Пушистое Чудо

Тонкие пальцы медленно, изучая каждый сантиметр, проходят по поверхности изделия. Они ищут недочеты, неровности, ошибки, допущенные в процессе создания. Однако… однако, как всегда, - все идеально… Без сучка, без задоринки… Тогда почему такой результат не приносит радости и удовлетворения? Почему нет желания часами любоваться проделанной работой? Смаковать взглядом каждую детальку, каждую извилинку получившейся фигурки? Каменное животное приземляется на стол, среди десятков других, забытых и никому не нужных, творений. Завтра он выставит его на продажу. Возможно, уже на следующий день произведение искусства купят, и оно покинет этот дом. Так было всегда, не протяжении многих лет, каждый день. Ничего не меняется. * * * Ночь. Улица. Тротуар. Ничего не изменилось. Который раз он прогуливается по набережной в поисках вдохновения? Он уже сбился со счету. Все без толку. Муза его покинула. Казалось бы, он – скульптор, его работы приносят радость, дарят людям улыбки. Но… людей легко удивит. Приобретая уникальную диковинку, их лица сверкают счастьем, но проходит время, и о существовании необычной вещицы забывают, оставляя ее пылиться на верхней полке шкафа. Какой смысл было ее приобретать? Хотя… Грех – жаловаться. За эти самые пылящиеся безделушки он получает неплохие деньги, на которые до сей поры он ведет свое жалкое существование. Этих денег с лихвой хватает на все, что сердце только пожелает. Живи себе припеваючи и в ус не дуй… Все, что только захочешь… Но почему так тошно? Так грустно… так… Тихо… Звон колокольчиков на сапогах слышен так отчетливо, словно плач потерянного ребенка. Он не помнит, когда и зачем решил сделать столь необычный дизайн для своей обуви. Кажется, ему показалось забавным ходить по городу и звенеть во всеобщее обозрение, а сейчас – «лень снимать» - отвечал он всем, на столь неуместный вопрос – «Когда избавишься от столь раздражающего украшения?!». На самом деле ему нравилось доводить окружающих до белового каления абсолютно безобидными вещами, особенно, слегка постукивая ногой во время разговора. Остановка. Тяжелый вздох. Выдох. Из рта вырывается полу прозрачное облачко пара. Холод заставляет поежится в тоненьком пальто, одетым не по сезону. Он не спешит возвращаться домой. Зачем? Его никто не ждет, никто не станет его ругать за ночные похождения. Он – один, как в квартире, так и здесь, на серой скучной набережной. Говорят, что простые смертные в вороне видят такое же обычного, как и они сами, представителя живого, а именно - птицу черного цвета. Такое представление свойственно для среднестатистического человека, не для творца. Творец смотрит иначе: он видит крылатое создание с темными, как всемогущая тьма космоса, отливающими зеленым блеском, перьями; не каркающее, а говорящее на ином языке; не летающее, а парящее где-то высоко в небесах, прямо под облаками… Похоже, это восхитительное мировоззрение его покинуло. Подняв взгляд к небу, он наблюдает пятно, темно синюю кляксу, словно неаккуратный ученик задел пузырек с тушью, и содержимое разлилось по всему рабочему пространству. * * * Который час? Как долго, он пытается разглядеть во мгле одну маленькую искорку, что могла бы стать для него путеводной звездой или исполнительницей детских мечтаний? Неподалеку послышалось шуршание. Потом повторилось. Снова. И снова… Как известно: если вдруг, что-либо случится один раз – это случайность, два раза – совпадение, три раза – закономерность. «Нужно проверить!». Странный звук исходил от… нет, из мусорного корзины. Этот скульптор обладал одной особенностью, когда того требовала ситуация, из состояния «ленивый наглец» он переключался на режим «лис-охотник». Все: походка, речь, даже лицо – приобретало какие-то хитрые, грозные, слегка кровожадные черты. Осталось немного, пару шагов, и он схватит свою добычу. * * * На вершине мусорной кучи лежал комок шерсти, в некоторых местах на него налипла грязь, где-то проглядывали белые пятна. Нечто смахивало на воротник старой, пережившей семь поколей своих хозяев, шубы. Вернувшись из долгого отпуска, интерес и любопытство уже приступили к выдумыванию новых оправданий с целью улизнуть от своего носителя, как их прервал «воротник», вскочивши с места и уставившись на ночного «звонаря». Это был хорек. Он сел на задние лапки и издал дружелюбный звук. В маленьких глазках не промелькнуло ни единой капли страха. У судьбы было ужасное чувство юмора. В детстве он тоже был общительным и любознательным. Никто не оценил… Мир отвернулся от него, оставив в его сердце неизлечимые раны. Он перестал любить, доверять… надежда есть только на себя. А этот зверек… еще не познал всей горечи жестокого мира, в котором жил. Решение взять хорька к себе было принято без лишних раздумий и размышлений. Возможно, из жалости, может, из-за чувства… одиночества? Имеет ли это значение, когда малыш уже крепко спит завернувшись, словно в одеяло, в мягкое полотенце, после принятия водных процедур? * * * Он привык к гнетущей атмосфере своего места жительства. Никого нет, только он один и мебель. Редкие гости старались как можно скорей уйти, ссылаясь на «неотложные дела». Но здесь появился новый постоялец – непоседа хорек. Его мало того, что не пугала данная обстановка, так еще и раззадоривала! Белый комок шерсти постоянно искал приключений на свою маленькую голову! Например, он мог взобраться на сервант и свалится с самой верхней полки, благо скульптор успевает поймать его в последний момент. А вы знали, что БЕЛЫЙ хорек легко теряется в квартире оформленной в красные и черные тона? В разы проще, чем вам кажется! Малыш настолько любопытен и безрассуден, что начинает казаться, будто у зверька хобби такое – залезать во все щели, дырки или просветы, которые только может найти, получая при этом новые ранения. И это только пол беды! Его любимой игрушкой стала неизвестно откуда взявшаяся шелковая лента. Однако под конец игр, бедняга запутывалась, и скульптур был вынужден ее распутывать, в не состоянии вытерпеть жалобный писк пушистика. Но в следующий раз все оборачивалось против самого добродетеля, так как каждая секунда ожидания зверька равнялась новому обороту ленты у его ног и в итоге – падением. Как там говорится – чем выше, тем больнее падать? Что он сделал не так? За что? За пару мгновений промедления? Задавать вопрос уже некому – виновник успел убежать и спрятаться среди простыней. И еще огромное количество разный мелких шалостей, угрожающим жизни хорька и сердца молодого скульптора. * * * Хорек явно оценил творчество скульптора. Реакция пушистика на каменные изваяния животных была не повторима. Например, большая скалящаяся собака – малыш сильно горбился и распушал хвост, громко шипя. Или печально известная мышка – быстрое подергивание кончиком хвоста, прыжок и … фигурка разбита (ни один хорек не пострадал). Особенно хочется выделить бабочку – малютка зверьку очень понравилась. Сначала он долго ее изучал: осматривал, обнюхивал, трогал лапкой. Далее схватил красавицу за крылышки, осторожно, едва прикусив, и унес к себе в логово, если быть точнее – в кровать к художнику (к слову, это было первое место где скульптор искал хорька, когда последний снова терялся). Они спали вместе. Однако вернемся к бабочке. Пушистик ухаживал за ней так, словно за бесценной драгоценностью: укрывал ее любимой лентой, когда ложился спасть, ходил с ней везде (хоть на прогулки не брал, и то хорошо). При попытке забрать малютку без его ведома, сильно волновался, ходил за скульптором по пятам с поникшим видом. А после воссоединения становился счастливее любого дитя получившего заветную сладость. Отношения хорька к статуэтке умиляло творца. И вечности не хватит, чтобы насладится данным действием. Ничто не сможет этого запечатлеть… В голове вспыхнула мысль. Почему ничто не сможет? Почему невозможно? Руки творца двигались с невообразимой скоростью. Никаких сомнений, лишь одна единственная идея, навеянная голосом давно забытого божества. Пушистик с недоумением следил за стремительными действиями скульптора. Не мог понять, чем тот занимается. Не прошло и пары часов, как он закончил. Остался последний штрих – оценка главного критика. * * * Кого изобразил скульптор? Своего пушистого друга с бабочкой на кончике носа. Также за спинкой зверька висела бамбуковая шляпа, с отверстиями для ушек. Лапки и туловище обвивали белые повязки, скрывающие ранки животного. Хорек насторожился, боясь сделать лишний вздох. Стоит совершить ошибку – малютка улетит и больше никогда не вернется. Ее серебряные крылышки слегка качаются из стороны в сторону, блестя и переливаясь на солнце всеми цветами радуги. Изделие только своим видом заставляло застыть в томном ожидании дальнейших действий хорька, так как его хвост распушился, как пипидастр*. Это говорило его боевой готовности. Неужели, он спугнет красавицу ради глупой забавы? Может, все иначе? Малыш на самом деле защищает ее от, скажем, лягушки? Никто не сможет сказать наверняка, какая версия более правдива? Остается любоваться мгновеньем запечатленным в камне. Вы спросите: «Откуда взялась шляпа?». Скульптор не мог ответить. Пред его взором предстал мутный образ незнакомца в доули*и белых одеждах. Его окружают серебряные бабочки, придавая молодому человеку вид нежного цветка побитого жизнью, о чем свидетельствовали бинты на шее и руках. Но он не боится неудач, на его лице сияет улыбка. Кто он? Не известно. В душе поселилось склизкое чувство страха, будто они знают друг друга уже бесчисленное количество лет, но он забыл… Творец не решился изображать незнакомца. Причина тому не анималистическое направление в искусстве*, а нежелание испортить лик юноши в белом. На помощь скульптору пришел его пушистый друг, словно являющийся живым воплощением духа из фантазий. * * * Хорек находился в замешательстве. Напротив зверька стояла его точная копия! Подойдя ближе, пушистик обнюхал незваного гостя, сделал круг около него и, вернувшись на прежнее место, издал дружелюбное гуканье, тот самый звук, как при первой встрече. Видимо, это означает приветствие и предложение дружить. * * * Средний месяц зимы больно кусается своими крещенскими морозами. Температуры опускаются настолько низко, что кончики пальцев рук начинает неприятно колоть. Но ему не холодно. Его обогревал живой белый воротник, который постоянно игрался с красной бусинкой, вплетенной в косички скульптора. Пушистик отказывался оставаться дома один и предпочитал путешествовать на шее. Теперь они вместе везде и всегда, что бы не случилось. Никто не осмеливался высказать свое мнение по этому поводу вслух, однако все же нашелся один смельчак, которых даже попросил погладить хорька. Но сейчас не о нем. Сейчас об этих двоих. Они стали похожи на парочку голубков, которые постоянно появлялись вместе. Их отношения строились на взаимном доверии и уважении друг другу. Да, они разных видов, они говорят на разных языках, … Имеет ли это значение? В его жизни появился тот, ради кого он готов отдать всю душу и сердце. Обо всем сложном и непонятном (в особенности о том юноше в белом) он подумает потом, сейчас это абсолютно не важно…