Ангельские крылья

— Потереть спинку? Я инвалид? Или ты думаешь, что я уже ни на что не способен? Сиделкой решил заделаться? Адам, конечно, закатил глаза. Но отодвигаться не планировал. Во-первых, потому, что было банально некуда. Во-вторых, они и так сидели по разным углам джакузи. Но как назло, после вопроса Падшего между крыльев начало зудеть. Чёртова канализация. Люцифер уже трогал его крылья. В первые недели, занимаясь лечением. Тогда сам Адам был всегда на стрёме, ожидая подвоха, очередного ножа в спину. Хотя Змий действовал максимально аккуратно, почти по-медицински профессионально и отстранённо, прикосновения к основанию крыльев всё равно заставляли напрягаться. Как и любые прикосновения в целом. Это лишь много позже трепание по волосам, случавшееся раз в пару недель, стало терпимым. Но случилась паническая атака, и тогда Люц оказался омерзительно кстати. Руки не дали заблудиться в мыслях, выведя обратно в реальность. И да, после того случая разбитый Адам ослабил бдительность, позволив себе заснуть рядом с кем-то. Во второй раз он пошёл на близость уже сознательно. Да и, как уже однажды заявлял сам Люцифер: «Он не провинившийся муж, чтобы спать на диване». И Адам себя таковым тоже не считал. Тем более, провинился сам Змий, напившись в слюни. Ну а то, что произошло в теле Эди… останется в теле Эди. И в ебаном притоне этого сутенёра-переростка с его хуёвым сигаретным дымом. В общем, предложение змеёныша вызывало у Адама противоречивые чувства. — Подумал, что пахнуть как помойка ты не захочешь. А до лопаток и правда неудобно тянуться, — пожал плечами Люцифер, прикрывая глаза. — Я-то при желании могу себя магией почистить. — Тогда какого хуя ты со мной тут отмокаешь? — Адам поджал губы, сверля запрокинувшего голову беззаботного клоуна взглядом. — Так привычнее. И удобнее. Ещё и ты так забавно бесишься, — уголки губ Падшего приподнялись. На самом деле, сказанное было правдой. Но и ко всему этому… оставлять Адама в одиночестве не хотелось. Так что владыка просто совместил приятное с полезным. Адам на реплику промолчал. Типичный Люцифер. Лишь бы подъебать. Ещё и так плоско. Никакой фантазии. — Ну и хули ты сидишь без дела? — раздалось через пару минут вместе с плеском воды. Открыв глаза, Люцифер увидел спину Человека, который оглянулся через плечо с напускным недовольством. — Давай, вода до состояния льда замёрзнет, пока ты соберёшься что-то делать своими очумелыми ручками. Улыбка расплылась на лице Падшего. Взяв шампунь, он подсел ближе. Даже в синей полутьме были видны те самые шрамы от колотых ран, усеявшие всю спину. Хорошо, что его собственные прогнозы насчёт крыла не оправдались. Люцифер помотал головой. Сейчас надо было смыть всю грязь. И хоть ненадолго перестать думать о прошлом разной степени дальности. — Скажешь, если что-то буду не так делать, — уточнил он, выдавив немного средства на ладонь и принявшись за правое крыло. Почти всё уже смылось благодаря воде, но перестраховка не была лишней. Не хватало ангелочку подхватить какую-нибудь адскую болезнь. Если такое хоть теоретически было возможно… Пальцы промывали перо за пером. Из-за размера крыльев времени ушло много, но Люцифер находил занятие медитативным. Да и сам Адам возмущаться не спешил. Закончив с одним крылом, Змий принялся за второе, повторяя манипуляции. Первый же сидел почти неподвижно, лишь раскрывая крылья, когда Люцу это требовалось для доступа к перьям. Ощущения были… в целом нейтральными. Хоть так. И ровное дыхание на счёт помогало отвлечься. — Хэй, я почти закончил, — Морнингстар постучал по плечу Адама пальцем в пене. — Займись своей шевелюрой, дылда. Я так высоко не забираюсь. — Как будто ты бы мог достать, — проворчал тот, приняв бутылочку с шампунем. Длинные волосы до плеч всё ещё были непривычными, но пропускать мыльные пряди сквозь пальцы было приятно. — Что за низкие шутки, — рассмеялся Люцифер, занимаясь маховыми перьями. — До других ты не дорос, мудила, — отфыркнулся Адам. Пена начала стекать на плечи и спину. Неожиданно основания крыльев аккуратно сжали и провели по внешнему краю. — Ну что за хороший мальчик, — раздался шёпот над ухом. Крылья с силой дёрнулись, отбросив Люцифера к бортику и заставив ойкнуть от неожиданности. Почти сразу же они сложились. Адам на секунду нырнул головой под воду, смывая шампунь с волос и пуская волну дальше к крыльям. Как птичка, ей-богу. Но вот стоило ему стереть воду с лица и повернуться к Люцу, как желание шутить у того мгновенно испарилось. — Не делай так. Никогда, — процедил Первый, холодно и тяжело глядя на Змия. Тот неуверенно кивнул. Пожалуй, это был первый раз за эти месяцы, когда Адам был настолько серьёзен. Получив согласие, Человек отвернулся, ещё пару раз проделав трюк с подныриванием и смыванием всего лишнего с крыльев. Блёстки от бомбочки проблемой не считались, их можно будет смыть позже. Или они сами осыплются. Наконец, убедившись в отсутствии пены на себе, Адам поднялся на ноги и вышел из джакузи, отряхнувшись и обдав брызгами Люцифера. — Открой телепорт ко мне, — повернувшись к владыке, он скрестил руки на груди. — Хочу отдохнуть от тебя. И этого дня. — А… Да, конечно, — щёлкнув пальцами, Люц создал телепорт в мастерскую, в котором Адам скрылся без лишних слов, шлёпая босыми ногами и оставляя за собой мокрую дорожку. Оставшись в одиночестве, Змий провёл рукой по лицу.

* * *

Кровь на руках была… липкой. Металлический привкус оседал на языке, щекотал ноздри. Адам осмотрел серую тунику, специально надевавшуюся для Истреблений. Опять вся в красных пятнах. Лучше бы это был соус, а не всякие жидкости, текущие в этих неудачниках-грешниках. Но это ощущение силы и безнаказанности кружило голову. Пропащие души не могли ничего противопоставить Первому, использовавшему утяжелённый меч. Один удар — и они падали, лишённые головы, или вспоротые вдоль, словно игрушечные, или пронзённые в сердца. Способ был не важен. Ну а подаренные серафимами крылья только упрощали охоту. Делали её динамичнее. К тому же, примитивные адские железки отскакивали от золотых перьев, не нанося никакого вреда. Впрочем, редко когда кто-то пытался сопротивляться, больше предпочитая прятаться. Иногда Адам, залетая в дом во время преследования очередного грешника, обнаруживал других, которые тут же с криками разбегались. Тараканы. Жалкие и никчёмные существа, недостойные какого-либо внимания. Переулок за переулком, дом за домом. Крики сливались в один, а запах крови заставлял ноздри раздуваться от жадных вдохов. Требовалось ещё. Больше. С каждым убийством тело будто становилось легче, наполняясь эйфорией. Это было юбилейное двадцатое Истребление, когда Адам с ангелами спускался в ад, и с каждым разом он всё меньше видел в грешниках людей. Это к лучшему. Безликих существ проще убивать. — Господин, — рядом с Адамом приземлилась одна из ангелов. Маска комедии и рога сатира пугали грешников, так что Первый утвердил такой внешний вид на Истреблениях, также нося позолоченную маску. — Время почти вышло. Стоит открыть телепорт? — Без тебя знаю, — отмахнулся истребитель, тяжело дыша и ища взглядом очередную жертву. — Не мешай мне веселиться, сучка. — Сэра просила проследить за вами, — нейтрально отозвалась ангел, склонив голову. — Я сказал не мешать мне, — Адам схватил девчонку за горло, сжав пальцы. Та захрипела, цепляясь за предплечье, пытаясь хоть немного отстраниться. — Ты такая бесполезная дрянь, знаешь? Он чувствовал, как она задыхается, как бешено бьётся сердце, как слабеют пытавшиеся оттолкнуть его руки. Ему очень хотелось сжать пальцы сильнее, до хруста позвонков. Выдохнув через стиснутые зубы, он отшвырнул ангела в стену ближайшего здания. — Не опоздай к порталу, — ядовито прошипел он, с мрачным удовольствием наблюдая, как та хрипит, вернув возможность дышать. Шумная блядь. — Не хотелось бы лишиться такой ответственной подчинённой. И, распахнув крылья, мгновенно взлетел, направляясь на северную окраину города.

* * *

Серафим сидел в своём кабинете, изучая отчёт о последнем Истреблении. Напротив стоял Адам, сцепив руки за спиной. Крылья опустились локтями до талии, держась почти параллельно полу. Ему не хотелось показывать, насколько пребывание в этом белом помещении давило на него. С Сэрой можно было вести разговор на равных. Но Ѧѣđџ϶ʌƀ… — Неплохо постарались в аду. — Мягкий голос обволакивал теплом, и Адам, не поднимая глаз, кивнул. — На то ты и Первый, чтобы всё было в лучшем виде, не так ли? Серафим хмыкнул, поднявшись из-за стола и подойдя к замершему Человеку. — Вижу, что наш дар тебе по вкусу? — наклонившись, он провёл по внешнему краю крыла, вызывая мурашки вдоль позвоночника. Адам вновь кивнул, желая поскорее оказаться подальше от кабинета, желательно на берегу моря на сфере Умеренности. В компании пары тёлочек… Приятные мысли прервала рука в светлых волосах, почти до боли сжавшая пальцы на затылке. Звякнула пряжка ремня, удерживавшая тунику Первого, и тот упал к его ногам. На ухо хмыкнули. Не разжимая пальцев, серафим подошёл к столу, ведя Адама перед собой. Тот молчал, прикрыв глаза. Проще было воспринимать одного из высших ангелов как кого-то безликого. Не запоминать ни лица, ни голоса, ни рук, жадно оглаживающих первого человека — их послушное творение. Основания крыльев сжали до хруста костей, до слёз, потекших по лицу Адама. — Ну что за хороший мальчик… — раздался шёпот над ухом. Одна из четырёх ладоней легла на щеку Человека, поворачивая голову к себе, заставляя смотреть. Мягкая, добрая улыбка. Насыщенно-синие глаза с золотой радужкой. Руки, разрывавшие ткань туники, оставлявшие синяки и длинные кровоточащие золотом царапины на идеальном теле. Снова. Так мерзко. Адам на секунду закрыл глаза. Рано или поздно это закончится.

* * *

Адам проснулся. Лёжа на боку, укрытый тяжёлым одеялом. Крылья прижались к телу в бессмысленной попытке защитить от собственного разума. Почувствовав что-то щекотное на щеке, он провёл по ней пальцами. Влага. Опять. Заебало. Придя после джакузи к себе, он почти сразу рухнул в кровать, не желая думать о той случайной фразе Люцифера. Его не было на Небесах тогда. Он не мог знать о серафиме такие подробности. Проще это ситуацию не делало. Но общая усталость позволила забыться сном и не думать. Как оказалось, подсознание — та ещё сука. Это бессилие в прошлом принимало не самые здоровые формы. Иногда Адам пытался начинать думать обо… всём, но термина «психолог» или хотя бы «лекарь душ» в рай не завезли. А сами воспоминания были слишком болезненными. Активировали реакцию «бей». Давая ощутить себя по-настоящему живым лишь на Истреблениях и с податливыми сучками, готовыми на всё, чтобы Первый человек обратил на них внимание. Ощутить, что он не бесполезная дрянь. Не никчёмное существо. Не просто… игрушка, созданная серафимами от скуки в процессе экспериментов. Мыслей было слишком много. Адам вздохнул, сползая с постели и направляясь в сад. Часы, когда-то принесённые Люцем, показывали пять утра. Но комната, повинуясь молчаливому приказу, поддерживала имитацию ночи. В саду дышалось проще. Тихое журчание воды отвлекало, как и шелест листьев и трав. На «небе» проплывали облака, давая смотреть на звёзды, копировавшие сразу все земные созвездия. Адам упал на спину на поляне, прикрыв тело крыльями. Хоть здесь и поддерживалась свежесть, не становившаяся холодом, но… это было привычкой. Физическим барьером от других. Как и многое другое, появившееся с годами. У плеча Адама появилось слабое свечение, и на его месте оказалось яблоко. Видимо, комната сообщила Люциферу о его пробуждении, и тот, вопреки ожиданиям, решил проявить немного такта, не заваливаясь лично, а прислав «подарочек». Первый взял яблоко, рассматривая. Красное, едва помещавшееся в ладони. Наверняка сладкое. Что ж… почему бы и нет? Он сделал укус, впиваясь в мякоть клыками. Сладкий сок потёк по щекам, смешиваясь с чем-то солёным.