По лезвию ножа

— За что, ты так поступил, С САНИ И ЕЁ ПАРНЕМ?!! На лице Чонгука отразилось удивление. Он испуганно посмотрел на сестру, а потом спросил: — О...о ч...чём ты? Я не понимаю. — Не понимаешь?! Не понимаешь, говоришь?!— она быстро достала из кармана пакет с волосами, и сунула его брату в лицо. Он внимательно посмотрел на улику, а потом на сестру. — Если ты думаешь, что это я их убил, то это неправда. Да, это мои волосы, но...но — Но что?!! Что ты хочешь этим сказать?!! Это твои волосы, но ты их не убивал?!! Тогда как они попали под ногти Сани и Ын Хо?!! Чонгук быстро, но нежно, прикрыл губы сестры ладонью, а потом прокричал: — Я их не убивал, но это я накормил их наркотиками!!! Во взгляде Лиджон отразились шок и испуг. — Я не ослышалась? Ты хочешь сказать, что продаёшь наркотики?!! А отец знает об этом? —спросила она. — Конечно он знает, ведь он сам глава Канчхонской мафии. Тут послышался скрип открывающейся двери. Лиджон обернулась и увидела отца. Он начал тихонько подходить к дочери, боясь спугнуть. — Дочка, прости, прости меня и своего брата. Он хотел было обнять её, но она скинув руки брата с плеч, прокричала: — Простить?!!! Хотите, чтобы я вас простила?!! — отец и брат хотели что-то сказать, но она не дала, а продолжила сама. — Почему?! Почему вы ничего мне не рассказывали?! Получается, я жила в одном доме с главой мафиозной организации, его помощником на протяжении двадцати лет!!! И вы даже словом не обмолвились!!! Вы держали меня за дуру!!! Я...я...Я, что мне теперь делать?!! — Лиджон оттолкнула отца от двери, и ,выбежав, быстро помчалась прочь, слыша крик брата позади: —Лиджон!!! Сестра остановись!!! Отец… —Идём за ней — сказал он. Чонгук кивнул и они вместе выбежали из офиса.

***

Pov Lijeon Как так?! Почему, почему они ничего мне не сказали?!! Как они вообще могли стать мафией?! С самого детства я была слабой и беззащитной девушкой, мой брат и отец всегда говорили, что делать и как. В один прекрасный день они мне рассказали о том, что нельзя употреблять в этой жизни, что не стоит делать плохие поступки, и именно поэтому я пошла в детективы. Но… Но… САМИ!? Как они могли свернуть на кривую дорожку криминала. Как? Как?!!

***

Pov Author Лиджон бежала, едва разбирая дорогу, сквозь пелену слёз, которые застилали её глаза. Спустя пять минут безостановочного бега она, наконец, прибежала на своё любимое место, а именно гора с большим обрывом. В руке у неё была бутылка соджу. Сев на краю обрыва, она стала продолжила безутешно рыдать. И каждый всхлип был залит глотком соджу. Лиджон думала, что на дне бутылки она сможет найти успокоение. Всё оказалось не так, потому что с каждым глотком слез становилось всё больше и больше под проливным дождём. Спустя несколько минут она услышала знакомый и запыхавшийся голос: — Как обычно, твоя привычка не изменилась. А за ним послышался второй голос: — И твоё любимое место, тоже осталось неизменным. Она медленно повернула голову в сторону голосов, а потом сказала хладнокровным голосом с нотками горечи: — Зачем вы сюда пришли? Я не хочу с вами разговаривать. Папа был прав, когда, придя ко мне во сне, сказал: «Дочка, когда ты узнаешь правду, то ты скорее всего возненавидишь брата и меня, так что, лучше не ищи её, и живи так как жила все эти пятнадцать лет». Этот сон приснился мне в пятнадцать лет, я тогда вообще не понимала, что папа имел ввиду. Теперь все стало на свои места. — И теперь, ты нас ненавидишь сестра?—спросил Чонгук — Да...— ответила Лиджон. — Что «да»? Ненавидишь нас? Раз так, то мы не имеем никакого права считаться отцом и братом. Идем Чонгук. — Хорошо, отец. Они не успели сдвинутся с места, как услышали теперь уже ласковый и нежный голосок дочки и сестры: — Да, я узнала правду, я узнала, что мой отец и брат мафия, но я не считаю вас убийцами. Я думаю, что кто-то работает с вами, но и против вас тоже, и я не ненавижу вас. Мои чувства, моя любовь к тебе, Чонгук, и тебе, отец, остались неизменными. Папа был прав только в одном: я узнаю правду, рано или поз… Лиджон не успела договорить, как почувствовала, что её нос закрывают тряпкой. Она быстро среагировала: выхватила тряпку с хлороформом и бросила в обрыв. — Кто ты?!! — завизжала Лиджон. Чонгук с отцом, которые стояли спиной к Лиджон, повернулись и увидели, как она борется с мужчиной. — Сестра!!! — Чонгук воскликнул. Лиджон боролась с широкоплечим мужчиной до тех пор, пока Чонгук не подобрался к нему сзади и не откинул его от сестры, но тот вырвался из хватки Чона и убежал в гущу леса. Сама Лиджон начала терять сознание. Последнее, что она услышала и почувствовала это тревожный голос Чонгука: — Сестра?!! — и его крепкие объятия. Конец четвёртой главы Продолжение следует