Чаща

Брели они уже где-то час. Нет, точно час: Снейп периодически смотрел на карманные часы. Причем Блэк не делал остановок, потому что почему-то был полон сил, дрянь такая, а Снейп старался не отставать, и его все неимоверно бесило. Особенно собственная усталость. Если бы сейчас им повстречался общий знакомый и сказал, радостно сияя: «Снейп, ну надо же, ты подружился с Блэком, вот здорово, и трех лет не прошло, а ведь в школе вы терпеть друг друга не могли», то Снейп бы просто застрелил его. Вероятно. — Ты знаешь, что водишь машину как мудак? — вежливо спросил Снейп после того, как они продрались сквозь очередные заросли и остановились, чтобы стряхнуть с себя сучки и хвою. — Скажи еще, что это я врезался в то дерево, — отмахнулся Блэк. Этот ответ вкупе с бесстрастным выражением лица виновника его бед вывел Снейпа из состояния «я спокоен, я пиздец как спокоен». — И скажу! Ты врезался в дерево, потому что вел машину как мудак, Блэк. А я пиздец как устал за тобой бежать, придурок. Ты, блядь, можешь помедленней бежать? Господи. — Я не виноват в том, что ты пренебрегаешь своим здоровьем и пропускаешь тренировки, — сказал Блэк совершенно спокойно. — В Ордене они проводятся, к твоему сведению, регулярно. Они действительно проводились регулярно. Для тех, кто работал в поле. Снейп к таким сотрудникам не относился, и Блэк прекрасно об этом знал. — На хрена мне тренировки, сукин ты сын? Я зельевар! На хрена зельеверу тренировки? Блядь, ну надо же, я пренебрегаю здоровьем, вот же блядь! — Не называй меня так, — добавил Блэк, ускоряя шаг. Заросли перед ним буквально расступались, а когда за ним тем же путем брел Снейп, то перед Снейпом они заново смыкались. Снейп бежал за Блэком, бормоча себе под нос ругательства. Дамблдор издевается, зачем ставить его в пару к Блэку? Это же кошмар, это же, блядь, какая-то бесконечная история кошмара! — Почему ты меня так назвал? — не сдавался Блэк. — Почему ты сто раз сказал «блядь»? Я вообще-то занят исключительно делами Ордена, я не трахался… — …с понедельника? — Давно, — неопределенно махнул рукой Блэк. — Я не помню, когда было-то вообще? Ну, этого стерпеть было никак нельзя! — Так я напомню. Мы с тобой трахались в воскресенье. И я не называл тебя блядью. Это такое междометие, к твоему сведению. Это фигура речи, жизненно необходимая в общении с тобой. — Так не разбрасывайся междометиями почем зря! — Я устал, я дальше не пойду. Снейп остановился и прислонился спиной к старой высокой сосне. Закрыл глаза. Так хорошо стало, спокойно. Блэк, наверное, уже убежал далеко вперед, ну и пусть. — Мне перекинуться в собаку и отнести тебя на спине? — услышал он насмешливый голос Блэка на расстоянии… дюймов десяти. Он так близко? Он не ушел? — Если перекинешься, я тебя пристрелю, — утомленно пробормотал Снейп. — У меня есть револьвер. Не волшебный. И я не скажу тебе, где я его нашел. Ну, что ты думаешь? Почему машина не взлетела? Почему дерево нахрен перегородило дорогу так удачно, между обрывом и лесной чащей? — Потому что в Ордене есть предатель, — спокойно сказал Блэк. Снейп открыл глаза. Блэк стоял, раскачиваясь на носках, усыпанный хвоей. Такой красивый, такой… усталый. — И если бы мы пошли тем путем, который он для нас приготовил, то попали бы в ловушку. Так что извини, но придется идти через чащу. Выбора нет. Если бы я был один, я бы пошел в ловушку. Но ты… твоя жизнь очень важна. — Для Ордена? — усмехнулся Снейп. Сейчас Блэк скажет: «Ну да». Вот же… Но Блэк неожиданно мягко произнес: — Для меня. Ну, пойдем, пока они нас не догнали. У них-то есть не только револьвер.