, где находился капитан Сэнэ, как сразу же был осыпан кучей вопросов, — Как Менихон уцелел? — Да!!! — Так флагман для дальних путешествий же. — Точно, — Грейс ударила себя по лбу, — С этим ОВЧ вся очевидная информация стала далекой. Но я не думала, что Менихон продержится двадцать лет. Минимум голод на флагмане должен был пошатнуть боевой дух. — Голод? Ты это что придумала? «Флагман для дальних путешествий» значит, там есть все для дальних путешествий. Нам ресурсов хватило бы еще на лет тридцать. У Менихона была большая поломка, но ее быстро починили. Все это время мы просто спокойно направлялись в нашу звездную систему. Но Ницескао, конечно, жаль. — Как это случилось? — Я и Элизабет нарушили составленный тобою план, когда корабль вражеского ордена оказался слишком близок к Ландэр-Лоу. Мы попытались сбить или развернуть его, но в итоге Ницескао откинули в сторону Лигвена, а Менихон оказался аж за пределами Пэркола Сконсиюто. Зато дали фору Минокане, и она открыла огонь по кораблю.***
Казалось, это последний день в жизни. Небо окрасилось в оранжевый, и флагман Сэнэ стал выглядеть иначе. Одна перемена за другой, сначала угроза ОВЧ, а теперь расход путей всех троих молодых Инайнг. После гибели Рюндальн теперь Цуте принадлежит звание самой сильной среди щитов. Фидент и Локелу страдают от мутации Черной Смерти. «Страдать» не то чтобы это так и есть, мутация прогрессирует намного медленне и от нее до сих пор можно стать монстром и умереть от внезапной лихорадки, но заболеть ею невозможно теперь. Как помнится, жертва этой болезни ощущает желание к убийствам и повышенной жестокости. Поэтому давно ушедший из щитов Фидент перешел в КонтрАнтиутопию, которая является тенью тех самых щитов и разбирается с делами чаще всего жестоко. Иасонд еще месяц назад по предложению Крэгворда и оставленного для нее предсмертного сообщения Вэйн вступила в Орден Золотой Короны, резко обламывая связи с Академией. Вот и три дороги, в каждую сторону которой пойдет один из клана Инайнг. Из их компании первый ушел Фидент по ведущую на вокзал дороге. Иасонд и Цута разошлись почти одновременно, с одной стороны был дом Инайнг, а с другой корабль ордена. Цута, не в желании показывать неконтролируемые эмоции, попрощалась с Иасонд и двинулась домой, наконец давая волю слезам. Иасонд колебалась на месте, оглядываясь назад и ощущая некую вину, хотя Цута постоянно говорила, что все будет супер. Девушка с горестью смотрела под ноги. Она знает, что такое состояние временно, когда резко приходится покидать дом и близких. Пошаркав обувью, Иасонд глубоко вздыхает и уверенно поднимает голову. Она знает, что вернется обязательно на Сэнэ, знает, что не с пустыми руками.
