Принцесска и лягушатник

Дорога обратно занимает чуть больше времени и я с приятной и усталой негой в теле вплотную прижимаюсь к спине Тэхёна, крепко обхватывая его торс руками. Его размеренная езда почти убаюкивает меня, когда байк начинает плавно тормозить и останавливается. Нехотя оторвавшись от Тэхёна, перекидываю ногу, чтобы слезть с мотоцикла и тянусь к ремешкам на шлеме, пытаясь расстегнуть. — Позволь мне. — уже справившись со своим, предлагает Тэхён, поворачиваясь в мою сторону. — А? Да, конечно. — опускаю руки. — Спасибо тебе за сегодня. — расстёгивая ремешки, произносит он. — Это мне сто́ит поблагодарить тебя. Я давно так не веселился и не отдыхал. — совершенно искренне звучит от меня в ответ. — Je t’en prie, bebe. Наверное, нам нужно было пожелать друг другу «спокойной ночи», столкнуться в целомудренном поцелуе и завершить на этом наше потрясающее свидание. Наверное. Но нет. И мы оба знали, что так не будет. Потому прямо сейчас Тэхён вжимает меня в стенку лифта и без лишних церемоний нападает на мои губы голодным поцелуем. Вслепую нашарив пальцами одной руки кнопку нужного этажа, нажимаю на неё, одновременно вплетая вторую в копну его волос на затылке, несильно оттягивая красные пряди. Поцелуй выходит рваным и мокрым, я чувствую, как он с силой сжимает мои бока, а затем поднимает края футболки, чтобы коснуться холодными ладонями моего голого живота, который от контраста температур тут же напрягается, покрываясь мурашками. — Тэ…хён, Тэ… п-подожди… Господи…не здесь, стой же. — убирая его руки из-под футболки, прошу я дрожащим голосом. Он чуть отодвинувшись, смотрит на меня волком и я понимаю, что пропал. Кое-как справившись с замком на двери, мы вваливаемся внутрь квартиры, и теперь уже я налетаю на него, освободившись от обуви и куртки. Тэхён, пока ещё полностью одетый, подхватывает меня под бёдра и обрушивается поцелуями на подставленную мною шею. — Куда? — спрашивает он со сбившимся дыханием. — Прямо и направо, первая дверь. По пути в спальню меня успевают прижать ко всем вертикальным поверхностям. Я почти лишаюсь рассудка от его поцелуев, понимая, что готов целоваться с ним бесконечно. Схожу с ума, чувствуя, как чужой нос зарывается в мои волосы, громко вдыхая мой запах. Поставив на ноги, Тэхён разворачивает меня и прижимает грудью к панорамному окну, а после начинает водить кончиком носа по запрокинутой шее. Отягивая ворот футболки, оставляет поцелуи на моих покрытых мурашками плечах и медленно поворачивает к себе лицом. — Я хочу вылизать тебя. Всего. Каждый кусочек твоего блядски красивого тела. А потом трахнуть до звёзд перед глазами. — Господи… — если бы можно было кончить от слов, я сделал бы это прямо сейчас. — Ты хочешь этого, bebe? — его голос становится на тон ниже. — Д-да… — я же свой не узнаю. Взяв мою ладонь, он тянет меня в сторону кровати, после садится на неё так, чтобы я оказался аккурат меж его широко расставленных ног. — Раздевайся! — требует, откидываясь назад на свои прямые руки. От футболки я избавляюсь одним быстрым движением, принимаясь нарочито медленно стягивать джинсы. С ухмылкой на губах замечаю, как Тэхён еле сдерживается, чтобы самому не сорвать их с меня. — Не дразни, bebe! — с опасным прищуром цедит он сквозь зубы. — Как я смею. — отвечаю ему голосом, полным обманчивой наивности. Но решив, что сам не выдержу своих же пыток, позволяю брюкам сползти вниз и упасть под ноги. По блестящим глазам напротив понимаю, как сильно им нравится то, что они видят перед собой. Я никогда не стеснялся своего тела, потому его реакция нисколько меня не смущает, наоборот, лишь сильнее распаляет. Тэхён, облизав меня взглядом с ног до головы, тянет свои руки, начиная блуждать ими по моему телу: водит ладонями по подрагивающему от приятных ласк животу, медленно поднимается к груди, задевая короткими ногтями затвердевшие соски, оглаживает ключицы, плечи, руки, будто хочет сохранить на ладонях тепло моей кожи. После его взгляд устремляется прямо на мой пах, до сих пор скрытый чёрными боксерами, которые, впрочем, совсем не скрывают возбуждённый до предела член. Я вижу, как Тэхён, облизнувшись, поднимает на меня свои карамельные глаза и, не отрывая взгляда, рывком стягивает с меня трусы, чтобы без лишних промедлений начать отсасывать. От неожиданности хватаюсь руками за его плечи, со стоном опрокидывая голову назад. Он же, не останавливаясь, продолжает облизывать мой член по всей длине, проходясь по нему языком от основания до кончика головки. Он повторяет эти манипуляции снова и снова, грозясь вызвать у меня настоящую тахикардию. — Вкусный, — рокочет он, с пошлым звуком выпуская член изо рта. — Боже, заткнись. — улыбаюсь ему в ответ и, оседлав бёдра, тут же обрушиваюсь на его блестящие от слюны губы. Как же до одури восхитительно он целуется. Мне теперь всегда будет мало его поцелуев, отчего в голове зарождается маниакальное желание оторвать эти чёртовы губы и навсегда припечатать их к своим. Не отвлекаясь от поцелуя, он откидывает меня спиной на кровать, нависая сверху. После, ненадолго отстранившись, наконец-то раздевается, сбрасывая одежду на пол валяться ненужной кучей. Только лишь бандану он аккуратно снимает и кладет на прикроватную тумбочку. Я же теряю дар речи от красоты его тела, которое, как и следовало ожидать, выглядит как изваяние греческих Богов. — Ты очень красивый, Тэ. — слова сами вылетают из моего рта. — Спасибо, bebe. Ты и сам невероятно красив… слишком…tu me rends folle. Сейчас же схожу с ума только я от ощущения приятной боли, когда он несильно вонзается зубами в мои ключицы, а после проходится по ним языком, чтобы затем медленно спуститься поцелуями-бабочками по всему торсу, обводя кончиком языка горошины сосков. — Повернись на живот и приподними свой аппетитный зад, bebe. Я обещал попробовать тебя везде. — Т-ты уверен? Тэ, это не обязательно, если ты не хо… — Хочу. Очень. Ты даже не представляешь, насколько сильно. Но если ты против? — Нет. У меня больше нет ни сил, ни желания сопротивляться, потому, послушно повернувшись, становлюсь на четвереньки и, прогнувшись в пояснице, приподнимаю ягодицы, на которые сразу же опускаются чужие ладони, принимаясь поглаживать их, мять и пошлепывать. А через некоторое время я чувствую, как его руки заменяет язык, проскользнувший между половинок. Совершая круговые движения, он постепенно увеличивает давление на анус, пытаясь полностью его расслабить, затем выписывает языком восьмерку от основания яичек до кольца мышц, принимаясь одновременно ласкать мой член. Всё, что остаётся мне — это закатывать в наслажлдении глаза, стонать и испытывать особый сорт извращённого удовольствия, не сравнимый ни с чем. Тэхён продолжает вылизывать меня так, будто я самое вкусное мороженое. Он лижет размашисто, широко, втягивая края дырочки губами, посасывая и отпуская их с пошлым чмоком. Его движения такие мягкие, плавные и настолько крышесносные, что я невольно начинаю подаваться назад в попытке продлить и усилить эти ощущения. — Тэ…я…я б-больше не могу… мгхм… — Смазка и презервативы? — В верхнем ящике, слева от тебя. Пока я пытаюсь перевести дух и выровнить дыхание, Тэхён достаёт всё необходимое, кидая рядом с собой на кровать, а после выдавливает прозрачную смазку себе на пальцы и начинает осторожно растягивать меня, перевернув на спину. Он делает это очень деликатно и нежно, параллельно нашёптывая мне в ухо какие-то французские словечки, о значении которых я не имею ни малейшего представления. — Х-хватит, п-пожалуйста…я готов…не мучай меня, — из последних сил держась за реальность, прошу его я. От предвкушения кусаю губы и поднимаю осоловелый взгляд на Тэхёна. Он, разведя мои колени в стороны, устраиваяется между ними, стягивает с себя боксеры, высвобождая свой возбуждённый до предела член, по которому спешно раскатывает презерватив и, подставив головку ко входу, начинает медленно проникать. — Б-боже…даааа. — глаза закатываются сами собой. — Diable! В тебе так хорошо, bebe… — его голос такой низкий и хриплый. — Двигайся, Тэ…дааа…вот так… Боже… И он больше не сдерживается. Его толчки становятся более размашистыми и ритмичными. Тэхён входит до упора, попадая каждый раз по заветному комочку нерв, вырывая у меня уже не стоны, а крики наслаждения. Он опускается ниже и, расставив свои руки по обе стороны от моей головы, начинает делать круговые движения бёдрами, максимально усиливая мои ощущения. Я закидываю свои ноги ему на поясницу, подаваясь своим тазом навстречу его толчкам. Руками притягиваю его лицо к себе, чтобы заглушить свои крики пошлым поцелуем. — Развернись, детка. — просит он тоном, не терпящим возражений. Развернувшись, я становлюсь на четвереньки, а Тэхён, тесно прижавшись к моей заднице, одним движением снова проникает в меня, возобновляя быстрые, но глубокие толчки. — Чёрт, чёрт, чёрт! — я уже не ощущаю себя. Всё тело напрягается почти до судороги, мне кажется, что часть меня уходит, словно её что-то всасывает. Тэхён ложится своей грудью на меня, кладет одну руку под мой живот, заставляя выпрямиться и оказаться прижатым спиной к его груди. Не прекращая толчки, он тычется губами в мою мокрую от пота шею и, поднимаясь по ней к мочке уха, засасывает её в рот. — Невероятный…я больше не отпущу тебя, bebe… ты мой…скажи… скажи, что ты мой! — требует он. — Я…я…твой… — Громче, bebe! — Твой…твой! Моё тело больше не слушается меня. Я лишь чувствую, как во мне начинает расти прилив дикой энергии. Напряжение доведено до предела, оно становится слишком большим. Меня прошибает разрядом тока, всё тело сводит судорогой так, что я даже не понимаю в какой момент меня накрывает сумасшедший оргазм, заставляя кончить с громким и протяженным стоном. Лишь на грани реальности ощущаю, как толчки сзади становятся всё более рваными и быстрыми. Тэхён трахает меня ещё несколько секунд, прежде чем, замерев, кончить, издав нечеловеческий рык. — Блядство! — и вот оно - состояние космоса, невесомости и какого-то глупого счастья.

🐸👑

Прошло добрых 20 минут, а мы всё так же лежим голые, с переплетенными конечностями и сцепленными в замок руками. — Нам нужно в душ, Тэ. - напоминаю ему в который раз. — Полежим ещё немного, bebe, — канючит он, пропуская мои волосы сквозь пальцы. — Мы можем полежать и после, но уже не такие липкие и потные. — не сдаюсь. — В тебе умер романтик Чонгук-а, — со вздохом произносит он. — Лаааадно, идём. — Иди первый, я пока достану чистые вещи и перестелю кровать. — чмокаю в губы и встаю. Пока Тэхён моется, я быстренько меняю постельное бельё, собираю с пола нашу разбросанную одежду, сложив её аккуратной стопкой, достаю из шкафа два комплекта домашней одежды, состоящей из серых пижамных шорт и широкой футболки в тон, и захожу в ванную в тот момент, когда Тэхён, намотав вокруг бёдер полотенце, сушит волосы вторым. — Я не знаю, в чём ты обычно спишь, поэтому принёс тебе свою пижаму. — протягивая вещи, обращаюсь к нему. — Обычно я сплю голым, bebe, — как ни в чём не бывало, продолжая сушить волосы, сообщает мне Тэхён. — …а… эм…ну… Отличный из меня филолог, однако. Надо сменить профессию, пока не поздно. — Оу, принцесску это смущает? — поворачивается ко мне лицом, поигрывая бровями. — Когда-нибудь ты договоришься и я отработаю на твоём красивом лице мой хук справа, детка. — выделяя последнее слово, хватаю его за запястье, выкручиваю руку и завожу за спину так, чтобы он оказался прижатым спиной к моей груди, а второй рукой накрываю его шею, несильно сжимая. — Достаточно убедительно, Ким? — в самое ухо спрашиваю у него я. — Не хочу тебя расстраивать bebe, но у меня встал. Занавес.