Возьми меня за руку

Гермиона мчалась по внутреннему двору, не обращая внимания на мелкий дождь, холодными каплями разбивающийся о ее лицо. Вода смешивалась со слезами, обильно стекая по подбородку на мантию. Ее волосы разметались по ветру, подхватываемые его редкими порывами, но Грейнджер упорно бежала дальше. Драко… Пожалуйста, Драко Ей стоило догадаться. Все это, начиная с попойки в гостиной Слизерина и до того сообщения, полученного Гермионой через кольцо, выглядело как чертово прощание. Прощание, которое никак не уживалось в ее сердце, мечась по голове, гонимое сотней мыслей. Драко должен быть жив, потому что иначе… Мерлин, потому что иначе ее взгляд будет точно таким же, как тогда у Люпина. Потому что иначе она закроется в своем доме, никогда больше не показавшись в свете магической Англии. Потому что иначе… Гермиона просто закончится, вместе с потоком слез, нескончаемо уносящим ее эмоции, стираемым ветром и каплями дождя. Туфли чавкали по влажной почве, утопая в вязком грунте. Гриффиндорка уже ощущала, как легкие обжигает при каждом неровном дыхании, а бок начинает противно колоть. Но сердце, отстукивающее невероятный ритм, заставляло двигаться дальше. Бежать, что есть сил. Она еще увидит Драко. Еще скажет ему… Она ему обязательно скажет.

***

Гарри запнулся о собственные ноги, которые уже болезненно тянуло от быстрого подъема по лестницам. Он упал на одно колено, почувствовав боль, приносимую столкновением с полом аудитории по Защите от темных искусств. — Гарри, — испуганно воскликнул Рон, тут же вскакивая с места. — Гермиона, — сквозь тяжелое дыхание выдавливал из себя Поттер. — Гермиона… Она… Хогсмид… Она пошла за Малфоем! — Блядь! — выкрикнул Забини, вставая с места и рассеяно озираясь по сторонам. — Нам нужно… — Нет! — прервал Гарри Люпин, помогая ему подняться. — Вы останетесь здесь! — Но там Гермиона! — выпалил Рон, подходя ближе к профессору. — Мы не можем ее оставить! Люпин бросил на него строгий взгляд, жестом призывая сесть за парту. Он достал палочку, наколдовав свой Патронус, прежде чем передал послание, и серебристый волк умчался, растворившись в стене. — Вы останетесь здесь! — тон Люпина не терпел споров, но Рон все же не отступал, по-прежнему сверля профессора ошарашенным взглядом. — Мы не можем рискнуть каждым из вас! — Но… — Я сказал нет! — рявкнул Римус, заставляя Уизли отступить на шаг. — Будьте здесь и ждите послания! Я предупредил МакГонагалл, мракоборцы должны вот-вот прибыть! Словно услышав его мысли в аудиторию ворвалась декан Гриффиндора, удивительно быстрыми шагами приближаясь к ним. Ее очки сползли на бок, а вечно-идеальная прическа потрепалась: из нее торчали локоны седеющих волос. — Когда она ушла?! — сразу же спросила МакГонагалл, а ее грудь вздымалась с такой силой, что было очевидно — профессор мчалась сюда со всех ног. — Около получаса назад, — на выдохе ответил Гарри. — Никакой информации еще не было? — обратилась к присутствующим декан. Нотт лишь разочарованно покачал головой, демонстрируя золотую монету. Малфой по-прежнему сохранял тишину. Настоящий слизеринец. Гарри корил себя за то, что согласился на это. Гермиона ни за что не простит ему, если что-то случится. Ему надо было все ей рассказать, посвятить в этот дурацкий план, и тогда, возможно, сейчас бы его не съедало чувство вины, словно в тело поместили плотоядное растение, отхватывающее слишком много от внутренних органов. — Боже мой, Римус, — повернулась к нему МакГонагалл. — Я не могу пойти за ней, — хмуро заметил Люпин, и по его лицу начали гулять желваки. — Сегодня полнолуние. Не думаю, что у меня достаточно много времени. — Я пойду, — отрезала Минерва. — Профессор Флитвик уже в курсе, он встретит мракоборцев. И я нигде не смогла найти Снейпа. — Профессор Снейп пошел спасать Нарциссу, — вклинился Забини. — Думаю, он отправился в Мэнор. — Нужно идти сейчас же! — громко заявила Минерва. — Римус, Гермиона и Драко там совсем одни. Никаких мистер Малфой или мисс Грейнджер. Те, кто достаточно хорошо знают профессора, легко поймут, что она пребывала в крайнем напряжении. Настолько, что даже вежливый тон, которому она не изменяла все эти годы, испарился. — Не совсем, — угрюмо отозвался Поттер, привлекая к себе все внимание присутствующих. — С ними еще кто-то?! — вскинул брови Нотт.

***

Драко закрыл глаза, чувствуя, как остатки сил покидают его. Еще пара мгновений, и зеленый луч не оставит в нем и намека на жизнь. Под веками отчетливо вырисовывался портрет Грейнджер. Она наверняка заплачет, увидев его бездыханное тело, и это приносило куда больше боли, чем разорванная грудь. Малфой ведь говорил себе, что с нее хватит. Что ее слез уже было достаточно, но каждый раз, как в его голове всплывала картина рыдающей Грейнджер, мир начинал рушиться. Он сделал бы все, что мог, лишь бы она больше никогда не плакала. Лишь бы никогда не видеть, как слезы скатываются с ее лица. Драко мысленно вытер их трясущимися руками, крепко поцеловав Гермиону в лоб. Только не плачь, Грейнджер. Я просто подонок, который не заслуживает твоих слез. Только не плачь… Раздался грохот и низкий хрип Яксли, заставивший Малфоя резко открыть глаза. Пожиратель лежал на полу без сознания, а в дверях стоял Долгопупс с палочкой наготове. — Малфой! — выкрикнул он, подбегая к нему. — Как ты?! — Как выгляжу, — прохрипел Драко, пытаясь выдавить из себя кислую улыбку. Сложно было передать словами, как сейчас он был рад видеть этого гриффиндорского увальня. Мерлин, да он готов был простить Невиллу его лишний вес, протащив его на себе от Хогсмида до Хогвартса в проливной ливень, наверняка по колено утопая в грязи. — Я как узнал, сразу же отправился следом! — тараторил Долгопупс, склонившись над Драко. Он поставил на пол сумку, доставая оттуда склянки с растениями. — Граббли-Дерг нужен был кто-то, чтобы купить удобрения для аконита. Вот я и вызвался. Ну, знаешь, его ведь так часто использует Снейп, а она даже и не догадывается… — Долгопупс, — скрежетнул зубами Драко, ощущая, как по груди проносится боль от каждого вдоха, — заткнись. — Ладно-ладно, — кивнул гриффиндорец, измельчив корень мандрагоры с помощью заклинаний. — У меня нет с собой зелий, так что не рассчитывай, что я верну тебе прежний вид. Но остановлю кровь и уберу боль. Кстати, сильно болит? — нахмурился Долгопупс. — А как ты думаешь? — никакая боль не способна была отнять этого у Драко. Не в присутствии гриффиндорца. Долгопупс ловко орудовал палочкой и склянками, смешивая измельченный корень мандрагоры с листьями бадьяна. Он приложил полученную смесь к груди Малфоя, разорвав свою мантию, чтобы сделать повязку. — А это выпей, — протянул ему гриффиндорец маленькую склянку с темно-красной смесью, пахнущей железом. Малфой осторожно принял у него бутылек, принюхавшись получше. — Я же не буду тебя спасать, чтобы отравить? — Это не значит, что ты стал знатоком зелий, — скривился Драко. Боль постепенно отступала, заменяясь приятным чувством прохлады в груди, но все еще отдавалась по всему телу, словно раскаты грома. Малфой залпом осушил бутыль, пролив несколько капель на подбородок. Он закашлялся, пытаясь подавить этот приступ, потому что каждое движение груди отзывалось тупой болью. Крововосполняющее зелье подействовало моментально, давая ему силы, чтобы он снова смог сжать палочку. Драко попытался встать, но Долгопупс сразу же опустил ему тяжелые руки на плечи. — Ты снова изойдешь кровью! — воскликнул он. — Невилл, блядь, — рыкнул Малфой, отбрасывая его руки. — Мы должны понять, что он знает, — кивнул Драко в сторону Пожирателя. Долгопупс несколько секунд смотрел на слизеринца, прежде чем помочь ему подняться. Они доковыляли до лежащего без сознания Яксли, чья палочка лежала рядом, разломанная пополам, когда Драко схватил его голову руками, поворачивая к себе. — Что ты хочешь сделать? — наморщил лоб Долгопупс. — Легилименс, — тихо произнес Малфой, направив палочку на Яксли. Он не был уверен, что у него хватит сил, чтобы погрузиться в гнилое сознание Пожирателя, но других вариантов не оставалось. Он тут же нырнул в темную пропасть — Корбан был в глубокой отключке, а, значит, остатки его разума сильно спутались, мешая разглядеть ценные воспоминания. Драко проносился мимо блеклых картин, внимательно прислушиваясь к каждому слову, которое удавалось вырвать. Крестраж, ему надо было найти упоминание крестража. Перед глазами развернулась тусклая, исчезающая в непроглядной тьме картина разговора Яксли и Руквуда. Она была нечеткой, так что Драко пришлось сосредоточиться, чтобы уловить хотя бы слабые звуки голосов: — А что насчет мальчишки? — Руквуд стоял вполоборота к Яксли, который был под действием оборотного зелья. Видимо, разговор состоялся совсем недавно. — Я убью его и достану волос для зелья, — бросил в ответ Корбан, косясь куда-то в сторону, но Драко ничего не мог разглядеть. — Дальше он нам будет не нужен. — Ты уже знаешь, где крестраж? — шепотом спросил Руквуд. — Почти, — уклончиво ответил Пожиратель, но Малфой не мог разглядеть в его мыслях, что именно он утаивал. — Чертова диадема, почему именно она? — сплюнул на землю Руквуд. — Зачем он выбрал реликвии Хогвартса? Диадема Кандиды Когтевран! Малфой вынырнул из головы Яксли, обессилено повалившись на пол. Он взмахнул палочкой еще раз, пытаясь создать Патронус, но из нее вышла лишь голубая дымка. Блядь! Как невовремя. Но сил едва оставалось на то, чтобы сохранять ясное сознание, не говоря уже о такой сложной магии. А сеанс легилименции, кажется, забрал ее остатки. — Патронус? — тут же повернулся к нему Долгопупс. — Ты хочешь отправить послание? — Да, — слабо кивнул Драко. Он бы с огромной радостью съязвил этому увальню, сказал что-то вроде: «Нет, пытаюсь кольцо из дыма сделать», но такая трата сил была непозволительной роскошью. — Я могу его использовать, — Невилл махнул палочкой, призывая свой Патронус. Небольших размеров медведь тут же появился рядом, внимательно уставившись на своего хозяина. Медведь. Гребанный медведь Медведь подходил Долгопупсу только по одному параметру — это тоже оглобля в мире зверей. Хотя, призови Невилл льва, Малфой бы точно истерично захохотал, продолжая истекать кровью. — Экспекто Патронум! — повторил попытку Драко, отчетливо представляя в голове картину, как Грейнджер улыбается ему с трибуны школьного стадиона, пока он медленно пролетает мимо нее с зажатым в руке снитчем. Серебристая дымка, вырвавшаяся из палочки Малфоя, начала приобретать форму, превращаясь в величественного дракона. Тот склонил голову к Драко, заслоняя крыльями медведя Долгопупса. — Иди в Хогвартс, — приказал слизеринец. — Найди Поттера или Уизли и передай им, что крестраж — это диадема Когтевран. Но я не знаю, где он. Дракон едва заметно кивнул и устремился прочь, когда Малфой, наконец, позволил себе расслабиться, затылком касаясь деревянного пола. Он успел. Грейнджер в безопасности, а сюда сейчас нагрянут мракоборцы. Драко запустил руку в карман, пытаясь нащупать зачарованный галеон. Малфой обернулся, посмотрев в ту часть сарая, где лежал несколько минут назад, прощаясь с жизнью. — Долгопупс, — позвал он гриффиндорца. — Здесь где-то должен быть золотой галеон. Найди его. Быстрее! — Думаешь со мной рассчитаться? — прыснул Невилл, все же поднимаясь с места и начав внимательно рыскать глазами по помещению. — Акцио галеон! — Ну ты и идиот, — выдохнул Драко, закатив глаза. — Ты точно жил с волшебниками? — он злобно зыркнул на него. — Он, блядь, зачарован! На монеты не работают такие заклинания! — Откуда мне было знать?! — А ты подумай хорошенько, — никак не мог успокоиться Малфой. Это было просто верхом идиотизма, — я бы попросил тебя найти мне чертов один галеон?! — Может, это подарок на память, — буркнул Невилл. — Ты единственный здесь подарок, Долгопупс, — недовольно бросил Драко, снова поднимаясь с пола, чтобы помочь этому беспросветному придурку. — На память, — буркнул он, встав на ноги. — Потому что другие такие, как ты, давно вымерли. — Это вместе «спасибо»? — вскинул брови Невилл, резко поворачиваясь к Малфою. — Я тебя о помощи не просил. Долгопупс удивленно вытянул лицо, скрестив руки на груди. — Ты сейчас серьезно?! — дрогнувшим от злости голосом спросил он. Малфой отвернулся, переводя дух. Невилл был не просто не виноват в том, что у него по-прежнему от боли разрывалась грудная клетка, а Пожиратели уже, может быть, добрались сейчас до крестража — он спас ему жизнь. И, возможно, спас чертово будущее всего мира. — Спасибо, — уставился в пол Драко. — Давай просто найдем монету. Мне нужно передать сигнал остальным. — Думаешь, — прохрипел Долгопупс, опускаясь на четвереньки, — Гарри никому не расскажет о том, что сказал ему твой Патронус? — Я не уверен, что они там все вместе, — пожал плечами Малфой. — Люмос Максима, — махнул палочкой слизеринец, ярко освещая весь сарай. В углу построенного из деревянных досок помещения что-то блеснуло, и Драко повторил заклятие, направив его в ту сторону. Гладкая поверхность галеона ярко отразила вспышку света, привлекая к себе внимание. Малфой уже наклонился за монетой, когда за окном послышались напряженные голоса. — Яксли, — громко шепнул кто-то, стоящий прямо под коном сарая, — чего ты там возишься? Нам уже пора! Коули не выходит на связь! — Эй, Яксли, — этот голос Драко не мог перепутать ни с каким другим. Низкий, он был больше похож на рычание собаки. Громкими шагами Сивый приближался к двери. Малфой жестом призвал Долгопупса сохранять тишину, быстро поднимая монету с пола. Он отправил послание, заставив галеон окраситься в красный, а затем поднял палочку, направляя ее на входные двери. Невилл сделал то же самое, вставая поближе. Салазар, они стояли спина к спине с гриффиндорцем. Дверь скрипнула, и Сивый показался в проеме. Он едва успел открыть рот, прежде чем обе палочки, смотрящие ему в грудь, выпустили заклинания. — Остолбеней! — хором выкрикнули Невилл и Драко. Вырвавшееся проклятие отбросило Сивого, но Малфой прекрасно помнил, что на оборотней подобные чары действуют куда слабее, чем на людей. Тем более в преддверии полнолуния. Снаружи тут же послышался крик остальных Пожирателей, а Драко, схватив Долгопупса за плечо, потянул его в другую сторону. — Там нет выхода, — только и успел выпалить гриффиндорец, прежде чем зеленая молния пролетела над его головой, разбивая в щепки бочку. — Бомбарда Максима! — взмахнул палочкой Драко, разрушая деревянную стену. Они выскочили в проем, пуская заклятия через плечо не глядя. Мимо Драко пронеслось еще два проклятия, одно из которых слегка задело его шею, рассекая кожу. Он ощутил, как теплая струйка крови скатилась по руке, но не издал ни звука, продолжая отстреливаться заклинаниями на ходу. Хогсмид был практически пуст — его обитатели попрятались по домам, да и до центра деревушки от заброшенного сарая было не меньше пяти минут бега. Драко обогнул стоявший неподалеку дом, заворачивая в небольшой закоулок. Он прислонился спиной к стене, тяжело дыша, и бегло осмотрел Долгопупса. — Тебя не задело? — Нет, — помотал головой гриффиндорец, выглядывая из-за отмостки кирпичной кладки дома. Судя по голосам, за ними ринулось не меньше трех Пожирателей. Один из них уже выпустил в небо чертов знак Волдеморта, то ли пытаясь напугать его жителей, что еще планировали им помочь, то ли призывая на помощь остальных ублюдков. Надо было выбираться из переулка, потому что, если их окружат, никаких шансов уже не останется. — Экспелиармус! — выкрикнул Долгопупс, направляя палочку за угол дома. — Петрификус Тоталус! Малфой подобрался ближе к гриффиндорцу, осторожно выглядывая на широкую улицу. На земле лежал Пожиратель, скованный заклинанием, но маска, надетая на его лицо, мешала разглядеть, кем именно он являлся. — Авада Кедавра! — раздался низкий рев с другой стороны улицы, и Малфой едва успел наклонить голову. Он почувствовал, как зеленый луч шевелит волосы на его голове, ударяясь в стену дома. — Надо идти дальше! — повернулся Драко к Невиллу и, заметив, как тот кивнул, рванул из-за угла, выпуская несколько простеньких заклинаний в сторону подступающего Пожирателя.

***

Гермиона увидела метку в небе, и ее сердце болезненно сжалось. Все-таки они здесь! В ее голове была одна единственная мысль — найти Драко. Он жив. Наверняка жив и сейчас один сражается с Пожирателями. Или, что хуже, во всю эту передрягу попал еще и Невилл. Если сторонники Волдеморта достаточно осмелели, чтобы выпустить метку в небо, то они явно готовы к сражению. Наверняка здесь был десяток Пожирателей смерти. Сердце с силой билось на уровне горла, мешая Гермионе нормально дышать, но она выхватила свою палочку, ступая на знакомый мостик, ведущий в Хогсмид. Впереди показалась фигура в темной мантии и с маской на лице. Она некоторое время изучала метку в небе, а затем повернулась в сторону Грейнджер, направив на нее свою палочку. — Остолбеней! — громко произнесла Гермиона, не сбавляя темп. Белый луч заклятия вырвался из ее палочки, ударяя Пожирателя в руку. Его развернуло на месте, а затем он шумно повалился на землю. Гермиона проскочила мимо оглушенного Пожирателя, заметив знакомый паб. Она прислонилась к стене «Трех метел», пытаясь перевести дыхание. Звуки боя и обрывки формул заклинаний доносились со стороны речки. Гермиона прислушалась, пытаясь уловить знакомый голос, но уши заложило от стремительного бега, так что ей никак не удавалось разобрать, кому принадлежат эти крики. — Бомбарда! — зарычал мужской голос где-то позади. Вывеска «Метел», висевшая у самой головы Гермионы, разлетелась в щепки, оцарапав ей щеки. Гриффиндорка упала на землю, чувствуя, как в правом ухе начало звенеть от взрыва заклинания. Она повернулась на земле, пытаясь глазами найти Пожирателя, но тот уже успел скрыться между домов. — Экспульсо! — мужчина высунулся из-за каменного забора, направляя в нее проклятие. — Протего! — успела среагировать Гермиона, и заклинание с громким хлопком ударилось об ее щит, отлетая куда-то в сторону. Сила проклятия была достаточной, чтобы разнести закрытое деревянными створками окно «Метел», щепки которого посыпались на землю. Грейнджер махнула палочкой, заставляя подняться комья грязи и остатки дождя с земли. Плотная масса направилась в сторону Пожирателя, выигрывая Гермионе время, чтобы она успела вскочить на ноги и завернуть за угол паба. Она перевела дыхание, осторожно выглядывая на улицу, когда маленькое окошко заведения открылось прямо над ней. — Эй, — Гермиона едва услышала этот шепот, прорвавшийся через звон в ушах, — там дверь! Грейнджер подняла голову, увидев пухлое женское лицо с короткими волосами болотного цвета. Девушка кивнула ей вглубь переулка, но Гермиона лишь отрицательно помотала головой. Сперва надо найти Драко. Зеленоволосая сложила губы трубочкой, окинув ее строгим взглядом. Она уже открыла рот, чтобы сказать Грейнджер еще что-то, но на углу паба показался Пожиратель, заглядывая в переулок. Едва он заметил гриффиндорку, как сразу направил на нее палочку. — Аларте Аскендаре! — крикнула зеленоволосая девушка, и фигура, замотанная в темную мантию, подскочила на добрых пару метров, прежде чем приложиться о землю. Его палочка вылетела из рук, а сам Пожиратель захрипел, пытаясь перевернуться на грудь. — Дуро! — Гермиона направила палочку на фигуру, не позволяя ей подняться. Его мантия тут же покрылась твердой коркой, начав превращаться в камень. Под его тяжестью мужчина снова рухнул на землю, глубоко утаптывая ладони в грязь. Грейнджер кивнула девушке и стрелой помчалась в сторону речки.

***

Гарри, Рон, Забини и Нотт внимательно вслушивались в каждое слово дракона из белой дымки, говорившего голосом Малфоя. Крестражем была диадема Когтевран, Гарри должен был догадаться, ведь Рэддл был помешан на реликвиях школы. Вот только все, что они находили до этого, охранялось одним из приближенных Пожирателей, а этот, судя по всему, был где-то спрятан. Возможно, он лежит сейчас в какой-нибудь пещере рядом с озером, как амулет, который они отыскали вместе с Дамблдором. Но ведь Пожиратели были здесь, а значит, крестраж может находиться где-то в окрестностях Хогвартса. Казалось безумием со стороны Волдеморта спрятать частичку своей души в месте, где постоянно были Гарри и Дамблдор, но план сработал — за столько лет они так и не смогли его найти. — Нам нужен Флитвик, — повернулся Гарри к слизеринцам, — может быть, он что-то знает. — Да она может быть где угодно! — выпалил Рон. — Ты же не думаешь, что Рэддл спрятал ее где-то в школе?! — Нет, — покачал головой Гарри, — Малфой говорил, что в школе есть кто-то, кто помогает Пожирателям. Тогда он бы уже давно ее достал, но она точно где-то рядом. — Хорошо, — кивнул Блейз. — Возьми монету, — он выхватил галеон из рук Нотта, который уже успел окраситься в красный, и протянул его Поттеру. — У меня есть еще одна такая, если что-то узнаем, то я заставлю их нагреться. Как получите сигнал — бегите в сторону песочных часов факультетов, встречаемся там. Слизеринцы выскочили из кабинета по ЗоТИ, разбавляя повисшую тишину громким топотом по коридору. Гарри напрягся, крепко сжимая монету в ладони. Он уже знал, что ему надо отыскать Луну, потому что из всех студентов Когтеврана только она могла им помочь. Поттер закрыл глаза, пытаясь прислушаться к внутренним ощущениям. Раньше он мог почувствовать крестраж или увидеть его в воспоминаниях Рэддла, но с тех пор, как частичка Волдеморта в нем была уничтожена, любые намеки на подобное исчезли. И сейчас это накатывало на него волнами разочарования. — Ты ведь его не чувствуешь? — осторожно спросил Рон, положив руку на плечо друга. — Нет, — нервно прошипел Гарри. — Ничего. Придется искать самим. Она точно где-то неподалеку, Рон, иначе бы Пожиратели не пришли сюда, — он поднял глаза на Уизли. — Мы не можем позволить им добраться до нее раньше. Только не все снова… — Мы ее найдем, — уверенно произнес Рон. Гарри тяжело выдохнул, утвердительно кивнув другу головой. У них не было других вариантов. Малфой доверился им, так что было пора возвращать старый должок. — Надо найти Луну, — устремившись к выходу бросил Гарри. Он махнул рукой Рону, чтобы тот следовал за ним.

***

Они сражались с двумя Пожирателями на тесной улице. Судя по всему, те были совсем молодыми, потому что ничего страшнее белых молний, от которых сотрясало Протего Драко, ничего не вырывалось из их палочек. Малфой то и дело бросал взгляды в сторону Долгопупса, но гриффиндорец умело использовал защитные чары, постепенно сокращая дистанцию. Драко вихреобразным движением создал мощный поток воздуха, который выбил палочку из рук Пожирателя. — Инкарцеро! — тут же подхватил это Невилл, связывая его беззащитное тело крепкими веревками. Из них бы могла получиться неплохая команда, не будь Долгопупс таким увальнем, чьи таланты раскрылись спустя семь лет обучения. Драко хорошо помнил, как тот отводил взгляд каждый раз, как он с друзьями начинали подшучивать над ним, публично обливая оскорблениями. И этот кусочек памяти хотелось вырвать с корнем и сжечь в Адском пламени. — Авада... — замахнулся второй Пожиратель, но его юношеский голос дрогнул, а палочка выскользнула из ладони. — Остолбеней! — моментально среагировал Драко, отправляя второго противника в непродолжительный полет. — Скорее, — повернулся он к Долгопупсу, — надо пробраться к «Метлам». — Нет! — схватил его за руку Невилл. Перед грудью Драко сверкнула красная вспышка, и заклинание с неприятным шипением осело на деревянном заборе позади него. Доски вспыхнули, обдав его спину жаром. — В «Сладкое Королевство»! — перекрикивал Долгопупс голоса Пожирателей, которые раздавались со всех сторон. Вокруг стояла легкая дымка, так что фигуры были едва различимы. Оставалось надеяться только на то, что их видно так же плохо. Малфой нахмурился, бросив удивленный взгляд на гриффиндорца. В его голову просочились разные мысли, но ни одна не оставляла Невиллу шансов избежать потока гневной речи. — Там есть тайный проход в Хогвартс, — ответил на немой вопрос Долгопупс. Драко молча кивнул. Он развернулся к наступающей темной фигуре, чтобы выкинуть в его сторону еще пару заклинаний, а затем они свернули за ближайший дом, по улочкам направившись в сторону магазина сладостей. Сердце не переставало громко стучать, приглушая окружающие звуки. В легких уже было такое количество дыма, что Драко то и дело откашливался, пытаясь подавить спазмы в груди. Его рана не болела ровно до тех пор, пока он не начинал обращать на нее внимания. На правой ладони уже показался слабый ручеек крови — последствия режущего заклинания. Единственное, что успокаивало его сейчас, что он успел передать послание. Они знают, как выглядит крестраж, так что просто обязаны его отыскать быстрее, чем Пожиратели. И, конечно, Грейнджер. Драко даже кисло улыбнулся, представив, что заучка сейчас сидит в своей спальне, перечитывая в тысячный раз том по трансфигурации. Его кольцо вспыхивало несколько раз после того, как он отправил ей то послание, но Малфой не смог его достать, только не перед Яксли. Бомбарда ударила совсем близко, раскрошив фасад какого-то магазина. Осколки стекла рассекли его руку, и Драко выронил палочку. Он чертыхнулся, поворачиваясь на месте, но Долгопупс с силой схватил его за плечо, потянув за собой. — Моя палочка! — успел выкрикнуть Малфой, но гриффиндорец неумолимо тащил его вперед. Они прошли еще один пролет, и до площади со «Сладким Королевством» оставалась лишь пара домов, когда прямо перед ними выскочили Пожиратели во главе с Руквудом. Драко уже видел, как зеленый луч вырывается из его палочки, когда с силой толкнул Невилла в дверь ближайшей лавочки. К счастью, она легко поддалась, и огромная туша Долгопупса неуклюже повалилась на пол цветочного магазина. Драко рванул в другую сторону. Это он был нужен Пожирателям, к тому же без палочки Малфой был обузой для Невилла. Он лишь надеялся, что в повисшем тумане из дыма гриффиндорца было практически не видно. — Встретимся в «Королевстве»! — крикнул Драко напоследок, резко выбегая на улицу, где на него уже надвигались Пожиратели. — Малфой! — рявкнул Руквуд, выстреливая очередной Бомбардой в его сторону, но слизеринец успел проскочить в переулок, так что заклинание с грохотом разнесло небольшой столик с цветами. Он перемахнул через небольшую зеленую изгородь, вставая в полный рост, чтобы Пожиратели его заметили. Руквуд оказался первым, бросив на него разъяренный взгляд. Из его глаз буквально вырывалось пламя, когда он снова заревел его имя. Мужчина взмахнул палочкой, превращая натуральную изгородь в горстку пепла, и рванул следом за Драко. Пожиратели наступали со всех сторон, так что Малфою оставалось только бежать дальше, в сторону «Трех Метел», увлекая их за собой, чтобы они не натолкнулись на Долгопупса. У него не было палочки, так что все, что оставалось Драко — уворачиваться от летящих заклятий. Он бежал так быстро, что даже не успевал подумать, прежде чем свернуть в очередной проулок. Сердце бешено стучало, разгоняя кровь по телу, и сейчас даже самый опытный легилимент не смог бы прочитать его мысли, настолько спутанными они были. Драко действовал на автомате, движимый только инстинктами, которые по-прежнему боролись за его жизнь, но даже они на мгновение впали в ступор, когда впереди показался тупик. Высокий забор, воздвигнутый между двух старых домиков, покосившихся от времени, был непреодолимой преградой. Конечно, будь у него палочка, он бы разнес его в щепки, прокладывая себе путь, но сейчас Драко чувствовал себя беспомощным. Мысли о смерти давно поселились в его голове, еще с тех самых пор, как он видел Волдеморта на своей кухне по утрам, но, оказавшись перед ней лицом к лицу, Малфой ощущал только леденящий душу холод, лизнувший его по спине. Он с разбегу прыгнул в оконную раму первого этажа, молясь, чтобы стекло не было зачаровано. То с громким треском рассыпалось, порезав кожу на руках, которыми он закрыл голову. Драко тяжело повалился на пол, быстро поднявшись, чтобы оглядеться, но рана на груди так невовремя дала о себе знать, заставив его опуститься обратно. Малфой протяжно завыл, пытаясь перебороть ужасную боль, распространяющуюся по телу. Действие трав заканчивалось так же быстро, как и его шансы спастись. Дверь дома разлетелась от мощного заклинания, и Руквуд ворвался внутрь, сразу же заметив Драко. — Паршивый сукин сын! — зарычал Пожиратель. — Снова решил нас предать?! — Вам не победить, — криво улыбнулся Драко, пытаясь закрыться за неким подобием кухонного стола. Будто он смог бы его защитить. — Они все знают. — Мразь! — завопил Руквуд, срывая голос. Драко надеялся, что ослышался. Что его забитые десятками взрывов уши просто обманывали его. Словно мираж в пустыне, с той лишь разницей, что он не показывал желаемое. Напротив, Малфой дрогнул, пытаясь изо всех сил прислушаться к этому голосу, пока Руквуд падал скованный чарами. За спиной Пожирателя стояла Грейнджер. Время практически остановилось, замедлив свой темп настолько, что даже удары сердца раздавались в ушах с приличной паузой. — Что ты здесь делаешь?! — плевать, что грудь разрывало от каждого неровного движения, а громкий голос, сотрясающий все тело, проносился волной Круциатуса. — Малфой! — Грейнджер подскочила к нему, помогая подняться на ноги, но Драко грубо оттолкнул ее в сторону. — Уходи отсюда! — Я не уйду без тебя! — гриффиндорка схватила его за руку, крепко вцепившись в плечо. — Грейнджер! — Драко дернул рукой, но это стоило ему очередной волны боли, так что он скорчил гримасу, даже не находя в себе силы вдохнуть. — Какого… черта… — прохрипел он. — Я сказал… проваливай… — Нет! — отрезала Грейнджер, окидывая его внимательным взглядом. — Ты ранен! Драко бы наверняка выкинул с десяток оскорблений и шуток по поводу исключительной наблюдательности гриффиндорки, если бы у него были для этого силы. Он снова попытался подняться, с трудом вставая на ноги. — Беги! — он схватил Грейнджер за плечи, встряхнув ее изо всех сил. — Тебя не должно здесь быть! Гребанные уебки! Сейчас он не сомневался бы, окажись с Поттером на дуэли, как тогда, на уроке Люпина. Малфой бы выпустил в шрамоголового Аваду. Дважды, чтобы жизнь наверняка покинула этого убогого идиота. — Мы выберемся вместе! — не уступала Грейнджер, вырываясь из его хватки. — Где твоя палочка? — Я ее потерял! — прорычал Драко в ответ. Почему она никогда не слушается?! Почему эта тупая гриффиндорская черта проявляется именно в такие моменты?! Грейнджер должна была оставаться в Хогвартсе. Эти уебки должны были заставить ее остаться там, силой приковав к стулу. Драко, я… Он был ранен. Гермиону трясло все сильнее, едва она задерживала взгляд на окровавленной повязке на груди. Его руки были изрезаны, на лице виднелся приличный слой сажи, а из правого уха обильно сочилась кровь. Трясущимися руками она провела по его волосам, ощущая, как те прилипают к пальцам. Драко срочно надо было вывести отсюда прямиком к мадам Помфри, а еще лучше — в Мунго. Его губы, которые были алыми и такими горячими, когда касались ее кожи, сейчас покрылись синими пятнами. До Гермионы доносились обрывки слов и громкий топот с улицы. Кто-то приближался. Она рвано выдохнула, пытаясь справиться с неугасающей дрожью, прежде чем крепче сжала палочку в руке. — Грейнджер! — захрипел Малфой, хватая ее за руку. — Прости, Драко.

***

Они не нашли Луну, пробежав добрую половину замка, когда монета слегка нагрелась. Гарри быстрым движением вытащил ее из кармана брюк, показав Рону. Поверхность галеона затянуло красным. Забини и Нотт, должно быть, нашли Флитвика. Поттер и Уизли молча помчались в сторону холла с песочными часами, ловя на себе удивленные взгляды ничего не подозревающих учеников. — Где… Флитвик? — запыхавшись спросил Гарри, когда слизеринцы показались на виду. — Его нет в школе, — развел руками Блейз. Его голос был взвинчен и звучал сейчас слишком высоко для взрослого парня. — Он должен быть здесь! — выпалил Рон, хватая Забини за грудки. Профессора ведь оставили встречать мракоборцев, которые прибывали через камин в кабинете директора. Он просто не мог уйти из Хогвартса! Только не в тот момент, когда он был так сильно нужен. — Успокойся, Уизли! — схватил его за руку Нотт, пытаясь оттянуть от Блейза. — Он ушел вместе с мракоборцами в сторону Хогсмида! — Черт! — выплюнул Рон, отступая на шаг. Уизли запустил руки в волосы, крепко за них ухватившись. Наверняка от этого действия несколько рыжих волосков остались между пальцев. — Мы не нашли Полумну, — протараторил Гарри, оглядываясь по сторонам в надежде, что Луна была в Большом зале и вот-вот появится в холле. — Что будем делать? — повернулся к нему Нотт. — Сейчас здесь нет тех, кто нас остановит, мы можем пойти в Хогсмид. Гарри разрывался от этой мысли все то время, что они бегали по школе. Он не мог свыкнуться с тем, что Гермиона сейчас находилась в Хогсмиде, когда там были Пожиратели. И даже тот факт, что МакГонагалл направилась за ней, вовсе его не успокаивал. Гарри не хотел делать этот выбор, никогда не хотел. Он готов был упустить чертов крестраж, сразиться с Волдемортом еще раз, пусть и ценой собственной жизни, лишь бы его друзья были живы. — Мы пойдем туда, — вырвал его из размышлений Рон. — А вы найдете крестраж! — Он может быть где угодно, Уизли, — покачал головой Нотт. — Как вы находили их до этого? Что нам надо сделать? — Это как искать треснувшую чешую на шкуре дракона, — нахмурил лоб Забини. — А ты думаешь, — недовольно начал Рон, поворачиваясь к слизеринцу, — мы в «Пророке» прочитали об остальных? Его придется… — осекся Уизли, переведя на Поттера ошарашенный взгляд. — Точно! «Пророк», Гарри! — Блядь, Уизли! — вспыхнул Забини. — Не время читать сраную газету! — В «Пророке» было сказано о реликвиях Хогвартса! — Рон с силой хлопнул себя по лбу. — Мы читали его там, в поезде! Гарри нахмурился, пытаясь раскопать в голове нужное воспоминание. Они ехали в школу на Хогвартс-экспрессе и читали чертову газету в купе. Что там было написано? Что-то об отце Малфоя, о дурацком матче по квиддичу и… реликвии Хогвартса. — Он здесь! — выпалил Гарри, вспомнив небольшую статью на втором развороте газеты. — Диадема в Хогвартсе! — повернулся к слизеринцам Поттер. — Что? — вздернул бровь Забини, недоумевающе смотря на Гарри. — Где — здесь? — Реликвии Хогвартса разрешили оставить в школе, — быстро пояснил Рон. — Сломанную Чашу, Амулет и Диадему! — Они должны быть в Зале Трофеев, — Нотт развернулся в сторону лестницы, бегом направившись к ней. — Четвертый этаж, быстрее! В этот момент высокие ворота холла открылись, и на пороге показался Дамблдор. Директор быстрым шагом подошел к Гарри, схватив того за плечи. — Где они? — лицо Дамблдора сильно осунулось, впалые щеки и тяжелые веки выдавали крайнюю усталость, хотя его голос был полон энергии. — Профессор Флитвик сказал мне, что Гермиона и Невилл направились за Драко. — Они еще там, профессор, — ответил Гарри, только сейчас позволив себе выдохнуть. Дамблдор внушал уверенность одним своим присутствием. Если директор здесь, вместе с ними, то он не позволит произойти ничему ужасному, каким бы уставшим не выглядел. — Пожалуйста, сэр, — взмолился Поттер, — найдите Гермиону. Крестраж здесь, в Хогвартсе, мы сами его уничтожим. Помогите лучше им. Гарри видел, как выражение лица Дамблдора меняется. По глазам пробежалась тень удивления, когда он отпустил гриффиндорца, разворачиваясь к выходу. Директор ничего не сказал, и только развевающаяся от быстрых шагов мантия наполнила холл своим шуршанием. — Меч с тобой? — Гарри посмотрел на Рона, уже увидев шляпу в его руках. Все будет хорошо. Он наконец-то смог успокоиться, увидев Дамблдора, и теперь надо было сделать то, что они начали еще на втором курсе. Пора было покончить с Волдемортом, на этот раз, окончательно.

***

— Что ты?.. — свел брови Малфой, с подозрением изучая Гермиону. — Петрификус Тоталус, — произнесла она, направив на него палочку. Драко повалился на пол, парализованный ее заклинанием. — Прости меня, — прошептала Гермиона, ощущая, как по щекам начали скатываться слезы. — Пожалуйста, прости. Пожиратели были уже совсем близко, а у Драко даже не было палочки. Они ведь ищут его, человека, который предал их уже дважды. Слизеринца, являющегося примером для всего Гриффиндора. Гермиона понимала, что они не смогут уйти отсюда, не с его ранами. Так что все, что она могла сделать — сражаться с Пожирателями до тех пор, пока не победит их всех. Пока кто-то не придет на помощь, как та девушка из «Трех Метел». Гарри и Рон ведь наверняка уже все знают и мчатся сюда вместе с профессорами. Надо было только немного продержаться. Гермиона трясущейся рукой наложила на лежащего без движения Драко дезиллюминационные чары, наблюдая за тем, как его тело медленно растворяется на полу. Гриффиндорка прижалась губами к щеке Малфоя, крепко поцеловав его в уголок рта, который застыл в удивлении. Они не найдут его. Она не позволит им. Хватит уже с Малфоя, он и так прошел через многое за эти годы. Грейнджер развернулась к разрушенной двери, наблюдая фигуры в мантии, подступающие к пустому проему. — Остолбеней! — наверное, заклинание бы сработало еще лучше, если бы голос не сорвался. Хотя его силы хватило, чтобы отбросить Пожирателя назад. Гермиона всхлипнула, пытаясь взять себя в руки. Сзади нее лежит Драко, если им удастся справиться с ней, то они и до него смогут добраться. Эти мысли придавали сил, заставляя плотнее обхватить палочку. Она же гриффиндорка. Уже приходилось сражаться с Пожирателями, отгонять десятки дементоров, искать крестражи, скитаясь по лесу. Они всегда были отделены от смерти тонкой линией, которая рябила всякий раз, как приходилось доставать палочку. — Эверте Статум! — Гермиона с облегчением отметила, что голос стал гораздо увереннее, а сорвавшееся заклинание синей волной покатилось в сторону разрушенной двери. Она слышала, как кто-то снаружи применил Протего, прежде чем в дом ворвался сгусток пламени, принимающей форму змеи. Адское пламя обдало лицо нестерпимым жаром, наверняка подпалив волосы, и Гермиона упала на пол, взмахом палочки отодвигая Малфоя еще дальше в угол. — Фините Инкантатем! — выкрикнула Грейнджер, вспоминая урок по ЗоТИ. Из ее палочки вырвалась золотистая нить, рассекающая Адское пламя пополам, прежде чем оно с легкой дымкой развеялось. — Экспеллиармус! — взревел Яксли, стоявший прямо за сгустком пламени. Гермиона не успела защититься, и палочка выскочила из ее ладони, покатившись в темный угол помещения. — Где он?! — зарычал Пожиратель, направляясь к ней. — Ты проиграл! — яростно крикнула Гермиона в ответ. — Вам не найти крестраж! — Где Малфой?! — повторил вопрос Яксли, больно схватив ее за горло. — Пошел ты к черту, — просипела Грейнджер, пытаясь ухватить крупицы воздуха. Пожиратель бросил ее на землю, направив на Гермиону волшебную палочку. — Грязнокровка, — процедил он. — Авада Кедавра!