Сасэн-фанат

       На протяжении двух месяцев они уже встречались. Чимин уже чуть ли не переехал к Юнги. Они каждый день вместе завтракали, спали, мылись. Как практически все ванильные парочки, которые съехались только вчера. Никто из группы LMF не знал об этих отношениях. А из-за того, что Тэхён не умел держать язык за зубами, Юнги не стал рассказывать. Тот же отличная находка для шпионов и журналистов, снующих свои носы туда, куда надо и не надо. Как помнится, на любом выходе из общаги, Тэхёна парни совали в середину своего строя, чтобы тот ничего не ляпнул. Пару раз даже наушники заставляли надевать и сами контролировали громкость, мало ли из этой середины строя услышит чего и выкрикнет? Говоря о ЮнМинах, их отношения мало чем отличались от отношений обычных людей. Если по мнению общества сложено, что девушка ждала парня с работы или учёбы и следила за хозяйством в доме, то у ЮнМинов Чимин валялся целыми днями дома, лишь иногда заходя на кухню, чтобы попить или урвать что-нибудь вкусненькое. Если сложено так, что парень усердно работает и обеспечивает свою половинку, то Юнги работал, но намного меньше, и не сидя в офисе, а имея почти свободный график, что уж говорить о зарплате? Дай бог годовое жалованье офисного планктона за месяц. То есть много.       -Уже вернулся? - выглядывает из-за кухни Чимин, смотрящий видео-урок по приготовлению яичницы. Живет уже более двух месяцев, надо бы уметь что-то кроме доставки давать.       -А?.. Да, я пришёл, зай, - усталым и даже немного раздражённым голосом говорит Юнги. Не заходя на кухню, он говорит что-то невнятное и идёт в спальню. Чимин мог только догадываться, что он устал или его кто-то разозлил. Лишь бы этот "кто-то" был не Паком.       -Что-то случилось? - заходя в комнату, говорит Чимин. Он отключил на кухне плиту, греющую сковороду, выключил планшет с уроком.       -Отстань, - медленно протягивает Юнги, лёжа на животе и утыкаясь головой в подушку. Из-за подушки слово звучит злее и тише, что тоже настораживает.       -Может расскажешь? - с надеждой в своих щенячьих глазах продолжает спрашивать домосед. В последнее время ему Мин почти ничего не рассказывает, да и ночевать стал чаще в общаге.       Юнги поворачивает голову в сторону Чимина, тот опирается о косяк плечом, скрестив руки на груди и перекрестив ноги, поставив левую впереди правой, изображая что-то похожее на крест. Как жена, ей богу. Пак, конечно, и не злится, даже не думает об этом. Но узнать, что случилось, все-таки хочется. Может Юнги и навлечет свой гнев, но это было не так важно. Вместо каких либо слов и объяснений Мин просто встал с кровати и подошёл к Чимину. Приблизился так, что между ними было дай бог сантиметров 15. Была наводка на то, что Шуга просто поцелует его, но случилось кое-что, что гораздо страшнее любой ссоры. Звонкий шлепок. Мин дал Чимину пощёчину. Вот так, без объяснений. Голова так и осталась повернула в сторону, а на краях глаз выступила влага. От дыхания Юнги в сторону Пака перло спиртным. Он что, напился? Сейчас только ещё день. Когда успел?       -За что? - практически сразу сорвалось с губ жертвы.       -Не знаю, - слишком спокойным тоном ответил Юнги. - Не хочу, чтобы ты меня раскрашивал.       -Ты мог просто сказать об этом, а не размахивать руками, - дрожащим голосом ответил Чимин, поворачивая голову в его сторону. Зря.. Мин ещё раз ударил Пака, но уже сильнее прежнего. Тот повалился на пол, опираясь спиной к стене, которая если бы могла говорить, сказала бы "удачи, держись". Чимин уже не стал сдерживать себя, от громко застонал от боли и шипел, прикладывая руку к голове и дотрагиваясь до спины - места, которые тоже приняли удар. В глазах напротив страха не было видно, может на секунду он там и промелькнул, но его уже давно застлала поволока неизвестной обоим эмоции. Мин подошёл к нему и присел на корточки. "Жить будешь, не смертельно" сказал он и, схватив его за шкирку, как котёнка, уложил на кровать. Что с ним стало? Как давно он стал таким? Эти и похожие вопросы мельтешили перед глазами всё это время. Пак сел прямо перед чужим лицом. Смотрел смерти в глаза.       -Я ненавижу тебя, - сказал он и попытался встать и уйти с кровати, но Юнги, схватит того за локоть, удалил обратно.       -Интересно, и что же ты будешь делать?       -Ты пьян. Поговорим, когда протрезвеешь. А сейчас отпусти.       -Да, я пьян. И что с того? - непонимающе спросил Мин.       -Я сказал отпусти, - напомнил тому Чимин.       -Много говоришь в последнее время. Давненько не ебали? - не униимаясь начинает тот. Алкоголь полностью затуманил его настоящего. Или может, показал? Стал вести себя, словно сороколетний старик, которому никто не даëт.       Хватка ослабляется, и Чимин отходит к шкафу. Пользуясь моментом, что Юнги не встаёт, достал ту самую ленту, которой сам когда-то был связан. Сейчас же у неё будет другое предназначение. Резким движением он заматывает руки Мина, да так крепко, что те немного покраснели. Он, конечно же, сразу начал концерт, то крикнет чего-нибудь, то просто замычит. Явно недоволен. Теперь он валяется на кровати червяком. Может только вертеться. Ну а Чимин, довольный своей работой, отходит, но не далеко, чтобы видеть действия гусеницы. Вдруг свалится в порыве злости? Юнги постояно что-то бубнил под нос, но в скоре заснул. Чимин вернулся на кухню, чтобы посмотреть, нет ли каких-либо ран. Но одна всё же есть - сердечко болит после ударов любимого. Он посмел поднять на него руку. Это непростительно. Он посмотрел в зеркало, из носа текла кровь. Алый ручеёк почти коснулся губы. Пак и не заметил, как бордовая жидкость начала течь, скорее всего из-за давления. Нос Юнги не трогал.       Несколько часов Чимин просидел на кухне под тихий звук телевизора. Не хотелось делать ничего. Абсолютно. Он даже не стал доделывать своë кулинарное творение. Он просто сидел и смотрел в одну точку, иногда поглядывая и слушая новости. Он боялся каждого шороха, который доносился из комнаты, где спал Юнги. В голову вдруг пришла идея: что его тут держит? Чимин сейчас же мог просто уйти и забыть про весь этот кошмар. Несколько ударов по лицу еше не кошмар конечно, но чем дальше - тем хуже. Если ударили, то это будет продолжаться. И неважно - просишь ты прекратить или нет, даёшь сдачи или нет. Просто неважно. Чимин собрал небольшой рюкзак вещей, взял ключи и хотел было выйти из квартиры. Но что-то внутри тревожило - может его освободить? Юнги сам только навредит себе. Он аккуратно развязал верёвку, положил где взял и сделал так, будто его никогда тут не было. Пак еле смог накрыть Мина, все-таки он не планирует возвращаться. Он надеялся, что Юнги примет это всё за сон. Надежда умирает последней. Выйдя из квартиры, он закрыл дверь и оставил ключ под ковриком. Лишь бы догадался там поискать, когда проснётся. Дверь изнутри могла открываться и без ключа, так что всё было хорошо. Почти. Чимин спускался на лифте, выходил из подъезда и ехал на такси до дома с какой-то тяжестью в груди. Он не хотел его оставлять, но и терпеть это не мог. Коду немного охлаждал воздух, который просачивался через ткань свитера. Хоть тот был и вязаный, но плеэтение было довольно крупным. Зелено-голубой оттенок подчёркивал выражение печали и тоски. Глаза были поникшими, когда он доехал до места назначения. Отдав таксисту зелёные бумажки, Пак вылез из машины. Дул слабый ветерок. Конечно, август на носу. Детворы становится всё меньше, всё меньше веселья. И больше грусти не только из-за хандры, но и из-за неудачной любви. Хотя, что это за любовь такая..       Юнги не знал, где живёт Чимин. От этой информации было не так тревожно. Хотелоаь просто забыться, поэтому Чимин тоже лёг спать. Он не знал, когда проснётся и проснётся ли вообще. Не хотелось снова видеть его. Когда он только успел так набухаться? Да и с кем.. Сегодня практически вся группа была на записи нового альбома. Это настораживало ещё больше. Лишь бы Тэхён не помог Юнги найти Пака. А тот ведь может, Мин же ему не расскажет, что несколько раз ударил любимого. Поэтому Ким может начать винить Чимина, делать нечего и всё. Лучше бы своей жизнью занимался, а не искал пару для друга. Классное комбо, ничего не скажешь. Провалившись в сладкую и долгую дрëму, ему не мешало уже ничего насладиться прекрасным чувством - спокойствие. С ним ничего не могло случиться в своей же квартире, пока он никому не дал ключи. А ключи есть лишь у родителей, которые живут в другом городе. Как же хорошо и уютно.