Влюблённая девушка разбитых сердец

      — Да куда ты меня чёрт возьми тащишь? — Девушка пытается выбраться из хватки, но всё безуспешно.       — Мне скучно одному идти.       — Да куда мы хоть идём? — Из обхвата получается выбраться, и рыжая складывает руки на груди.       — Ц, — Хёнджин закатывает глаза — я тебе уже миллион раз сказал. Н-А Т-У-С-О-В-К-У.       — Я не хочу с тобой идти. Отцепись уже.       — Тебе никто не спрашивает. И вообще, тебе всё равно некуда идти, да? К родителям не хочется, подружек у тебя нету? — Он самодовольно улыбается, но не долго. Ему прилетает очень громкий подзатыльник.       — Если ты ещё что-то скажешь в таком роде, то я тебе отвещу пендаля. И пощёчину. Такую же громкую, как моему отц… — Йеджи замолкает, понимая, что совершенно не то ляпнула.       — Ого-о-о… — Хван засмеялся, а младшая же чувствовала себя слишком униженной. Вроде, она всегда строила из их семьи «счастливую», и никто не догадывался о проблемах. А тут… Самый её главный враг теперь знает это. — Сама Мисс Хван Йеджи бьёт своего отца? Неожиданно… Удивила, удивила…       Улыбка с его лица не спадает, он хлопает её по плечу.       — Хватит. Ладно, хорошо, я иду с тобой, но ты никому не рассказываешь. Ты меня понял?       — Конечно — конечно… — он не прекращает смеяться, и явно, что все его слова сарказм. Йеджи тяжело вздыхает, понимая, что он расскажет.       — Хорошо, окей. Раз ты не можешь держать язык за зубами, я пойду домой. А не с тобой. — Процеживает она через зубы и разворачивается в другую сторону.       Но он не побежит за ней. Он может ещё какую-нибудь девчонку зацепить по дороге. Тем более, она что, одна что-ли? Краем уха она слышит слово «Бесишь».       — Господи, ладно. Нужно мне это будто…       Лисица поворачивается в другую сторону и направляется на парня. Вплотную она встаёт, поднимая подбородок выше и поднимаясь на носочки, чтобы быть с ним на одном уровне.       — Уверен? — Шёпот пробирает до костей.       — Уверен. И хватит себя вести как ведьма, которая заколдовала уже миллион людей и я следующий. Это противно и бесит. А ещё, это выглядит так, будто ты со мной засосаться хочешь. Поэтому, будь добра, уйди с моего уровня.       — Ой-ой-ой, смотри не расплачься. Не нравится, когда на тебя смотрят с высока или на одном уровне? — Она опускается и отходит. — Тебе просто повезло быть высоким, нарцисс самовлюблённый.       Йеджи обиженно складывает руки на груди и надувает губы, что вызывает смешок со стороны Хёнджина.       — Не веди себя как ребенок. Это очень раздражает. И кстати… У тебя не получилось меня задеть первым предложением. И да, мне повезло быть высоким. — Он берёт её за шкирку и опускает на уровень своей талии. — Да, человек сосательного роста?       — Придурок. — Младшая встаёт и ударяет его по ноге. — Вопрос решён, Хёнджинни?       Внутри всё скрутило от неприятного чувства. Так Хвана ещё никогда никто не называл. Фанатки не в счёт. И если бы эта форма слова была со стороны другого, ему может быть не было противно. Но со стороны рыжей это отвратительно. Они друг друга ненавидят, а она такими словами раскидывается.       — Пошли уже.

***

      Тусовка здесь проходит раз в год, самая крупная во всем городе. Честно, Йеджи даже удивлена, что её не Хёнджин устроил.       Музыка бьёт в виски, олицетворяя атмосферу клуба. Толпа липких и мокрых тел во всю передвигаются по танцполу, толкаясь и пихаясь. Йеджи не привыкла посещать такие мероприятия, поэтому для неё это всё было по дикому. Эти пьяные шавки, которые готовы, чтобы их трахнули прямо сейчас, поцелуи и «романтика на один вечер» точно не для неё. Диско шары слепят глаза и открывают вид в ещё более ярком освещении на танцующих пар. Можно ли сказать, что это зависть? Можно. Но Хван этого признавать не хочет. Она будет до последнего утверждать, что её тошнит от такого, но в душе хочется также. Хочется чтобы её трахнули, как всех их. Поцеловали в конце-концов! И не в процессе близости, нет... Любовь... Ей нужна любовь.       — Ты долго будешь здесь стоять и мазолить мне глаз? — Опять Хван. Как же он раздражает. — Иди хоть потанцуй или выпить себе закажи.       — Я сама решу, что мне делать. Если я тебе не нравлюсь, не значит, что я... — Младшая не успевает договорить и её перебивает другая девушка.       — Хён-и, что-то не так? — Невысокая брюнетка с каре, в очень коротком зелёном платье. Декольте больше, чем разрез на спине и внушительный разрез на правом бедре. Кого-то она напоминает Хван...       — Рюджин, я уже иду, подожди меня пожалуйста в той комнате.       Девушка оборачивается и старший её сопровождает шлёпком по ягодицам. В ответ лишь тихий стон и хихиканье. Рыжая прокручивает ещё раз момент у себя в голове с девушкой, и... Стоп. Рюджин?       — Рюджин? — Но Йеджи слишком поздно сообразила. Она уже скрылась за дверью.       — Что тебе надо от моей... — Старший замялся. А кто она? — Девушки.       — Смешно, — Хван улыбается. — Девушка на ночь? Бедная Рюджин. Мне её искренне жаль, что ей придется терпеть твоего карапуза в штанах.       — Не завидуй, малышка. — Брюнет щёлкает по носу лису и входит в ту же дверь, что и входила Рюджин. Рюджин... Рюджин... Рюджин... Голову прошибают воспоминания.

***

      Четвёртый урок заканчивается, все второклассники бегут на обед. Все да не все. Компания из трёх девочек бегут за беззащитной Йеджи, дабы опять передать ей своё плохое настроение. Они издеваются над Хван уже долго. И ей ничего не остаётся, как забежать в школьный туалет. Но это было ошибкой.       — Ну, что, Хван, сегодня как обычно?       — Рю, ну чего ты тянешь?       — Да! Давай уже закончим с этой дурой!       — Да подождите вы. Так вот... Как обычно или хочешь сегодня испытать на вкус обед? Ой, точно, только он у тебя будет не во рту, а на голове. — Вся компания засмеялась.       — Рю, мне кажется, что сначало нужно дать ей чуть-чуть поесть, потом мы весь обед ей на голову, а потом можно и избить. Пусть блюёт. — Шёпотом сказала на ухо Юна.       — Н-не на-д...       — Молчать! Тебя вообще никто не спрашивал!       Как они и обещали, всё было. И обед на голову, и рвота. И это был последний такой день. Или не последний? Потом пришёл Хван. Ей никто не давал никогда спокойной школьной жизни. Пока что.

***

      Под градусом льются слёзы. Она никогда не рыдала из-за кого-то, а тут... Конечно, это был первый раз и крышу снесло знатно. Ей не было больно, просто поплакать. Возможно из-за слишком сильного давления алкоголя, возможно из-за отца.        Ещё пол часа и девушка решила прогуляться до комнаты, где сейчас по факту должны были заниматься близостью ровесники. Прижимает ухо, но вместо стонов, шлепков и липких тел, она слышит разговор.       — Я не понимаю, что тебе от меня надо. Мы сидим тут двадцать минут, а ты мне всё не можешь ничего внятного сказать.       — Я же говорю!       — Что ты говоришь?       — Ц! Говорю, зачем тебе нужно поиздеваться над Хван.       — И для чего?       — Для того, чтобы когда я перешла в ваш класс и в вашу школу, я была главной и меня все любили, а не её! Как ты не понимаешь?!       — Знаешь что... Мне не выгодно это предложение. Во-первых, если падёт она, мне не с кем будет собачиться, потому что с людьми который ниже тебя по уровню не интересно. Во-вторых, если ты будешь самая популярная, то я то нет. Мне не выгодно. Поэтому, нет.       — Джинни, я уже всё придумала на этот случай! Ты будешь со мной на одном уровне, потому что ты станешь моим парнем! — Это сопровождалось весёлыми хлопками в ладоши.       — Это отвратительный вариант. Лучше и то с Хван встречаться, чем с тобой. Я сказал — нет, значит — нет.       Йеджи стало предельно скучно в компании двери, поэтому она решила зайти в комнату.       — Ну что, Рюджин, получилось Хвана подкупить? Или ты думала, что я тебя не узнаю? Я хоть и под градусом, но...       — Ты пила? — На лице Хёнджина было неподдельное удивление.       — Я немного, — «немного» сопровождалось иканием и сонными глазами.       — Как с ребёнком, ей-богу... Пошли уже. Кстати, — старший поворачивается лицом к Шин и достает из кармана презерватив, которого у него не было — хорошая попытка. Но не для меня. Оставайся тут со своими мыслями и извращениями.       Хван буквально насильно вытаскивает Йеджи из комнаты, в которой сидит возмущённая Рюджин.       Но не долго длятся спокойные отношения. Йеджи хочет теперь залезть на шатена, обнять, поцеловать. Он её скидывает с рук, пытается от неё отшатнуться, но без успеха. Она всё равно залазит к нему на колени, обнимает за плечи и кладёт голову на грудь.       — Хван, боже, отлепись! — Хёнджин небрежно скидывает её с себя и загоняет в какую-то комнату. Не проходит и пяти секунд, слышатся стоны из комнаты. — Ты что здесь твою мать творишь?       Слова застывают в воздухе при виде ничего непонимающей Йеджи и паре на кровати, занимающиеся близостью.       — Сука... Извините пожалуйста за беспокойство, это моя. — Он берёт за руку младшую и уводит, сажая на стул. — Значит так. Сидишь здесь, я звоню твоему отц...       И тут к нему так же приходит понимание, что если он сейчас позвонит отцу Йеджи, то машины ему больше не видать. Да и младшая его не простит за ещё одну неприятную встречу с отцом.       — Н-не надо... Пожалуйста... Не звони... — После этих сказанных слов, девушка заплакала. Алкоголь перестал действовать и становилось всё хуже. Хёнджин тяжело вздохнул.       — Ну сопли мне тут не вешай. — Но ничего не помогало, Хван лишь сильнее ревела. — Ну не знаю... Сигарету хочешь?       В ответ был поспешный кивок. Старший достал из переднего кармана пачку. Достал две, и одну отдал Йеджи.       — Зажечь? — Она всё так же кивает и огонь пылает над её глазами. — Держи.              — Спасибо, — она вдыхает, но не давится как в первый раз. — Хёнджин... Пойдём выйдем.       — Куда?       — На балкон.       — Ну пошли.       Пара подошла к балкону и девушка села на холодный пол. Она смотрела на звёздное небо. Весь город спит, за исключением этого волшебного, как ей казалось, дома.       — Замёрзнешь, — парень устроился рядом и слегка приобнял за плечи рыжеволосую.       — Не замёрзну. Руку убери. — Но никто не ответил и голоса не подал. Они продолжали сидеть вот так, в лёгкую обнимку и с сигаретой. Хван улыбнулась атмосфере. Ещё никогда не было у неё такой свободы. Сейчас ей хорошо без «родного» дома. Ей хорошо здесь.

***

      — Быстро мразь отвечай, где моя дочь! — Орал как резанный отец Йеджи. — Что ты молчишь?       — Мужчина, да я не знаю, где Йеджи! Она весь вечер была с Хёнджином, всё, отстаньте от меня! — Бан Чан наблюдал за изменениями в лице Господина Хвана.       — С Хёнджином значит... С Хёнджином?!       — Да-да, с ним.       — И где они сейчас?       — Да я не знаю, сами идите поищете свою дочь! — Ладно... Спасибо, а..э..       — Бан Чан.       — Да, спасибо, Чан. — Мужчина скрылся за дверью комнаты в гостиную, где проходило самое веселье. Потом он пошёл в каждую комнату, подходя к балкону.

***

      Тишину прерывает голос. Голос отца Йеджи.       — Йеджи... Ты разве звала сюда папу?       — Что? — Она прислушалась и резко встала с места, затушив сигарету. Через две секунды парень сделал точно такие же действия. — Чёрт... Что делать-то? Хёнджин! Хёнджин, придумай что-нибудь! Пожалуйста!       — Тихо ты, не ной! Здесь есть лестница на улицу. Пошли. — Он берёт её за руку и тащит к лестнице, но как только она видит высоту, лиса отходит назад.       — Нет-нет-нет, пожалуйста! Я боюсь...       — Йеджи! Хватит! Не упадешь!       — А вдруг упаду!       — Хван! Твой отец ходит за дверью, а ты истеришь? — Он берёт её лицо в руки и целует в лоб. — Доверься мне. Прошу.       Они переплетают пальцы и шатен ведёт даму к лестнице. Он начинает спускаться вниз, поджидая на первом этаже девушка.       — Йеджи, аккуратно, не спеша, ставь одну ногу на ступень. Вот, молодец. Дальше вторую. Главное, держись двумя руками. — Через две минуты девушке оставалось только пять ступеней, но чтобы было легче и быстрее, Хёнджин берёт её на руки. Именно в этот момент открывается дверь, вниз смотрит отец.       — А ну быстро вернулись! Я кому говорю? Быстро домой! Йеджи! Ещё и ты тут сучонок малолетний. Вернулись! Оба, живо!       — Бежим, Джи. — Хёнджин спускает её с рук и хватает за тоненькое запястье.       На телефонах обоих уже по пятьдесят звонков и что сообщений. У Хёнджина из-за того, что сбежал из дома, а у Йеджи... У неё понятно.       Они несутся к машине, садясь за её руль, старший газует. У них получается оторваться, чему рады оба.       — Хёнджин... Спасибо. — Йеджи выдыхает, обнимая себя руками.       — За что?       — За всё. Просто спасибо. — Рыжая улыбается, смотрит в окно. Уже рассвет. — Куда мы едем?       — К моему брату. Он нас приютит.       Остаток дороги проходит молча.