Могила наших душ

Фэн Синь бежал. Бежал во всю мощь своих божественных ног, срывая дыхание до хрипа и задыхаясь от нехватки кислорода в лёгких.   - Му Цин, остановись, черт возьми!   Он бежал вслед за небожителем, слыша позади шаги ещё двух людей. Обстановка вокруг них была просто отвратительной. То и дело из под земли вылетали столбы кипящей лавы, обдавая тело жаром.  Если бы не божественное сияние, окружающее Фэн Синя, он, вместе с другими несчастными, давно бы сгорел.   Вокруг, на месте бывших небесных чертог, разверзся ад. Сильнейшая жара, пар от брызг лавы вокруг, темнота и туман перед глазами от дыма. Какофония различных звуков и ярких цветов оглушала, заставляла терять концентрацию и драгоценные секунды на просмотр обстановки впереди.   Он почти нагнал Му Цина, как вдруг земля под ногами резко затряслась. Отвлекшись, он потерял из вида небожителя. Вокруг разверзлась лава и небожитель с трудом устоял на ногах, чуть не упав на кипящую поверхность. На лбу выступили капельки пота.   На миг в голове у Фэн Синя мелькнула паническая мысль.   «Я умру..!»   Но он быстро взял себя в руки. Дрожащими пальцами он ещё сильнее обхватил лук и стал внимательно вслушиваться в план Се Ляня, что было довольно проблематично, учитывая что ему приходилось сосредотачиваться и на удержании энергетического барьера, чтобы брызги лавы не продырявили его тело насквозь.   Запрыгнув на одно из тел-сосудов, он принял стойкое положение и стал всматриваться в обстановку впереди. Му Цина по-прежнему видно не было. Лишь бесконечная горячая лава вокруг, да тела умерших.   Сосуд первое время предпринимал попытки скинуть владельца, но напряженный как струна Фен Синь угрожающе склонил в его сторону оружие, заставляя принять поражение. Конечно же, сосуд сразу же стал прилагать вдвойне больше усилий и поплыл быстрее.   Волнение за товарища не давало ему полностью успокоиться. Даже лава вокруг не доставляла ему такого дискомфорта, как мысли о том, что Му Цин сейчас один посреди всего этого пепелища.   «Но.. действительно ли он не предал нас? Зачем он убегает, если действительно верен его Высочеству.. Этот сопляк..» - руки сжались в кулаки. Противоречивые мысли заставляли его злиться и ругать на чем свет стоит подозрительного небожителя, которого по-прежнему не было видно.   Однако не прошло и нескольких минут, как впереди показался чей-то силуэт. Фен Синь практически сразу понял, кто стоит на еще одном теле-сосуде. Конечно же это был Му Цин. На мгновение, но лишь на мгновение, мужчина ощутил облегчение. Бог Войны в нескольких чжанах от них явно не собирался останавливаться и продолжал упорно плыть вперед на сосуде, не сбавляя скорости.   - Остановись, паршивец! Какого черта ты убегаешь?   Му Цин крикнул что-то про то, что они убьют его, если он остановится. В луках Фэн Синь сжимал лишь лук без стрел и при всем желании не смог бы это сделать. Он попытался объяснить это небожителю перед ним, как вдруг Се Лянь позади него что-то взволнованно вскрикнул. Прежде, чем он успел понять, что происходит, его обхватила белоснежная лента Се Ляня.   Фэн Синь успел лишь бросить взволнованный взгляд в сторону внезапно появившегося обрыва. Благодаря стараниям Се Ляня, все трое стояли на довольно широкой крыше. Кроме… Сердце генерала сделало резкий кульбит и как будто остановилось. Он сделал несколько быстрых шагов к краю крыши, стараясь не показывать своего волнения.   - Му Цин…упал? – в горле будто пересохло и Фэн Синь буквально заставил произнести эту фразу, не желая верить в происходящее. Когда в его голове возникла мысль о том, что бывший слуга Се Ляня погиб столь глупой смертью.   Но вот, он увидел среди рек лавы воткнутый в камень меч. У мужчины перехватило дыхание. Положение Му Цина было довольно опасным. Можно даже сказать критическим. Он встретился взглядом с висящим над пропастью Му Цином. В его глазах отражался неконтролируемый страх и отчаянная, практически безумная надежда.   Фэн Синь до боли всматривался в лицо небожителя, который окутал себя божественным сиянием и со всей силы впивался руками в меч. Он видел, что руки Му Цина представляют собой одну сплошную рану.   «Он долго не протянет…»   Небожитель скрипнул зубами. Он не мог взять и так просто довериться этому человеку. Поверить, что это все не одна большая ловушка. В конце концов, зачем Му Цин сбежал? Почему он ударил его? Почему он даже сейчас убегал от них? Но времени на вопросы не было.   Кажется, Му Цин пытался обратиться к Се Ляню, но.. Взгляд Фэн Синя вновь скользнул к висящему над пропастью генералу. Он был больше не в силах держать меч обоими руками и теперь застыл в опасном положении, хватаясь за оружие всего одной.   - Паршивец… - Фэн Синь не хотел признавать, что его сердце ускорило свой ритм при виде этой картины. Он взял в руки лук, хотя понимал, что это не принесет никакой пользы. В нем даже не было стрел.   Последующие события практически стерлось из памяти небожителя.   Фэн Синь увидел, что генерал, потеряв последние силы, отпустил меч. Видел, как Се Лянь подобно ласточке прыгнул в кипящую бездну, бросив вперед белую ленту, которая не успела долететь до Му Цина.   - Му Цин! – отчаянный вопль вырвался из его горла. Он сорвался с крыши храма и без тени сомнения прыгнул вниз, вытягивая руки вперед. Фэн Синь сам не ожидал от себя такой прыти. Небожитель почувствовал, как через секунду после начала падения его схватили острые серебристые бабочки и подняли обратно, силой удерживая на месте. Фэн Синь пытался вырваться из железной хватки непревзойденного демона. О, если бы боги только знали, какими словами он крыл в тот момент Хуа Чэна. Понимал ведь, что тому на его судьбу все равно и тот удерживает его только ради душевного спокойствия Се Ляня. Это бесило. Он ведь еще мог спасти Му Цина! Как только этот проклятый демон отпустит его, он… «Могу ли я.. спасти Му Цина?» - мелькнула внезапно осознанная мысль в голове. Генерал ведь точно видел, как тело его..друга бесследно растворилось в лаве. Помнил его крик. Дыхание сбилось и Фэн Синь тщетно попытался отогнать от себя всплывающие в голове картины страшной смертью генерала Сяоньчжэня.   - Нет, он не умер.. не могу умереть.. - тело будто ослабло в несколько раз. Хуа Чэн, почувстовав, что держать небожителя больше незачем, небрежно отпустил его из хватки и поспешил к Се Ляню, чье душевное состояние также оставляло желать лучшего. Фэн Синь упал на колени, по-прежнему не в силах признаться себе, что..  Му Цин погиб. Человек, которого он знал почти тысячу лет мертв. Человек, с которым они  вместе росли и тренировались, защищали Се Ляня сгорел в лаве.   Фэн Синю было больно. Он забылся во времени, механически выполняя поручения и молитвы верующих или спихивая их на слуг. Жизнь превратилась в рутину, из которой некому было его вытащить. У всех небожителей в столице были свои проблемы. Как минимум, отстраивание собственных дворцов. В начале генералу было непривычно без раздражающего грубого голоса в духовной сети. Было непривычно без драк, которые раньше возникали у них на общей площади из-за того, что они не поделили какой-то маловажный отчет или элементарно не смогли разойтись на дороге. Никто не закатывал глаза и не ворчал у него под ухом, насмешливо произнося, что генерал Большой Причендал ничем не занимается.   Никто, кроме Му Цина не смел называть его столь позорным ошибочным титулом. И Фэн Синь никогда не думал, что когда-нибудь будет скучать по подобному прозвищу. Если хоть кто-нибудь, хоть один человек его так назовет.. Но ни у кого из верховных небожителей не поворачивался язык. Фэн Синь стал тенью самого себя. Раньше он ругался и возмущался практически из-за всего, то и дело ругая своих подчиненных за неправильное исполнение обязанностей. Да, раньше он часто использовал брань в своих словах. Но по большей части он все же был справедливым и спокойным человеком, когда дело не касалось генерала Му Цина. Теперь же он был ни тем, ни другим. Просто пустая оболочка без души. «Почему небожители не могут умереть?» - иногда ему приходили в голову подобные мысли. Точнее, почти всегда за первые сто лет после смерти генерала Сяоньчжэня. У Фэн Синя не было сил гнать их от себя и он просто старался держаться. Держаться за реальности из последних сил.

***

Через много веков он все же смирился. Человеческая память имеет свойство притупляться за несколько лет, что уж говорить про сотни лет. Лицо Му Цина, его голос постепенно стирались из памяти. Как и то, как он умер. Раньше эта сцена часто приходила ему в кошмарах, заставляя вставать посреди ночи с кровати и обливаться потом.   «Ч тож, теперь я понимаю, почему Хуа Чэн возвел тысячи статуй Се Ляня..» Несмотря на то, что небеса сильно изменились за это время, у Фэн Синя до сих пор оставались последователи и он по-прежнему был в списке одних из самых богатых небожителей. Он мог спокойно выковать тысячи статуй Му Цина, но он не хотел вспоминать.   «Больше никогда». – поклялся он себе в одну из ночей.   Путь самосовершенствования становился все менее популярным и знаменитым в мире смертных. Старые небожители, одного возраста с Фэн Цином, все чаще покидали небеса, оставляя дела на новых и молодых, по их меркам, богам. Те с радостью брались за любые предложения. Немногие старые знакомые генерала остались на небесах. Разве что Се Лянь, который по-прежнему был Владыкой небес. Появлялся на публике он правда довольно редко, погрязший в своем горе. Честно говоря, и сам Фэн Синь стал все чаще спускаться в мир смертных. Наблюдать за современным миром было интересно. Еще спустя сотню лет он также решил уйти с небес. Собрав все свои деньги и немногочисленные вещи, он купил небольшую квартиру в каком-то городке. Постепенно он стал привыкать к новой жизни, не наполненной какими-либо редкими поручениями. Она была такой..свободной. А самое главное, он стал узнавать много нового для себя.   «Опять что ли в магазин зайти..» Фэн Синь ленивым движением открыл пачку сигарет и закурил. Эту привычку он заработал по случайности, когда один из смертных предложил ему испробовать странный объект. Сначала генерал отнекивался, но потом подумал, что терять уже нечего. И ему понравилось. Отвратительный дым сигарет и их мерзкий запах позволял забыть об иногда всплывающих воспоминаниях.   Сегодня он решил зайти в недавно открывшеюся кофейню недалеко от его квартала. Путь был недолгим. Уже через несколько минут он был на месте. Он легким движением руки открыл дверь и замер на пороге, перестав дышать.   «Обычно перед такими ситуациями люди испытывают что-то вроде предчувствия…» - посетила его голову совершенно глупая и ненужная мысль.   За кассой стоял Му Цин. Фэн Синь хотел позорно сбежать, скрыться от его подозрительного и такого знакомого, но давно позабытого взгляда. Живого взгляда, с блеском в глазах. Но гордый характер не позволял ему этого сделать. Этот же самый характер не позволял ему придать своему лицу какое-либо выражение, кроме равнодушного и слегка раздраженного. Пальцы рук подрагивали. Кажется, за тысячелетия он стал походить на Му Цина. «Может быть тогда он остался жив и просто потерял память? Нет, это глупо. Это невозможно». – Фэн Синь полностью погряз в своих мыслей, поэтому вздрогнул, когда у него столика раздался резкий голос.   Он поднял голову и чуть не упал со стула. Рядом стоял Му Цин и выжидающе смотрел на него. «Видимо, ожидает когда я что-то закажу..»   Голос будто исчез. Голосовые связки не желали выдавать ничего, кроме хрипа. Фэн Синь заметил, что лицо Му Цина принимает все более удивленное и даже слегка..взволнованное выражение. Кажется, тот даже предложил вызвать ему врача.   - Мне.. к-кофе.. с молоком. – мужчина не узнавал собственный голос. Он как будто впервые заговорил спустя несколько лет. Отчасти, так оно и было. Фэн Синь буквально впился взглядом в Му Цина, долгим взглядом оглядывая его лицо. Кажется, официанта это мягко говоря напрягало. – Д-да, мне кофе с молоком. Извините пожалуйста. – непонятно зачем извинился он. «А мне ведь казалось, что я давно забыл такие слова…»