Учись пархать

1 сентября 2023 год

День, который никто не ждет, в особенности виновники этого торжества. Но всегда есть исключение в виде столь молодых, еще не затронутых школьными буднями юных ребят, которые с азартом и радостью идут на встречу первой ступени обучения — первый класс. Этот день заставляет всех приукраситься, надеть что-то, что пригодится только на последний звонок, либо на следующее первое сентября. Красивые фартуки и купленная на заказ форма, выполненная в едином цвете, для девочек, и деловые и статные костюмы для мальчиков. В обычные будни хрен кого заставишь одеть даже стандартные классические брюки, а тут затесался целый деловой костюм. Воистину волшебный праздник. Ну еще бы, какому родителю не захотелось сфотографировать свое дитятко в красивой парадной форме возле школы? Сегодняшний день вышел весьма расторопным. Мама Коли решила третий раз в жизни присутствовать на линейке сына. В первый раз это свершилось одиннадцать лет назад, когда Николай только собирался грызть гранит науки...

………….

1 сентября 2013 год

Мальчик, чьи волосы были цвета пшена с печалью глядел в окно, когда женщина пыталась всеми правдами и неправдами задобрить и подбодрить. — Петенька, мне очень жаль, но ты же знаешь, что твой папа сейчас на работе, и он никак не может ее прогулять. Зато вечером, когда он вернется с работы, мы все вместе пойдем праздновать. Я уверена он приготовил тебе подарок к этому большому событию. Ну давай же, не вешай нос. — Хорошо тетя Варя, не буду, — пролепетал Петя с печалью в голосе. Большие глаза в надежде на лучшее поднялись вверх, смотря на женщину. — Вот и хорошо, я пока заберу цветы у тети Светы. У нас еще много времени, так что посидите в квартире и посмотрите что-нибудь на телевизоре, — женщина, сказав это с благоговением, зыркнула на Колю. Взяв его за руку, она повела того в коридор. Остановившись у двери, Варвара Петровна в повелительном тоне шепнула ему на ухо следующее: — И да, Коля, прошу, прояви хоть немного инициативы. Ты не видишь? Ему же сейчас тяжко. Не дави и ты своим мрачным лицом, — она чмокнула того в щеку и попрощавшись, закрыла дверь квартиры на ключ. Коля после наблюдения за закрывающейся дверью обернулся, увидев в проходе гостиной Петю, он все еще не знал, что сказать. Впервые он видел своего друга настолько подавленным. Еще с вечера, когда Верховенский старший отвел Петю к дому Ставрогиных со словами: «Прошу, Варь, можешь моего балбеса в школу на линейку отвести? А то завтра работа, сама знаешь», Петя выглядел весьма подавленным. Тогда под вечер у Варвары и Степана завязался разговор на кухне. Мама Коли сразу предупредила Ставрогина младшего, что Петя остается у них. Коля воспринял эту информацию вполне радостно, но по лицу Пети этой радости не было видно. Коля хотел уже подслушать разговор, доносившийся с кухни, но он постоянно увиливал от ушей маленького Николеньки. Этот пессимистичный настрой Петруши очень смущал, он казался чересчур смирненьким, чересчур кротким. Приход Верховенского всегда обозначал открытие закрытых штор, что скрывают солнечные лучи. А тут эти лучи не то, что скрыты шторами, так еще и тучами, что предвещали грозу. И гроза наступила. — Идем, Коля. Уже начинается «Проказник Энджело», — с безразличными и пустыми глазами проговорил Петя, — чего это ты уставился так? Призрака увидел? — я не знал, я не понимал, что творю. Медленными, завороженными шагами я подходил к Пете. В голове начали всплывать все эти образы счастливой и радостной мамы, светлого и яркого Пети. Куда они все подевались? Я не узнавал этих людей. Почему в этот прекрасный день, когда я присваиваю себе статус школьника, все ведут себя так холодно? Мама может пожурить с злостью, но от ее слов никогда не веяло морозом. Может это осенние деньки так влияют? Тогда почему школа начинается именно в такие дни, когда все вокруг становятся такими мерзкими моему сердцу? Почему? Коля не мог сдержать себя. Ему стало настолько холодно, что своими маленькими ручками он, желая найти хоть малость того тепла, что должны были ему достаться сегодня, крепко обнимает ошарашенного Петю, что явно не ожидал такого поворота событий. — Почему сегодня так холодно? — единственное что, Коля говорит. — Х-холодно? Да сегодня градусов сто по ощущениям, а папа еще заставил надеть жилетку с пиджаком, — с детским непониманием и бурчанием проговорил Петруша. Когда Коля отпустил Петра, тишина снова установилась в квартире. Ставрогин младший искал хоть долю того холода, что поселились у Петра в глазах прежде. Искал и не находил. — Может пойдем уже мультики смотреть? — со стеснением ласково проговорил Петя. — Пойдем, — с благоговением и спокойствием в душе пробормотал Коля. Его правую руку взяли и повели в направлении гостиной с телевизором, с мультиками, со спокойствием. Они просмотрели около трех серий мультсериала «Проказник Энджело», пока на экране не появилась серия, где троица героев сняла фильм. Коля и Петя, как заколдованные, наблюдали за энтузиазмом героев, которые боролись за показ своего творения. Коля сразу подметил как почти все персонажи воодушевлённо обсуждали фильм и были в восхищении. И тогда Петя проронил свое слово. — А может нам тоже снять фильм? Коля, только представь, как весело будет! У твоей мамы даже камера есть! — Не знаю даже, может когда мама вернется спросим ее? — Эх, Коля, Коля не ценитель ты! Разве тебе самому не хочется сняться в фильме? Представь! Какими мы популярными станем, а твоя мама, увидев наш фильм, будет в восторге. Ах, Коля, только представь! — Ставрогин с минуту пялился на Верховенского, как на безумца. И поняв, что спорить с ним бесполезно, Коля все же согласился на авантюру. — Хорошо, сейчас принесу. — Вот и славно. Коля смутился, ведь он прекрасно помнил, как мама берегла эту камеру. Даже в руках молодой Коля ни разу камеру не держал, так что как она работает, Никола не представлял. Он всегда наблюдал за мамой исподтишка, смотря на то, как она тыкает на какие-то кнопочки. Ну может Петя знает, как управиться с камерой? Ведь как-то раз в выходные дни на дачу Ставрогиных Петя приехал именно с камерой в руках, и даже пару раз щелкнул Колю на память. Николай заподозрил внутри себя что-то неладное, будто кто-то подсказывал, что просто так эта история не закончится. Взяв в руки видеокамеру, он оглядел ее с низу вверх. Он медлил, и какое-то время оставался в комнате мамы, пока его не окликнули. — Коля, ты чего так долго? — нахмуренный мальчик стоял перед ним и требовал взглядом. — Да уже иду. Вот только... Я совершенно не знаю, как ей пользовать... — Дай сюда, — он долго копался и что-то нажимал на камере, пока ее экранчик не засиял, — вот, все просто. Теперь думай, что будем снимать? — Оу, я даже не знаю, может что-то связанное с борьбой? У меня есть игрушечный пистолет! — Да, ты будешь шпионом на задании! — А ты тогда будешь злодеем! — По рукам! И вот мальчики начали снимать. Получалось криво и неаккуратно. Петя пытался всеми правдами и неправдами научить горе шпиона пользоваться камерой. И где-то к сцене так седьмой Коля запомнил все махинации с камерой, которые он должен был провернуть, снимая Петю. Фильм тянул максимум на звание короткометражки, и все полученные сцены в сумме выдавали результат в 7 минут. Что явно не походило на фильм. Мальчики хотели побыстрее увидеть результат — те самые заветные кадры. Но видимо Петя уж очень хотел посмотреть на себя в роли злодея, поэтому неаккуратным движением, и даже с нахальством, он вырывает у Коли камеру. Николай от неожиданности сначала подумал, что видеокамера падает, поэтому перебирая руками, он старался ее поймать, тем самым задевая руки Пети, которые машинально отпускают камеру... Она стремительно летела вниз, готовясь к встрече с ламинатом. Еще одно мгновение и мальчики дружно протягивают руки в виде спасательной сети, пытаясь предотвратить падение камеры и... Они успешно ее ловят, но попытавшись включить ее, наши режиссёры наблюдали только за черным экраном. — Она, она сломалась... — протараторил Коля в испуге и с долей злости на Петю, который всё-таки уговорил взяться за это дело, на себя, что не смог дать отпор метафоричному злу. Не зря тот злодея играл. — Что?! Нет, нет. Она скорее всего просто... —  Петя не торопился продолжать своё предложение, он был также напуган, и прекрасно понимал, что большая доля вины лежит на нем, поэтому тот первым делом старался успокоить соучастника, —  надо просто попробовать включить ее еще раз, — Петя впопыхах нажимает на всевозможные кнопки, что только были у этой камеры. — Я, я так и знал, что не надо было тебя слушать, смотри теперь что из-за тебя произошло! — лицо маленького Коленьки приобрело строгий и злобный вид. Впервые его лицо посетила многоуважаемая мисс складка, которая ютилась в надбровной области юного лика. —Из-за меня? Да ты ж... И тут… Шебаршение в дверной скважине. Было видно, как Петя напрягся, а животный страх бушевал внутривенно. Коля, забирая камеру у сорежиссёра, кладет ее на место и говорит строго: — Про камеру ни слова, идем! Петя в восхищение и страхе побежал с Колей в гостиную. Благо комната Варвары Петровны находилась напротив гостиной, так что дойти и сесть на диван не составило труда. Мальчики не были замечены. Для пущего эффекта Ставрогин решил завести странную, но непринуждённую беседу с Петей. — Эта серия такая веселая! Да, Петя? — Да, да. Это было так увлекательно. Мать заходит в комнату. Еще утром она делала пучок, сейчас же этот пучок распустился и больше походил на хвост. Это не выглядело плохо, но со стороны обычного обывателя, который не вникал в контекст ситуации, можно сказать, что кое-кто не подрастал время и этот кое-кто кое-куда опаздывает. Вид был у нее уставшим: ноги немного подрагивали, была небольшая отдышка, кулон переместился с середины груди на спину, и где-то там эта подвеска и болталась. Но стоит заметить цветы, что преспокойно ютились в руках у Варвары Петровны. — Ну что ж ребята можем идти. Как вы? Я вижу, вы весело время провели, — с подозрением говорит женщина. Мальчики выглядели относительно радостными, и этот факт знатно порадовал маму Коли, но она видела, как они чересчур нервно перебирают руки и мнутся сидя на диване. — Да, мам, все отлично, — немного нервно и театрально сказал Коля. — Да, да. Я уверен, сейчас нас ждет не более веселое событие. Ах, а какие букеты красивые, спасибо большое, Варвара Петровна, что пошли их забирать в такую рань, и все ради нас, — уверенно и галантно пролепетал Петенька. И ведь он даже не врал, цветы действительно красивы, букеты собраны качественно. Букет, предназначенный для Пети, состоял из фиолетовых гвоздик, лаванды и белых астр. Отец Пети особое внимание уделял виду букета, чтобы тот выглядел богато, величественно. Букет, который должен был достаться Коле, состоял из бело-фиолетовых хризантем, белых гортензий и роз. Все букеты выглядели пышно и потрясающе. Цветов в одном таком букете насчитывалось около сорока штук, может больше. — Ой, Петенька, ну чего ты? Мне не сложно, а вам приятно. Ах, а как приятно будет вашей классной руководительнице! — все подозрения и усталость сбежали мигом с лица Варвары Петровны, было видно только благоухание и искренняя радость, что ее труды не остались незамеченными, — но в любом случае, спасибо Петя, мне очень приятно.

………….

  Событие конечно выдалось не веселым, первые десять минут действительно прошли весело, мальчики болтались рядом с одноклассниками и вели беседу о будущем, о том насколько они выросли за это время, о том, как они будут учиться и ходить с портфелем в школу. Все одноклассники успели похвастаться какие у них красивые и яркие портфели. У кого-то с феями Винкс, у кого-то с черепашками ниндзя, а у кого-то с милыми котятами и блесками. Как только пришло время стоять на месте и наблюдать перед собой рой пчел, что окружал каждого, кто решил прийти в этот день с букетом, веселье и радостный настрой покинули наших героев. Отец Пети хоть и не присутствовал, но его заказной букет — да. И пришлось этому букету отдуваться за отца семейства и терпеть внимание пчел, а те только и рады такому большому и душистому букету. Как раз за этим букетом Варвара Ставрогина и отправлялась с утра пораньше к той самой тете Свете, чтобы забрать долгожданный заказ. Мальчики уже готовились к бою на цветах, возомнив себя рыцарями, но мама Коли и классная руководительница отбили всякое желание продолжать столь ребяческое занятие, и оба сразу встали так, как надобно вставать всем первоклассникам: прямо и ровно. Девочка с колоколом прошла, последние слова директора дошли до столь молодой аудитории, и все учащиеся мигом зашли в школу, разбежавшись по классам. Классная комната Коли и Пети находился на втором этаже, под номером 211. Свои следующие 4 года они проведут тут. Мама Коли была в тот день на седьмом небе от счастья. Она была готова простить утру столь трепетное и пренебрежённое начало, которое состояло из печального настроя ребят, из проблем с букетами, которые были еще не готовы, так как хозяйка цветочной лавки забыла, что какая-то там ее подруга заказала два букета, а когда к ней постучались рано утром, она опешила от неожиданности. Ибо кто мог утром посметь заведаться к ней? Дружно мама Коли и тетя Света отправились ко второй на работу, делать эти несчастные букеты. Варвара Петровна уже боялась, что не успеет забрать мальчиков и вовремя прийти на линейку, но все обошлось, все пошло по плану, хоть и пришлось побегать на каблуках. Сейчас же все хорошо? Она же сейчас наблюдает за тем, как ее дорогой сын внимательно, с улыбкой на лице, внимает каждое слово классной руководительницы, а Петя наконец-то не сидит весь поникший, он гордо смотрит на учителя с высоко поднятой вверх головой! Разве она не может быть счастлива? Разве сейчас не может быть все хорошо? Разве теперь столь трепетное материнское сердце не может быть спокойно? Может, до момента, когда Ставрогина поймет, что белые розы завяли и засохли. В первый раз это свершилось в первом классе, когда Коля стал чуточку взрослей.

……….

Во второй — в пятом классе, когда прежняя классная руководительница сменилась другой. Варвара Петровна была весьма рада присутствовать на таком мероприятии и подарить лично презент новой классной руководительнице. Ведь уже на первой встрече, куда пригласили родителей обсудить все вопросы по поводу канцелярии, учебников, формы, новых предметов, мама Коли и Татьяна Дмитриевна весьма разговорились. Ставрогина тогда описала учительницу как: «Весьма себе приятная женщина, думаю, я даже заполучила ее покровительство для тебя, так что будь добр сбереги его до 11 класса, может даже выправишь свою четверочку по русскому на пять, она как раз у вас будет не только классным руководителем, но и учителем русского языка, прекрасная, прекрасная женщина». Проговорив это с радостным лицом, она потрепала одиннадцатилетнего Колю по голове. Ну и наконец-то, сегодня наступил день, когда Варвара Петровна отправится на линейку с сыном в третий раз, ведь больше подобных ивентов в ее жизни не будет. Одиннадцатый класс — это уже потолок. Больше никаких разговоров с Татьяной Дмитриевной, больше никаких шикарных букетов и подарков, больше никакой громогласной музыке, больше никакой девочки, что, сидя на одиннадцатикласснике, трясет колоколом из стороны в сторону, распространяя звон по всей площади школы. Именно поэтому сейчас мать семейства подняла беззащитного Колю в 7:00. Стоит добавить контекст сложившейся ситуации. Линейка начинается в 11:00, а живут они в 7 минутах от школы. Так что не особо понятно, на что Коле 4 часа, когда он управился уже за час со всеми этапами подготовки к линейке. Мама же Николая, бегает из стороны в сторону, будто это самый важный день в ее жизни. Укладка, красивое платье, макияж — все при ней. Но даже ей хватает двух часов на все про все. Так что, сейчас не зная куда деть свою гиперактивность, она решает заделаться в фотографы, чтобы провести небольшую фотосессию для сына. Коля не в восторге от этого, но пока его сидящую на диване натуру никто не трогает — он спокоен. Мать что-то там кружится вокруг, вертится — ничего страшного. Но его идиллию решают прервать. — Николаш, ну чего ты такой хмурый? Да еще и разлегся на диване, ты же так коленки на штанах растянешь, — с претензией пролепетала женщина, — вставай и убирай телефон, а я тебя сфоткаю. Степану Трофимовичу скину. Похвастаюсь хоть, какой у меня сын, — с особой горячностью и гордостью в глазах проговорила последние слова Варвара. — Какой смысл дома фотографировать, если ты еще на линейке собираешься фоткать? — Тебе так сложно встать? — лицо уже насыщается темнотой, что теснится у матери в груди, сегодня ее точно лучше не беспокоить. — Может и сложно, ты меня разбудила на 3 часа раньше, я бы мог потрать это время на сон, — Коля не из робкого десятка, особенно после интенсивного расписаниях, с которым приходилось постоянно мириться. Это времяпрепровождение представляло из себя канат, неспособный оставаться на одном месте, который постоянно перетягивают из стороны в сторону. Каждая минута была расписана: конец первого месяца лета состоял из принудительных попыток заставить Колю хоть капельку, но отдохнуть. Не получалось. Провал. Второй месяц прошел в сеансах психотерапии, казалось, ну вот спасение, нашлось, если бы... Если бы хорошего специалиста было так легко найти. На второй попытке идея была отброшена. Да и Коле казалось, что стало лучше. Третий месяц состоял из ЕГЭ, ЕГЭ и еще раз ЕГЭ. Как же маменька с гордостью наблюдала за его научными потугами, наблюдала и не замечала, как потонула в безмятежной и слепой лжи и быте. — Только не начинай сейчас, особенно перед линейкой. Так что вставай, — мама приблизила свое лицо к Коленьке, задействовав каждый нерв по максимуму. И правда, сегодня ее точно лучше не беспокоить. Коля с неохотой, но встал. Он действительно не хотел начинать никаких скандалов, особенно когда на это даже сил не хватало. Поэтому он решил лаконично промолчать. Но молчать вечно у него не получится. Не в его стиле.

………..  

Выйдя из квартиры, Ставрогины продолжили свой путь в направлении школы. Солнце святило ярко, поэтому Ставрогин склонил голову вниз, рассматривая серый асфальт. Больше любоваться нечем, единственное на что охота смотреть так это на совершенно новые ботинки, которые были куплены специально к новому учебному году. Они были кожаные, классические оксфорды бордового цвета. Почти каждый год покупались черные, но хотелось взять что-то нечто новое, хоть и не сильно отличающейся от стандартного выбора. Особенно, если посмотреть под определенным углом, кажется, будто они вообще чёрные. Но попытка не пытка. С деловым костюмом же все стандартно. Обычный черный костюм с двубортным пиджаком. Опыт в деловых мероприятиях у Коли был огромен. То, что он выбрал именно этот стандартный костюм: то есть без фрачного значка, без окраса в тонкие, белые полосы, не синий, не красный, заставляло задуматься: «Тот самый красавец Ставрогин не решился прийти на линейку в чем-то чересчур парадном и элегантном? Нет, он смотрелся все еще красиво, но раньше он больше удивлял, чем восхищал. В прошлые года он выглядел как истинный дворянин, а не как обычный школьник с линейки». С одной стороны, выбор был очевиден. Ведь зачем лишний раз задумываться о каком-то там внешнем виде? А с другой стороны, можно было и подумать тщательнее, но для чего думать над чем-то подобным, как школьная линейка в честь первого сентября? У него этих линеек уже десять раз как было. Одним больше, одним меньше. Единственное над чем пришлось потрудиться — это прическа, было бы стыдно выходить в люди с гнездом на голове, особенно когда гнездо нельзя исправить не только на голове, но и в голове. Нужно отдать маме должное, он успел потратить время с пользой, укладывая отросшие за лето черные прямые волосы, что устраивали его пока они просто лежали прямыми прядями, но передние локоны начали лезть в глаза, что выглядело не самым солидным образом. Он решил взять мамину плойку, а она лишь и радуется, что ее дорогой Коленька взялся за себя и свой внешний облик, все же он как три месяца не обращал ни единого взгляда на самого себя, охладел, потерял интерес и самого себя. И только последние месяцы начал медленно, но, верно, пробуждаться, как казалось, от вечной спячки. Виднелся будто свет в глазах, легкая свежесть. Мама смотрит и все радуется, как вырос, как окреп. Ее глаза светятся словно звезды. Внешний вид как всегда опрятен, но сегодня он в особенности сияет и благоухает, было с первого взгляда понятно сколько времени и усилий стоила эта укладка, платье, парфюм, макияж. Платье было багровым, бархатным, что придавало статусности и власти. Образ выглядел королевским, а квадратный вырез, открывающий зону декольте, придавал долю сексуальности образу, что на фоне лошадиных черт лица заставляло выглядеть образ красивее и лучше. Рукава-епископ придавали галантности и нежности столь грозному образу. Макияж был тоже на славу, сразу видно — старалась. Варвара так и сияла, а улыбка не спадала с ее лица. Она все так и оглядывалась то на школу, то на сына, что сияли в лучах солнца. Такой замечательный пейзаж! Можно даже и забыть не самые лучшие времена и слова, забыть не самые лучшие моменты ее жизни и материнства, забыть страхи и горести. На секунду, но можно же ведь? А потом опять вернуться в эту пучину невзгод, но она готова вернуться туда ради таких моментов. Сомнения вернуться потом. Потом, когда раздумья будут лишними. В эти моменты будут бушевать только эмоции, рациональность в этой переменой тут не к чему. А ведь всегда во время споров и драк хочется как лучше. Все так давит, и кажется, что собственный сын неправильный, не такой, каким должен, обязан быть. И кто о подобном говорит? Лучший друг — человек, которому ты доверяешь, мысли которого ты уважаешь. И кажется, что ты тут жертва, ты тут не виновата. Здоровый разговор не стоит этого, такие разговоры заканчиваются одним и тем же. Может все же проблема в том, как информация преподнесена? Лучше сейчас об этом не думать... Когда они дошли до школы, уже прибавилось значительное количество народа, а из колонок так и бушевал град музыки, которая поясняла за вечные истины: «Дважды два четыре», «Учат в школе, учат в школе, учат в школе/Вычитать и умножать, малышей не обижать» и это малая часть, что является отражением всего нашего песенного наследия. В толпе уже виднеется подобие дружного класса, который всячески хочет встать в слаженную общность, но представляет из себя бесформенную массу. Из толпы вылетает радостный Верховенский, что даже весьма успешно смог испугать Колю, но тот вида особого старался не подавать. Да и в принципе вел он себя довольно-таки отстранённо и вяло. Понимая контекст, Петя не смутился. Но все же утешал себя славными надеждами. Поэтому всмотревшись в лицо Ставрогина, тот повис на его шее. Петя, наблюдая за глазами полными горечи и усталости, отстранился от Ставрогина и отошел на шаг с испуганным, но решительным видом. Успокоившись, Верховенский решил подойти к маменьке Коли. — Здравствуйте, Варвара Петровна. Вы прекрасна, как всегда, очень рад, что вы решили сопроводить Колю в этот знаменательный день. — Петруша ну как всегда меня заставляешь сиять от радости, иди ко мне хоть обними для приличия, —обнявшись, они тут же отстранились друг от друга, — ты хоть сам как поживаешь? Твой папенька сказал, что тебе не здороваться последнее время. Всё ли хорошо? — Я немного не понимаю, о чем вы? — в недоумении сказал Верховенский. — Ну как же? Твой отец заходил ко мне, жаловался, ох, а как беспокоился о тебе, говорит: «Совсем приутих Петруша. Заболевает, а я все хожу по врачам, переживаю как бы совсем не завял». — Ох, ну я очень рад, что отец беспокоится обо мне, но я абсолютно здоров, спасибо за беспокойство, — как только Варвара Петровна хотела что-то сказать из микрофонов тут же послышался голос директрисы, — прошу меня простить, но мне надо идти, и, думаю, вам тоже. — Конечно, иди Петруша, иди, — с меньшим энтузиазмом и больше с тяжким пониманием проговорила женщина, идя в сторону, где собрались все родители. Стоит упомянуть и про судьбу той самой видеокамеры. С ней все хорошо. Все эти годы она оставалась в целостности и сохранности, просто кто-то не догадался до того, что заряд камеры не бесконечный…