Мы встретимся снова

1. (Возвращайся) Сириус стоит, прислонившись к стене, и без предисловий говорит: — Я пришел попрощаться. Я не знаю, смогу ли вернуться живым. Все-таки они непредсказуемы. Так, словно Северус знает, кто эти «они». Впрочем, Северус знает. Можно, конечно, ответить так: — Скатертью дорога. Как же давно я этого ждал! Или так: — И как прикажешь мне теперь выживать без твоих тупых острот? Я же и дня не проживу. Орден потеряет двоих, а не одного! Или просто: — Останься, — и привести как аргумент занудный список, почему нужно остаться. Но Северус знает: если уж Сириус вбил себе в голову, что какая-то организация, пусть и на условно хорошей стороне, посылает его на смерть, то он просто обязан пойти и сдохнуть как собака. Иначе никак. И Северус делает над собой усилие, чтобы улыбнуться и вымолвить: — Ну тогда возвращайся неживым, что ли. Я как раз тут некромантию изучаю на досуге. Думаю, у меня получится оживить твой труп. Сириус смотрит на него как на темного волшебника, он всегда так смотрел, даже в постели, просто сейчас он делает это невыносимо серьезно. Неужели поверил? — Вернусь, — бросает Сириус и исчезает — неслышно, как зверь, что идет на охоту. 2. (Эта Стена) Блэк стоял, прислонившись спиной к стене. Эта стена была сложена Основателями более тысячи лет назад из зачарованного черно-белого камня, названия которого Снейп не знал, хотя вдоль и поперек изучил древние фолианты на эту тему. Стена оказалась такой крепкой, что, когда рядом с ней волшебники дрались на дуэли, на ней не образовалось ни единой трещины. У стены даже было прозвище, передававшееся из поколения в поколение, но Снейп его не запомнил, потому что ненавидел прозвища. Сам он называл ее уважительно и просто: Эта Стена. Эта Стена была весьма популярна во время их учебы в Хогвартсе, она видела много признаний, как невинных, так и нет. Однажды Блэк на спор спрыгнул с этой стены без волшебства и, к сожалению, выжил, а Снейп его за это зауважал. Так и начались их странные отношения, которые до поры продолжились и после школы. Блэк как-то умудрился отколупать кусочек камня от стены. Он подарил этот артефакт Снейпу на день рождения. Камень вне стены изменил цвет и стал красно-зеленым, что было весьма символично, но отчего и почему – неизвестно. Больше Снейп ничего не знал об Этой Стене. Пока Снейп предавался размышлениям, Блэк что-то сказал, развернулся и ушел, не оглядываясь. Снейп не был огорчен: когда-нибудь он разгадает эту тайну. Блэк — это не зачарованный камень, с ним все намного проще. 3. (Преодоление холода) Стена была холодной, и воздух был холодным, и слова, сказанные мной, были холодны, как лед. Я думал, что он так спокойнее примет реальность, а он смотрел на меня и молчал, как будто я сморозил какую-то хрень. А потом начал говорить, и говорил ровно пять минут (я засекал время) о том, что я ищу смерти, потому что не хочу строить свою жизнь (что было отчасти правдой). Но просто так убиться о Пожирателей — это не по-королевски, это недостойно благородного наследника Блэков, поэтому я придумал себе высокую цель (что ложь) служения Ордену. Завершив этот короткий и страстный (для него) монолог, он снова замолчал, но никуда не уходил. Так мы стояли и пожирали друг друга злыми взглядами, пока он не промолвил с усмешкой: — Ну нет, я не намерен соревноваться с тобой в том, кто надменнее посмотрит, я проиграю, даже не начиная. Мерлин, ты не мог бы или уйти прямо сейчас, или дать мне понять, что ты… что я тебе не… И я дал ему понять, что он мне небезразличен. Слова были холодными, но прикосновение — жарким.