Stargazing

Рутина из подготовки к бесконечным тестам и поступлению настолько затянула, что у Кайла практически не осталось времени на подсчёт калорий и тренировки. Парень слишком сильно зациклился на учёбе, а параллельно ещё нужно было помогать заниматься Маршу. Оба школьника считали чуть ли ни минуты, когда уже наконец всё это закончится. Брофловски до этого мало ел, а сейчас стал делать это интуитивно. Парень употреблял пищу несколько раз в день, но КБЖУ не считал. Сейчас всё внимание и волнение были направлены на драгоценные баллы. Рыжик пообещал себе, что поступит и будет учиться вместе со Стэном. И он готов был пойти на всё ради своей цели, как это было с похудением. Он действительно сделал многое, используя самые изощренные способы. Каждый день был похож на предыдущий. Кайл вставал, умывался, собирался, а пока завтракал — повторял учебный материал. Рутина настолько поглощала, что время летело незаметно. До экзаменов оставалась грёбаная неделя. Брофловски и Марш уже не выносили. У обоих кипели головы и сдавали нервы, но они продолжали упорно трудиться. Однако всему есть предел. Все мы всё-таки люди. — Я больше не могу, — устало выдохнул Стэн, с громким стуком ударяясь лбом об стол с тетрадями и конспектами. Рыжик слабо улыбнулся и откинулся на спинку стула, задирая голову к потолку. Они просидели так около трёх минут в полной тишине. А затем Марш снова заговорил: — Котёнок, пожалуйста, давай хотя бы один денёк отдохнём от этой херни. Я вижу, что ты тоже сильно утомился. Да, Кайл изрядно заебался, но парень заметил, что учёба сильно отвлекает его от калорий и бесконечных взвешиваний. Кстати о весах… Подросток забыл, когда в последний раз на них становился и от этой мысли стало как-то неуютно и немного тревожно. — Бля, — простонал рыжик, закрывая глаза предплечьем, — я настолько погрузился в подготовку, что совершенно забыл про весы. У вас они есть дома? Подросток с каплей надежды посмотрел на уставшего Стэна. Лицо Марша сразу же приобрело оттенок недовольства, а между бровями появилась складка. — Этого адского прибора в доме нет, — холодно и твёрдо ответил парнишка. — Жаль, — с толикой обиды вздохнул рыжик, опуская голову и хрупкие плечи. — Котёнок, неужели тебе не надоело барахтаться в этом болоте? — теперь в этом родном голосе сквозили нотки искреннего беспокойства и нежности. — Ты же знаешь, как я переживаю, стараюсь помочь и буду бороться с этой ерундой вместе с тобой. Однако если ты сам не захочешь оттуда выбраться, то…это будет просто самый глупый конец нашей истории. Стэн оказался прав как бы Брофловски не хотел это признавать. — Иди сюда, — прошептал Марш, привлекая Кайла к себе. Парни сомкнули руки на спинах друг друга. Рыжик улёгся поудобнее на грудь любимого и почувствовал его пальцы в своих волосах. Прикосновения, как всегда, ласковые, неторопливые и таке приятные. Хватило буквально пары минут, чтобы оба провалились в сладкую дрёму. За приятными сновидениями прошло два часа. Школьники действительно заслужили этот перерыв, однако, когда они очухаются, то будут корить себя за то, что позволили себе подобную маленькую радость. Мальчики почти одновременно разлепили глаза и нехотя встали. За окном было уже достаточно поздно. — Мне надо идти, — тихо, почти шёпотом пробормотал Кайл. — Тебя проводить? — уточнил Стэн сонным голосом. — Спасибо, я сам, — улыбнулся рыжик. Брофловски быстро собрал все свои конспекты и тетради, закинув их в рюкзак. Мальчики спустились. Пока Кайл накидывал куртку и застёгивал ботинки, Марш внимательно наблюдал за этим чудом, скрестив руки на груди и облокотившись на стену. Парень заметил, что его котёнок выглядит более здоровым, но всё же уставшим и заспанным. Стэн хоть и ненавидел учёбу, бесконечный шквал заданий и крики учителей, однако сейчас он был даже немного благодарен этой херне. Из-за экзаменов, которые затянули школьников, словно воронка в неугомонной речке, Кайл хоть стал немного питаться, а в один из дней так вообще забывал о калориях и ел в своё удовольствие. — Я пошёл, — проконстатировал подросток и тихонько подошёл к Маршу, чтобы быстренько чмокнуть на прощание любимые вишнёвые губы. — Пока, — улыбнулся Стэн, которого всегда забавляла подобная ситуация. Брофловски быстрым шагом преодолевал кварталы ночного города. Снег приятно хрустел под ногами, а на улице вновь ни одного прохожего. Школьника это совсем не пугало. Холодный ветер подгонял мальчишку, заставляя идти быстрее и забираясь к парню под куртку. Дома вся семья уже была в сборе. Мать, как всегда, хозяйничала на кухне, отец читал газету, а Айк сидел в своей комнате и занимался собственной детской ерундой. Кайл снял верхнюю одежду, закинул рюкзак куда-то на пол и неторопливо зашёл на кухню. Единственное, что привлекло внимание рыжика — весы. В голову сразу полезли фразы, недавно сказанные Стэном. «Этого адского прибора в доме нет.» «Ты же знаешь, как я переживаю, стараюсь помочь и буду бороться с этой ерундой вместе с тобой. Однако если ты сам не захочешь оттуда выбраться, то…это будет просто самый глупый конец нашей истории.» Стиснув зубы, Брофловски вновь двинулся к родителям, стараясь прогнать навязчивые мысли. — Сынок, привет, будешь кушать? — чуть ли не с порога накинулась Шейла. — Привет, — ответил парнишка, усаживаясь за стол и всем своим видом показывая, что не против перекусить. Джеральд откашлялся, пока женщина спешила наложить сыну еды. Мужчина отлип от своего увлекательного чтения и взглянул на рыжика. — Как проходит подготовка к экзаменам? — Нормально, — ответил парнишка, а в голову почему-то сразу полезли воспоминания о горячих поцелуях и прекрасных губах Стэна. О том, как решая очередную задачу и делая пометки в конспектах, рука Марша «случайно» оказывалась сначала на бедре или ляжках, а через пару минут во всю хозяйничала у Брофловски под футболкой, и как в подобные моменты на пол летели все тетради и учебники. От такого Кайл немного покраснел, но парнишка старался себя контролировать и не выдавать, да и на веснушчатом лице это было почти незаметно. Румянец словно слился с яркими точечками. За ужином семья обсуждала бытовые и повседневные дела. Кайл упорно делал вид, что ему интересно, однако в груди появилось сильное и странное желание вскочить и поскорее встать на весы, увидеть эти проклятые цифры. Но рыжик держался, контролировал себя. Ночью, когда все жители дома Брофловски спали, старший сын аккуратно спустился вниз, обходя скрипучие половицы и прижимаясь к стене. Ему казалось, что вот-вот он станет на весы и за спиной окажется мать. Женщина, словно кошка, подкрадётся и спросит шёпотом: «А что ты делаешь?». Подросток подошёл к чёрному электронному квадратику, повертел головой туда-сюда, чтобы убедиться, что сейчас из темноты никто не вылезет и взглянул на «адский» прибор. Нет. Он больше так не может. Вся жизнь последние несколько месяцев вращается вокруг цифр на этом табло. Парень ужасно устал и больше не хочет страдать, поэтому считает, что единственным правильным решением в данной ситуации будет выбросить устройство нахрен. Возможно, это импульсивное желание и уже завтра подросток пожалеет о содееном, но сейчас он хочет избавиться от подобной штуковины. Рыжик хватает весы быстро, пока его мозг не успел передумать, и, не накинув на себя ровным счётом нифига, выбегает на холодную ночную улицу. Глаза, наполненные диким страхом и тревогой, словно Кайл совершает убийство, ищут ближайшее место, где можно разбить этот электронный кошмар и выбросить к чертям собачим. Брофловски забегает за угол и начинает яростно колотить весами по стенке дома. С каждым ударом на устройстве появляется всё больше трещин и сколов; оно издаёт громкие звуки, на которые, возможно, пожалуются соседи, но парню на это всё абсолютно всё равно. Когда уже нечего было бить и кромсать, а в руках осталось даже не подобие былого, Кайл на ватных ногах понёсся в сторону мусорного бака. Дрожащими руками закинул в зелёный ящик весы, а вернее остатки, и с облегчением выдохнул. У него создалось впечатление, что всё позади. Только доведя замысел до конца, Брофловски осознал, какая на улице холодрыга и немедленно двинулся в сторону дома. Пожалуй, с последствиями он разберётся завтра, а сейчас парень предпочёл бы поспать.

***

Вновь солнышко осветило Южный парк, а будильник уже несколько минут трещал без остановки. Всё по накатаной: встал, умылся, оделся, собрался и спустился позавтракать. — Доброе утро, Кайл, — поздоровалась Шейла. — Доброе, — сонно отозвался рыжик, усаживаясь за стол и готовясь немного перекусить перед школой. Мать ставит перед ним яичницу с беконом и садится рядом для утренней чашечки кофе. — Слушай, а ты не видел весы? — спросила, заставляя подростка вздрогнуть. Кайл поднял на женщину слегка испуганный взгляд, ожидая продолжения. — Сегодня хотела взвеситься, а их на привычном месте нет. Может ты их куда перепрятал? Брофловски не знал, что сказать. Он перебрал кучу вариантов оправданий, а вся его жизнь буквально пролетела перед глазами. Но всё же парень решился и заявил следующее: — Я их выбросил. — Что? — с удивлением переспросила Шейла, выпучив глаза и думая, что ей послышалось. — Зачем ты это сделал? Школьник выбрал максимально жалкое лицо и вновь взглянул на мать. — Ты начала так загоняться по поводу своей фигуры, сидеть на правильном питании и постоянно взвешиваться, что я очень сильно испугался, ведь ты могла не остановиться и перейти на более страшные способы, например, голодовки. Я хочу, чтобы ты знала, ты нам нравишься любой. Не нужно худеть, все-таки, это было плохой идеей. Взгляд женщины потеплел, она улыбнулась и ответила: — Спасибо, мой хороший. Отныне никакого похудения в нашем доме не будет. Да, отныне все встанет на свои места...