Его и не было

В доме всё было по-старому. Те же вещи, тот же воздух, те же картины на стенах. Однако всё равно чувствовалась тяжесть и пустота, будто бы с отлётом Люты выкачали всё то небольшое счастье, что у них было. Отца не дома не было, и правильно. Значит во дворце. Значит на работе. Значит за него можно пока не волноваться, но только пока. Вьюга, конечно, в школе, где ей ещё быть, посреди мягкого влажного воздуха прекрасной ночи. Казалось бы, его не было всего несколько недель, а он уже успел соскучиться. Шаг, другой, третий. А вот и его бывшая комната, откуда уже давно вынесены все музыкальные инструменты. Орфей чуть улыбнулся, касаясь теплого белого коврика, который столько времени служил ему лежанкой. Шелест крыльев и яростный клубок мыслей предвещают о прилёте гостя, Орфей оборачивается. Оборачивается, чтобы через минуту уже нос к носу встретить Мракокрада. Он ткнул когтем прямо в грудь Орфею, — ТЫ ЧТО ТВОРИШЬ?! Однако ночной даже не дрогнул, он смерил Мрака холодным взглядом и спокойно ответил, — Нет это ты, что творишь? От недоумения и ярости гибрид ненадолго впал в ступор, однако почти сразу же продолжил, — ГДЕ ТЕБЯ НОСИЛО?! ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ?! ГДЕ МОЯ МАТЬ?! — В Ледяном королевстве. Думаю тебе это известно. Мрак тихо зарычал, — Я УСТАЛ ОТ ТВОИХ ЗАГАДОК! ГОВОРИ ПРЯМО! Орфей склонил голову в право, всё ещё глядя прямо на Мракокрада, — Успокойся и веди себя немного сдержанней, — Орфей отошёл, к полке со свитками, выбрал один и, бегло прочитав название, положил на место. — Я хотел убить Алмаз, но она оказалась сильнее. Не в плане физической силы или магической. Она была ментально сильнее. Она поставила меня перед выбором, и я смог уговорить её не убивать нашу мать. Я пытался вытащить Люту, но не смог, — Орфей повернулся, его глаза были влажные, и мягко блестели в полутьме комнаты. — Но речь не обо мне, — Орфей вздохнул. — Стоило мне вас оставить на несколько дней, как ты начинаешь творить безрассудные вещи! — Я? — Возмутился Мракокрад. Орфей взял его за лапу и сурово посмотрел в глаза, — Мы обо знаем с тобой, что Индиго никуда не улетала. Весь пыл Мракокрада разом прошёл, пелена гнева перед глазами пала и рассыпалась, — Я… я … я просто… — на миг гибрид, наверное, впервые растерялся, впервые за всю свою жизнь, однако замешательство длилось совсем недолго, — Вечно ты всё знаешь, — выдохнул он. — Это не меняет сути. Знаю и знаю, мне важно понять, зачем ты так поступил. Мракокрад закатил глаза и, выдернув лапу, отошёл к схрону со свитком, — Ты мне не мать и не совесть, чтобы корить за те или иные поступки. И вообще, это был единственный способ. Орфей внимательно слушал, не перебивая, без намёка осуждения во взгляде, да и даже в каком-то роде даже участливо ждал, когда Мрак поведает свои мысли. Как раньше. Когда они жили вместе, и Орфей всячески помогал придумывать слова заклинаний, — Единственный способ? Способ добиться чего? Мракокрад достал коробочку, открыл её и взглянул на хранившийся в ней свиток, затем резко с громким шумом захлопнул её, — Я ей не нравлюсь, и она считает меня угрозой. Да и к тому же мешает Глубину принять свою магию. Я всего лишь помог другу. Орфей шумно выдохнул, — Думаю если я скажу, что ты поступил плохо или попытаюсь доказать, что ты не прав, толку от этого не будет. — Думаешь? Или… Уже знаешь? — подозрительно спросил Мракокрад, пряча свиток обратно. — Думаю. Мне не нужны силы, чтобы общаться с тобой. Ты сделал выбор, и он твой. Да, ты пытался поступить во благо. Однако ты перегнул палку. Мракокрад негодующи уставился на ночного. — Погоди. Дай мне договорить, — осадил его Орфей, как только Мрак открыл рот, чтобы возразить. — Да, тебе не нравилась Индиго по многим причинам и это было ммм… взаимно. Однако давай посмотрим на ситуацию, как два взрослых дракона. После твоих действий, её опасения тебя в её глазах были оправданы? Мрак выпустил струйку дыма из ноздрей, — Если бы она не опасалась, с ней бы ничего не случилось! Орфей пожал крыльями, — Какая разница, это её выбор. Ну нравится ей Глубин, а она ему. Ну боится она тебя. Не нравишься ты ей. Да, ты собственник. Да, сильнейший дракончик Пиррии. Но ты ведь не собираешься становится Глубину парой? Мракокрад замер, не совсем понимая, к чему этот весь разговор, и в какого Орфей вообще про это заговорил, прекрасно зная про его отношения с Ясновидицей. — Вот и я тоже думаю. Так имей совесть, отпусти его и дай ему жить своей жизнью. Он ведь уже и так сомневается насчёт опасности магии, просто дай ему время. И кстати про жизнь… — Орфей сверил Мракокрада ледяным взглядом, таким же, который очень частично проскальзывал у Арктика. — Серьги у Ясновидицы… Они же не зачарованы? Мрак помотал головой, — Совсем малость, чтобы у Ясны не болела голова. Ночной кивнул, — Понятно… А то с каждой ночью, всё больше нитей будущего гаснет. И гаснут не совсем те, которые бы я хотел видеть. Братец, ты не сумасшедший, я это знаю. Просто не стоит брать всё в свои лапы. Ну и, конечно, кровопролитием дело не решишь. — Про какое будущее ты говоришь? — Про то, где все в твоей власти Мрак. И мне оно не нравится. Гибрид обиженно посмотрел на брата, — Ты считаешь, что Зоркость более достойна быть королевой? Орфей покачал головой, — Я прекрасно знаю, что ты будешь отличным правителем, и что у вас с Ясновидицей будут самые милые дракончики, что я видел. Однако я не готов вести войну со всеми племенами. И ещё… чтобы мою жизнь, контролировали. Мракокрад вздохнул, — Хорошо. Что ты предлагаешь? — Выжидать. В нужный момент, наша правда возьмёт. Ты только посмотри: пока я был рядом с Зоркостью и благодаря Ясновидице, потери почти сошли на нет, и мы побеждаем в войне. Народ пойдёт за тобой, когда мы дадим ему такую возможность. Но заставлять это делать его силой… — Спасибо, — облегчённо вздохнул Мрак. — Я уж думал, что ты как Ясновидица… Не готов признать, что так будет лучше для всех! Орфей обнял Мракокрада, — Я с самого начала говорил, что буду тебя поддерживать. Однако… — ночной немного отстранился. — Я надеюсь, что ты придумаешь, как вызволить Индиго и объясниться перед Глубином. Мракокрад вздохнул и нехотя кивнул. — Ну вот и хорошо…

***

Когда он вошёл, внутри всё сжалось, Орфею всегда было сложно описать словами, те сложные чувства, что он испытывал к Арктику. Это было и восхищение и уважение и жалость и сочувствие. Однако сейчас шаги дались очень тяжело. Ночной дракончик медленно вышел из спальни, когда ледяной под утро вернулся из дворца. Его холодный взгляд обжёг дракончика гневом и яростью. Однако вместо этого, ледяной сделал несколько шагов и обнял Орфея. Тот прикрыл глаза, чувствуя, как в груди принца бьётся сердце, — Спасибо что вернулся… Я уже думал, что не увижу тебя. — А я думал, что ледяные не обнимаются. Арктик издал едва ощутимый смешок, — Иногда бывает. — Выдохнул он. — Я не смог вернуть маму. Она в лапах Алмаз, в заточении. На лице отца ничего не изменилось, в прочем, почти как обычно, однако его мысли говорили об обратном. В голове снежным бураном заметались мысли, а в глубине загорелся слабенький огонёк надежды. — Мы всё исправим. Я придумаю как, — пообещал он.

***

Глубин недоверчиво косился на Орфея, сидя на пляже. Ночной же предпочёл этого не замечать. — Тебя отстранили от должности? Орфей чуть приподнялся: до этого он тихо млел, развалившись на спине возле кромки воды, позволяя тёплой жидкости частично поглощать себя, и прикрыв глаза просто наслаждался, ночью в компании друга. — Ага, — улыбнувшись, подтвердил Орфей, — Но не волнуйся, это не столь важно. Да и не об этом ты хотел спросить. Морской недоверчиво посмотрел на приятеля, — Ты правда лишился души? Орфей почесал нос, — Да нет наверное, всё-таки нет. Я позволил эмоциям захлестнуть себя, и стал поступать так, как хотелось мне. Всё казалось таким… глупым, не настоящим. Думаю, что я действительно в тот момент сошёл немного с ума. Глубин склонил голову на бок, — А сейчас? — А сейчас я пришёл в себя, и планирую уделить тебе время, ведь мы с тобой снова в одной лодке. Глубин благодарно улыбнулся Ночному. — Люблю наше море. Оно тёплое и куда более солёное, чем в краю сосулек. Морской рассмеялся, — Мне тоже оно по душе… — признался дракончик. — Тогда зачем печали? Морской непонимающе посмотрел на друга, — А как по-другому? — Ну, оставить их на потом? Да и вообще, была бы большая река и было бы куда лететь. А там уже дело второе. — Думаешь? Орфей вздохнул, — Ну переживаешь ты, что Индиго далеко. И правильно. Это значит, что у тебя ещё здесь, — ночной указал на голову, — и здесь, — он указал на грудь, — пока ещё всё в порядке. По опыту говорю. Морской недоверчиво стал ковырять когтями песок, наблюдая, как он скапливается у него на перепонках, — Хочешь сказать, что разобрался в своих чувствах? Орфей громко восторженно воскликнул нечто воодушевляющее и взмыл в небо, — О нет, Глубин, я только всё еще сильнее запутал! Однако, чтобы я ни выбрал, всё будет не так! Так зачем тогда выбирать? — радостно воскликнул он и, сложив крылья, нырнул в толщу тёмной воды.