Моё подобие: Признание

      Прошло несколько дней с тех пор, как Тишу выписали из больницы и он привыкал к временной жизни без левой руки.       Дни проходили спокойно, Кора старался помогать во всём и старался не упускать брата из поля зрения.       Тем не менее, эта ночь стала немаловажным событием в их жизни...       Тиша проснулся от грохота и звона стекла на кухне. Увидев, что старшего в соседней комнате нет, парень лениво потянулся и спустился вниз.       В глухом лунном свете, на полу, явно не в трезвом состоянии сидел Кора...       Парнишка застыл на месте от увиденного. Он никогда не видел брата пьяным.       Блеснув голубыми огнями, старший поднял взгляд на младшего. — Тиша... — Хриплый голос раздался громовым эхом в ночной тишине.       Инту сделал пару шагов назад. Страх перед пьяными людьми заиграл в голове.       Губы Коры приподнялись, оголяя грубый оскал. — Да! Да, я сорвался! — Парень подскочил на ноги, шатнувшись в бок. — Да, твою же мать, я пьян! И что дальше?! — От крика маленькое сердце сжалось, а по щеке покатилась одинокая слеза. — Я не могу терпеть это, слышишь?! Не могу.... — Старший схватился за свои кудри и упал на колени перед братом. — Прости меня... Прошу, прости меня... Я так виноват перед тобой... — Пьяное дыхание прерывалось, будто выдыхая остатки рассудка. — Я так устал... Я устал бояться зеркал и видеть ЕГО в них! Я устал просыпаться с мыслью о суициде! Я устал от этого дерьма в жизни!.. — Ладони сильнее впивались в волосы и кожу, в попытках снять напряжение. — Я болен... У меня проблемы с головой и я... Я... — Брови рефлекторно нахмурились, в попытке подавить слёзы. — Мне так жаль, Тиша... Я не смог защитить тебя и... И это так глупо! Это так по мудацки просить у тебя сейчас прощения! Такому пьяному... Уроду, вроде меня... — Вскрики медленно гасили картинку в голове старшего, пока Инту стоял в паре метров от него не в состоянии что-либо сказать. – Мне тяжело... Я не могу понять, что я делаю не так... И я запутался... Я просто потерянный ребёнок, которого бросили в детстве и он не смог найти ни себя, ни создать свой образ... Мне страшно... Как и тебе, мне страшно! — Как только Кора поднял взгляд, посмотрев глаза брату, можно было увидеть ту детскую обижу и тревогу, что очень давно таились в глубине сердца парня и не давали ему покоя все эти года. — Я наркоман и алкоголик... Я... Я не могу и... Боюсь пытаться изменить что-то... Я ничего не чувствую без ёбанной рюмки коньяка! Слышишь?! Ничего! Я даже... Живым себя не чувствую... — Тело тряслось с такой силой, будто стоит наступить не туда и он тут же упадёт. — Эта боль во мне... И таблетки её не лечат, понимаешь?.. Я не могу перебороть себя! Не могу найти блядские силы просто встать на ноги с колен! Вот... Вот настолько я жалкий... Загнанное в угол животное, не способное ответить доверием! Битая тварь божья, обиженная на жизнь! Настолько я на дне, ты видишь?! — Голос надрывался, в попытке заглушить себя же, а в слезах Артём уже буквально захлёбывался. — Я так устал стоять часами в душе, в попытке отмыть себя от грязи! Которая... Так ко мне приросла, вечные уборки мне не помогают! Как бы ни было чисто в доме... В моей голове такой бардак... Прости меня... Пожалуйста, прости меня... Я сам себя никогда не прощу, за то, что я сделал...       Последние слова растворились шёпотом, а Инту всё также стоял, в попытке собрать мысли в кучу, после услышанного.       Парнишка на трясущихся ногах подошёл к брату. — Тюша... Посмотри на меня... — Детский голосок звучал неуверенно и боязно.       Кора через силу поднял взгляд на брата, пока тот аккуратно садился рядом на колени. — Я за всё тебя прощаю. За всё. Что бы ты ни сделал, я тебя прощаю. Люблю и отпускаю тебе всё, что ты сделал... Только... Не надо молчать, пожалуйста... — Парнишка целой рукой обнял брата, слегка прижимая его к себе.       Пьяное сознание окончательно дало сбой и старший громко расплакался, прокричав на выдохе. Младший тихо сидел рядом, прижимая его к себе, молча... Просто, чтобы Кора знал, что он больше не один и он может не бояться выражать эмоции.       Едва успокоившись, Артём унёс брата в комнату и сам лёг спать, быстро провалившись в царство Морфея от эмоциональной усталости.       Инту ещё часть ночи гладил брата по голове, в надежде, что тому снятся хорошие сны.