Ты не Нил, ты Натаниэль

Тихая ночьная тишина. Все в комнате монстров давно провалились в объятия сна, включая Нила. Кевин спал на спине, сложив руки так, будто лежит в гробу. Спал неподвижно, ни разу не поворочиашись во сне. Возможно на это сказалось количество выпитого вечером. Кевин знатно нажрался из-за тревожности и страха, который так и не отпускал его ни на день. Он заливал страх алкоголем, что не было удивительной новостью для лисов. А может всему вина, проживание в университете Эдгара Аллана, кому же знать? Ники спал развалившись на кровати в позе звездочки, чуток похрапывая и вытеснив одеяло с кровати. В одних только трусах в клетку, но и спасибо на том, что их он хотя-бы на себе оставил. Спал безмятежно и крепко, чему бы позавидовал трясущийся и нашëптывающий что-то во сне Нил. Тяжело было спокойно спать с тем букетом проблем, что Джостен имел к своим 19 годам. Аарон обнял одеяло во сне, будто пытаясь заменить им любимого человека. Еле слышно сопел и зажал это же одеяло ногами. Он на первый вид спал спокойно и безмятежно. Один шорох и Аарон Майкл Миньярд просыпался будто это не просто упала зажигалка, а будто что-то громко взорвалось прямо у него под ухом. Эндрю спал на боку спиной к стене, чтобы в случае резкого пробуждения от чего либо просто открыть глаза и быстро понять, что всё нормально, либо в случае опасности быть в более выйгрышном положении и успеть врезать. Миньярд развалился в удобной позе, казалось бы крепко спал, но это было так только на вид. Только попробуй прикоснуться к нему, то у того сработает рефлекс "бей или беги". Даже небольшые шумы за секунду его побуждали. В этой комнате все, кроме Никки имеют неспокойный сон. Это не отменяет факта того, что Никки такой же травмированный как все в этой комнате, просто его триггерили чуть иные вещи. Кевин тоже немного отличался тем, что когда надо эту одержимую экси сучку хуй разбудишь. А вот когда глубокая ночь, ты тихонько пробирается через комнату, но тут происходит недоразумение в виде скрипнувшей двери, так он уже подскочил. Ëбет мозги как только можно, и не только своей одержимостью экси. Нил Джостен всегда был готов выскочить от любого шума или прикосновения. В эту ночь Джостен спал ещё более беспокойно. Он свернулся в калачик, а около него лежал нож, подаренный Миньярдом. Не то, что подаренный. Скорее всунутый Нилу в руки без возможности отдать обратно. Нил не любил ножи. Не то, что не любил. Скорее имел к ним некую страсть, что очень напрягать его, как сына уже скончавшегося Мясника.. Его влекли ножи. Он хорошо умел с ними обращатся, даже мастерски. Он - Веснински. Он родился с ножом в руке вместо детской соски. Нил крупно дрожал во сне. В комнате было чуть прохладно, но не так, чтобы начать так сильно дрожать. А Джостен дрожал и не от холода. Бормотания и дрожащими шёпот еле еле можно было разобрать на слова, но невозможно было собрать в цельные предложения. Понять можно было всего пару слов на английском. Что-то он бормотания на французском, что-то шептал на немецком, что-то на испанском, а остальное было даже не понятно на каком языке. Джостена носило по воспоминаниям. Снилась мать. Мать, что колотила Нила за то, что тот подверг их небольшому риску. Нил не мог разглядеть её лица, но по её глухим криками было слышно то, что она в диком бешенстве на грани нервного срыва. Нил не давал ей отпора. Нет. Он бы не позволил себе такого. Он понимал, что мать делает это из любви к нему. Она знает как лучше. У неё своеобразная любовь, но любовь же. Его плавно перекилывало с воспоминания на воспоминание, но то, что пришло к нему сейчас вызвало то, что Нил начал плакать во сне. Нил Абрам Джостен стоял в руках с отцовским тесаком. Голова его опущена, поднять её оказалось не лёгким занятием. Голова его будто потежела на несколько тон. Всё же он поднял свою голову и посмотрел на то, что происходило перед ним. На него смотрели восемь пар глаз. Лисы стояли в идеально ровной ширенгой и все смотрели на Нила, не сводя глаз. Посередине ширенги из лисов был Эндрю, стоявший чуть ближе к Нилу, чем всё остальные. Нил моргает пару раз. Перед ним уже не лисы. Перед ним уже семь трупов, изрезанные и расчленённые. Нил быстро посмотрел на тесак в своих руках и с ужасом обнаружил, что он весь в крови. Весь в крови его семьи. Эндрю всё ещё стоял живой. Он улыбался. Улыбался той же улыбкой, что была у него когда он сидел на таблетках. Широкая и издевательская. Эндрю подошёл ближе, оказавшись к Нилу почти впритык. Миньярд наклонился к его уху и зашептал, но не своим голосом, а голосом отца. - Ты никогда не сдержишь дьявола внутри себя. Ты Веснински. Эндрю отпрянул и за секунду из каменной маски на его лице появился страх. Искренний страх, которого Нил никогда не видел на этом лице. Он понял причину этого выражения лица только через пару секунд. Сзади Эндрю стояли пятеро взрослых мужчин. Они появились из пустоты, но Миньярд будто видел их спиной. В одном из них Нил узнал Дрейка. Останых он видел впервые.. Он рассматривал их, как тут заметил на одном из них медицинский бейджик. Он выгляделся в него и прочитал фамилию врача. Пруст. До него все дошло как только он увидел Дрейка, но сейчас всё было более чем понятно. Он перевёл взгляд на Эндрю, но не сразу понял, что произошло. Миньярд стал ниже.. Гораздо ниже и худее. Он.. Он стал ребёнком. Эндрю был весь в слезах, на шее следы от удушения, виднелись синяки на засятьях. Его всего трясло. Миньярд пытался что-то сказать, но получалось только громко всхлипывать. Было заметно то, что у него кровоточат уголки губ. Рот был немного порван. Волосы растрепанны. Руки, ох блять, его руки.. Все его руки были в глубоких порезах. С них медленно капала кровь. Нил только через секунд 20 смог перевести взгляд на заплаканное лицо Миньярда. Он все ещё пытался что-то сказать и у него наконец вышло. - Пожалуйста.. убери их от меня.. - Эндрю всхлипнул и опустил голову сниз. Нил осознал то, что тоже рыдает вместе с Миньярдом. Видеть такого человека как Эндрю в таком состоянии было невыносимо. Он будто бы залез в чье-то нижнее белье. Он увидел то, чего не надо было, даже учитывая, что это сон. Нил поднял голову на пятерых мужчин и хотел было что-то им сказать, как поеял что тесак пропал из его руки. Он снова посмотрел на маленького Эндрю. Он лежал на полу со вспоротым животом, в который был воткнут тесак, а рядом лежали кишки. Джостен закричал. Нила резко переносит в его детское воспоминание. И вот, он уже маленький, рыжий мальчик. Натаниэль сидел в подвале отца, в котором стоял жуткий запах крови, плесени и сырости. - Младши-ий.. - Натаниэль узнает этот голос их тысячи. В подвал вошла Лола, со своей широкой, уже приевшейся улыбкой на лице. В руке её был небольшой чёрный мешок с чем-то, а вот второй руке небольшой ножик. - Тебе подарочек. - Она резко, так же всё ещё стоя на лестнице кинула в прямо лицо Натаниэля мешок. Он был довольно тяжёлым. Содержимое резко вывалился на пол. Это был белый котёнок с перерезанным шеей. Голова котенка держалась буквально на соплях. Глаза котёнка были открыты. У него были светло карие глазки. У Натаниэля подкатил жуткий ком к горлу, тело сковало. Его почти вырвало. Лола безумно подошла ближе и не громко сказала: - Правда, он красивый, Младшенький? Нат вздрогнул от её голоса. Посмотрел на вверх и не смог вымолвить ни слова просто кивнул. - Для тебя подыскивала. Нравится? Она хихикнула и кинула Натаниэлю нож. - Ты же знаешь, я не люблю когда ты молчишь. Извивайся как хочешь, но через двадцать минут жду чтобы органы этого котенка были наруже. Расчлени его, или я собственноручно запихну его кишки тебе в глотку. Лола насмешливо хихикнула погладила Натаниэля по голове. Когда ребенок вышел из ступора, то Лолы в подвале уже не было. К глазам подкатили слезы, когда Натаниэль всё же взял в маленькие ручки нож. Миг, и Лола входит в подвал. Нат всё же смог начать расченять невинного котёнка с безжизненными глазками, но сам был в слезах. Его немного трясло, но как ни как это был не первый раз и точно не будет последним.. Натаниэль не до конца закончил с котёнком. Рядом с котёнком валялись некоторые его органы, но явно не все, что попалось Лоле в глаза. Брюнетка спокойным, размеренным шагом начала подходить к Натаниэлю. - Рыжуль, я же сказала. Двадцать минут. Я и так задержалась, а что это, а? Чего это мы слезки тут лили? Киску жалко? мм-мм.. Милый мой младший. Какое у тебя большое и хрупкое сердце. Она села на корточки перед Натаниэлем и подняла его голову за подбородок, заставив посмотреть себе в глаза. Резко её рука схватила что-то с пола. Она насильно открыла рот Нила и сунула ему в рот кишки котёнка. Закрыла рот Ната, не дав ему сплюнуть. Вкус был ужасен, зная что это.. Натаниэль сглотнул это через минуту, преодолев рвотный позыв. Помощница отца не перестала бы насильно держать его рот закрытым, пока он не сглотнул. Лола широко улыбнувшись, убрала руку от рта Ната. Мальчик закашлялся, пытаясь выблевать то, что съел не по своей воле. Через десять секунд из него вышло то, что он сейчас съел не по своей воле. - Ну вот.. Ищи во всём плюсы. Пообедал за то. Лола разхохоталась, но вот её смех становился всё тише и тише.. Если бы сейчас его заставили расчленить котёнка, он бы отреагировал спокойнее, но тогда он был всего лишь ребёнком.. Нил снова был близок к тому, чтобы проснуться, но вместо этого его кинуло в другую часть сна.. Напротив него стоял отец. На его лице как всегда была жуткая ухмылка. Но он.. На лице его были огромные раны. Куска щеки и вовсе не было. Нил видел дальние зубы своего отца, через его дыру в щеке. Где-то списали куски плоти, где-то стекали строки крови.. У отца не было одного глаза. На Нила он смотрел только одним. Нил глянул ниже и его глазу открылась отвратительная картина. В животе Натана была дыра. Нил видел тонкую кишку отца, что свисалала почти до пола. Он видел желудок Натана и его толстую кишку. Органы были раздроблены к чертям. Это было месиво, напиханное в подобие человека. Натан подошёл ближе. Нил понял, что не может пошевелить ни одной конечностью. Он стоял как столб, без возможности убежать или проснуться. Отец смотрел на него своим глазом и улыбался. Потом Нил еле еле услышал шепот. - Ты не уйдешь от своих корней. Ты - Веснински. Это не изменит смена имени и фамилии. В тебе кровь Веснински. Ты не Нил. Джостена окутали холодные мурашки. Голос отца звучал хриплый, как предсмертная породия голоса. - Ты Натаниэль. Ты потомок Мясника. Ты рано или поздно убьешь всех лисов. Они тебе никто, младший. Твоё пристрастие к ножам и оружию не спроста-а.. Натан резко дёрнул Нила за шею, чтобы притянуть к себе сына и засунул ему в рот свой второй глаз, которого не было на месте в глазнице. И снова ему зажимают рот, чтобы он не смог сплюнуть.. Нил резко дëрнулся и наконец проснулся. Он за секунду сел на кровать, сжимая в жутко трясущийся руке нож - подарок Миньярда. Он ждал неведомой опасности. Джостен был в холодном поту. Его било крупной дрожью, но нож он держал уверенно. Поняв, что опасности нет, он нехотя опустил нож и слез со второго яруса кровати. Быстро, но почти безумно направился в ванную. Он мельком успел оглядеть присутствующих в комнате. Кевин сидел на кровати и с широко раскрытыми глазами смотрел на Нила, а Аарон нахмурившись пилил Джостена взглядом. Значит он всё же был довольно громким, но не настолько, чтобы разбудить Никки. И то хорошо. На Эндрю он даже не хотел смотреть, после того ужаса, что увидел во сне. Уж точно не сейчас. Нил не сомневался, что и старший Миньярд тоже не спал. В ванной комнате он начал промывать себе рот водой, пытаясь избавиться от привкуса кошачьих кишков, который помнил с детства. Выключив воду он посмотрел в зеркало. Эндрю.. Пять мужчин. Мертвые лисы. Котёнок. Неужели он похож на Натана? Разве всё так плохо? Сильную дрожь было не унять. Нил оперался руками об раковину, стараясь не упасть из-за трясущихся коленок. Вместо своего лица он видел его лицо, лицо Натана Веснински - Балтиморского Мясника. Нил не контролируя себя резко ударил кулаком в зеркало прямо в отражение своего лица, от чего то разбилось на кучу мелких кусочков с очень громким грохотом. Вот сейчас он точно разбудил даже Никки. Кулак был весь в крови, на щеках виднелись мокрые дорожки Дверь в ванную резко открылась. Миньярд смотрел на него каменным, бесчувственным лицом, за которым прятались уйма вопросов и тревога. В коридоре он заметил злого Аарона, Кевина с глазами на выкате и как ожидалось Никки, что был очень сильно напуган грохотом в ванной комнате. - Нил! Что ты.. - Никки уже было хотел засыпать Нила вопросами но помог Эндрю. - Никки заткни рот. - Но Эндрю! Блять, это же!.. - Никки - уже с большим нажимом повторил Эндрю, от чего получилось заткнуть кузена. Миньярд закрыл дверь в ванную, молча подошёл к Нилу, пройдясь по осколками даже не поморщившись от боли, взял его за шею и притянул ближе к себе. Эндрю посмотрел Нилу в глаза, прочитав его будто открытую книгу. Он положил руки Нила на свои плечи, безмолвно позволив ему сейчас сжать себя покрепче, чтобы успокоиться. Джостен уткнуться макушкой в плечо Эндрю и открыл рот в молчаливом, немом крике. Он сжал плечи Миньярда и позволил себе дать слабину. Глаза Нила наполнились слезами. Он сам того не ожидая просто растëкся от нахождения Миньярда рядом. Эндрю в лице оставался в полном спокойствии, но в душе у него всё было чуть иначе. - Что снилось, Джостен? Голос Миньярда был тихим и успокаивающий. - я убил всех лисов, ты и пятеро мужчин, помощница отца заставила меня съесть кишки котёнка, которого сама заставила расчленять, отец.. - у Нила сильно дрожал голос, а говорил он громким шёпотом. Он пытался собрать себя по кусочкам, но выходило ужасно. Это был полу-шепот - полу-хрип. Несколько слез капнуло на футболку Эндрю. Тот, просто начал чуть поглаживать Нила по голове. - Ты никогда не убьешь лисов. Я это знаю, Нил. Ты не как отец. Не сравнивай себя со скотом. Пятеро мужчин? - Эндрю изначально не особо понял что имеет в виду Нил, по этому всё же решил, что вопросу место быть. - я.. Я узнал из них только Дрейка и доктора Пруста. До Эндрю моментально дошло про каких пятерых мужчин шла речь. Осознание прошло как пуля в голову, от чего Эндрю вздрогнул. - Заткни рот. Ответом ему был лишь шмых. Они простояли так по ощущениям час, но на самом деле около десяти-пятнадцати минут, пока Нил более-менее не успокоился. Дальше когда их взгляды встретились, Эндрю молча повёл его на крышу. Это было только их место. Уже там, раскуривая сигарету Эндрю буркнул: - Осколки сам убирать будешь.