Горький привкус вины

Просыпаться одному изо дня в день, было уже не больно, это было дело привычки. К плохому привыкаешь быстро, когда просвета лучшего просто не предвидится. Фрэнк привык и к вечной боли, сломанным костям и рваным ранам по всему телу. К этому он привыкал ещё и в армии, на войне, которая не закончилась для него. Он знал, что это не ПТСР, хотел верить в то, что он не безумен, не сходит с ума. Но с каждым днём окошко света отдалялось от него. Но не кровь, кровь, чужая и его собственная, распространялась, впитываясь в его кожу, ноздри заполнял зловонный металический запах крови и собственного пота. Это всё казалось бессмысленным, смешным и до хрустящих рёбер во время смеха - абсурдным. Шрамы на теле не давали забыть о ежедневных грязных делах, что Фрэнк из раза в раз проделывал, с неменьшей яростью, словно это был первый день, когда он взялся отчищать улицы Адской кухни от гнилья. Именно гнильём Фрэнк называл отродье, что по вечерам, на съёмной квартире смывал со своей кожи и одежды. Ему не нравилось это делать, но это было единственной причиной, по которой он ещё жив, а его семья нет. Бесконечное чувство вины и боль от утраты сделали своё дело. Он стал бесчувственной машиной, он стал Карателем. И будто это было единственной проблемой. Но со всей беготней Фрэнк совсем позабыл о линчевателе адской кухни, дьяволе или же Сорвиголове. А вот он про него не забывал и ежедневно доставлял уйму проблем. Фрэнка бесила распущенность Сорвиголовы, бесило то, что он не заканчивал дело до конца и давал всем второй шанс. Они просто не заслуживали второго шанса. Нет, Фрэнк не Бог, нет Фрэнк не Сатана, чтобы карать людей. Он просто Фрэнк и делает то, что считает нужным. После того, как Кингпин едва не надрал задницу Фрэнка в тюрьме, Каратель стал ещё осторожнее. Но после всей этой шумихи с тюрьмой, адвокатами и побегом, в голове засела один интересный персонаж. Он, а точнее она, ярко выделялась на фоне всех людей в зале суда. Светлые волосы, голубые глаза, узкая юбка и смятая рубашка, прикрывающая худые плече. Девушка молча сидела, сверля взглядом Фрэнка. Как будто её жизнь зависела от смягчения наказания Фрэнка. Это иронично. Её друзья адвокаты, сидели по обе стороны неё, пытаясь оттащить Фрэнка от реального срока. Нет и нет. Он так просто не сдастся. Конечно, Фрэнк испортил и это. В глазах блондинки читалось разочарование и глухая ярость. Сбежав из тюрьмы, Фрэнк мимолётно подумал о ней, но ему уже было всё равно. Ему нужно было залечь на дно и он умел это делать.