Эффект Станции

      NanoTrasen, как много это слово говорит вам? Для одних – это луч надежды, что ведёт человечество к будущему, пусть даже и по головам других. Для других – это корпорация зла, что не гнушается использовать самые грязные и гнусные методы, все ради сохранения своей монополии в галактике.       Но для большинства эта научно-исследовательская корпорация, их место работы. Организация, что из-за своих размеров принимает любое разумное существо к себе на работу, конечно если оно сумеет принести прибыль корпорации. NanoTrasen, в простонародье просто НТ, имеет сотни станций с колониями по всей известной людям галактике. На одной из таких и начинается история, где шести разумным и нескольким синтетикам предстоит внести свою лепту в исследование космоса. Сектор Варион, Орбита планеты Клисс II, станция NTTG Delta LV-906 07:00 05 Февраля 3024 года по стандартному летоисчислению.       В кромешной тьме и абсолютной тишине коридоров станции, нарушаемой только железным стуком синтетических ног киборгов, именуемых среди людей боргами, раздался едва слышимый писк. С тихим шелестом начал откачиваться хладагент, по полу разлилась тонкая дымка, начали работать протоколы пробуждения члена экипажа станции из криостазиса, технологии, что позволяет находящимся внутри капсулы спать сотни лет, даже не состарившись ни на минуту.       Один из множества таких саркофагов закончил свое открытие, представив взору человека лет 30 на вид. Это был высокий, коротко подстриженный, рыжеволосый мужчина с множеством веснушек и густыми бровями. При беглом взгляде на него многие бы сказали, что это довольно-таки средний представитель рода людского. Подобное ощущение складывалось не из-за того, что он некрасив, а потому, что у него были стандартные, ничем не примечательные черты внешности.       Спустя пару секунд человек начал подавать признаки жизни, его глаза открылись, хотя и не могли видеть ничего ещё в течении пяти секунд, тело задрожало от холода, ускоряя и без того резкое пробуждение.       Через некоторое время мужчина начал вылезать из своего «гроба», ведь иначе капсулу криостазиса и не назвать, в ней отсутствуют любые удобства – в угоду эффективности.       Человек уверено встал на ноги, теперь можно было заметить на нем стандартный адъютантский комбинезон синего цвета, а на груди айди карту с напечатанным на ней именем и должностью — Брюссель Фламмель, адъютант капитана станции NTTG Delta LV-906.       Меж тем, Брюс уже успел отойти от пробуждения и направился в сторону мостика станции.       Молодой адъютант взглянул на свой КПК и что-то пробубнил себе под нос:       — Всего 7 часов, кому я мог понадобится в такую рань…       Между тем можно было заметить как по всей станции потихоньку начинает кипеть жизнь, происходит это не стихийно, наоборот, будто четко отлаженный часовой механизм просыпается от долгой дрёмы. Все больше людей выходили вместе с Брюсселем из Дорматориев, места где располагались общественные криокапсулы, для тех кто не мог позволить себе отдельный кабинет на станции. А позволить себе его могли лишь главы отделов и капитан.       Прошло около 2 минут, прежде чем адъютант зашёл на мостик станции. Оглядевшись он понял, что пока тут один, так как все главы пробуждаются обычно позднее, нежели простой люд. Брюссель не теряя времени решил взбодриться чашечкой крепкого и при этом дешёвого, но ужасного на вкус, кофе из вендомата, благо такой аппарат уже был на мостике. Приблизившись к нему и выбрав на табло позицию простого черного кофе, Брюссель провел по считывателю своей картой и писк вендомата подтвердил, что деньги списаны и спасительный напиток скоро появится.       Пока тонкая и тёмная струйка протекала сквозь машину прямо в появившуюся чашку, Брюс решил проверить заметки на своём КПК, которые он оставил на эту смену. В них говорилось следующее: — Кофе капитану; — Сделать объявление через внутренний интерком станции о начале новой смены; — Подготовить бумажные формы для перевода, которые запросил капитан; — Подтвердить пробуждение всех глав и капитана.       Более в них ничего не было. Фламмель задумался, если первое, второе и четвёртое было вполне естественно, то третий пункт вызывал некоторые вопросы у адъютанта. Хоть он и был из тех, кто без тени сомнения следовал приказам корпорации и капитана уже последние 3 года, но бланки о переводе могли оказаться той темой, что коснется и его. Ему удалось уже довольно сильно привязаться к рабочим отношениям с этим капитаном, такой перевод мог перевернуть все вверх дном.       Но довольно мыслей, Брюссель развернулся и подошёл к консоли связи, вставил карту в слот, увидел, что на панели загорелся зелёный огонёк, нажал на кнопку оповещения, начав говорить в микрофон:       — Доброго утра, дорогие коллеги! Вот и началась новая смена, прошу всех занять свои рабочие места и подготовить их к моменту пробуждения глав. Нам очень важно сделать все на отлично, так как сегодня мы получим новую цель от Центрального Командования. Все подробности главы получат на факс, а через час, в восемь часов, капитан сделает повторное объявление для экипажа. Постарайтесь на ура и Слава НТ!       Снова нажав на кнопку Брюссель остановил передачу интеркома.       Теперь адъютант наконец смог насладиться своим кофе, после которого он был готов на любые трудовые подвиги, а также на то, чтобы выполнить остальные задачи.       С бумагами покончил быстро, распечатал, вписал все необходимые поля, оставив капитану как можно меньше сложностей, спасибо навыкам Брюсселя, которые он улучшал за свою карьеру как адъютанта.       Когда до примерного срока пробуждения капитана осталось 15 минут он отправился в сервисный отдел, а именно в бар. Любимый напиток как Брюса, так и капитана это кофе, из-за этого правильно заваривать его должен любой хороший адъютант, так как капитан не потерпит простого кофе из вендомата.       Пока шёл он оглядывал коридоры станции в поисках несоответствий или повреждений, чтобы потом их передать соответствующему персоналу, прошёл мимо маленькой сцены, где обычно выступают музыканты и клоун с мимом, напротив неё стояла кухня, прекрасная открытая кухня, где любой желающий может понаблюдать за работой поваров, которые каждый день делают кулинарные шедевры или извращения из подручных материалов станции. Это может быть как и огромный торт, которым можно накормить даже гостей с ЦК, так и нечто неописуемо отвратительное, что заставит ужаснуться любого человека высокой морали.       Так как моральные нормы в четвёртом тысячелетии настолько опустились, что на станциях можно спокойно отведать кулинарные изыски созданные из трупов различных разумных.       Например, на одной из смен на счету Брюсселя произошёл несчастный случай, часть пассажиров и отдела сервиса оказалась разгерметизирована, все они умерли от давления. Когда их тела нашли, было уже слишком поздно, спасти душу и перенести в новое тело посредством клонирования удалось лишь троим из пятнадцати. Так эти тела потом и пустили на мясо с разрешения Главного Врача, так как вся животина, что была в отделе сервиса, улетела в открытый космос вместе с работниками. Пришлось заменять мясо животных на человечину и мясо людоящеров-унатхов. Никто и глазом не повёл, даже тогда когда все узнали об этом. Людям, что живут и работают в почти рабских условиях, где в любой день ты можешь умереть из-за ошибки неквалифицированного персонала, вскоре становится просто все равно на такие моральные дилеммы. Сегодня ты съел бургер из старого тела твоего друга, завтра съедят уже тебя, хоть и часть сотрудников и старается избегать этого, но рано или поздно они тоже сдаются.       С этими мыслями Брюссель прошёл ещё 15 метров и успешно дошёл до бара, махнув рукой поприветствовал бармена, что начищал бокалы синтетической салфеткой. Тот махнул рукой в ответ, уже заранее зная, что дальше будет, посему, сразу впустил к себе адъютанта и освободил место у кофемашины. Это была довольно дешевая, рожковая кофемашина, на которой сделать хороший кофе не так-то и просто. Но Брюссель уже довольно долго занимается этой рутиной, которая уже успела превратилась в своеобразный ритуал. Взять из шкафа дорогие зерна для кофе, высыпать в кофемолку и намолоть, утрамбовать в таблетку, и наконец запустить кофемашину, чтобы вода под давлением сделала остальную свою работу. Спустя минуту крепкий американо был готов, кивнув на прощание бармену, Брюссель пошел обратно на мостик.       Вскоре он по своей гарнитуре услышал сонный голос капитана:       — Доброе утро Брюссель, как обстановка на станции?       Одной рукой держа кружку с кофе, а другой нажимая кнопку на гарнитуре, чтобы микрофон заработал, адъютант заговорил в командную частоту:       — Здравия, Мэм! Обстановка спокойная, ваш кофе готов, объявление о скорой цели с ЦК передал, ожидаю пробуждения остальных глав.       — Отлично сделано Брюсс, впрочем как и всегда. Ожидаю тебя в своей каюте. — сказала капитан.       Адъютант поспешил поскорее прийти на мостик, одновременно сохраняя достаточно медленную скорость, чтобы не разлить кофе.       Через минуту он уже был у каюты капитана, вход которой находится на мостике. Стукнув пару раз по шлюзу, Брюссель услышал, как капитан ударился о что то твёрдое. — Судя по звуку это был громоздкий деревянный стол, подумал он. Через секунду в каюте пискнул пульт открытия шлюзов, после чего две половинки мощных дверей послушно разъехались в стороны.       Перед взором Брюсселя предстал обширный кабинет, украшенный натуральным деревом, название которого Брюссель не мог вспомнить, с несколькими столами, ковром и искусственным камином. Так же можно было заметить пару личных вендоматов капитана, которые выдают товары бесплатно, с сигаретами и с алкоголем. Вот она, привилегия быть капитаном!       Капитан явно была не готова к такому быстрому приходу, потому на ней был лишь, помятый и весь в складках, комбинезон-юбка, который капитан ещё не успела погладить.       Так же можно было увидеть айди карту с именем и должностью — Алеста Кратт - капитан.       Встав по стойке смирно Брюссель поприветствовал капитана и поставил на стол кофе, зайдя внутрь.       — Вы хотели меня видеть, Мэм? — произнёс Брюссель       — Все верно, присаживайся, у нас на повестке смены довольно необычное задание.       Адъютант кивнул и аккуратно сел на свободный стул напротив капитана, которая пыталась справиться со своей расчёской, которой она укладывала волосы. Параллельно с этим она продолжила:       — Итак, как ты знаешь ЦК нам сегодня даёт очень важную миссию. Конкретно – это сбор снаряжения для экспедиции на экспериментальном корабле, оснащённым не только блюспейс двигателем, но и, не много не мало, на редспейс установке, это только прототип, но я думаю, что если эта экспедиция пройдет успешно, то он уже пойдёт в серию. Корпоративному департаменту спецопераций это сильно пригодится, я считаю. Но вернёмся к установке.       —Она позволяет совершать перелёт на гораздо более дальние расстояния и уменьшает время нахождения в прыжке, по расчётам РнД эта установка позволит отправить корабль в другую галактику или в другой план реальности.       — Подробности ты узнаешь из бумаг. — Капитан указала свободной рукой на зелёную папку с документами, что все это время лежала на столе.       — И да, Брюссель, подай мне заявление о переводе, которые ты подготовил.       Брюс сразу же вытащил из своей сумки папку с заявлениями и передал её капитану. Капитан сразу достала лист и после беглого осмотра принялась там что-то писать.       Адъютант тем временем открыл папку и принялся читать документацию.       — Хм, Корвет Teta класса под названием RNTV-RainDrop-726, у меня ощущение, что где то я про него уже слышал…       Договорить Брюсселю не дали, капитан его прервала.       — Да, это тот самый Корвет который НТ купила у ОПЗ, почти прямо с верфи, идеальная посудина для такой авантюры.       Брюсселю оставалось лишь кивнуть и продолжить читать текст бумаги. В документах подробно рассказывалось про редспейс двигатель и даже прилагались фотокарточки двигателя. Фламмель переключил внимание на них и в уме отметил, даже этот прототип довольно компактен, что позволит еще больше впихнуть в один корабль. Адъютант не смог сдержать выдоха разочарования и одновременно удивления, когда увидел список вооружения корвета. Он понимал, что это исследовательский корабль, но даже так, те орудия, что на нем были, а именно LSE-1200c «Перфоратор» как главный калибр, затем пара лазерных пулемета «Свалинн», как вспомогательная система огня, и еще пара «Дематериализаций материи» для борьбы против астероидов. Если документация не врет, то все лазеры оснащены передовыми БС батареями, что мало того дает огромный запас энергии, так и способны сами генерировать оную.       В целом неплохо, но такое количество вооружения сгодится только против космической живности по типу карпов, а единственный главный калибр сможет пробить цель только при продолжительном обстреле в одну точку, так как он не стреляет единым лучом, а делает около 40 коротких выстрелов в минуту, заполняя все пространство лазерным потоком. Два пулемета орудуют по схожим принципам, но стреляют гораздо чаще — 120 выстрелов в минуту, но есть и минус, после 60 выстрелов ему нужно остыть и накопить энергию перед новым залпом.       Из раздумий Брюсселя вырвал мелодичный голос капитана:       — Брюсс? Брюсс! Подпиши вот тут пока читаешь. — Сказала Алеста.       Брюссель оторвался лишь на секунду, подписал документ не глядя, продолжая вычитывать характеристики этого шедевра кораблестроения, только спустя пару минут он осознал, что на автомате что-то подписал. Он поднял глаза на лицо капитана, где увидел улыбку предвкушения и азарта. Только он хотел что-то сказать как капитан подняла лист, который Брюс подписал и произнесла:       — Поздравляю, Брюсси, теперь ты назначаешься Капитаном корабля RainDrop! – она сделала драматическую паузу.       Момент... Другой... мозг Брюсселя только сейчас начал обрабатывать эту информацию и на его лице проступила эмоция шока.       Капитан тем временем продолжила:       — Как и лидером Экспедиционной команды проекта «Красная Капля»!— С ЦК все уже согласовано, и твоя кандидатура была допущена одной из первых, поэтому оставалась только твоя подпись на вот этой бумаге. – Алеста показывает на лист бумаги, где стояли две печати: Капитанская синяя и Зеленая печать ЦК.       Так и не дав сказать Фламмелю ни слова Алеста Кратт продолжила:       — Мне очень грустно с тобой будет расставаться, ты был прекрасным адъютантом, но я готова этим пожертвовать ради этого шанса твоего продвижения по службе, так как просто находясь тут ты не сможешь показать всем свои навыки.       Кстати, я была той кто предложила твою кандидатуру на этот пост, и меня поддержали даже шишки на ЦК, посмотрев твое дело, они были очень рады видеть такого верного идеалам корпорации и способного человека. Вот они и решили дать тебе шанс проявить себя!       — Но…!       Брюсселю так и не дали ни слова:       — А теперь, бегом к главе персонала, и попроси его распечатать твою новую форму. Я пока займусь бумагами и остальной бюрократией. Считай это как запоздалый новогодний подарок! Корабль сейчас заканчивает переоборудование под мобильную лабораторию и это займет около недели, твоя следующая задача – встретиться со своим новым экипажем, они прибудут по одному в течении следующей недели. На этом все, приходи на мостик через 30 минут, как ГП выдаст тебе униформу, и ты отойдешь немного от своего шока.       На этом капитан снова нажала на кнопку пульта и дверь отворилась. Брюссель, все еще пребывая в шоке, на автоматизме отсалютовал и начал ковылять в сторону выхода. Что же будет с ним за время, что он проведет в экспедиции, сможет ли он справиться? Эти и многие другие вопросы начали заполнять голову бедного Брюсса. Но он их старательно отгонял, понимая, что в этой экспедиции будут будет не только он, а еще целая команда. Брюссель понял, что это его идеальная возможность чтобы проявить себя. Остается только вернуться и тогда он докажет всем, что он оправдал вложенные в него усилия и средства!       Но для начала надо закончить подготовку и встретить свою новую команду. И с такими мыслями он пошел в сторону главы персонала.