Эхо

      Пока Сакура изливала всю свою боль и отчаяние в плечо Конохамару, он только крепко прижимал её к себе, гладил по голове и пытался немного успокоить, говоря поддерживающие слова. Ничего из перечисленного не работало, оставалось только ждать, пока девушка выпустит всю свою накопившуюся тяжесть.       Сердце парня невольно сжималось от тоски. Почему она так реагирует? Может он что-то не то сказал? Хотел собрать её слезинки и сделать так, чтобы ни одна больше не упала.       — О, Темари, всё иногда так паршиво! Столько лет верить в сказку, которую сама себе придумала, а потом просто раствориться в своей печали о том, что у этого рассказа печальный конец. — всхлипнула Харуно, — Сначала у меня в душе была пустота. Огромная дыра. Чувствовала, как потеряла часть себя. — опустошенный взгляд напугал Конохамару.       —Искать в Учихе безопасность, тепло и нежность было так глупо, но что же я могла сделать с этой детской, безнадёжной любовью?! Он никогда бы не смог понять меня, защитить и полюбить так же сильно. Всё, что я представила себе в голове, было настолько сильным и пленительным. Иногда, думалось, моей любви хватило бы на двоих, но так думают только глупцы! — голос куноичи то сходил на крик, то на шёпот.       Сарутоби внимательно слушал её, и не отпускал своих рук. Почему-то, в его голове слова девушки отдавались эхом боли, сердце крошилось и было искренне жаль. Чего? Или кого? Он и сам не мог понять.       Сакура продолжала:       — Как раз в тот сложный период был нужен кто-нибудь, хоть кто-то, кто выслушает, поймёт и просто обнимет. Никто не пришёл. Никто. Видимо, всё решили дать мне время, чтобы я всё сама обдумала и решила. Как же ошиблись тогда друзья и родители. Мне показалось, на миг, что я совсем никому не нужна, и никто мне кроме себя самой не поможет. Я должна сама со всем справится.       На лице Сакуры отобразилась гримаса боли и презрения. К самой себе и к своим близким. Она ненавидела эти липкие чувства внутри неё и старалась их подавить.       И тут Конохамару понимал её в полной мере. Когда ему была нужна поддержка, также как и ей, никто не решился прийти и выслушать. Помочь и услышать. Как после смерти Третьего Хокаге, который заменил ему родителей, так и после смерти Асумы.       "Её боль сейчас намного сильнее моей."— подумал брюнет. Он хотел поддержать девушку:       —Сакура, милая, успокойся. Всё прошло, сейчас всё хорошо. Нужно забыть прошлое и отпустить его. Оно только мучает тебя и не даёт двигаться дальше.       Куноичи только ещё пуще раззадорилась на откровения:       — Знаешь, вот не тебе судить, — с колкостью ответила Сакура, — вы потом быстро нашли себе любовь, и уж точно выносить ваши счастливые лица не было никакого удовольствия. Да, эгоистично, вполне, но мне так было легче. Наверное, где-то в глубине души у меня большая обида на моих близких, поэтому я отдалилась от вас.       Сакура не верила, что говорила это вслух. Более того, она наконец осознала свою обиду. Стало немного легче. Но злость нельзя было остановить, с горечью она продолжала:       — Какого это, чувствовать любовь за своей спиной, как само-собой разумеющееся? Мне не понять, у меня её не было. — куноичи как-то глупо улыбнулась и хмыкнула. — Пришлось доказывать всём, что Харуно Сакура достойна любви. Вперёд, в погоне за силой, техниками. Стала Героем войны. Всё без толку. Не знаю, какого это, когда тебя любят просто так! Какая глупая корова!       Истеричный короткий смешок заполнил комнату. Самоирония — неплохой метод прийти в себя.       Конохамару пытался вставлять утешающие и успокаивающие фразы - бесполезно. Поток мыслей девушки невозможно было остановить.       После отчаяния в куноичи проснулась злость. Старая добрая злость, за которую её всё знали и за которую она сама так часто цеплялась в надежде заглушить другие чувства. Она было, замахнулась, чтобы треснуть по журнальному столику, но резко отшатнулась обратно, и снова упала в объятия подруги. В них ей было на удивление очень хорошо и спокойно, а слова так и дальше лились рекой.       — Когда я выкарабкалась, без чьей-либо помощи, — съязвила Сакура, — надо было чем-то себя занять, чтобы и дальше не заниматься самобичеванием. Подвернулась под руку работа в больнице, уж там точно некогда было горевать и жалеть себя любимую. Особенно после окончания войны. Взяла свою жизнь под контроль, установила чёткие, нерушимые правила и так вот держусь с тех пор. Только вечер сегодня какой-то из ряда вон.       Харуно долго ещё что-то бормотала о себе, размышляя о других вариантах развития событий. Если бы не любовь к Саске, если бы она обратила внимание на Наруто, он вроде неплохой муж. А если бы, а если бы... и так до бесконечности.       Конохамару ловил каждое её слово, пытаясь всё впитать в себя. Всмотрелся в её лицо, которое было очень близко к нему: легкий, нежный румянец от саке, дорожки от слез по щекам, опухшие глаза. Ромбик Бъякуго на лбу, обрамлённый розовыми локонами. Волосы чуть ниже лопаток, сладко пахнущие и приятные на ощупь. Самое завораживающее - зелёные, изумрудного цвета глаза, проникающие в самую душу, пленяющие своей красотой.       Ниндзя не мог понять, что говорит в нём.       Саке? Или хрупкая, нежная девушка в его руках, сделавшая из него желе?       Он не мог отметить и того, что полностью понимал её во всех мыслях и высказываниях, так они были ему близки. Конохамару давно закрыл для себя эту тему, и положив её в "долгий ящик», ни с кем не обсуждал. Это было его решение. Некогда ему было разводить сантименты.       Не заметил, как за шквалом своих новых мыслей, дыхание Сакуры выровнялось. Она уснула. У него на плече.       «Вот это да! Только этого мне не хватало!» — подумал брюнет.       Тело его не слушалось, оно кричало и молило о том, чтобы продлить этот миг. Момент теплых и нежных объятий, которые давно стали роскошью в его жизни. Плавно перебирал её волосы, а другой рукой гладил по спине. Убаюкивал окончательно. Вдыхал запах куноичи, сладкий, пряный, немного цветочный. Ему нравилось, как она пахла. Весной. Рядом с ней ему было спокойно и очень тепло.       Взглянул на часы: пол первого ночи.       Аккуратно приподняв девушку, стараясь не разбудить её, Конохамару пошёл в сторону спальни. Найдя нужную дверь, потихоньку открыл её. Свет не стал включать. Уложил Сакуру на кровать и накрыл её пледом, который лежал на прикроватной тумбочке. Плотно закрыл шторы, чтобы утром солнечные лучи не беспокоили куноичи, ведь завтра у кого-то будет болеть голова и оставил девушку одну.       Когда вернулся в гостиную, обнаружил пустые бутылки от саке и грязную посуду. По непонятной причине ему захотелось всё убрать после посиделки. Собрав всё в кучу, отнёс на кухню. Мусор выкинул, посуду помыл.       Довольный своей работой, бесшумно покинул квартиру Харуно, проверив ещё раз, что она спит.       Домой Конохамару бежал по крышам, сняв с себя все техники. Он надеялся, что и странные мысли улетучатся из его головы, вместе с тем, как и развеются иллюзии.       Сердце бешено стучало, а мозг прокручивал без остановки, как на повторе, сегодняшний вечер. Руки помнили её объятия, нос щекотало от наваждения смешавшихся запахов саке и Сакуры. Ноги гудели от странных чувств внутри живота. А в животе плотный сгусток положительной и тёплой энергии, которая давно к нему не заглядывала. Даже начали краснеть и уши.       «Почему такая реакция, Конохамару?!— обратился он к самому себе в мыслях. — Надо меньше пить, товарищ. Это проклятое саке смешало чувства.»       Пока он добрался до дома, в голове его была полная путаница и не было лучше решения, чем просто отправится спать. Так он и сделал, сразу же. Побоялся развить то новое и незнакомое, осязаемое кончиками пальцев, неизведанное чувство.        ***       Конохамару резко вскочил с кровати. Сердце его колотилось и вырывалось из груди. Ладони обхватили голову. Резко подлетел с кровати, и сразу оказался на ногах. Ему приснился какой-то кошмар, который он сразу же забыл.       — Ну и отлично! — произнёс вслух ниндзя, — всё это проклятое саке. Что с нами вчера произошло? Сакура совсем расклеилась, да и у меня мысли перемешались. Может, дело было в количестве выпитого?       Сарутоби пытался припомнить сколько они выпили накануне вечером, но не смог. Наверное, достаточно, чтобы частично отшибло память и перевернуло сердце вверх тормашками.       Первым делом он решил доложить о задании Наруто, так сказать, предоставить словесный отчёт. Только сухие факты, ничего лишнего. Ничего личного.       Не спеша сходил в душ, не спеша позавтракал и выпил кофе. Оделся в джонинскую форму.       «Прямо на выходной похоже.» — подумал шиноби.       Обычно, вся жизнь проходила в спешке, от задания к заданию, а тут, медленная нега, абсолютно не хотелось куда-то торопиться, да и незачем. Конохамару хотел полностью воспользоваться такой возможностью расслабиться. Даже решил пройтись пешком до резиденции Хокаге, а не как всегда, бегом по крышам.       Прогуливаясь по любимой деревне, он вспоминал такие же редкие прогулки с дедушкой, когда Конохамару был ещё совсем ребёнком. Многое в облике деревни изменилось с тех лет. Коноха двигалась только вперёд и становилась лучше и лучше, при этом, оставаясь такой же уютной и родной, как и тогда.       Когда он пришел к Наруто, оказалось, что у него назначена встреча со старейшинами. Пришлось ожидать его, чаще всего такие сборы были очень долгими и выматывающими.       — Как всегда пытаются переделать Седьмого под свой лад? — заговорил Конохамару с АНБУ с маской лисы, стоящим на посту.       — Подробностей мы не знаем. Не положено. — односложно ответил безликий шиноби.       — Понятно, сам знаю, нельзя тебе болтать.       С этими словами Сарутоби развернулся в противоположную сторону от кабинета и покинул резиденцию. На глаза бросилось маленькое кафе, которое было неподалёку, решил переждать время там.       Сидя за столиком, в голове путались ненужные мысли, видимо от безделья. Заказал себе чай, вдруг поможет отвлечься. Не помогло.       Возвращаясь в злополучный вечер, Конохамару терял самообладание и всякую надежду на пустую голову без раздумий.       «Лучше бы поскорее занять себя чем-нибудь! Попрошу у Наруто миссию, а то я так с ума сойду!  — вспыхнул ниндзя. — Странно вообще думать о вчерашнем вечере в романтичном ключе, Сакура просто устала, а я был сильно пьян. Но... Она такая нежная, открытая и беззащитная, по крайней мере, показалась мне такой. Её так хотелось укрыть, обогреть и развеять все печали и невзгоды. Эх, Конохамару, — обратился он сам к себе с печалью, — совсем ты раскис, дружище!»       Так же в голове всплывали картинки откровенного характера, стройные ноги, округлые бёдра, манящая грудь и чувственные губы. Красивая Сакура то и дело всплывала у него перед глазами. Шиноби еле сдерживал себя вчера, чтобы не дать рукам волю, а так хотелось.... Завладеть её губами, заставить забыть обо всем на свете, свести с ума! Или сам он начинал сходить с ума, ему уже сложно было разобраться.       Собрав себя всеми силами, ниндзя ещё раз обдумал что сказать Наруто о подарке для Сакуры. Так прошёл примерно час.       Время пролетело незаметно, в кабинете Хокаге Конохамару заметил движение.       — Значит, Наруто вернулся.       Оплатил счёт и пошёл на встречу к Узумаки.       Оказавшись возле кабинета, громко постучал.       — Войти! — прогремел командный голос Наруто.       — Добрый день, господин Хокаге, — зашёл Сарутоби, кивнув головой.       — Ааа, это ты, друг. Заходи, заходи. Старейшины опять всё соки выжали, надоели со своими старыми взглядами на мир. Пора или им менять устои, или я сменю старейшин! Какие у тебя новости? Удалось выяснить что-то? — Седьмой сразу перешёл к делу.       — Да, я пообщался с Сакурой Харуно в образе Темари. Встреча прошла успешно. Думаю, ей стоит устроить сюрприз, например в кафе, или в баре. Отпраздновать День Рождения. Собраться старой компанией. Обманом затащить, уговорить. Добровольно она туда не потащится. — без лирических отступлений доложил шиноби.       — Хм, ну, это всё вполне реально! И очень даже круто! — обрадовался Наруто, — Мы так давно все вместе не собирались. Отличная идея. Поручу всё Хинате, она точно справится. Спасибо, Конохамару!       — Хокаге, есть для меня задания? — резко бросил Сарутоби.       — Для тебя всегда найдётся! — улыбка Наруто сражала на повал.       Рассказав суть новой миссии, вручив документы, Узумаки отправил своего друга в очередное путешествие, в Страну Волн. Как обычно, это была встреча политического характера, никаких столкновений или разведки.       Конохамару отправился на задание в полночь. Собрал необходимые вещи в пути: паёк, сменная одежда, пару свитков, одну книгу и спальный мешок. Он любил ночевать на открытом воздухе, хоть и были деньги на гостиный дом.       Покидая Коноху в гордом одиночестве, его никто не провожал, снова. Именно сейчас он почувствовал это довольно остро. Было бы приятнее отправляться куда-то, если знаешь, что тебя будут ждать.