«Всё могло бы быть лучше»

В последнее время, в отношениях Феликса и Хёнджина происходили слишком частые ссоры и недопонимания. Они бывали даже по самым обычным пустякам, на которые бы другие не обратили внимания. В отношениях каждый был постоянно напряжён. Но, даже несмотря на это, Ли и Хван, безусловно, могли проводить время вместе, смотря какой-то непонятный фильм, крепко обнимая друг друга. Могли нежиться в кровати, целуя то в лоб, то в щёки, то в самые губы, утыкаясь носом в шею и тихо, едва слышно смеясь. Могли дарить друг другу лучезарные улыбки, идя в парке. Но сегодня явно был не такой день. Вновь, раздраженный мелочью, Хёнджин огрызается, злится на Феликса. И тот тоже не собирается молча слушать, так как терпения уже совсем не хватает. Оба кричат друг на друга, кидаются колкостями. Знают, что будут после жалеть о своих словах, но ситуация заставляет не сдерживать эмоции. В порыве гнева, Ли бросает диванную подушку Хвану в лицо, а после чуть ли не бежит в коридор, попутно хватая с собой небольшой рюкзак. Он не знает куда пойдёт, да и в целом сейчас он не особо хочет задумываться насчёт этого. Сейчас для него главное убраться отсюда и как можно скорее. Быстро обувшись и накинув свой синий бомбер, Ликс, хлопнув дверью, выбежал на лестничную клетку. Он буквально летел вниз по лестнице, а после, выскочив из подъезда, метнулся куда глаза глядят. Слезы начинали течь по веснушчатым щекам. Ветер обволакивал тело холодным потоком и наверняка на следующий день Феликс заболеет, но его это сейчас не особо заботит. Он бежал, вовремя уворачиваясь от внезапных преград, но одну преодолеть не смог... Внезапно вылетев на проезжую часть, парень лишь успел увидеть жёлтые фары и огромную фуру. Не успев ничего сделать, так машина находилась в пару метрах от него, парень благополучно был сбит, разлегшись прямо под ней. Автомобиль, зацепив тело своими колесами, протащило его по асфальту, сдирая кожу до мяса и оставляя кровавые следы, а после и вовсе забралось на тело юноши. Грудную клетку прижало, давя все ребра, превращая их в колкую кашицу. Органы, если не разорвало, то точно раздавило, словно маленькую букашку. Машина проезжалась по бедному и жалкому телу всеми своими колесами. Парню даже казалось, что перед смертью он слышал хруст своих костей. Да что уж там: он чувствовал, как ломается каждая его косточка, рвалась каждая мышца и раздавливало каждый орган. Было адски больно и хотелось кричать, но кровь, поступившая в лёгкие, не давала этого сделать. В последние секунды ему лишь оставалось корчиться от боли, тщетно глотая воздух, а после откашливать кровь. Казалось, сквозь пелену он слышал оры и маты водителя. Глаза слезились, только теперь не от обиды, а от понимания того, что ему настал конец. Так несправедливо, быстро, ужасно болезненно и в ссоре с любимым человеком. Если уж Феликс и думал о смерти, то точно не о такой. Но так решила судьба, а исправлять что-то уже слишком поздно. Наверное ему стоило быть поспокойнее со своим молодым человеком, но разве сейчас время думать о том, чего уже никогда не исправишь? Последняя мысль была лишь об одном человеке - о Хёнджине. Параллельно Хван названивал Ликсу, с надеждой на то, что тот ответит. Он хотел попросить прощения, сказать, что был не прав и попросить вернуться его обратно, но каждый звонок был проигнорирован. Тело неподвижно лежало, дорожки слез еще не успели высохнуть. Под юношей была лужица крови, которая лишь с каждой секундой растекалась всё больше и больше. А рядом с рукой лежал телефон, разрывающийся от звонков контакта, записанного как «любимый Джинни». Феликс бы с радостью ответил на звонок Хвана, если бы сейчас не лежал мёртвым на асфальте. Совместные фотографии, милые видео с его парнем, переписки и кровавая лужа на асфальте, растекающаяся в непонятном направлении — это всё, что останется от малыша Ликси.

***

Спустя часа три, впервые зайдя в канал с новостями, чтобы успокоиться и отвлечь себя, прочитав какие-нибудь нудные новости о скучных мероприятиях, Хёнджин увидел новую запись, в которой писали о несчастном случае, где сбили молодого парня. Посмотрев видео с места происшествия, парень не мог поверить своим глазам: под небольшим чёрным пакетом, который прикрывал от людских глаз изуродованное тело, виднелись светлые волосы, перепачканные кровью. А еще краешек синего бомбера, в котором недавно ушёл Феликс... — Нет, нет, нет..., — бормотал себе под нос будто в бреду, набирая всё тот же номер из раза в раз, — Ликси, ответь. Ответь же! Ты не можешь просто вот так взять и уйти... Это не можешь быть ты... — слышались гудки, но они тут же обрывались женским голосом, оповещающим о том, что абонент временно недоступен. Хвану хотелось верить, что это всё действительно временно, а не навсегда. Хёнджин не успел извиниться, не успел сказать, как сильно он любил своего Феликса, даже несмотря на все эти глупые ссоры. Он бил кулаками о стены, стол и о любую попавшуюся ему поверхность. Слёзы текли градом, с приглушенным звуком разбиваясь о пол. Нет, всё не может так обернуться. Чувство боли в грудной клетке нарастало, внутри будто бы все сжималось. Какой же он дурак. Зачем он накричал на Ликси тогда? Если бы не он, то Феликс сейчас сидел бы рядом с ним. Настоящий. Живой. Чувство вины поглощало его. Если бы не он, то всё могло бы быть лучше.