***
14 февраля 2024 г., 00:01
Гермиона не то чтобы сильно переживала из-за их с Роном расставания. Ведь инициатива-то была её, но из-за этого и точил червь сомнений. Особенно сейчас, в преддверии дня Святого Валентина.
Правильно ли она сделала?..
После победы, когда Гермиона продолжила учёбу, их с Роном пути разошлись. Совместные трудности больше не объединяли эту парочку, а имеющихся чувств хватало только на поддержание старой дружбы. Пресловутая причина, но они просто не сошлись характерами.
И первое время Гермионе даже некогда было страдать по разрушенным отношениям. Все силы и время отнимала работа. Профессор Грейнджер сменила на посту преподавателя трансфигурации Минерву Макгонагалл, которая отныне занималась только обязанностями директора. И каково же было разочарование Гермионы, когда она узнала, кто пришёл на смену Снейпу и Слизнорту. Драко Малфой — новый преподаватель зельеварения! Мир перевернулся и покатился в тартарары.
Гермиона искренне надеялась, что они смогут держать нейтралитет. Похоже, и Драко поначалу пытался. Но они неизбежно сталкивались лбами и спорили по любому поводу. Вражда факультетов при новых деканах достигла своего пика. Студенты видели несдерживаемую неприязнь профессоров и отчаянно поддерживали их. Уже несколько раз происходили драки между гриффиндорцами и слизеринцами, парочку особо рьяных студентов едва успели удержать от тайной дуэли. Терпение Макгонагалл лопнуло.
— А я вам говорю: хватит этой вражды! — Минерва отчитывала двух деканов в своём кабинете, как провинившихся школьников. — На сегодня с меня хватит дуэлей, драк и сражений! Если вы не призовёте своих студентов к порядку, я буду вынуждена сменить деканов и поставить вопрос о вашей профнепригодности. Вас обоих, слышите?
Гермиона и Драко постарались доступно донести до своих студентов, что пришло время прекратить открытые стычки. И тогда соперничество в баллах вышло на новый уровень. Пуффендуй и Когтевран уже давно попрощались с мыслью о кубке школы, и студенты этих факультетов теперь наблюдали за сражением со стороны, делая ставки на победителя.
И вот, незадолго после рождественских каникул Полумне Лавгуд — новому преподавателю прорицаний — пришла в голову «гениальная» идея.
— День Святого Валентина? — Драко и Гермиона проявили редчайшее единодушие, придя в ужас от этого предложения.
— В Хогвартсе все так напряжены, а любовная энергия расслабляет, помогает отвлечься от негатива, — мечтательно произнесла Полумна.
— Директор, вспомните праздник Локонса! — воскликнула Гермиона.
— Да, это было ужасно, — сморщился Драко.
Макгонагалл колебалась. Полумна увещевала её, а профессор Долгопупс вынужденно поддержал свою девушку. В итоге Макгонагалл сдалась и объявила в Хогвартсе праздник Святого Валентина.
В холле замка поставили бездонный ящик, в который все желающие могли бросить свои послания. Некоторые так старались сделать это тайно, что несколько раз дежурные по ночам вылавливали нарушителей режима. Но вот, наступило утро четырнадцатого февраля, и домовики до пробуждения обитателей замка разложили возле их кроватей открытки. И Гермионе пришла валентинка от неизвестного…
— Тайный поклонник? Серьёзно? — фыркнула девушка.
Она проверила открытку на розыгрыши и опасные проклятия, хотя это и так должны были сделать эльфы, и ничего пугающего не обнаружила. Но кто и зачем отправил ей эту открытку? Ни в замке, ни за его пределами у Гермионы теперь не было человека, который мог бы это сделать.
Но времени для раздумий не осталось, пора было идти на завтрак и уроки. Гермиона сунула валентинку в свой ежедневник и отправилась в украшенный цветами и светящимися сердечками Большой зал.
Над столами факультетов стоял небывалый гул. Все обсуждали свои валентинки, кто-то радовался, кто-то огорчался. Даже за столом преподавателей царило непривычное оживление. Только Минерва соблюдала обычное спокойствие, да Драко сидел мрачнее тучи.
— Что? Не досталось валентинок в этом году? — не удержалась от «шпильки» Гермиона.
— Лучше бы не досталось, — пробурчал Драко, но тут же пришёл в себя, похоже, не сразу поняв, кто к нему обратился. — Занимайся своими делами, Грейнджер.
— С радостью, Малфой.
— Профессор Грейнджер! Профессор Малфой! Напоминаю, что сегодня вечером вы дежурите.
Макгонагалл упорно ставила их в пару на дежурство, словно проверяя на прочность.
— Да, директор, — хором ответили нерадивые деканы и принялись за завтрак.
Завертевшись в будничной суматохе, Гермиона полдня и не вспоминала о валентинке. В обед она зашла на чай к Полумне, обосновавшейся в Северной башне. Лавгуд сегодня весь день безвозмездно гадала всем желающим. Предложила она это и своей подруге.
— Луна, не хочу обижать твой предмет, но ты же знаешь, как я к нему отношусь.
— Да, очень часто люди обманывают или обманываются сами, но сегодня звёзды сошлись в таком странном танце, — протянула Полумна. — Давай просто попробуем? Не угадаю, так посмеёмся надо мной?
Обезоруживающая искренность и доброта Полумны сразили Гермиону.
— Ладно, давай, — Гермиона отхлебнула чай и поудобнее устроилась в кресле.
Полумна разложила карты и в задумчивости сжала ладошкой подбородок:
— Ты получила сегодня тайное послание, но отправитель знаком тебе. Так странно… Вот две карты про твоё к нему отношение, тут и любовь, и ненависть. И у него к тебе то же самое! Надо же, — улыбнулась Полумна.
А Гермиона к своему неудовольствию отметила, что сердце у неё забилось чаще. Неужели же она верит каким-то картам? И что это вообще значит? Может, это Рон как-то умудрился отправить валентинку? Но… У них хоть и было много хорошего и плохого, чувства у них скорее были «недо», чем «пере». Не любовь и ненависть, а привязанность и раздражение. Но карты же не могли отразить таких деталей, так что…
— И сегодня после заката вы с ним встретитесь!
От возгласа Полумны задумавшаяся Гермиона чуть не подавилась чаем.
— Карты даже время сообщили? — она промокнула губы салфеткой и глянула на часы. Пора было идти на следующее занятие.
— Да, — радостно улыбнулась Полумна. — Вы встретитесь, но как-то странно. По ошибке.
— Вот именно, всё это одна большая ошибка.
— Нет, не в этом смысле. Есть чей-то замысел, — Полумна ткнула пальцем в одну из карт. — Но он пойдёт не так, и вы с этим тайным поклонником окажетесь… в ловушке что ли, — девушка в задумчивости наморщила лоб. — И вы сможете выбраться, только благодаря своей любви.
— Ну, на этом закончим, а то и Мерлину неизвестно, куда зайдём такими темпами, — Гермиона хлопнула в ладоши. — Спасибо за гадание, но мне пора идти. До вечера, — девушка чмокнула подругу в щёку и выбежала на лестницу.
Было странно, что Полумна нагадала то самое тайное послание. Гермиона никому про него не говорила. Но, в принципе, в день Святого Валентина это не такая уж редкость. Можно сказать наугад и попасть. Ведь всё остальное было сущим бредом.
В круговерти уроков, учебников, бумаг и студентов Гермиона и не заметила, как пропустила ужин. Уже пора было идти на ночное дежурство, и девушка перекусила на ходу печеньем.
— Только хотел обрадоваться, что ты села на диету, но надежды пошли прахом, — ухмыльнулся над её плечом Драко.
Гермиона чуть не подавилась печеньем, но быстро проглотила его и повернулась к напарнику:
— Вот что тебя совсем не должно волновать, так это параметры моего тела.
Малфой окинул её презрительным взглядом и хмыкнул:
— Вот уж Мерлин упаси. Пошли на обход.
Для Гермионы эти дежурства с Драко были, как дорога на Голгофу. В лучшем случае они молчали и бросали друг на друга недовольные взгляды. Но так везло очень редко. В основном, за ночь они успевали поругаться раз десять. Однако сегодня, видимо, был тот самый удачный день, вернее, ночь. Малфой ходил по замку словно ещё одно привидение, и Гермиона не выдержала:
— Ты сегодня какой-то непривычно тихий. Что-то случилось?
— Тебя это не касается, Грейнджер.
— Вот уж Мерлин упаси, — передразнила она его. — Наверняка переживаешь, что получил пятьдесят валентинок, а не сто.
— Да будь они прокляты эти валентинки! — вдруг взорвался Малфой.
— Что это с тобой? — Гермиона встала столбом посреди коридора, удивлённая такой бурной реакцией.
— Ничего! Отстань, — рыкнул Драко и попытался пройти мимо неё, но Гермиона, повинуясь какому-то непонятному инстинкту, удержала его за руку.
— Эй, я знаю, что у нас те ещё отношения, но всё-таки лучше выговориться. Других собеседников у тебя не особо предвидится.
Ведь Малфой за всё время так и не сошёлся ни с кем из преподавателей. Сыграли роль и его служба Тёмному Лорду, и врождённое высокомерие. Драко держался особняком и, похоже, метил в преемники Северуса Снейпа.
Малфой нервно сглотнул, оглянулся по сторонам и вдруг потащил Гермиону в нишу с окном.
— Клянись, что никому не расскажешь.
Гермиона смогла только кивнуть, глядя на него широко раскрытыми глазами.
— Мне прислала валентинку студентка.
— И ты из-за этого так переживаешь? — Гермиона не сдержала смеха.
— Не смешно! Она терроризирует меня уже полгода. Я и мягко с ней говорил, и требовал, чтобы прекратила. А её ничего не берёт.
— Скажи Макгонагалл.
— Девчонка угрожает, что если начнутся разборки, она скажет, что это я первый начал. Как думаешь, кому поверят? Бывшему Пожирателю смерти или милой девчушке?
— Ну, да… — Гермиона была вынуждена признать его правоту. — Но так она может угрожать и требовать, что угодно. Нельзя идти на поводу у шантажистов. Всё-таки лучше поговорить с Макгонагалл. Если надо, я поручусь за тебя, — девушка осторожно положила ладонь на плечо Малфоя.
Драко криво усмехнулся:
— Ты так доверчива. А если я вру?
— Не знаю, мне кажется ты искренний сейчас…
На несколько секунд их взгляды встретились, и Гермиона почувствовала дрожь во всём теле. Никогда ещё Драко не выглядел таким открытым и счастливым.
Резкий хлопок двери заставил их вздрогнуть, словно вырывая из сна.
— Где это?
— Возле подземелий. Пошли! — Драко потащил Гермиону за собой.
Они по очереди проверили все двери, но они были заперты. Только каморка возле самой лестницы в подземелья оказалась открыта. Драко заглянул внутрь:
— Пусто.
И вдруг мимо Гермионы пронеслась невысокая фигура в мантии с надетым капюшоном. Неизвестный толкнул девушку в бок, и она, не удержавшись на ногах, повалилась на Малфоя. Тот не ожидал «нападения», споткнулся и завалился в каморку. Гермиона упала за ним. Дверь захлопнулась.
— Грейнджер, твою же…
— Ой, заткнись!
В узкой каморке она едва смогла сползти с Драко и встать на ноги.
— Тоже мне «профессор», — буркнул Малфой, поднимаясь и отряхивая пыль. — Тебя студент на лопатки уложил.
— Это было неожиданно!
— То есть ты его не разглядела?
— Он был в капюшоне. Мерлинова борода!
— Что ещё?
— У меня из палочки автоматически выстрелил огонь. Его наверняка обожгло.
— Значит, завтра увидим, на ком шапка сгорела, — ухмыльнулся Драко.
— А меня выгонят из школы за причинение вреда ребёнку.
— Ребёнок сам не захочет, чтобы его исключили за нападение на профессора.
— Драко, дверь не открывается!
— Ну, попробуй Алохомору.
— Издеваешься? Уже попробовала. Отойди.
Но ни Бомбарда, ни другие заклинания не сработали. Чувствуя себя загнанным зверем, Гермиона без сил опустилась на пол и заметила под дверью смятый листок пергамента. Это оказалась страница, вырванная из книги.
— Драко, — Гермиона вытерла пот со лба. — Кажется, у нас проблемы.
— Серьёзно? Думаешь, я этого не вижу? — взорвался Драко, всё ещё пытающийся открыть дверь.
— А ты сюда посмотри, — Гермиона ткнула листок ему под нос.
— Что за чушь? — у Малфоя глаза полезли на лоб, когда он прочитал отрывок из старинной книги.
— Любовная магия, — хмыкнула Гермиона.
— Думаешь, это именно то, что наложено на дверь?
— Описание похоже. В комнате двое, дверь не открывается.
— Должно же быть контрзаклятие.
— Оно и есть, но на следующей странице. Кто-то решил пойти на отчаянные меры ради своей любви.
На листке было описано заклинание, которое срабатывало, если в комнате оказывались мужчина и женщина. Чтобы выйти из запертого помещения, они должны были поцеловаться. Что-то вроде омелы, только без права выбора.
— Узнáю, кто это, и отдам на растерзание Филчу, — прорычал Драко. — Нет, сам сгною в подземельях.
— В тебя случайно дух Снейпа не вселился? — хихикнула Гермиона, но тут же посерьёзнела под взглядом Малфоя, метающим молнии. — Ладно, давай попробуем универсальные средства. Может, получится снять заклятие.
Но и совместные усилия двух профессоров не увенчались успехом.
— Ну… Утром же нас хватятся, — протянула Гермиона.
— Я не собираюсь торчать тут всю ночь и позориться перед всей школой. И всё из-за тебя!
— Из-за меня?!
— Да. Если бы ты не ворон считала, а быстро реагировала, мы бы сюда не попали, как мыши в ловушку.
Ловушка… Это что-то напомнило Гермионе, но в голове всё спуталось. Плюс она ещё и была дико зла на Малфоя. Молодец, конечно! Обвинил её во всём, как будто она виновата, что один из студентов свихнулся из-за любви. Чёртов праздник! Все как с ума посходили. Любовь, валентинки, гадания…
Гермиона непроизвольно ахнула и зажала себе рот ладонью. Ведь Луна нагадала ей сегодня встречу с тем, кто подарил ту тайную валентинку. А ещё, что они попадут в ловушку, потому что чей-то замысел пошёл не по плану.
— «Ах!» — передразнил её Малфой. — Какие мы обидчивые! Не замечал раньше за тобой жеманства.
Гермиона даже не смогла ему толком ответить, поражённая странным совпадением. Она только удивлённо хлопала глазами, и это, похоже, смутило Драко.
— Ладно, извини, — буркнул он, отворачиваясь. — Просто… Я перенервничал.
Такая реакция на её растерянность ещё больше выбила Гермиону из колеи. Она отошла подальше от Драко и оперлась спиной на стену.
— Серьёзно, извини, — Малфой, похоже, думал, что она всё ещё обижается, раз молчит.
— Да, — прокашлялась Гермиона. — Проехали. Так что? Сидим тут до утра или?..
— «Или»? А ты рассматриваешь другие варианты? — Драко вальяжно подошёл к ней и посмотрел сверху вниз.
И тут Гермиона почувствовала себя девчонкой-студенткой, которая не избежала участи многих сверстниц и влюбилась в Драко Малфоя…
Да, об этом так никто и не узнал, она и сама себе не хотела в этом признаваться. Впрочем «влюбилась» слишком громкое слово. Чисто внешне Драко всегда был привлекательнее большинства ровесников, но вот характер обнулял это достоинство. А Гермиона всегда была умной, поэтому не велась на внешность, учитывая, как Драко обращался с ней. Так что умом она понимала, что ничего у них не будет, но… Если бы Драко был бы не Драко, а кем-то адекватным и вежливым… Чушь, конечно. Глупо мечтать о том, чего быть не может.
Однако сейчас холодный рассудок Гермионы почему-то решил покинуть её, отдав бразды правления глупым низменным инстинктам.
Драко был чертовски красив! Сейчас он стал мужественнее, сохранив при этом аристократическую внешность. И от аромата его одеколона у Гермионы почему-то кружилась голова.
— Так что, Грейнджер? — бархатный голос убил остатки разума, сохранившиеся у Гермионы.
Она судорожно сглотнула и опустила глаза. Мерлин, Драко ведь не может слышать бешеный стук её сердца?
— Я готов попробовать, — ладонь Малфоя скользнула на её плечо, — если ты потом не обвинишь меня в домогательствах.
— Ты серьёзно? — прошептала Гермиона.
Его лицо оказалось совсем близко, и Гермиона увидела расширившиеся зрачки серебристых глаз Малфоя.
— Более чем, — Драко не двигался дальше, ожидая от неё однозначного согласия.
И Гермиона рывком сократила расстояние между ними до минимума. Она жутко боялась, что Драко рассмеётся и оттолкнёт её, заявив, что лучше неделю просидит взаперти, чем поцелует грязнокровку. Но нет. Драко прижал её к стене своим телом, а руками зарылся в длинные кудрявые волосы Гермионы. Она обхватила Малфоя за шею и полностью отпустила контроль над ситуацией.
Краем уха Гермиона услышала щелчок. Дверь открылась! Но ей вовсе не хотелось останавливаться, а Драко, вроде, не заметил щелчка. Он продолжил поцелуй, а Гермиона терялась в нахлынувших эмоциях. Мерлин, почему с абсолютно чужим Драко поцелуй был намного чувственнее, чем с близким ей Роном? Но сейчас не было времени думать об этом. Она не хотела упустить и секунды этого случайного безумства. Ведь больше шанса не будет.
Драко слегка прикусил её губу, и Гермиона не сдержала приглушённого стона, за который потом ей точно будет стыдно. Но не сейчас. Сейчас она плотнее прижалась к Драко и заставила его «залечить» боль от укуса ещё одним поцелуем.
Гермиона не знала, сколько времени они целовались, как подростки, прячущиеся от учителей. Но этому всё-таки надо было положить конец. С большим трудом они отстранились друг от друга, и Гермиона рефлекторно прикоснулась к припухшим губам. Драко прятал взгляд, но она успела заметить в его глазах жажду чего-то большего. И всё же он молча направился к двери.
— Действительно, помогло, — Драко в нерешительности замер. — Кстати, Грейнджер… я знал, что она открылась намного раньше.
Что-то словно толкнуло её к Малфою и заставило спросить:
— Это ты отправил мне валентинку?
Драко резко захлопнул едва приоткрытую дверь:
— Почему ты так подумала?
— Ответь «да» или «нет», тогда расскажу.
Драко повернулся и подошёл к ней. Несколько мучительно долгих секунд они сверлили друг друга взглядом. Гермионе казалось, что если он ответит «нет», она просто не сможет больше выйти из этой каморки и смотреть ему в глаза.
— Да, это был я.
У Гермионы словно камень с плеч свалился. Она выдохнула, только сейчас заметив, что задержала дыхание.
— Ты из-за поцелуя так решила?
— Ты будешь смеяться, — Гермиона сама не сдержала смешка. — Но Луна нагадала это наше приключение.
— Лавгуд? Нагадала? — от искренней улыбки Драко стал похож на озорного студента, а не на профессора.
— Сама в шоке. Сказала, что встречу тайного отправителя после заката, когда попаду с ним в ловушку. Ну вот и… — Гермиона растерянно развела руками.
— Отлично, значит, от судьбы не уйти, — Драко неожиданно нежно провёл пальцами по её щеке.
Гермиона была готова зажмуриться от удовольствия, как кошка.
— Кстати, что за ребячество? Тайная валентинка?
Драко смутился:
— Как всегда, струсил сказать тебе в лицо, что чувствую на самом деле.
— В смысле?..
— В смысле ты ведь тоже не с ничего так со мной целовалась, — Драко улыбнулся одним уголком губ.
— А что значит «как всегда»? — Гермиона обхватила его запястья, словно давая понять, что придётся говорить начистоту.
— Это значит, что не будь я таким слизняком, то попытался бы подкатить к тебе ещё в школе.
— Нет, я же никогда тебе не нравилась.
— Нравилась, но я убеждал самого себя, что это не так.
— А что мешало подкатить после войны?
— Серьёзно? Мне повезло, что Поттер отмазал от Азкабана. Бывший Пожиратель Смерти, гнобивший тебя всю учёбу. Какие у меня шансы? Тем более, у тебя есть Уизли…
— Мы с ним расстались.
— Не могу сказать, что мне жаль, — улыбнулся Драко.
Гермионе казалось, что он сбросил маску, что так долго была не только на его лице, но и душе. И ей отчаянно хотелось верить словам Драко.
— И из большой любви ты мотал мне нервы?
— Нет, чтобы почаще с тобой пересекаться. Хотя бы в спорах и конфликтах учеников.
— В Хогвартсе чуть ещё одна война не началась, а Макгонагалл постарела лет на десять. И это чтобы видеться со мной?
— Так получилось, — Драко обезоруживающе улыбнулся. — Ну, а ты ведь тоже что-то чувствовала ко мне? Иначе разнесла бы здесь всё, но не позволила себя поцеловать.
Гермиона не могла солгать ему в глаза, но и признаваться во многом не хотелось. Например, что она и сама была рада их стычкам. Видеть Малфоя и побеждать его в спорах было приятно. Или, например, она бы уж точно могла сделать что-то с этими ночными дежурствами, но ей было приятно бродить по замку с Драко.
— Так что? — Малфой заправил ей волосы за ухо. — Тебя ведь тоже тянуло ко мне?
— Да, дурацкое желание исправить плохиша или тяга к тому, чего точно не получишь, — вздохнула Гермиона.
— Запретный плод, так у маглов говорят?
— Изучаешь религии маглов?
— Да, магловедение оказалось довольно интересным. Но, кажется, мне нужны дополнительные занятия, — Драко нежно поцеловал её в губы. — Поможете, профессор Грейнджер?
— И что мне за это будет, профессор Малфой? — Гермиона с удовольствием вдохнула аромат парфюма с его шеи.
— Мои студенты будут вести себя на твоих уроках тихо, как мышки, — Драко слегка оттянул ворот её рубашки и поцеловал плечо.
— Хорошо, будут тебе дополнительные занятия…
***
На следующее утро весь Большой зал с изумлением наблюдал, как не терпящие друг друга прежде профессора пожелали друг другу доброго утра и сели рядом. Малфой подлил Грейнджер молока в кофе, а она предложила ему малиновый джем. Макгонагалл наблюдала за ними пристальным кошачьим взглядом. — Не вздумали ли они отравить друг друга? — прошептала она профессору Долгопупсу. — У них было много шансов до этого. Хотели бы, уже отравили бы, — усмехнулся Невилл. А Луна перегнулась через него и что-то прошептала на ухо директору. — Ох! Ну, тогда… Может, и… Ладно, пойду-ка я лучше к себе, — растерянно пробормотала Макгонагалл. На обеде Грейнджер и Малфой снова сидели рядом и заговорщицки переговаривались. — Мелинда Спеллман хромает и постоянно держится за бок. — Мелинда? — Драко был неподдельно удивлён. — Да. А что? — Это она… втюрилась в меня. — Поймав испепеляющий взгляд Грейнджер, Малфой продолжил: — Нэд Рейнольдс стащил у меня заживляющее зелье. Я сделал вид, что не заметил. От меня студенты сразу пошли сюда, он никуда не отходил. После обеда надо проследить за ними. И слежка профессоров принесла свои плоды. Подозреваемые гриффиндорец и слизеринка, оба с седьмого курса, встретились в тупиковом коридоре. Вернее, Нэд затащил туда слабо сопротивляющуюся Мелинду. — Вот, обязательно помажь рану, — парень достал из кармана мантии пузырёк с зельем. — Отвали, — прошипела Мелинда. — Не нужна мне твою помощь. — А тебе нужно, чтобы остался шрам или рана загноилась? Бери и не выделывайся. Нэд сунул пузырёк в карман мантии девушки, которая уже не сопротивлялась. — И чего ты мне помогаешь? — пробормотала Мелинда. — Ты знаешь, — буркнул Нэд. — Даже если у нас ничего не будет, приди ты в себя. С Малфоем у тебя ничего быть не может. — Это точно, — не выдержала Гермиона. Драко хлопнул себя ладонью по лбу, но пошёл вслед за Грейнджер. Студенты смотрели на них, открыв рты. — Так Вы, мисс Спеллман, сегодня ночью упражнялись в заклинаниях? — ухмыльнулась Гермиона. Мелинда покраснела и смотрела на неё с нескрываемой ненавистью. — Хотели заманить профессора Малфоя? Правда думали, что он поцелует Вас, чтобы выйти? — Ну, Вас же поцеловал, — фыркнула девушка. — Минус пятьдесят очков Слизерину, — рявкнул Малфой. — Вы не можете! — у Мелинды расширились глаза. — Как раз могу. Скажите «спасибо», что мы хотим всё закончить только этим. Но ещё одна сумасбродная попытка — и исключение окажется для Вас наилучшим вариантом. Мелинда опустила глаза, едва сдерживая слёзы. Нэд сжал её ладонь и с неприязнью посмотрел на Малфоя. — А Вы, мистер Рейнольдс, знали о планах мисс Спеллман? — Знал. Пытался отговорить. — Но не рассказали преподавателям. — Я не мог… — Гриффиндорцы такие честные, когда им это удобно, — хмыкнул Драко. — Да это же всё из-за Вас! — вспыхнул Нэд. — Молчать! — встряла Гермиона. — Минус тридцать баллов Гриффиндору. — За что? — За укрывательство и кражу зелья. — Всего тридцать? — Драко приподнял бровь. — Не мой студент толкнул профессора и устроил всю эту канитель с заклинанием. — Ладно, — кивнул Малфой. — И больше никаких афер, мисс Спеллман. Лучше обратите внимание на сверстников. Покрасневшая Мелинда шагнула в сторону от Нэда, а тот с подозрением глянул на Малфоя. — А теперь на уроки. Живо! — гаркнул Драко. Пропустив студентов, Гермиона остановила Малфоя, прижав ладонь к его груди: — Ты всё больше напоминаешь Снейпа. Надо что-то с этим делать. — Ну, придумай что-нибудь, — с улыбкой шепнул ей на ухо Драко. — Думаю, для начала наладим твою личную жизнь. Может, и характер тогда улучшится. — Что ж… — Драко невесомо поцеловал её губы. — Я согласен на такой эксперимент.
