u think im pretty?

Постепенно темный силуэт Хёнджина растворился в темноте, а взгляд Ликса всё ещё был устремлен вперед. Сквозь слезы он пытался что-то рассмотреть, но ничего не удавалось. Тихо хныкая, он прикрыл лицо руками и медленно повернулся, стараясь быстрее уйти от этого позора. Уйти от этого места, от этого человека, от этой жизни. Вот только как Феликсу вернуться? В бегах за хеном он совсем не запоминал дороги.. В темных переулках Ли никогда не ошивался, потому что по своей породе он бы просто не смог выжить, ходи он такими путями. Фел всегда чувствовал то напряжение, исходящее от таких мест, а сейчас оно тем более перло из всех сторон и стен. Делать нечего, нужно идти хоть куда-нибудь. Немного придя в себя, Ли перестал плакать и как только смог уверенно встать на ноги, сразу двинулся искать путь домой. Темные уголки и закаулки так и манили, будто что-то шептали, запугивали, немо кричали. Тишина и шелест выкинутых газет заставляли Ликса держать ухо востро. «Почему так темно? Айщ..» Ли тихо ругался и бубнил себе под нос, стараясь отвлечься от мыслей, что лезли в его голову. Он пытался выйти хоть куда-нибудь, но все попытки казались тщетными и, казалось, он просто наворачивал круги по бесконечным трущобам. — кс-кс-кс, киса — вдруг послышалось из-за спины — ты что-то говорила? — второй голос с издевкой звучал все оттуда же — а вдруг это пацан, а? — третий голос громким шепотом спрашивал по всей видимости у первых двух. Ли старался не обращать внимания, потому что знал, что может быть и быстро шел вперед, ища выход. — даже если мужик, у меня такой опыт в первый раз будет — радостно сказал первый голос, он был слышен уже более четко. Спустя пару секунд слышны шаги. Ли все еще надеялся просто уйти, как вдруг его схватили за плечо и резко повернули к себе. Перед парнем стояло трое мужчин лет 25-26 на вид, их лиц не было видно из-за кромешной тьмы, но вот голоса были слышны. Они медленно окружили Фела, не давая ему двинуться в сторону. У самого Ли в этот же момент оборвалось всё. Сердце сжималось так сильно, что становилось трудно дышать. Глаза бегали, ища свет, хотелось видеть лица. — что в-вам надо? — ли постарался убрать чужую руку с плеча, но без успеха — хааах, киса, такой застенчивый, не бойся — второй голос.. от человека исходил до жути неприятный запах перегара. — давай договоримся? — третий голос. Вдруг тяжелая рука легла на второе плечо ли и грубые пальцы начали задевать край рубашки, что открывала ключицы Ликса. В ответ Феликс лишь тяжело сглотнул. Ватное тело и ком в горле не давали что-то сказать. Наступило то, чего он боялся всю жизнь. Вот только раньше его защищала мать, а сейчас он никому не нужен. Никто не поможет.. никто не поможет. — тшш — вдруг ещё одна ладонь накрыла рот Ли, не давая издать ему и звука. Началось какое-то шевеление, какая-то паника, переговоры. Руки, много чужих рук. Они принялись бродить по хрупкому телу Феликса, задевать его одежду, оттягивая ворот рубашки. Одна ладонь начала сжимать ягодицы. Ликс пытался кричать, но его шею и рот плотно сжимали. Вот и конец. Кто-то из троих прислонился своими губами к шее и принялся так жестко, пошло кусать её, оставляя кровавые раны. От этого хотелось блевать. Ликс дергался, но его лишь больше заламывали. С него стягивали одежду, рвали рубашку. Руки все чаще прикасались к тонкой коже, сжимали, царапали её. Больно. Одна из рук лезла в сторону нижнего белья, неопрятно пытаясь стянуть его и джинсы. Его бедра сжимали, ударяли. Еще один шлепок, но уже по лицу.. кровь, наверное. Что-то теплое и густое точно текло изо рта. Всё зудело и ныло. Ликсу оставалось лишь безмолвно плакать и отсчитывать последние минуты жизни. Его терзали, кидали из рук в руки. Заламывали, старались как-то унизить. Работа шла не очень шумно, стоял немой гул. Лишь изредка можно было услышать как кто-то из троих говорил двоим другим что нужно делать и как быстро. По всей видимости, все они были не в адекватном состоянии. — тебе и мне будет приятно, малыш — кто-то приблизился к Ли сзади. Мерзкий, пьяный и грубый голос звучал у самого уха Фела, пока другие руки сжимали и держали его, одна из чужих легла на пах. Смерть, нет, ЛУЧШЕ УЖ УМЕРЕТЬ. Еще одна рука схватила ладонь Ли и положила на чужой член. Мерзкий, морщинистый.. Феликса буквально трясло, но чужая ладонь на его лишь сжималась сильнее, заставляя Ли работать рукой в полную силу. Слезы стекали по щеками, больше не было сил кричать и молить о пощаде. Казалось, что вот вот он проснется и это окажется очередным кошмаром. Но он тут. Он чувствует каждое прикосновение, каждый вздох, каждый шлепок, каждый «поцелуй». — ну же, давай быстрее.. — слышалось будто из тумана. Ли буквально терял сознание, но изредка его били по лицу, дабы тот не прекращал работу. — ТЫ, СЫН ШЛЮХИ — вдруг крик, резкий, грубый. — БЛЯТЬ ВАЛИМ — трое резко отстали от Ликса, бросая измученное тело в сторону. Слышно как кого-то ударили. Еще удар. Крики, шум. Кого-то бьют.. Темно, больно.. тошнота. Ликс постарался натянуть на себя одежду и прийти в себя. Почти ничего не было видно, по губам текла кровь, не давая нормально говорить. В глазах было темно, но он все же смог разглядеть чей-то силуэт сидящий на ком-то бьющий ему лицо. Что..? Хен..? Хенджин? Это был Хван. Он сидел на одном из троих и буквально выбивал из него всё. Его взгляд.. по-настоящему злой. Лишь его выражение лица говорило, что он готов убить кого-то угодно в этот момент. Хван сидел на почти неживом теле, ударяя мужика по лицу. Его костяшки на руках уже покрылись кровавыми ранами и кровью лежащего, но он продолжал. Хен будто озверел. Он бил его так сильно, что казалось и правда убьет. Все это время он кричал не переставая — на тебе, сволочь! Получай тварь ебаная, сдохни, СДОХНИ БЛЯДИНА — Феликсу без того было тяжело, но ещё одной смерти на его глазах он бы просто не пережил. Нужно было остановить Хвана, потому что последствия для него будут плачевны. — Хенджин!! Прошу, Хенджин! — Ликс бросился на Хена, обхватывая его руками сзади. Сил почти не было, но все же парень старался как-то оторвать старшего. — прошу тебя.. Прошу!! Хватит, я умоляю!! — сквозь слезы, Ликс еле кричал, все сильнее вжимаясь в Хвана. — погоди — Хен оттолкнул младшего, продолжая бить морду мужика. Закрывая лицо руками, Ликсу оставалось лишь ждать пока тот угомониться. Тяжело. Ли истерил, он не кричал, но его трясло, а на лице была нездоровая улыбка. Парень тихо сидел позади старшего. Тут Хвана как водой окатило. Почему он помог ему..? Почему спас? …. Старший ринулся к Ликсу. Хван снял с себя джинсовку и, накидывая ее на плечи Фела, обнял того. — прости меня.. прошу.. если когда-нибудь получится, прости. — Хенджин положил чужую голову на свое плечо и накрыл её своей ладонью. Из его глаз медленно текли горячие слезы. — не надо.. я гряз-зный — сквозь дрожь и слезы Ликс пытался отстраниться. Он не хотел осквернять того, кого действительно ценил и любил. — я с тобой, слышишь? Я никуда больше не уйду, понимаешь? Я тут. Я рядом, я никогда никому не позволю так с тобой поступать, слышишь меня? — Хенджин игнорировал слова младшего. Он взял лицо Ли в свои ладони и уставился тому в глаза. Голос Хвана дрожал. Он был напуган и растерян, он боялся за Феликса. В ответ на эти слова Ли лишь ещё больше расплакался, стараясь прикрывать свое тело, лицо руками. — опять плачешь, ну переставай уже, тебе нужны силы.. пойдем, тебе тут делать нечего — с лаской и заботой тихо говорил Хван, стараясь поднять Ликса на руки. На удивление это оказалось очень легко, этому сопутствовало нулевое сопротивление младшего и его мелкий вес. — я не могу.. прости пожалуйста.. нет — Ли тихо говорил Хвану, обмякая на его глазах. — к-куда..? — мы идем домой, Феликс, мы вместе пойдем домой. — Хван сказал это уверенно, но в его голосе ещё слышались ноты страха и тревоги. Он аккуратно убрал пряди волос с лица Ликса, по всей видимости тот потерял сознание от стресса и истощения. На лице Хёна расцвела легкая улыбка с сожалением и он медленным шагом направился вперед, вынося Ли к своей машине.