800 лет ожидания

Очередное холодное утро в холодной постели. Чувство одиночества съедает изнутри, словно голодный зверь, не оставляющий после себя ни намека на счастливую жизнь. Спасает только одно - Фэн Синь. И пусть это всего лишь обычная ругань, пусть обычная драка, но именно в такие моменты Му Цин чувствует, что он не одинок. Глупо, но так. И ему все нравится. Устраивает, что он не подпускает к себе А-Синя, но и не отдаляется от него. Это заставляет его жить, конечно не так как остальные, но жить. Дышать одним воздухом вместе с ним, ходить по небесам под одним солнцем, выполнять совместные, пусть и смертельные поручения Владыки, ведь только на грани жизни и смерти он сможет переступить через себя и все ему рассказать, несмотря на то, что уже будет поздно. Ему страшно признаться Фэн Синю в чувствах. Он боится, что это оттолкнет eго последний шанс на существование, поэтому лишь издалека позволяет себе украдкой наблюдать за его Божеством. - И долго ты там будешь стоять? - спросил из ниоткуда взявшийся перед ним Фэн Синь. - Мне уже и постоять здесь нельзя? - с недоуменным взглядом ответил тот. - Му Цин.. - непонятно почему, но атмосфера вокруг постепенно начала накаляться. Сокращая между ними расстояние, Фэн Синь все ближе подходил к Му Цину, заставляя того отступать настолько, насколько это возможно, пока его спина не уперлась во что-то, напоминающее стену. - Ч-что тебе от меня надо? Решил снова подраться? После вчерашнего отойти никак не можешь? Так я тебе помогу. - не успел он поднять руку, как чужая рука перехватила ее. Всем телом вжимая бога войны в стену, генерал Наньян ясно дал понять, что на этот раз шанса на побег не будет. Сердце забилось в бешенном темпе, заставляя температуру тела заметно подняться. - Неужели конец.. - очередная мысль пронеслась в голове генерала Сюаньчжэня. - Ты че творишь? Жить надоело? Живо отпу... мммм. - Фэн Синь быстро накрыл его рот ладонью, чтобы тот хоть на какое-то мгновение не смог сказать и слова. Наступила долгожданная тишина, которую изредка нарушали неудачные способы Му Цина выбраться. - Заткнись. Черт, как же мне надоело, что ты постоянно от меня убегаешь и не даёшь нормально все сказать. 800 лет. Понимаешь? Сколько прикажешь мне ещё ждать? До этого ярые попытки освободиться из рук Фэн Синя сейчас заметно стихли. В голове эхом раздавался лишь один вопрос. - Что? Что ты сказал? - как бы спрашивая взглядом, удивленно смотрел на него испуганный Му Цин. - Ну что, успокоился? Теперь можем нормально поговорить? - получив утвердительный ответ в виде кивка, брюнет полностью освободил небожителя из своего плена. Но как только Му Цину удалось выбраться из лап кровожадного, как ему казалось, хищника, он незамедлительно решился дать дёру, лишь бы убежать от этих бессмысленных разговоров, убежать подальше от своих чувств и грязных мыслей, скрывавшихся в его голове. И опять попытки бегства были с грохотом провалены. - Ну блять, ну просил же не убегать, нормально поговорить. - повалив Му Цина на землю, произнес генерал Наньян. Восседая над ним, как грозовое облако, он смотрел в эти одновременно близкие и такие далекие глаза, которые так и бегали от его взгляда, лишь бы не встретиться с ним напрямую. - Отпусти меня, дубина тупоголовая. - Чтобы ты опять убежал? А-Цин. Почему мы постоянно ругаемся, словно кошка с собакой? - А ты отпусти меня, я тебе на пальцах все объясню. - вместе с недовольством бога войны росло и дикое возбуждение от всей этой обстановки. Му Цин хотел, чтобы Фэн Синь обладал им, довел до исступления здесь и сейчас, но одновременно с этим ненавидел себя и свои грязные мысли. Ничего не оставалось, как прикрывать свою дикую похоть обычной агрессией, что давалось ему с огромным трудом. - Ну вот оп ... - глаза Фэн Синя неожиданно округлились. Он всем нутром чувствовал явное возбуждение Му Цина. - Так значит ты тоже.. - Что тоже? Нормально сказать можешь? - Тоже хочешь меня. - Чт... Да как я, да как.. - бог войны никак не мог подобрать подходящие слова. Мысли запутались и смешались в хаотичном порядке. Подумать только, его поставили в такое неловкое положение, без надежды выбраться, да еще к тому же окунули с головой в собственные чувства. Полностью раскрасневшийся и не находящий себе места Му Цин выпалил: - Да я тебя ненавижу, придурок ненормальный, отпусти меня! - неожиданно для себя, в уголках его глаз появились слезы. - Да как он мог? Так прямо сказать мне о моих же чувствах, я.. Я.. - поток хаотичных мыслей прекратило нежное и легкое прикосновение тёплых губ. Открыв глаза, Сюаньчжэнь увидел перед собой лицо Фэн Синя - того, из-за которого он по ночам не мог нормально спать, того, за кем он постоянно украдкой наблюдал, того, кого он искренне хотел и желал настолько сильно, что отказался от своего прежнего пути самосовершенствования. - Прости, я больше не мог ждать - эти слова прозвучали как гром среди ясного неба для Му Цина. Неужели все это время Фэн Синь тоже этого желал? Неужели он тоже был влюблен в него? - Ты постоянно убегаешь и не хочешь меня слушать, но как только попадается удачный момент - начинаешь лишь ругаться или же драться, а я как дурак не могу это остановить. Не могу просто заткнуть тебе рот и сказать о своих чувствах. А-Цин, я люблю тебя. Люблю на протяжении всей моей жизни. - наклоняясь все ближе и ближе к лицу бога, он уже перешел на шепот - А-Цин, позволь мне любить тебя, позволь мне находиться рядом с тобой, когда тебе плохо и, когда тебе хорошо. Разреши мне стать твоей опорой и защитой, прошу.. Не отталкивай меня. - еле заметная дрожь вначале, уже чувствовалась во всем теле Фэн Синя. - Дай мне встать, я не убегу. Обещаю - Богу войны ничего не оставалось, кроме как послушаться небожителя и отпустить его. Неожиданно для Наньяна, некогда чуть ли не плачущий от своей беспомощности Сюаньчжэнь повалил его на землю и теперь, поменявшись местами, оказался сверху. Фэн Синь не успел даже среагировать, как Му Цин яростным поцелуем впился в его губы, заставляя того глухо простонать. Слова уже были ни к чему. Они оба хотели и желали друг друга так сильно, что даже не обращали внимания на то, где эти двое сейчас находятся. По-видимому сад был давно заброшен и вряд ли кто-нибудь здесь их должен был потревожить. От жарких прикосновений похоть сильнее распылялась по телу. Стаскивая с друг друга одежду, они ни на минуту не прекращали этот дикий, переполненный желанием танец слияния двух сердец. Ненадолго отстранившись, Му Цин с жадностью начал глотать воздух, пока Фэн Синь исследовал нежными поцелуями его тело, не оставляя ни сантиметра свбодного места. Переместив Сюаньчжэня снова на землю и подмяв его под себя, Наньян неторопливо спускался вниз. С каждой секундой сдерживать стоны становилось все труднее и труднее, особенно, когда дело дошло до паха. - А-Цин, не сдерживай себя. - мха-х -Ты точно хочешь этого? Я не хочу делать тебе больно. - Мгх.. Да вставь ты уже его. - Потерпи немножко. - высунув из своего ханьфу пузырек с маслом, Фэн Синь открыл его, после чего обильно смазал им пальцы. Нежный цветочный аромат расползался по воздуху, оставляя после себя приятные ощущения, одновременно успокаивая и расслабляя обстановку вокруг. Член Наньяна уже сам начал изнывать от недостатка внимания, но торопиться было нельзя. Прежде всего он хотел доставить удовольствие Му Цину. Так, чтобы тот запомнил это на всю жизнь, хотел, чтобы от их близости остались лишь приятные воспоминания и ощущения, где нет места боли и ненависти. Постепенно растягивая Сюаньчжэня, Фэн Синь нащупал то самое место, от прикосновения к которому Му Цина чуть ли не прошибло током. Настолько приятные и непонятные ощущения, от которых разум рассыпался на мелкие осколки, а тело сводило судорогой. - АГХ-ХА.. - Нашел - с улыбкой произнес Наньян, облизывая только что излившегося бога войны. - Мм, кто знал, что такой вредина бывает таким вкусным. Эти слова застали Му Цина врасплох настолько, что от смущения пришлось закрыть руками лицо. - Не закрывайся от меня, смотри какой ты красивый. Так.. Так хочу тебя. Дав Му Цину отдышаться, Фэн Синь наконец-то стянул с себя нижние одеяния, и, о Боги, прозвище, которое ему дали другие действительно подходило под описание. Сюаньчжэнь конечно знал, что размер будет не маленьким, но чтобы настолько..? - Он.. Это в меня войдёт..? - с явным испугом в глазах спросил Му Цин. - Если не хочешь, можем этого не делать. - явно заботясь о его чувствах ответил Фэн Синь. Сглотнув свою слюну, а вместе с ней и накативший страх, небожитель, переступая через себя и свою гордость, прошептал: - Сделай так, чтобы я неделю не смог ходить. - Ты пожалеешь о своих словах, знаешь? - Да, поэтому вверяю свое тело в твои руки, А-Синь. От этих пошлых, недвусмысленных слов, что так близко были произнесены рядом с ухом Наньяна, генералу полностью сорвало крышу накатившим на него возбуждением. Постепенно, медленно входя на всю длину, давая телу Му Цина привыкнуть к новым ощущениям, Фэн Син уже не мог терпеть и сорвался на быстрый темп. - Амх-хах.. П-помедленней, А-Синь, ха-ах - но небожитель уже ничего не слышал, страсть и похоть с головой накрыло Наньяна, что он уже не мог остановиться. Все же поборов себя и медленно сбавляя темп, Фэн Синь восседал над своим прекрасным божеством, то и дело оставляя метки на его теле: руки, шея, бедра - ничего не осталось без внимания. - н-не.. Н-не так глу-бо.. ко, агх-мха.. Оста.. Остановись, ах-мх. - сил продолжать говорить уже не было. Голос охрип от громких стонов, а новая волна оргазма вообще выбила всю душу из Му Цина. - Агх-ха - следом за своим богом войны кончил и Фэн Синь, изливаясь на живот Сюаньчжэня. Упав рядом с ним и притянув к себе Му Цина, Наньян нежно поцеловал того в губы и прошептал знакомые, полные нежности и любви слова: - Я тебя люблю, А-Цин. - Я знаю. По крайней мере теперь я знаю.