Карма

Джаспер Вегарди сначала радуется известию о том, что Амарис носит ребенка под сердцем. Но после он задумывается: а что, если это не от него? Всем известно, какой образ жизни раньше вел омега, далеко не самый приличный, его считали элитным проститутом. Этот ребенок может быть от кого угодно. Но понять, его ли это сын, он сможет только после родов. Альфа хорошо может почувствовать родственную связь со своим ребенком. Было бы прекрасно, если бы родился сын-альфа. Тогда Джаспер бы сделал ребенка своим наследником. Да, это неправильно по отношению к Нэду — ведь именно его долгие годы обучали всему тому, что должен знать и уметь будущий граф. Но теперь у них явные разногласия. Старший сын относится к нему с презрением. Это задевает. Поэтому Джаспер питает надежды, что ребенок таки от него. Но в то же время его терзают сильные сомнения. Омега пользовался заглушкой запахов почти всегда — это значит, что ему было что скрывать. А именно — связи с другими альфами. Но теперь-то Джаспер научит омегу верности. Он будет держать его на коротком поводке, контролировать. И пусть, что сам он теперь не сможет заниматься с ним сексом. Джаспер все равно не позволит ему иметь связи на стороне. Амарис же, пока Джаспер лежит в постели под очередной дозой обезболивающего опиума, направляется в его кабинет. Он должен освоиться и выучить расположение предметов. Изучить все бумаги, письма. Он ведь будет следить за каждым шагом графа Вегарди, который все еще является важной персоной на политической арене страны. Похоже, Бенджамин ищет повод избавиться от Джаспера. Хочет донести на него королю, когда найдутся подтверждения каких-либо неправедных деяний Вегарди. Хотя сам Амарис считает, что положение графа и так сильно пострадает после того, как слухи о развале его семьи докатятся до высшей знати. Но, видимо, этого Бенджамину Барди недостаточно. Этот алчный и жадный альфа хочет заполучить под свою власть богатые земли графства Вегарди. А чтобы у него получилось, графа должны лишить титула и отправить в ссылку. Только тогда Бенджамин сможет просить короля о том, чтобы ему подарили эти земли со всеми их полезными ископаемыми и плодовитыми полями. Если просто убить Джаспера - после него графом станет его сын. Убить Нэда - графом Вегарди станет другой родственник, скорее всего, племянник Джаспера. И так далее. Поэтому Бенджамин придумал более надежный план. Амарис же должен сыграть в нем ключевую роль: собрать на Джаспера достаточно улик. Омега заходит в открытый кабинет. Тут пахнет Нэдом — видимо, альфа недавно отсюда вышел. Пока старший Вегарди отправляется от ран, его сын управляет всем графством вместо него. Амарис улыбается, проводя пальцами по столу, касается бумаги, на которой не до конца высохли чернила. Нэд писал письмо. Рядом чернильница, золоченое перо. Омега садится в кресло, чувствуя сохранившееся тепло. Нэд… Как бы хотелось ощутить его объятья. Омега прикрывает глаза, позволяя себе помечтать. Через миг он вновь поднимает веки, посмотрев на письмо на столе. Кажется, Амарис знает, как добиться своего. Правда, результат будет всего на один раз — но и этого ему будет достаточно. А как сложилась бы его судьба, если бы он избавился от влияния Бенджамина еще тогда? Он бы смог стать супругом Нэда? Наверняка, сейчас они были бы счастливой семьей. У них родились бы дети... Конечно же, он пытался выбраться из сетей хозяина. После первого изнасилования омега делал попытку прирезать альфу, смог ранить его в шею, хотел после убить и себя - он чувствовал себя очень грязным. Но Бенджамин, увы, оказался везучим и живучим. У этого альфы на самом деле много врагов. Он сломал не одну судьбу, насиловал и издевался не только над омегами, но и над альфами: простолюдинами. На него покушались сотни раз. И Барди выжил. Говорят, плохие люди долго живут... Увы, так и есть. Второй раз Амарис хотел избавиться от хозяина, когда встретил Нэда. Но опять ему это не удалось. Бенджамин тогда сильно его избил, не пожалев "испортить товарный вид". даже после такого наказания омега пытался пойти и другими путями - например, найти покровителя, который сильнее Бенджамина. Имел больше власти. Его выбор пал на короля. Вскоре омега добился того, что он смог стать фаворитом. Он долго подбирался к Людвигу, много с ним разговаривал, хотел войти в доверие. И тогда, когда ему показалось, что король очарован им и верит каждому его слову - Амарис сказал, что Бенджамин совершает ужасные деяния, к тому же, держит в заложниках омегу и ребенка. Людвиг, конечно же, отнесся с недоверием, сказав, что это не похоже на благородного Барди, который не раз помогал королю в поимке предателей. Но монарх усомнился. Позже Людвиг таки послал в дом Бенджамина стражников, которые должны были проверить, правду ли сказал Амарис. Неведомо каким образом, но хитрый Барди предусмотрел такое развитие событий. Или ему кто-то донес - у него во дворце были верные слуги, которые могли подслушать. Но факт остается фактом: когда нагрянула королевская стража с проверкой, они ничего не выявили. Они просмотрели дом, все тайные комнаты, подвальные помещения. Но не обнаружили никаких пленников. Плюс сами жители дома - слуги, супруг Бенджамина и его дети, утверждали, как один: тут никого никогда не держали силой. Узнав о лжи Амариса, король разочаровался в нем и прекратил отношения. Высказал ему, что омега поступил бесчестно, оболгав дядю, который растил его с малых лет, как родного сына. Омегу выслали из дворца. План провалился. А когда Амарис вернулся в дом "дяди", то узнал, что такое настоящая злость Бенджамина. Тот не просто его избил и изнасиловал, он издевался над ним всяческими извращенными способами. Заставлял заниматься омерзительными вещами на глазах у родного папы. А потом принуждал смотреть, как Эйнара насилуют несколько других альф. Это было слишком болезненно. Амарис на всю жизнь запомнил этот урок. Теперь ему кажется, что власть Бенджамина над ним вездесуща. Но это не значит, что он не придумает новый план. На сей раз придется действовать осторожно. Потому что омега не собирается вечно покоряться его приказам. Ему надоело быть марионеткой. Омега хмурится, тяжело вздохнув. Снова думает о Нэде. Это спасает его от страшных воспоминаний о пережитых мучениях и унижениях. И все же, интересно, как бы сложилась его судьба, если бы ему удалось тогда вспороть горло Бенджамину Берди? Они с Нэдом бы стали супругами... Амарис стирает мечтательную улыбку с лица, думая, что пора заняться делом. Он открывает найденным ключиком ящик и роется там, вытягивая некоторые бумаги. Там лежат стопки писем, документы, отчеты. Омега просматривает их. Внимательно. Так, что не сразу замечает, что за ним наблюдает вошедший Нэд. — Ну и? На кого ты работаешь? — Таки понял? — омега усмехается, отрывая взгляд от бумаг. Складывает их обратно и закрывает ящик стола на ключ. — Я человек подневольный. Что мне приказано, то и делаю. — Я должен был раньше догадаться, — хмурится Нэд, потирая переносицу. — Значит, отца моего ты не любишь. И его деньги тебя тоже не интересуют. Ты шпионишь. — Верно, — омега смотрит с вызовом, решительно встает, опираясь на стол руками. — Если бы мне нужна была сытая жизнь в богатом особняке и большое денежное содержание, я бы выбрал добычу попроще. Знаешь ли, сколько в нашем королевстве богатых и холостых альф? Молодые, старые, средних лет, страшные и писанные красавцы — бери на любой вкус. По своему желанию я бы никогда не выбрал альфу, который в браке. Тем более, Джаспера. Во первых, он твой отец. Во вторых, он мне ни капли не симпатичен. А в постели так вообще дохлый номер. Не понимаю, что в нем нашел твой папа? Там совершенно нечего любить. Амарис говорит и говорит, не упуская шанса высказать свое настоящее мнение, а не наигранное. Нэд же слушает его и хмурится, опираясь спиной на закрытую дверь. Руки сложены на груди. Омега обходит стол и садится на край поверхности, упершись руками. Смотрит прямо перед собой. — Так кто он? Кто тебя сюда заслал, какие цели преследует этот человек? — спрашивает Нэд, словно проводит допрос. — Так я тебе и сказал, — хихикает омега, прикрыв рот ладонью, он ведет себя фривольно. — Я знаю, ты неглуп. Сам догадаешься. Разрешаю тебе за мной следить. Но знай, что меня отсюда ты не выпроводишь, твой отец доверяет мне больше, чем тебе. Он не поверит, если ты ему скажешь правду. Даже не пытайся. — Хорошо. Тогда признайся мне, какая выгода от этого у тебя, — альфа отходит от двери, подходит к нему, смотря в зеленые чарующие глаза. Не боится пропасть в них, словно у него иммунитет к колдовству. — Почему ты таким занимаешься? — Повторю, я человек подневольный. Понимай это, как хочешь, — Амарис игриво касается его рукой, положив на грудь, перебирает пальцами складки его свободной заправленной в штаны рубашки. — Есть вещи, против которых я не могу пойти, потому что последствия будут для меня плачевны. Я всего-лишь пешка. Нэд немного молчит, просто рассматривая его вблизи. Они оба смотрят друг на друга, каждый думает о своем. Их молчанию вторят ритмичные щелчки настенных больших часов. — Когда мы общались, у меня было о тебе совсем другое мнение. Мне казалось, что я знаю тебя тысячу лет. Понимаю тебя и читаю, как открытую книгу, — таки произносит Нэд. — Но на деле оказалось, что все это было миражом. Тебя настоящего я не узнал до сих пор. Что в твоей голове? Мне этого не узнать. — А ты всегда был для меня понятен, что тогда, что сейчас, — усмехается Амарис, ему нравится говорить с альфой вот так спокойно, без ругани и ярой ненависти. — Но это вовсе не значит, что ты мне не интересен, Нэд. С самой первой встречи… мои чувства к тебе не изменились. Это единственное во мне, что неподвластно времени. Альфа отходит от него, его лицо так и остается непроницаемо спокойным. Нэд тяжело вздыхает. — Ты должен понимать, что я не позволю тебе лезть в дела Вегарди. Это место в будущем займу я. Поэтому возвращайся к своему хозяину, а я взамен пообещаю, что не буду тебя преследовать и мстить за все то, что ты тут натворил. — Увы, — Амарис слезает со стола и неспешно проходится к двери. — Смею ослушаться, молодой господин Вегарди.

***

Проходит ровно неделя с тех пор, как Реми стал супругом Демида. В уединенном особняке ему живется не так уж плохо. Тут живописная природа, много птиц, в ближайшем пруду поют лягушки, слышны сверчки. Территория вокруг дома не настолько окультурена, как вокруг особняка Вегарди. Тут растет много больших деревьев, есть кустарники, розы. Но видно, что за их внешним видом особо не ухаживают. Реми хочет заняться садом лично. Все равно ему будет скучно без дела. Демид пока не доверяет ему управление особняком и слугами — дает ему много свободного времени для отдыха. Его муж неплохой человек, жаловаться омеге не на что. Граф Энгерберд дарит ему дорогие подарки, балует вниманием, выполняет любое желание. И что, что Реми он не мил? Омега начинает понемногу привыкать к его внешности, он может дольше смотреть ему в лицо. Но все равно, это мало на что влияет. Отношение к мужу у него скорее нейтральное. Он осваивается в новом доме. Изучает довольно большой особняк. Тут не так уж много слуг, зато у Демида имеется на счету небольшой взвод хорошо подготовленных альф. Своя личная маленькая армия. Оказывается, у его мужа достаточно много денег. У него есть рудники и шахты, которые перешли ему в наследство от родителей. А еще много земель, которые ежегодно засеиваются зерновыми культурами. Графство Энгерберд снабжает зерном для хлеба всю столицу. Демид — уважаемый в обществе человек. Реми не жалеет, что согласился стать его супругом. Но должны же быть в этом браке какие-то недостатки? Должны. И омега считал, что это — супружеский долг. И в первые два раза Реми действительно было неприятно, больно. Но потом его тело начало привыкать к новому партнеру, адаптироваться под его размер. И Реми это пугает. Муж каждую ночь пристает к нему, начинает целовать всюду, кроме губ, обнимать. И все это заканчивается сексом. И что самое странное, омеге начинает это нравиться. Так неправильно… Так не должно быть! Реми уперто не хочет чувствовать удовольствие в руках этого явно умелого альфы. Он должен быть верен хотя бы в этом плане своему погибшему возлюбленному. Ведь именно с Андре ему было хорошо. Но как ему быть теперь? Омега откидывает эти мысли. Опускает руку на живот, думая, может ли он быть беременным. Прошло уже больше месяца с тех пор, как он потерял невинность с Андре. И поэтому, пока муж отлучается, омега зовет лекаря. Тот удивляется, сказав, что минула всего неделя с его первой брачной ночи, и что так быстро невозможно узнать о положении. Но Реми настаивает его проверить. Лекарь выполняет приказ своего господина. И вскоре кивает ему. — Вы не беременны. — Это точно? — теряется Реми. — Вы уверенны в этом? — Совершенно точно. И вы убедитесь в моих словах, когда настанет течка. Ваш цикл в норме. Ваше тело готово к беременности, но увы, пока я не могу сказать, что вы носите ребенка. — А когда… через какой срок можно узнать? — омега не теряет надежды. — Примерно через месяц после зачатия, — поясняет лекарь, а Реми печалится. Он таки не понес от Андре. Видимо, судьбе неугодно, чтобы он родил от любимого. Придется вынашивать детей Демида. Но даже несмотря на то, что он совершенно не любит своего мужа, детей он будет обожать. И воспитает их так же хорошо, как воспитал его самого и Нэда их папа. Реми провожает лекаря, он заходит в супружескую спальню, смиренно выдыхая. Ничего не поделаешь. Он стягивает с себя шелковый длинный халат, оставаясь в сорочке, отделанной кружевом. Омега залезает в постель и дожидается мужа, внутри все сжимается. Он знает, что Демид снова будет приставать. И Реми не может определить — это его пугает или радует. — Вы уже спите, душа моя? В комнату таки заходит муж, который с порога начинает снимать с себя сюртук. Заходит за ширму и переодевается в свободную рубаху и штаны — одежду для сна. Омега так и не понял, почему Демид прячется, не раздеваясь при нем. Даже во время близости он одет. Неужто у него изувечено не только лицо, но и тело? — Я не сплю… — таки выдавливает Реми, хотя он мог бы притвориться уснувшим, чтобы избежать секса. — Дворецкий сказал мне, вы звали лекаря. У вас что-то болит, вам нездоровится? — Демид залезает к нему в постель, сразу же тянет свои загребущие костлявые руки к телу омеги, касаясь его, лапая, обнимая. — Где болит? — Я просто… хотел спросить у него по поводу беременности. — Вы так боитесь, что понесете? — удивляется альфа. — Вам не стоит переживать, у меня все под контролем. Мы будем работать над созданием ребенка тогда, когда вы будете к этому готовы. — Как… а как прошла встреча с лордом Энкес? — переводит тему омега, чувствуя, как муж касается его груди, сминает, зажимает соски между пальцев. Реми поджимает нижнюю губу, в теле появляется ощущение томления. — Все прекрасно. Мы обсудили дела и разошлись по домам. Он согласился сотрудничать, мы вместе откроем новые рудники, это принесет много прибыли. Я думаю начать строительство еще одного университета в столице. — Это прекрасное решение, — улыбается Реми, но ему не дают покоя руки альфы, которые касаются его в самых чувствительных местах. Когда муж лезет к его паху, омега сжимает ножки. — М… Вы правда считаете, что высшее образование важно? А для омег? — Сейчас я бы желал поговорить с вами на другие темы… Например, о вас. Не сжимайтесь так, я ведь не палач, не пытаю вас, не убиваю… — хрипло говорит ему на ушко Демид, а омега чувствует мурашки от его дыхания. Дурацкое тело реагирует. А ведь не должно! — Почему вы не желаете раскрыться? Я настолько противен вам? — Это не так, — сглатывает Реми. Он таки раздвигает ноги, сам подтягивает сорочку выше, к животу, засунув руку под одеяло. А Демид скользит пальцами теперь по голым бедрам. Эти его касания так ярко ощущаются… — Тогда в чем дело? — хрипит возбужденный альфа. — Я так желаю вас… Не могу вами насытиться. Весь день мечтаю о наступлении темноты. Реми щурится, позволяя ему себя касаться. А что ему остается? Рядом с ним его законный муж. И омега обязан привыкнуть к его присутствию в своей жизни и в постели. Он старается мысленно отвлечься, подставляя шею под горячие губы Демида. Даже сам убирает волосы, чтобы альфе было удобнее целовать. Был бы это Андре, Реми бы отдавался ему страстно и пылко. Но увы, это не так. Поэтому он просто лежит и ничего не делает. Почти не шевелится. Даже дышит, и то тихо. И Демида явно не устраивает его такая пассивность. — Попробуем сегодня новую позу? Я хочу видеть вас, — предлагает альфа, перемещаясь на кровати и нависая теперь над ним. Омега сглатывает, посмотрев на его откровенно некрасивое, уродливое лицо. Нет, он все-таки не может смотреть на него дольше трех секунд… — Х… хорошо, — запинается Реми, решив, что нужно привыкать. Если уж Демид решил его взять лицом к лицу, то омега не просто будет лежать неподвижно, он будет лежать с закрытыми глазами. — Вот так… расслабьтесь, — альфа подтягивает ткань его сорочки вверх, стягивая ее с омеги и скидывая на пол. — Вы можете сразу ложиться в постель голым. Хотя… раздевать вас довольно приятно, — усмехается альфа, осматривая любимого Реми под собой. Демиду очень нравится их ночной «ритуал» перед сном. А еще ему льстит то, что с каждым разом омега все больше доверяется ему, все больше расслабляется и увлажняется снизу. Демиду хочется довести его до оргазма, но это ему пока что не удавалось. Реми же поджимает губы, чувствуя поцелуи сначала на шее, потом на груди. Демид облизывает его соски, лаская языком, сдавливая их пальцами. Это действительно пытка — только от нее тело загорается и дрожит. Альфа откидывает одеяло и опускается ниже, раздвигает ноги омеги, согнув их в коленях. Подхватывает под ягодицы, приподняв таз. Демид целует омежий член, пока что вялый. Проходится языком. Но сейчас Демида интересует другое место. Он приподнимает задницу омеги еще выше, наклоняясь и впиваясь губами в дырочку. Ласкает языком, вскоре ощущая привкус смазки. Омега таки течет… Реми не может совладать со своим телом. И не может позволить себе наслаждаться, как и признать, что все это очень и очень приятно для него. Ему кажется, что он предаст память о Андре, если будет отдаваться другому и получать наслаждение от процесса. — Постойте… вы опять туда… языком? — пытается остановить его Реми. Но Демида непросто оттянуть от задницы омеги. Он присосался, как пиявка. Проталкивает язык внутрь. Двигает им, вставляя чем поглубже. А омега жалеет, что согласился на эту позу — теперь он не может кусать подушку. Поэтому Реми затыкает себя рукой. Демид заставляет тело супруга воспылать. Он поднимается к члену омеги, обнаружив, что тот уже затвердел. Без капли сомнения альфа берет его в рот и посасывает. — Не надо! — ахает омега, согнувшись. — Вы что?.. — он хватает альфу за волосы, пытаясь оттянуть. Чувствует, как в его задницу проталкиваются сразу несколько пальцев. Муж имеет его пальцами и посасывает его член. — Нет… Господи… — Вам не по душе? — альфа смотрит ему в глаза, в этот же момент засадив длинные пальцы по костяшки. Сразу три. Омега вздрагивает и сдерживает мычание, выражение его лица переменяется. — Непривычно… лучше сделайте, как всегда, — говорит Реми, не отнимая ладонь от губ. Он смотрит куда-то в сторону, стараясь не опускать взгляд на альфу. Даже от пальцев… ему хорошо. — Но пообещайте мне, что впредь будете пробовать что-то новое со мной, — хрипло произносит Демид, поднимаясь и снова нависая сверху. Омега ложится полностью на кровать, откинувшись на подушки, его длинные волосы разметались по постели. — Я… постараюсь, — сглатывает Реми. — Давайте быстрее, нам нужно выспаться… Мне рано утром ехать к папе. Демид достает пальцы, размазывая природную смазку по своему внушительных размеров члену. Он все-таки сомневается в том, что омега достаточно намок, поэтому вновь берет флакон. Выливает искусственную смазку и дополнительно распределяет по стволу. Демид не хочет делать больно. Альфа располагается между его раздвинутых ног. В этот раз он внимательно смотрит на лицо Реми, когда входит в него. Омега заметно закусывает губу, распахнув глаза. Слегка выгибается, выпятив грудную клетку. Демида очень возбуждает все это. Его супруг прекрасен. Альфа проталкивает член до упора. Неспешно начинает двигаться, сам тяжело дышит и щурится от удовольствия. Как жаль, что приходится прерывать акт и выходить из омеги до того, как из члена выстрелит сперма… Демид бы желал, чтобы вся эта жидкость оказывалась внутри. Он жаждет зачать ребенка в нутре Реми. Но пока омега не будет на это согласен, альфа не рискнет… Демид все быстрее двигается, ритмично входит большим членом в дырочку. Реми же ощущает каждый изгиб внутри, настолько распирает. Но это не больно. Очень приятно. «Нет, нельзя… Нельзя, нужно подумать о чем-то плохом», — омега кусает губы, стараясь отвлечь себя от ощущений. Но альфа становится еще настойчивее. Меняет угол проникновения, начинает вторгаться в него все быстрее и быстрее. «О, нет… Я не хочу это чувствовать!» — сопротивляется Реми, но через секунду таки изгибается от сильной вспышки удовольствия. Из его члена брызжут капли полупрозрачной спермы, прямо на живот и грудь. Омега в шоке распахивает глаза. Нет… Как он мог?! Демид же запоминает этот вид, Реми впервые получил оргазм под ним. Его анус начал пульсировать и сжался. Поэтому альфа достает свой член. Едва он касается его рукой, как оттуда изливается сперма. Ее намного больше, чем омежьей, она более белая по цвету и вязкая. И вся она оказывается на теле Реми. — Ох… Ха. Простите, я вытру, — Демид выравнивает дыхание. Он дотягивается до сорочки омеги, вытирает их смешанное семя этой тканью и выбрасывает обратно. Реми так и лежит шокированный, его грудь беспокойно вздымается. — Мне мало… Я бы хотел повторить, — просит альфа, снова поглаживая своего супруга. Но омега тут же натягивает одеяло по самую голову, отвернувшись от мужа. — Вы свое получили, теперь извольте спать! — Реми укутывается, пряча покрасневшее лицо. Как так получилось? Почему ему нравится секс с Демидом, если не нравится сам альфа? Как такое может быть? И, если честно, Реми бы тоже хотел еще… Но он слишком горд, чтобы покориться своим желаниям. Омега лежит спиной к мужу, вскоре чувствуя, как Демид обнимает его сзади. Реми буквально ощущает, что альфа в это время довольно усмехается. «Не дождетесь, дорогой муж… Я никогда не буду от вас зависим. Я не полюблю вас, как бы вы не старались мне угодить», — думает омега, пытаясь заснуть.