День Валентина

Что-то в отношениях с Драко сделало Гермиону безрассудной. Вероятно, отчасти это произошло из-за того, что они все только что пережили настоящую войну ( которая определенно повлияла на химию мозга), а отчасти из-за того, что он заставил ее почувствовать себя сексуальной, как никто другой. Конечно, она встречалась с другими мальчиками, даже потеряла девственность с Виктором Крамом, когда ей было пятнадцать, факт, которым она не гордилась и не стыдилась. Все было в порядке; он был нежным и уважительным и изо всех сил старался сделать ей хорошо. Она не испытала оргазма, но в целом это был положительный опыт. Свой первый совместный оргазм с Гарри она испытала в те дни, когда была с ним наедине в лесу и пила бутылку огневиски. Им нужен был комфорт и близость в такие неопределенные и опасные времена. Но секс с Драко Малфоем был другим. Умопомрачительным, если быть честной. Он точно знал, где прикоснуться к ней, как ее поцеловать. Их тела так хорошо сочетаются друг с другом. Он заставлял ее кончить на свои пальцы или язык еще до того, как они полностью раздевались. Она немного сошла с ума, когда была с ним. Однажды она позволила ему прижать ее к стене прямо перед классом зельеварение во время урока, когда они должны были срочно съездить к мадам Помфри, чтобы передать несколько зелий, которые они сварили на уроке. Он прижал свою промежность между ее бедрами под ее юбкой и покачивал ее на своей ноге, пока она не кончила, глотая ее стоны своим ртом и давая ей пососать свой язык, чтобы она не кричала. А еще были случаи, когда она позволяла ему потрогать себя под столом в библиотеке, или один раз в Запретной секции, когда он развернул ее и трахнул у книжной полки, ее лицо прижалось к ее возлюбленной книги. В тот раз у него хватило ума наложить чары конфиденциальности, чтобы она могла кричать так громко, как ей хотелось. Она была жива, она была свободна от войны и хотела чувствовать … Он дал ей это и многое другое. *** День святого Валентина всегда был большим событием в Хогвартсе, но в этом году он стал особенным. Общее настроение в школе было хорошим, особенно среди восьмиклассников, которые наконец смогли начать планировать свое будущее. Гермиона уже спланировала своё; она знала, что после окончания учебы будет работать в Министерстве, и надеялась, что Драко будет рядом с ней. Тем утром она решила сделать ему сюрприз, сев за стол Слизерина. Соперничество между факультетами в основном утихло, особенно среди старшеклассников. Большинство восьмикурсников вели себя вежливо, даже дружелюбно, независимо от того, из какого дома они родом или на какой стороне войны участвовали их родители. Никто из друзей Драко не удивился, когда они встретились, а из друзей Гермионы только Рон был слегка удивлен, что Гермиона объясняла скорее отрицанием, чем чем-либо еще. Но даже он неохотно признал, что она счастлива с Драко. Когда она тем утром вошла в Большой зал, она заметила, что стол Слизерина был довольно полон, несмотря на то, что остались только 7-й и 8-й классы. Она была не единственной, кому пришла в голову идея посидеть со своим парнем или девушкой; там были и многие партнеры других слизеринцев. Джинни сидела с Блейзом, Невилл был там с Пэнси, а Луна сидела с Дафной. Все оставшиеся студенты Гриффиндора, Рейвенкло и Хаффлпаффа оказались за столом Слизерина, потому что их было так мало, и никто не хотел сидеть в одиночестве в День святого Валентина, среди которых плавали розовые и красные сердечки. Драко сидел в конце и ждал ее, но на скамейке не нашлось места еще для одного. Другими словами, все получилось именно так, как она надеялась. Тем утром она оставила свои трусики и мантию, одетая только в свитер и юбку, с намерением подарить Драко лучший День святого Валентина в его жизни. Она подошла к столу, и хотя другие ученики подвинулись, пытаясь освободить для нее место, места там просто не было. «Тебе просто придется сидеть на коленях у своего парня», — сказала Джинни, и все засмеялись. Гермиона закатила глаза, но Драко отодвинулся изо всех сил и протянул к ней руки. — Иди сюда, — поманил он. «Не обращайте внимания на этих идиотов». Она нежно улыбнулась ему, и он перетянул все ее тело через сиденье к себе на колени. Драко крепко обнял ее и прошептал ей на ухо: — Доброе утро, Грейнджер. С днем Святого Валентина." Она повернулась лицом, чтобы тщательно поцеловать его, положив правую руку ему на челюсть. Быстрый поцелуй перерос в настоящий поцелуй, а остальные ученики за столом издавали рвотные позывы, стоны или аплодисменты, в зависимости от того, кто это был. Они закончили поцелуй, и Гермиона показала им всем язык. Смеясь, они все сосредоточились на своих собеседниках или собеседниц. Она поерзала на коленях Драко и почувствовала, как он твердеет у нее под задницей. Пока их друзья отвлеклись, она протянула руку за собой и под его мантией. Она ощупывала его, пока не нашла ширинку его брюк, и засунула руку внутрь, чтобы схватить его член, который к этому времени уже полностью затвердел и подтекал. Его руки вокруг нее напряглись, когда она несколько раз слегка погладила его пальцами, оставив его брюки расстегнутыми. — Грейнджер… — его голос был тихим, предупреждающим. — Малфой, — сладко сказала она, взяв его яблоко и откусив его, а затем поднесла ему ко рту, чтобы он откусил. Пока он жевал и глотал, подозрительно наблюдая за ней, она взяла его руку и положила себе на колени, а затем медленно скользнула ею вверх, вверх, вверх по бедру, пока он не встретил теплую, скользкую плоть, а не кусок ткани, прикрывающий ее влагалище. Он издал низкий звук удушья, и она улыбнулась ему, а затем наклонилась, чтобы достать мед для чая, давая ему прекрасную возможность освободить для нее свой член. Как интуитивный парень, он так и сделал и придвинул его к ее скользкому входу в предоставленное ею пространство, пока она не села обратно так медленно, как только могла, незаметно, приняв его полностью внутрь себя, несколькими легкими движениями бедер. Она плотно сжала губы, чтобы не застонать, и его руки схватили ее за бедра, пальцы впились в него, борясь с желанием удержать ее неподвижно, поднять ее и швырнуть на свой член. Она слегка раздвинула бедра и напрягла мышцы своей влагалища. Она знала, что сможет заставить их обоих кончить, просто сделав это в одиночку; она просто надеялась, что они оба смогут держаться вместе и вести себя тактично. Он дважды подряд откашлялся и сделал глоток чая, его рука слегка дрожала. Гермиона оторвалась от тоста, который она притворялась намазывать маслом, и увидела на них взгляд Тео. Он поднял брови и затем снова посмотрел на Эрни, который что-то ему говорил. Драко довольно тяжело дышал позади нее, и Гермиона сосредоточила все внимание, которое в данный момент не было на том, чтобы задушить жизнь в его члене, на том, чтобы выровнять собственное дыхание. Она могла чувствовать, как его бедра сгибаются под ней каждый раз, когда она сжимала их или вообще двигалась. Оглянувшись вокруг, чтобы увидеть, что все еще заняты, он позволил себе роскошь один раз сдвинуть ее вверх и вниз на себя, всего лишь быстрым подпрыгиванием, одновременно сгибая бедра. Напряжение предстоящего оргазма нарастало и нарастало внутри нее, и она начала чувствовать головокружение, ее зрение расфокусировалось, когда она сжала свою пизду, раскачивалась и кружила бедрами так легко, как только могла. Внезапно оно сломалось. Рука Драко сжала ее бедро до боли, когда она пульсировала и сжималась вокруг него. Она закрыла лицо рукой, чтобы скрыть свое удовольствие от каждого ученика 7-го и 8-го курса Хогвартса, дыша через нос и каким-то образом умудряясь не издать ни единого звука. Лоб Драко коснулся ее плеча, и его бедра слегка дернулись вверх, в то же время она почувствовала его пульсацию внутри нее вместе с потоком горячей влажной жидкости. Ощущение его спермы почти снова разозлило ее, но она сумела сдержаться, уже планируя затащить его обратно в свою комнату в общежитии, поскольку вторые занятия на сегодня закончились. Она почувствовала его горячее дыхание на своей шее, пока он тяжело дышал, приходя в себя, и была благодарна, уже не в первый раз, за объем ее волос. Когда он наконец поднял голову с ее плеча, Гермиона устроила представление, намазывая маслом булочку и протягивая ее ему. "Голодный?" — спросила она, ярко сияя ему. Он просто смотрел на нее, как будто ему было трудно подобрать слова, поэтому она оторвала кусок булочки и положила ему в рот. Внезапно проголодавшись, она откусила себе кусок и начала жевать, в то время как Драко выглядел необычно тихим и довольно ошеломленным. Он все еще был полутвердым внутри нее, и ей хотелось, чтобы у них было время снова уйти. Она чуть-чуть сжалась, и он слегка хмыкнул, предупреждающе постукивая по ее бедру. Она как раз пыталась понять, как встать и не испачкать скамейку за столом Слизерина, когда поняла, что завтрак окончен. Пока остальные студенты проходили мимо них, она осталась сидеть, а рука Драко надежно обвила ее за талию. На пути к выходу Тео остановился, поколдовал и протянул им полотенце. «Хорошее шоу. Дайте мне знать, если вам когда-нибудь понадобится третья пара рук. — Иди ты..— крикнул Драко. — Я бы с радостью, но, похоже, твоя подруга уже с этим справилась. Он дерзко подмигнул им и направился к дверям. Как только они остались одни, Гермиона осторожно начала вставать, Драко помогал ей поддерживать, и она почувствовала неизбежный прилив его теплой спермы, стекающей по ее бедрам. Она хотела было применить бичевание, но он остановил ее, вместо этого слегка промокнув ее бедра полотенцем, которое дал им Тео, а затем превратив полотенце в пару кружевных зеленых трусиков, которые он протянул ей. — Я бы сделал их красными, но предпочитаю, чтобы ты носила мои цвета, — сказал Драко, целуя ее. «И мое семя внутри тебя». Он снова поцеловал ее, затем взял ее левую руку и поцеловал безымянный палец. «И когда-нибудь, очень, очень скоро, мое кольцо на твоем пальце».