The first time

Макнэ туас грустно шёл по школьному дворику. У них там должна начаться съемка контента к дебютному шоу. Кёнмин учился очень хорошо, и обычно у него не было проблем по поводу учебы. Но сегодня не тот день. Сегодня у них была контрольная по английскому, но ему было лень готовиться к ней, и он предпочел лучше пообщаться с фанатами на виверс. Он действительно думал что сможет справиться с контрольной, но пропустив темы из-за подготовки к дебюту, и не готовясь вчера, он никак не мог написать хорошо. И в конечном итоге Кенмин получил десять баллов. Их старшему хену было все ровно на оценки, пока парни старались, и занимались, в противном случае их наказывали. Кёнмин вздохнул и завернув за угол, улыбнулся и приготовился к съёмкам.

***

Три с половиной часа спустя. (21:20) — Шинью хен! Мы дома — зайдя в общежитие крикнул Дохун. — Ой ну наконец-то. Уже довольно поздно, Кенмин и пока еще Джихун несовершеннолетние, почему вас так долго задержали? — недовольно пробормотал старший. — Ммм… Это моя вина хен, прости. Я… Так получалось что кое где я не мог себя контролировать и слишком сильно показывал что расстроен, и приходилось переснимать. — Кёнмин не хотел говорить это, но знал, что если он не расскажет, то за него это сделают его хены. Шиню сразу же изменился в лице. — Расстраивался? Малыш что такое? Что тебя расстроило? Трое старших с нежностью и беспокойством смотрели на макнэ. Кёнмину стало очень грустно из-за того что он сделал, и того что его хены так добры к нему, и не выдержав он заплакал. Но младший почти сразу же ощутил как чьи-то нежные руки подняли и понесли его к дивану. — Ах, Кёнмин~а что случилось? Что заставило тебя плакать? — В-вы будите злится — сквозь слезы сказал младший. Трое мемберов переглянулись и сильнее обняли их ребёнка. — Тихо, не плачь, все хорошо, почему мы должны злиться? Успокойся малыш — Дохун вытирал слезы ребёнка большими пальцами. Спустя несколько минут им все-таки удалось успокоить макнэ. — Хены, я… — Кёнмин вдруг замолк, под внимательными взглядами своих мемберов, и встав, достал контрольную, с которой не справился. Вручив ее в руки Шинью, он встал перед ними, низко опустив голову. — О… Это причина твоих слез? Малыш ты же знаешь, мне все ровно на оценки, если вы старайтесь. — мягко сказал старший. — Я-я не занимался… Мне… Мне вдруг стало очень лень,и я решил вместо учебы пописать в виверс и поиграть в игры, мне очень жаль, этого больше не повторится. — всхлипнул младший. В комнате вдруг стало очень напряжённо. Дохун и Джихун ушли, так как не хотели быть свидетелями того, что будет дальше, а Шинью выглядел удивлённо и разочарованно. Кенмин видел это, и все больше жалел о содеянном, больше всего он ненавидел разочаровывать своих хенов. Глубоко вздохнув старший взял младшего за руку и усадил рядом с собой. Кёнмин был удивлён этому. Обычно их хен хочет что бы провинившиеся младшие стояли перед ним, но он послушно сел. — Кёнмин, я разочарован. Честно. Я бы не подумал что ты так сделаешь. Ты же всегда хорошо учился. Я понимаю что ты устал, мы только дебютировали и на нас свалилось много забот и дел, но малыш ты должен был сказать об этом мне, или одному из своих хенов. — довольно мягко объяснил Шиню. — Прости меня, пожалуйста прости! Я-я исправлюсь! — Кёнмин вдруг снова заплакал, и Шиню обнял его. Объятия Шинью всегда нравились всем участникам. Он всегда был нежен и заботлив, его объятия очень успокаивающие. — Я знаю это, но Кёнмин, меня больше волнует твоё физическое и моральное состояние, нежели оценки, ты умный и способный, ты быстро исправишься, я это знаю. Но малыш, скажи мне честно, ты действительно просто ленился, или ты еще и чувствуешь себя уставшим? — спрашивал Шиню, все еще держа драгоценного младшего в объятиях. — Я… Да, я чувствую себя уставшим, но это н-ничего, все мы устали. — дрожащем голосом сказал младший, отстранившись от своего хена. — Да, это так. Но ты младше нас, и учишься. Ты в выпускном классе, у тебя нагрузка больше.Ты в отличии от Ханджина и Джихуна несовершеннолетний, пусть пока Хуну и не исполнилось 18. — мягко объяснил старший. — С твоей усталостью и связано нежелание учиться, мы с твоими хенами это проходили, что ж, теперь настала твоя очередь. — И что мне делать — грустно спросит Кёнмин, в том состоянии в котором он сейчас находится, он не сможет делать что-либо нормально. — Отдохнуть. У тебя будет неделя отдыха.Но, ты так же будешь наказан. Всю эту неделю ты проведешь без какой-либо электроники и выхода на улицу. Так же я тебя отшлёпаю. Это будет за то, что ты скрывал свое состояние и из-за этого плохо справился. — строго сказал Шиню. — Хен, пожалуйста, не шлепай меня! Я больше ничего от вас не скрою, обещаю! — Взмолился макнэ. Кёнмин довольно частно попадал в неприятности будучи макнэ. Даже Ёндже недавно наказал его, когда застукал его поздно ночью за телефоном, вместо сна. — Я не буду сильно наказывать, хорошо? Всего двадцать шлепков, но без нижнего белья. В подобной ситуации, ты не заслуживаешь большего. Но, Ли Кёнмин, если что то такое еще раз повторится, я не буду так добр. — сказал Шиню укладывая младшего на колени. — Хорошо хен, я ценю это. — Облегчённо прошептал младший. Это было и не хорошо и не плохо. Все таки его все равно отшлепают, и рука его старшего хена была сильной. Обнажив макнэ, Шиню высоко поднял руку и начал наказание. Шлеп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп шлёп Нанеся последний удар, Шинью поднял плачущего Кёнмина, и прижал к себе, долго успокаивая.

***

Проснувшись утром, Кёнмин чувствовал себя уставшим. Вчерашний вечер его утомил. После наказания Шиню, у них были посиделки около костра. Узнав о его состояние, остальные четверо его хенов отругали его. Они долго говорили на эту тему. Шиню не хотел повторения подобного с другими своими участниками, по этому счел важным провести собрание. Где-то в два ночи, парни разошлись по комнатам. Кёнмин хотел внимания в ту ночь, по этому лег спать вместе с Ханджином. У них была утренняя тренировка в девять, но у Кёнмина были выходные по этому он один остался в общежитии. Когда Кёнмин не увидел в кровати своего хена, то понял что они уже ушли, и что уже больше девяти. Встав с кровати мальчик пошёл в ванную, а после переодевшись на кухню. На кухне он увидел газировку и записку, в которой говорилось что его еда в микроволновке. Позавтракав блинчиками с курицей, зелёным луком и острым перцем, (заботливо приготовленные Дохуном) макнэ задумался о том, что же ему делать. Все электронику Ханджин ещё вчера забрал и передал их старшему. Не придумав ничего лучше, Кенмин стал читать какую-то манхву Ендже. Он надеялся что его братья скоро придут и спасут его от этой скуки.