Воспоминания

Глава 16.

− Размышления порождают ересь. Ересь порождает возмездие.

Грегор Эйзенхорн.

− Следовательно, размышления порождают возмездие.

Нелкарион Несломленный.

Пустотная станция «Чистилище». Дворец администрации. Шепард с интересом смотрела на Нелкариона. Сейчас, смотря на него, одетого, стильно, но практично, она никак не могла провести параллели между Огромным чудовищным воителем, безумным колдуном и очаровательным молодым человеком. Человек с Тысячей Лиц. Какое из них, из этих обличий было настоящим? Или может быть все они были такими? Настоящими. Нелкарион смеялся. Шутил. Общался с Колет её телохранительницами, некоторых из которых он знал лично, с их монументальной командиршей, Доминикой и улыбался. Это было сюрреалистично. Никогда она не могла даже представить себе подобное. Для неё, Нелкарион был существом иного порядка, неостановимой мощью, которая по прихоти какой-то неизвестной силы, была облачена в плоть, сталь и керамит. Она не заметила ккогда он поднялся и когда Колет последовала за ним, однако у небольшого входа во внутренние помещения, он остановился и поманил её. Залпом выпив свой бокал с амасеком и поставив его на стол, Шепард, энергичным шагом, последовала за лорд-капитаном и Нелкарионом. Незаметный проход привёл её в женский будуар. Большую часть занимала кровать с балдахином, затем в глаза бросалась роскошная сауна, у стены стояла тумба, наполненная драгоценностями, принадлежавшим Колет, многочисленные шкатулки с кольцами и держатели для ожерелий стояли перед огромным зеркалом, у другой стены стоял массивный гардероб, забитый одеждой, на небольшом столике посередине комнаты вновь стояла выпивка и Джейн прокляла местный гедонизм — печень у неё была не казённая. Приняв бокал из рук рачительной хозяйки Джейн пригубила вино и решила уточнить у Нелкариона, как ток сменил обличье. − Сменил? — Нелкарион отмахнулся, будто Шепард была маленьким ребёнком, лепечущим безумные и фантастические теории, в то время как он — был ужасающим колдуном, все эти теории испробовавший. — Я ничего не менял, Шепард. Мое настоящее тело находится в другом месте, а это… это просто парадный костюмчик, который я выгуливаю. Просто парадный костюмчик… костюмчик… костюмчик… Джейн забрала свои слова назад. Нелкарион никак не мог быть человеком. Он менял тела, как перчатки, обращался с ними, как с одеждой. Это существо просто притворялось человеком, чёрт побери, она не была уверена, что он был чем-то материальным, а хитрый взгляд из-под полуоткрытых глаз, которым он её одаривал, ну никак не помогал ей успокоиться. Словно он улыбался и говорил ей, что знает все мысли, что роятся в её голове. Говорил не открывая рта. Шепард поставила бокал на стол, пытаясь скрыть дрожь в руках. Сейчас она вновь понимала, что её первое впечатление о Нелкарионе было правдивым. Несмотря на форму, одинаковые пропорции, красивые черты лица… его эмоции были имитацией, а его мышление — полностью отличным от нормального человека. Она так ему и сказала. Что он сумасшедший. − Здравомыслие переоценено Джейн. — заметил Нелкарион. — Тебе стоит забыть о нём. Более того, ты сама-то уверена в своей нормальности? Твой отец рождён в другом измерении, твой мозг трахнул сначала Протеанский Маяк, а потом — Трактат о Сущности Инобытия, ты уже безумна. Более того, в глазах твоих бывших работодателей, ты безумец опасный. Я удивлён, что они не прислали убийц по твою буйную голову. Видать рассчитывают поиметь некие преференции, ну или расходы, которые они понесут, обнулив тебя снова, останавливают их от этого опрометчивого шага. − Можно подумать, ты чем-то отличаешься. — заметила Шепард. — Ищешь выгоду во всём, поэтому и вцепился в меня как клещ. − Но-но, Шепард. — погрозил ей пальцем блондин. — Я твой билет в жизнь, Шепард. Не слышала: Призрак сворачивает всё финансирование побочных проектов и переходит на всё, что может приносить пользу в военном плане. Он готовиться к войне с Орденом, но уже безнадёжно отстал, и это будет стоить ему всей его организации. Он уже списал со счетов и тебя и Лоусон, а остальные — не более чем разменные монеты, он такими разбрасывается сотнями. − Да ну? — усмехнулась Шепард. − На да. — усмехнулся в ответ Нелкарион, а глаза его вспыхнули каким-то инфернальным светом. — Отчего по-твоему, Лоусон ходит сама не свая, еще с вашего пребывания на станции? Призрак не откликается, а её активы, защита которых обеспечивала её верность… скажем так, их можно выгодно перепродать, кое-кому более могущественному. − В смысле? — Шепард была неприятно удивлена словами Нелкариона, и тем не менее, они как-то слишком удачно ложились на события прошедших дней. − В коромысле. — жестко ответил Нелкарион. − Ты действительно думаешь, что у него не нашлось бы кораблей или людей, или подставных лиц, чтобы забрать вас с Омеги. Вы были подсадными утками, Шепард. Пока вы сидели на Омеге без связи со внешним миром, Призрак обделывал свои тёмные делишки. − Например? − Например сдал сестру мисс Лоусон их отцу, вырезав приемную семью первой прямо у той на глазах. — спокойно ответил Нелкарион. — Вернул себе некоторые потерянные активы, чуть не убив дочь Арии в довесок, попытался грохнуть Андерсона, Хакета, твою мать и Эшли, как небольшой довесочек. − Что? — были вещи которые она могла забыть. Оставить лежать на полках память и порастать пылью времен. Могла. Но попытка убить её мать к таким не относилась. Она чувствовала, как пламя гнева, подобно миллиардам солнц зажглось в глубине её души поглощая саму её суть с каждой секундой, подчиняя её рассудок одной единственной задаче — найти и убить Призрака. − Не то чтобы у него не было мотива, они планировали государственный переворот. — Шепард почувствовала, будто из неё выпустили весь воздух, а Нелкарион между тем продолжал. — Андерсон однако не сплоховал, опять прострелили колено Кай Лену и помог остальным продержаться до подхода подкрепления. Эшли получила тяжёлые ранения. Вряд ли она выкарабкается. Мир сошёл с ума. Это факт. Она работает с человеком из иного измерения, который совсем не человек, а только искусно притворяется оным, её наставники, честные и добросовестные офицеры, да что там, даже её мать, которая всегда говорила, что Джейн не хватало дисциплины, выступила против своего непосредственного командования и присоединилась к этому кружку капитанов-заговорщиков. Рыжая не сомневалась, что к Хакету присоединяться другие адмиралы, но вот что они собирались делать потом? Действующее правительство тоже не пальцем делано, у них есть необходимые ресурсы и солдаты для того чтобы дать отпор, более того — их поддержит Цербер, ведь верхушка политических деятелей Альянса, а также множество бизнесменов — их непосредственные спонсоры. Не старые фамилии конечно же, из тех, кто поднялся в трудные времена двадцатого века и сохранил своё состояние после, а то и смог преумножить, не многие хотели влезать в гражданскую войну. Им хватила того хаоса, что творился на планете во время утверждения Альянса и урагана на биржах во время перехода на другую валютную систему, после объединения с Пространством Цитадели. Так-то подумать, этот конфликт, эта гражданская война между военной и политической верхушкой Альянса Систем, должна была случиться, а возможное вмешательство Цитадели станет той искрой, что разожжет пожар насилия м безумия. Батарианцы, без всякого сомнения, нападут на колонии людей. Кроганы проверят мягкое подбрюшье саларианцев и турианцев. Орден и Цербер вцепятся друг-другу в шеи, а генокульт и Коллекционеры лишь подольют масла в огонь всеобщего хаоса. Затем на сцену выйдут Жнецы и неизвестные хозяева генокрадов. Они приведут с собой армии… подождите… а она, откуда это знает? Холодная рука страха сжала её сердце, заставив его замереть, она почувствовала безграничный ужас, а затем, словно бы из чернейших глубин её души поднялась волна темной, мстительной радости, словно бы план, который был ею составлен, наконец принёс свои плоды. Однако она была уверена, что ни план, ни эти эмоции не были её. Словно кто-то влез в её тело, разум и душу, заставив её сделать что-то отвратительное, неописуемое, ужасное… − Эй! Шепард! Ты в порядке? — она не заметила, когда Нелкарион подошёл к ней и положил руку к ней на плечо. Она ответила, что всё в порядке, хотя все было не так. Они говорили о чем-то, Шепард не могла запомнить, о чём, однако, когда они засобирались обратно на корабль, отметила, что прошло несколько часов. Они задержались в гостиной, чтобы понаблюдать, как Нелкарион аккуратно втирается в доверие к её команде, распространяя слухи о действиях Цербера. Походя она цапнула одну из закрытых бутылок со стола и последовала за удаляющейся командой. Оказавшись в своей каюте, Нелкарион выделил всем персональные, место на корабле было, особенно после того, как их привели в порядок, после очередной модернизации. Шепард развалилась на кровати, не раздеваясь и уставилась бутылку в её руке. Вот оно, милосердное забвение, которое позволит ей отвлечься от кошмара, провалиться в милосердные объятия Морфея, в сон без кошмаров. Она позволила себе соблазниться этим ещё раз. Минута слабости, не более. И решительно поставила бутылку на прикроватную тумбочку. Этот раунд был за ней. Даже если в её голове сидело какое-то чудовище, даже если за ней охотились и считали террористкой, даже если из всех возможных союзников у неё лишь бесчеловечное чудовище, а из друзей не оставил лишь Вакариан. Этот раунд за ней — вот что она знала. Она забылась тяжким сном, который не принёс ей облегчения: во сне её преследовал странный клёкот и щелканье жвал, чем-то напомнивших ей звуки, что издавали рахни. Затем сон переместил её в тёмные туннели, чем-то напоминавшие заброшенные проходы, сквозь которые ей приходилось проходить на Омеге, чтобы уйти от генокрадов. Пахло плесенью и сыростью. Наконец, впереди забрезжил свет. Шепард почувствовала, как ускоряется, даже во сне, её желание очутиться где-нибудь на свету, а не таиться в мрачной, сырой, гнилостной, щелкающей и словно живой тьме, преобладало в её мозгу над другими, более разумными доводами. Откуда идёт свет? Есть ли там кто-нибудь? Если есть, почему он, она или они не боятся того, что прячется во тьме? Все эти вопросы роились в голове у Шепард, пока её ноги против слабого сопротивления её воли, несли её вперёд. Выход вёл в какое-то помещение, тоже находящиеся под землёй. Так она и выбежала на свет, забыв, что долгое пребывание во тьме сделало её глаза излишне чувствительными к нему. Затем, убрав руки от лица и моргнув несколько раз, она отпрянула от омерзения, когда увидела, что было источником света. Это была статуя, огромная, вырезанная из светящегося камня и имевшая в себе черты какого-то гигантского кальмара. Она не понимала почему статуя была столь отвратительна всему её естеству, почему глядя на неё, Джейн не чувствовала ничего, кроме обжигающего гнева. Лишь подняв взгляд и взглянув туда, где должны были быть пустые буркала твари, она наконец почувствовала что-то ещё. Сначала, она услышала странный шепот. Он вещал о тьме, которую нельзя развеять. Он уже слышала это… раньше, но не помнила, когда. Может это была не она. Может эти знания… Неожиданная мысль выдрала её из спокойного потока, куда погрузилось её сознание. Она Наконец вспомнила. Так будто он вновь был перед её глазами. Метал накладывался на камни, образ странного идола на воспоминая. Идол был изображён застывшем на гигантском камне, и жуткая параллель с воспоминанием о Властелине, сидящем на Цитадели, чтобы призвать своих сородичей из тёмного космоса. − Впечатляет, не так ли? — она возникла в этом подземном зале неожиданно. Шепард была абсолютно уверена, что секунду назад, здесь никого не было. Более того, подземный зал изменился. Теперь, зал был украшен плиткой и барельефами, изображавшими гуманоидные фигуры, которые покланялись… Жнецам. Странные узоры были выложены на полу плиткой, а вокруг идола были вырыты небольшие каналы, в которых плескалась вода. Она готова была поклясться, что их не было секунду назад. − Конечно же не было, глупышка. Это ведь сон. Тут всё изменчиво. — Наконец она разглядела того, кто с ней разговаривал. Женщина с правильными чертами лица, без волос, с каким-то наростом на лбу. Глаза, золотистые, с кошачьим зрачком, неотрывно наблюдали за Шепард. Одета она была в странное платье, а опиралась на посох, набалдашником которому служила фигура какого-то пришельца. Она носила украшения в виде наполовину свернувшейся змеи или червя, или дракона. Особенно внимание Шепард привлекло то, которое скрывалось в ложбинке между её грудей, глубокое декольте почти не оставляло месту воображению. Несмотря на довольно-таки примечательные черты, эта женщина обладала какой-то хищной красотой, которую Джейн редко приходилось видеть в людях. Она никак не могла оторвать взгляд от её жёлтых глаз, таких… нечеловеческих. Сквозь пелену сна, её пронзила страшная догадка: кем бы ни было это существо, человеческого в ней было крайне мало. Она… − Нет-нет, Джейн. — обстановка вновь изменилась: в этот раз Джейн лежала на черном жертвеннике, возникшем из ниоткуда, прямо перед идолом, обнажённая, беспомощная и прикованная к чёрному камню. — Это моя территория, и я не могу позволить тебе уйти. Она была здесь, рядом, в легких, полупрозрачных одеяниях, с чем-то вроде ритуального кинжала, в своей руке. Кинжал был весьма примечательным, он был сделан словно бы из плоти и костей, и пульсировал в её руке, словно живой. − Я понимаю, понимаю. — сказала женщина, оседлав Шепард, и играясь с её грудями. — Тебе страшно. Однако скоро, ты забудешь об этом. Скоро, ты будешь лишь служить Звёздным Богам. Неожиданно чья-то рука схватила жрицу и отшвырнула её от жертвенника… Ударный Крейсер Астартес «Крадущаяся Тьма». Покои Нелкариона. Облачённый в свою темно-синюю силовую броню, Нелкарион задумчиво рассматривал тело человека… со своим лицом. Это было специально выращенное тело-суррогат, которым он управлял дистанционно, с помощью специального импланта вживлённого в мозг этой куклы, а также археотеха, который нашли ещё до Ереси Хоруса, но не смогли передать командованию, из-за нехватки достаточно квалифицированных рабочих для демонтажа, а затем — выпила экипажа Нелкарионом, из-за их впадения в ересь. Он не ожидал, что когда-нибудь, ему вновь придаться не то что воспользоваться, взглянуть на такую штуку. В отличии от тех вариантов, что можно было найти в Империуме, данный образец не требовал специального импланта у пользователя, лишь наличия некоего зачатки психических сил. Конечно, это ограничивало круг тех, кто мог использовать аппарат, однако Нелкарион был этим доволен: кроме него никто не мог претендовать на подобный «костюмчик», гордыня, что тут скажешь? Реакция Шепард за деловыми переговорами с Колет его смутила, он знал, что вываливать подобную кучу информации на человека, грозит психологическими травмами последнему, однако он считал, что Джейн гораздо крепче. Может это что-то другое? Какая-то иная, чужеродная сила? Видит Бог-Император, на Шепард в последнее время сваливается одно потрясение за другим. То смерть, то воскрешение, то неизвестная доселе раса, то предательство Альянса, то семейная драма, то предательство Цербера… то он сам. Неприятная выходит ситуация. Подобные нагрузки на её разум могут просто порвать его на части. Что он мог сделать, чтобы облегчить её ношу? Да он и сам не знал. Возможно медитация поможет ему расслабиться. Вспомнив наставления Фел Жароста, своего наставника, разум могучего Астартес скользнул в состояние между сном и явью, похожее на транс, в котором Астартес прибывают вместо сна. Однако вместо ожидаемого успокоения, он почувствовал вторжение. Чья-то чужая, злобная воля пыталась захватить чьё-то сознание, более того — в непосредственной близости от него. Его разум устремился к угрозе и попал в чьё-то сновидение-ловушку. Всего мгновение понадобилось ему, чтобы понять, кто в нём оказался — обнажённая Джейн на жертвеннике довольно быстро проясняла ситуацию. Он схватил жрицу, или то, что приняло её образ в этом видении. Он схватил её за плечо и отбросил от Шепард, которая давилась от отвращения, пока тварь пыталась совокупиться с ней. Извернувшись в воздухе, она приземлилась на четвереньки и зашипела, обнажив острые зубы. Он моментально понял, кто перед ним. Магус генокульта. − Пришла за своей книгой? — спросил Нелкарион. — Вероятно, заодно решила охмурить высокопоставленного агента. Классическая тактика. − Я пришла лишь за своим. — ответила магус. — Ты не понял? Она и есть книга. — заявила полукровка показывая клинком в сторону Шепард. — А книга была предназначена мне Звёздными Богами! — её клинок сместился в сторону идола. − Значит и она принадлежит мне! − Я так не думаю. — Нелкариона слова магоса не колебали от слова «совсем». — Убирайся отсюда. − Ну-ну. — в ответ магос лишь улыбнулась. — давай послушаем, что боги скажут на это. − И идол зашевелился. Словно стряхивая с себя оковы сна, статуя чудовищного земноводного разминала щупальца. Каменное покрытие покрылось трещинами и откололось в некоторых местах, явив миру прочную плоть. Секунды спустя, один из Древних, тех, кто родился раньше Жнецов, смотрел на трех смертных. На своего герольда, на её противника, и на ту, что должна была быть книгой, их вратами или ключом, судьба ещё не определилась, обнажённую женщину, которую вражеский герольд уже освободил от цепей. − Да. — Неожиданно произнёс еще один голос. И яркий, чистый свет заставил Древнего заколебаться. — Поговорим. Боевая Баржа «Молчание». Флагман Ордена. Персональные покои Лорда-командующего. Лютер схватился за сердце. Он чувствовал это. Он был уверен, что каждый псайкер и Астартес в этом отвратительном измерении, услышали это. Это был Он. Он бросал вызов. Хотя нет. Не вызов. Это было заявление. Заявление кому-то, из-за кромки своеобразной реальности. Не такой кромки, что они пересекали входя в Варп. Нет, то был враг иного порядка. Он никогда не встречал подобных им, однако подозревал, что эти существа живут где-то, в своих измерениях, недоступных для постижения простых смертных. Он и сам никогда не подозревал о существовании подобных существ, до того, как начал изучать те книги, свезённые в Алдурук. Видят его предки, лучше он бы этого не делал. Он открыл дорогу безумию, или быть может, подточил цепи, его сдерживающие. Он не знал, как это работало здесь, в этой реальности, но должен был узнать. Пока, он лишь приказал собирать древние религиозные и мифологические тексты различных рас. На данный момент он пытался разобраться в различных хитросплетениях азарийской мифологии. Обычно он обращался к специалистам по культуре среди этого народа, но неожиданно оказалось, что синие шлюхи неожиданно хорошо охраняли свои секреты. Затем он наткнулся на анонимного пользователя с ником Крылышко, которая объясняла ему некоторые базовые мифы в достаточной мере, чтобы он углядел в остальных мифах некоторый шифр. Однако не смог уделить этому значительного внимания, так как его проинформировали, что адмирал Хакет взошёл на борт. Оставив позади свой скрытый кабинет, Лютер вошел в ту часть, что была открыта для посетителей, не забыв набрать необходимый код на замке, чтобы скрытые двери закрылись, а сам замок — скрыть за книжной полкой. У него было несколько секунд, чтобы привести себя в порядок, перед тем, как сюда явиться Хаккет и его поддержка. Тем не менее, он успел разобраться со всеми своими делами, прежде чем они вошли в кабинет. В тот же момент он понял, что Хакет решил зайти с козырей, ибо он привёл с собой женщину, которая оставила неизгладимое впечатление на него, не только твердостью своего характера, выдержкой и навыками командира и флотоводца, но и тем, как она была похожа на его первую жену. Он был донором для процедуры оплодотворения и никогда не думал, что познакомиться с матерью детей, да что там, он никогда не думал, что из этой процедуры что-то выйдет. Однако вышло, а их отношения, Ханна всё-таки отыскала его, хоть и недолгие, прервались, когда они решили взаимно расстаться, оставшись друзьями. Это было как раз перед тем, как он создал Орден. И вот, теперь Хакет приводит Ханну сюда, на переговоры. Психологическое давление. Банально. − Приятно видеть вас, господа. — поздоровался Магистр. — Давайте присядем. Хакет и Андерсон держались молодцами, хоть их руки и подрагивали, особенно, когда они понимали, где и на чем они находятся. Ханна была словно металлическое изваяние самой себя. Уильямс, которая сопровождала их, громко и глубоко дышала, пытаясь успокоиться. Он не знал, что пугало её больше — его флагман или то, что убийца её любовника может быть не нём, или, что она стоит нос к носу с отцом этого убийцы. Отцом обоих Шепардов. Она видела это в нём. Резкие черты лица, горделиво вздёрнутый подбородок, аура уверенности, которая словно говорила, что всё будет хорошо. Он словно источал неведомую мощь, которая придавала дополнительный вес его словам и действиям. − Что же. Я думаю, теперь мы можем обсудить план атаки. Время вернуть достойным людям власть над Землёй.