уходи если хочешь, если хочешь останься.

Хесус отдалился. Последнее время старший вовсе не взаимодействует с ребятами из сквада, дома всё время сидит, да и стримы не каждый день стал запускать, ища всё новые причины. Алексей уже с давнего времени неравнодушно дышит к одному. Парню. Все считали, что Хесу Даша нравится, общался тот с девушкой часто, но старший считал её лишь близкой подругой. Не более. А Володя вечно шутил над тем, что Хесус влюблён в него да ещё в жопу трахает. Лёша лишь усмехался на его слова, хотя у самого щёки розовели. 

***

–Хес, скажи, че случилось у тебя? - Братишкин настойчиво спрашивает у старшего, уже час добивая из него хоть какое-то слово, кроме "привет" и "не знаю".  –Вов, не знаю я, потом поговорим. - Губанов уже чувствовал подступающие слёзы, и дабы не расплакаться прямо в трубку младшему, быстро отговорился и сбросил. Вова пол ночи по кровати ворочался, заснуть не смог, разговор с Лёшей так и засел в мыслях. Думая над тем, что же произошло, Семенюк, без раздумий поехал к старшему, на другой конец Москвы. Хес в последнее время часто стал про Америку говорить, и каждая секунда была тревожной для Братишкина, вдруг улетит, ничего не сказав. Младший уже у двери в квартиру стоит и тяжело выдохнув нажимает на звонок, встав напротив двери.  Хес глаза закатывает, уже матеря того, кто в столь позднее время явиться решил к нему. Отперев входную дверь, он вовсе не ожидал увидеть Вову, даже глаза потёр для убеждения. А парень лишь за порог проходит и закрыв дверь Лёшу обнимает, крепко так, как будто тот и правда улетает скоро, Володя уже нафантазировал себе всякого, пока в такси ехал. –Вов, ты че? Четыре утра..случилось что? - опешив, он в ответ обнял, уже надумывая всё самое плохое, что произойти могло. –Ты случился, старый, уже вторую неделю ни с кем не контачишься, столько ирл пропускаешь, завтра ваще Миша с Валерой приедут, а ты дома киснешь. - младший рассказывал с улыбкой на лице, уже представляя, как Лёша завтра ирл с ними стримит. Но тот лишь отстраняется, сказав короткое "не знаю" и уходит в комнату, усевшись на кровать. Эти два слова буквально как ножом по сердцу отпечатались на Вове, он сразу же опечалился, но последовал за парнем, усевшись рядом.  Вид Губанова не радовал, под глазами красовались довольно видные синяки от недосыпа и уголки глаз красные. Володя не знал, что и сказать, просто снова заключил того в объятия, ожидая, пока старший хоть слово скажет. А тот ничего не придумал лучше, чем чувства раскрыть, если откажут ему, улетит в Америку через пару недель. Ни слова не обронив, Хесус смазано целует младшего. Щёки алым румянцем у обоих заливаются, а Лёша лишь отворачивается, так и не сказав ничего. –Х-хес? - Вова из себя больше ничего не смог выдавить, сердце колотилось так, будто из груди вот-вот вылетит. –Извини. Считай это признанием? Уходи если хочешь, а если хочешь, оставайся. - старший не надеясь на ответ, даже взгляда на парня не опрокинул. Но неожиданно для обоих, на губах Хеса появляются чужие-родные губы, которые так же смазано целуют. Вова как девятиклассница стесняется поцеловать, краснеет сразу же, выдавив лишь: "Хес, я тоже люблю. Тебя."