From the Ashes Begin Anew — Из пепла Начни заново

      В септе Дерия опустилась на колени в молитве рядом со своим отцом Нимором. Они оба молились за скорейшее выздоровление ее бабушки и его матери, принцессы Мерии Мартелл, женщины, которая принесла Дорну независимость в эпоху драконов и помогла сохранить достоинство Дорна. Но хотя они и пытались это отрицать, все знали, что конец ему близок. Несмотря на все свои проблемы с бабушкой, Нимор был похож на любого сына в том, что он не хотел терять мать, хотя они оба знали, что смерть — естественная часть жизни и никто не должен жить вечно. Почему боги не даровали бабушке долгую жизнь?       «С тобой все в порядке, Дерия?», — С беспокойством спросила Беландра у Дерии. Беландра была ее опекуном с самого рождения, поэтому, помимо отца, Беландра была единственной, кто хорошо понимал Дерию. — «Ты слишком быстро что-то шептал себе».       Дерия с опаской посмотрела на своего смотрителя. — «Я… я…».       «Все в порядке, Дерия. Ты можешь мне сказать», — Успокоила Беландра женщину, которая когда-то помогала растить.       «Мне страшно, Беландра», — Призналась Дерия.       «Потому что твоя бабушка умрет?» — Беландра уже знала ответ.       «Я не хочу, чтобы она умирала», — Дерия чувствовала, что будет чувствовать себя обнаженной без бабушкиных объятий и тепла, которые ей хотелось сохранить как можно дольше.       «Я знаю», — Беландра погладила ее по голове. — «Но если пришло ее время, то мы должны принять это. Мы не можем бросать вызов тому, что боги уже решили для нас».       «Но почему же тогда мы молимся, если это никак не помогает?» — Спросила Дерия.       «Если это не делает нашей принцессе лучше, тогда мы должны помолиться за ее душу, когда она отправится в загробную жизнь, так же, как мы делали это за бесчисленное множество других, которые были до нас», — Продолжила Беландра.       «И когда она умрет, Дерия, ты знаешь свой долг?» — Спросил Нимор у своего единственного ребенка.       Дерия знала, почему ее отец спрашивает об этом. Она знала, что тот, с кем он разговаривал, знала, что ее видели с ней наедине, и всем давно было ясно, что бабушка предпочитает ее отцу. Она никогда не хотела оказаться в положении, когда ей придется идти против своего отца, как она никогда не хотела идти против своей семьи, хотя она знала, что ее отец никогда не собирался соблюдать пакт о ненападении с повелителями драконов. Однако она еще не была в состоянии показать свою позицию, и по долгу службы Дерия знала, что в конечном итоге она выйдет замуж и ей придется произвести на свет детей, которые продолжат линию Дома Мартеллов на дорнийском троне.       «Да, отец», — Торжественно кивнула Дерия.       «Очень хорошо», — Нимор поцеловал ее в макушку. — «А вы, леди Беландра, вы тоже знаете свой долг?»       «Да, мой принц», — Подтвердила и Беландра. Хоть она и любила Беландру, Дерии не нравилось, что она так предана Нимору. Это заставляет меня осознать, что я не могу ей полностью доверять, но, надеюсь, это окажется ошибочным.       После того, как они закончили свои молитвы, Беландра взяла Дерию на прогулку по садам Солнечного Копья, пытаясь отвлечь ее внимание от уныния, которое вскоре должно было одолеть их всех.       Дерия вспомнила, как умерла ее мать и в Солнечном Копье прошла грандиозная похоронная процессия, и она вспомнила, как была ошеломлена всей совокупностью обстоятельств, особенно когда придворные обращались к ней по разному, например «моя принцесса», «Принцесса Дерия» или «Ваша Светлость». Некоторые семьи, такие как Толанды, Уллеры и Джордейны, уже пытались связаться с ее отцом, пытаясь женить одного из своих сыновей на Дерии, но ее отец был достаточно любезен и посоветовал им всем оставить его в покое, поскольку они были в трауре, и она была слишком молода, чтобы принять такое решение. Ее бабушка также сказала им держаться подальше от ее внучки, что удивило Дерию, поскольку это был первый раз, когда она проявила к ней теплоту. Тем не менее, я должна поблагодарить их обоих за то, что они уговорили этих лордов не приближаться ко мне со своими сыновьями.       Когда Дерия узнала, что ее бабушка действительно умирает, она нашла утешение в трех самых близких подругах, которых она приобрела с детства: Седре Аллирион, Алиса Ледибрайт и Исилле Сантагар. Она шла с ними по пескам с видом на узкое море, довольствуясь просто взглядом на воды.       «Знаешь, Дерия, не хочу быть показаться холодной, но ты должна это принять», — Алиса была той, кто не боялся высказывать свое мнение, поскольку она также потеряла своего младшего брата, когда была маленькой. — «Я знаю, что это тяжело».       «Но Алиса… это моя бабушка, сама Желтая Жаба. Даже Аргилак Дюррандон не смог ее одолеть», — Голос Дерии надломился.       «Смерть неизбежна, и это душераздирающе. Но мы с тобой. В конце концов, мы твои друзья», — Исилла тоже была честна, но сумела сделать это так, чтобы люди не обиделись.       «И послушай. Даже несмотря на то, что ты скоро станешь наследницей трона Дорна, помни, кто ты. Мы поможем тебе, потому что то, что ты носишь корону, ничего не изменит между нами», — Заверила ее Седра. Она была верной, что Дерия ценила превыше всего.       «Спасибо», — Но Дерия почувствовала, как слезы упали с ее лица, и Седра, Алиса и Исилла подошли и крепко обняли ее.       Однако их прогулка по садам была прервана, когда к ним подошли лорд Джордейн и глава стражи Солнечного Копья, оба в сопровождении еще нескольких стражников с копьями.       «Ваши светлости», — Лорд Джордейн склонил голову перед двумя членами Дома Мартеллов.       «Милорд», — Обратился к нему принц Нимор.       «Я пришел сюда, чтобы привести вас всех в личные покои, от имени принцессы Мерии».       Беландра напряглась. — «Пора, не так ли?»       «Боюсь, что это так, миледи», — Продолжил он говорить.       И Нимор, и Дерия знали, о чем он говорил. Готовясь, они с Беландрой собрали слуг и других членов их семьи, прежде чем пройти через залы Солнечного Копья к личным покоям Мерии. Дериа могла только ждать того, что должно было произойти после смерти их бабушки, потому что с ее уходом это будет новый мир, к лучшему и к худшему.       По прибытии они увидели, что их уже ждут лорд Дейн и лорд Виль. Оба склонили головы при прибытии принца Нимора и принцессы.       «Принц Нимор и принцесса Дерия, так приятно видеть вас обоих», — Сказал лорд Виль.       Нимор кивнул в ответ. — «Я тоже рад вас видеть, милорд. Спасибо, что пришли сюда в такой короткий срок».       Лорд Виль тяжело вздохнул. — «Это действительно печальный день для нас. Никто не может по-настоящему рассчитывать на то, что будет соответствовать примеру принцессы Мерии, за исключением ее сына и ее внучки».       «Спасибо, милорд», — Дерия быстро приняла его похвалу. — «Но она еще не умерла. Давайте отложим этот разговор на потом».       «Мои извинения, принцесса Дерия. Я хочу только подготовиться к будущему», — Сказал лорд Виль.       Лорд Виль не нравился Дерии из-за его манеры поведения и глаз, которые она много раз видела у многочисленных интриганов при дворе Солнечного Копья, но еще больше она ненавидела то, что он уже готовился к смерти ее бабушки.       Именно по этой причине Дерия с нетерпением ждала разговора с лордом Дейном. — «Здравствуйте, милорд Дейн».       Лорд Дейн склонил голову перед Дерией. — «Моя принцесса, мне нечего сказать, кроме… твоей бабушки будет не хватать, что бы ни случилось».       Беландра заговорила от имени Дерии. — «И мы благодарим вас за такие добрые слова, милорд. Но, пожалуйста, дайте принцессе Дерии минутку, чтобы принять то, что происходит. Это все очень ошеломляет ее, и ей определенно будет тяжелее».       Лорды Дейн и Виль уважительно улыбнулись. — «Конечно, миледи».       Нимор понимающе покачал головой. — «Тогда я буду первым, кто попрощается. Пожалуйста, простите меня».       «Конечно, отец», — Затем Дерия получила поцелуй от отца в макушку.       Дерия ждала снаружи, пока ее отец говорил последние слова бабушке. Руки Дерии дрожали, но ее удавалось контролировать это до такой степени, что никто не мог этого заметить. В конце концов, Дерия была принцессой Дорна.       «Моя принцесса», — Лорд Джордейн вышел из комнаты вместе с ее отцом. — «Она сейчас хочет тебя увидеть».       «Милорд. Отец», — Обратилась к нему Дерия, снова обнимая отца. «Если бы только мать была жива и была здесь», — С грустью подумала она.       Дерию провели в спальню его бабушки, где ее посетил его личный врач и другие члены двора Солнечного Копья. Она была совершенно шокирована тем, как выглядела ее бабушка, великая Желтая Жаба, некогда способную принцессу Дорна, которую она знала, сменила еще более болезненная старуха, которая боролась до последних секунд своей жизни.       «Подойди ближе, Дерия. Я чувствую, что все меня подводит, поэтому я почти не чувствую тебя», — Она указала на свою единственную внучку, и она повернулась, чтобы посмотреть на нее, но ее глаза ничего не видели, хотя она старалась. — «Хотя я едва тебя чувствую, я чувствую, что ты станешь достойным наследником трона Дорна».       «Пожалуйста, бабушка. Мне не нужно им быть, потому что ты уже великая», — Дерия отчаянно поцеловала ей руку.       «Избавь меня от этой чепухи, девочка. Даже такая слепая женщина как я видит, что мне осталось недолго в этом мире», — Решительно ответила умирающая принцесса Дорна. — «Но хватит обо мне. Корона тяжела на голове, и хотя моему сыну придется нести это бремя самому, ты будешь ему нужна, сейчас больше, чем когда-либо. Я уже чувствую, как стервятники ждут, чтобы склевать останки нашей семьи».       «Бабушка, как ты можешь такое говорить? Дорн в безопасности, наша семья в безопасности», — Сказала Дерия.       «Пока нет», — Покачала головой ее бабушка. — «Предстоит еще многое сделать, хотя боги не позволяют мне сделать то, что требуется. Будь верна своему отцу, но также работай, чтобы убедиться, что эта земля не будет сожжена драконьим огнем».       «Нет, нет», — Быстро ответила Дерия. — «Этого никогда не произойдет, бабушка. Я не позволю такому случиться».       «Никогда не предполагай лучшего, Дерия», — Сказала она ей. Дерия боялась стать следующей претенденткой на дорнийский престол, но не могла отказать желанию бабушки.       «Я сделаю, как ты хочешь, бабушка», — Сказала Дерия бабушке.       «Поклянись!» — Она повысила голос.       Дерия вздрогнула, но снова успокоилась. — «Клянусь, бабушка».       «Хорошо», — Принцесса Дорна сжала руку Дерии. — «Завтра в это же время Нимор станет новым принцем Дорна. Делай то, к чему призвали тебя боги».       После того, как Дерию в последний раз выгнали из спальни ее бабушки, ее отвезли в ее комнаты в Солнечном Копье. Она не могла спать, потому что это была долгая ночь для нее. Все, что она могла делать, это ходить по своей комнате, ожидая, что принесет ей утро. И она, должно быть, потеряла счет времени, потому что наступило утро, а она все еще не спала.       Дверь открылась, и вошла Беландра, которую тоже мучила бессонница, как и ее. — «Дерия, ты не спала?»       «Я не могла, леди Беландра», — Сказала она ей.       Она понимающе кивнула. — «Дерия… твоя бабушка умерла», — Дерия закрыл глаза и грустно опустил голову, но Беландра подошла к ней и крепко обняла ее. Она позволила слезам упасть с ее лица. — «Пойдем. Позволь мне сейчас отвезти тебя к твоему отцу или принцу Нимору».       Вместе с другими придворными Солнечного Копья они прибыли в зал присутствия, где теперь сидел ее отец Нимор. Как один, Беландра и Дерия опустились на колени.       «Мой принц», — Сказали они вместе.       Нимор встал. — «Встаньте, пожалуйста», — Он поцеловал руку леди Беландры, а затем еще раз в щеку Дерии, прежде чем крепко обнять Дерию. — «Дерия».       «Мой принц», — Дерия отогнала мысли назвать его детским именем.       «Что ты будешь делать теперь, Дерия? Вернуться, отвлечься на некоторое время?» — Дерия не смогла ответить сразу, что заметила Дерия. — «Все в порядке, дочь моя. Ты сможешь ответить к концу недели».       Дерия благодарно кивнула. — «Спасибо, мой принц».       Нимор погладил дочь по голове. — «Скоро мы поговорим снова, Дерия. Но, пожалуйста, продолжай называть меня отцом, когда рядом никого нет».       Дерия улыбнулась. Но в глубине души она знала, что ей предстоит много работы, особенно потому, что она должна была внести свой вклад в обеспечение того, чтобы пожелания ее бабушки о том, чтобы Дорн заключил мир с повелителями драконов, были уважены любой ценой.       Дерия очень переживала за своего отца, так как многое знала об отце из своих наблюдений. Несмотря на всю его жесткость и стремление к лидерству, она знала, что на ее отца легко повлиять, и окружить себя такими, как лорд Виль, плохо кончится для них всех. Пожалуйста, бабушка. Если вы здесь духом, помогите мне сделать то, что мне нужно. «Я не могу сделать это без тебя», — Тихо вскрикнула она, сдерживая слезы, поскольку она была в присутствии других людей в Солнечном Копье. ———————————————————————————————————————————————————       Брандон задал быстрый темп и прижался бедрами к Маре Уллер, его член вонзился глубоко в нее. Ее руки пытались удержаться на простынях, каждый толчок толкал ее вперед.       Брандон держал ее в своей постели и без конца трахал, извлекая из нее бесчисленные стоны. Она знала, что ее крики восторга стали его убежищем, когда он спрятал лицо между ее ног и позволил ей притереться пиздой к его лицу для ее удовольствия. Он знал, как ей нравится, когда ее лижут, его язык рисует его имя между ее складками, пока ее пальцы не тянут его за волосы, а ее бедра не сжимаются вокруг его головы. Ей всегда хотелось большего, она плакала, когда он останавливался, хотя ничего, ничего по сравнению с тем, когда он наконец позволил ей кончить.       Тогда ее освобождение было всем, что он мог ощутить, ее безграничная сладость ощущалась на его языке.       И он проглотит все это, прежде чем его толчки замедлятся и станут глубже, когда он погрузится в нее по самую рукоять. У нее перехватило дыхание, когда он позволил ей почувствовать, как хорошо они подходят друг другу, ее влагалище крепко сжалось вокруг его выпуклого члена.       Брандон мог застонать ее Маре, когда он прижал свой член к ее стенам, ее пизда отчаянно цеплялась за его член. Он почувствовал, как его яйца напряглись по мере приближения освобождения. Он хотел оставаться внутри нее, накачивая ее своим семенем, независимо забеременеет ли она или нет.       Затем он поймал ее губы когда она оглянулась на него. Их поцелуй был горячим, с открытыми ртами, их языки переплетались, когда их окутывало освобождение. Теплое и липкое семя влилось в нее, подношение, которое он никогда не хотел прекращать.       Осторожно, чтобы не рухнуть на нее, Брандон прилег рядом с ней и дал им обоим возможность отдышаться.       «И ты говоришь, что ты плохо ладишь с женщинами?» — Недоверчиво спросила его Мара. — «Наверное, это были лучшие занятия любовью, которые у меня когда-либо были».       Брандон усмехнулся, а Осень скулила. — «Похоже, моему лютоволку пришлось страдать из-за нас».       «Ей лучше привыкнуть к этому. Я не собираюсь позволять кому-то другому владеть тобой», — Мара положила голову ему на плечо. — «Знаешь, в Дорне мы не смотрим на ублюдков свысока. Тебе там хорошо».       «Если бы мне было безопаснее уйти», — Сказал Брандон. — «Не уверен, что мы сможем там сделать, особенно учитывая, что Желтая Жаба мертва».       Мара Уллер грустно вздохнула. — «Она была… великой женщиной, полной власти и честности. Жаль, что ей пришлось уйти сейчас, особенно когда ситуация становится более напряженной, чем когда-либо».       «Но здесь ты будешь в безопасности», — Предложил Брандон.       «Нимор Мартелл может добиться больших успехов с помощью некоторых людей под его руководством. И я боюсь возвращаться, честно говоря», — Нервно сказал Мара.       Брандон прижал ее к себе. — «Не волнуйся. Я защищу тебя, и Осень тоже. Верно?» — Лютоволчица села на них сверху, прижавшись между ними, пытаясь поглотить их общее тепло.       Джейникс вошел в покои Брандона, заставив Мару прикрыться простынями Брандона, в то время как Брандон просто лежал там, обнаженный для глаз Джейникс.       «Ты когда-нибудь слышал о стуке, Джейникс?» — С ухмылкой спросил Брандон.       «Одевайтесь, Лорд Сноу. Было созвано заседание Малого Совета, и вы, очевидно, должны присутствовать», — Сказал ему Джейникс.       «Можете ли вы повернуться, принц Джейникс?» — Спросила Мара, собираясь за одеждой.       Джейникс вздохнул, прежде чем выполнить ее просьбу. — «Знаешь, Брандон, я не то чтобы что-то говорю, но разве нет правила, согласно которому ты не трахаешься с тем, от кого получаешь информацию?»       «Она не тот человек, от которого я просто получаю информацию, Джейникс», — Оборонительно сказал ему Брандон, пока одевался. — «Она становится… чем-то особенным для меня».       «Становится?» — Мара шутливо усмехнулась. — «Я думала, что уже стала».       «Стала чем-то особенным», — Поправил себя Брандон, заставив Мару улыбнуться ему. — «Она… больше, чем маленькая птичка, в качестве которой я ее завербовал».       «Я не маленькая птичка. Я действительно могу защитить себя», — Ответила Мара.       «Стойте, мы отклонились от темы», — Сказал Джейникс. — «Даже среди тех, кто занимается довольно опасным занятием по получению информации, существуют определенные правила, которые необходимо соблюдать, и секс с кем-то из вашей сети нарушает их».       «Я же говорил тебе, Джейникс. Она не из таких. Я… действительно полюбил ее», — Ответил ему Сноу.       «Хорошо, молодец, Брандон», — Джейникс был не так счастлив, как Брандон. — «И она дорнийка, Брандон. Учитывая намерения принца Нимора по отношению к нам, это рискованный поступок, поскольку к ней будут относиться с некоторым подозрением».       «Я знаю, как рискованно быть с лордом Сноу, принц Джейникс», — Сказала Мара. «А мои кузены в Пекле даже не заметили бы моего отсутствия, так что мне нечего терять, оставаясь в Дорне, и нечего терять, находясь вдали от него. И зачем мне покидать Брандон, тем более, что Осень такое драгоценное создание, такое пушистое и все такое?» — Мара продолжала тереть живот Осени и говоря уже ей: — «Ты просто большой милый меховой комок, который может прокусить человеку шею одним укусом. О, да, ты такая и есть».       После этих последних слов голос Мары изменился, что отражало ее любовь к Осени, когда она тоже провела руками по шее лютоволка. Осень в ответ облизнула ей руки, а затем лицо, заставив ее громко рассмеяться. Это заставило Брандона почувствовать себя счастливее за Мару, поскольку Осень нашла еще одного, которого считали компаньоном.       «Хорошо. Я приму твои чувства к лорду Сноу и его лютоволку, но сейчас нужен твой партнер по постели. Давай, поторопись», — Сказал Джейникс.       Брандон, наконец, оделся, прежде чем еще раз поцеловать Мару и почесать морду Осени. — «Я вернусь».       Джейникс шел с Брандоном к залу Малого совета. — «Из всех женщин, с которыми ты мог бы переспать, Брандон, ты выбрал ее?»       «Я понятия не имел, что ты способен на неодобрение, Джейникс», — Сказал ему Брандон.       «Послушай, мне на самом деле все равно, кого ты возьмешь в свою постель и будешь трахать всю ночь напролет. Но другие так не увидят. Она не только из Дорна, но и связана с одним из самых смертоносных домов, которые сейчас поддерживают Нимора Мартелла».       «По ее словам, она не очень близка со своими родственниками из Пекла. Семь Адов, они даже не заметили, что она ушла», — Ответил на это брат Хранителя Севера.       «По ее словам», — Сказал Джейникс.       «Ты сомневаешься в том, что она говорит, Джейникс?» — Брандон на это обиделся.       «Я просто демонстрирую здоровый уровень скептицизма, Брандон. Ты являешься частью нашей семьи, поскольку ты дядя Элис, которая скоро выйдет замуж за Деймона. Не думай, что я не защищаю твои интересы. В конце концов нужно доверять семье».       Брандон был удивлен тем, что только что сказал Джейникс.       «Знаешь, это самое доброе, что ты когда-либо говорил мне. Я никогда не думал, что ты вообще способен такое сказать», — Пулу-шутливо, полу-искренне сказал Брандон.       «Ну конечно», — Предупредил его Джейникс.       «Я просто говорю, что тебе следует время от времени говорить другим больше комплиментов. Тебе это подходит, даже если ты этого не видишь».       «Но ты понимаешь, к чему я клоню?» — Спросил Джейникс.       «Да. Слушай, я осторожен с тем, с кем сплю, но тебе не о чем беспокоиться. У меня есть зеленое зрение, поэтому я знаю, кто будет для меня опасен», — Ответил Сноу.       «Это включает в себя того, на кой ты женишься?» — С любопытством спросил принц Приюта Сфинкса.       На этот вопрос Брандон не смог ответить. — «Мои способности не всемогущи. Они лишь дают подсказки в определенные моменты, которые указывают мне в определенном направлении, но недостаточно конкретны, чтобы я мог видеть, куда именно идти», — Ответил на его вопрос Брандон Сноу.       «Тогда как тебе удалось дойти до этой точки, лорд Сноу?» — Спросил его Джейникс.       «Я следую за подсказками, как любой волк, уловивший запах. А поскольку я произошел от лютоволков, мы всегда правы, когда дело доходит до поиска источника запаха», — С гордостью сказал Брандон.       «Хммм», — Выдохнул Джейникс. — «Ты выбрал интересные слова, Брандон. Но хватит об этом. Нам нужно присутствовать на собрании».       «Но ты знаешь, что все мои предсказания оказались точными?» — Спросил Сноу у принца.       «Да, но мы поговорим позже. А что касается Мары Уллер, просто будь с ней осторожен», — Сказал ему Джейникс.       «Ты меня знаешь», — Ответил ему Брандон.       Брандон присутствовал на заседании Малого Совета, из-за его обязанностей как Лорда Десницы, темой была смерть Желтой Жабы, и все собрались за круглым столом. Эйгон, Рейнис, Джейникс, Висенья, Валейна и Эйрион заняли свои места, а также Орис Баратеон как Мастер над войной, Тайгор Лениар и его сын Реймикс, Торрхен Старк как Мастер над законом и его жена Джоселин, главный архитектор Рахитеон, Конно и Кензо Хару, Деймон Веларион как Мастер над кораблями и лорда Селтигара как Мастер над монетой.       «Мы действительно находимся в неизвестных водах, милорды и миледи», — Объявила Рейнис. — «Пакт о ненападении с Дорном окажется под угрозой, поскольку сама Желтая Жаба была той, кто хотел сохранить мир во всех Семи Королевствах. Ее сын Нимор, теперь новый принц Дорна, не будет столь восприимчив к поддержанию мира учитывая, что он был против пакта о ненападении с самого начала. Насколько нам известно, мы ничего не знаем о его намерениях», — Она повернулась к Джейниксу. — «Есть что-нибудь о том, что сказали ваши птички в Дорне?»       «Что ж, моя королева, к счастью, не было никаких серьезных движений вдоль границы и по всей территории Красных гор. Я, конечно, выразил свои соболезнования Солнечному Копью, в которых предложил поговорить с ними по вопросу соблюдения пакта о ненападении», — Сказал им всем Джейникс. — «Однако на данный момент я не получил ответа на сообщение».       «Это неплохие новости, но и не хорошие», — Заявил Эйрион. — «Отсутствие ответа может означать, что они заинтересованы в сохранении пакта о ненападении, который мы заключили между нами, но, учитывая темперамент Нимора, они могут выжидать, прежде чем прийти к окончательному решению».       «Согласен, милорд», — Сказал Конно Хару. — «Вполне возможно, что пока мы ждем ответа от Солнечного Копья на письмо принца Джейникса, они замышляют более агрессивное отношение к нам. Теперь, считают ли они, что разумно вести агрессию против земель, находящихся под властью повелителей драконов, это другой вопрос. Но фактом является то, что они не удовлетворены условиями пакта о ненападении, особенно потому, что они нервничают по поводу драконов, летающих к северу от них и способных при любой возможности обрушить на них огонь».       «И есть также исторические прецеденты, которые мы должны учитывать», — Добавил Тайгор. — «В число предков Дома Мартелл входит принцесса Нимерия, которая пришла со своими десятью тысячами кораблей после того, как ройнары потерпели поражение в войнах с Валирией. И теперь им приходится иметь дело с последними остатками самой старой Валирии. Они никогда не смогут чувствовать себя по-настоящему в безопасности с такой-то историей».       «Это было много веков назад», — Отметила Джоселин. — «Есть такая вещь, как возможность уйти от таких исторических конфликтов».       «Исторические прецеденты действительно играют роль в том, как определенные дома взаимодействуют друг с другом, леди Джоселин», — Сказала ей Валейна. «Например, Бракены и Блэквуды уже давно враждуют друг с другом с тех пор. Даже несмотря на то, что лорд Колрен Блэквуд занимает доминирующее положение над Домом Бракенов, они все еще находятся в конфликте».       Проблемы Дома Бракенов в речных землях были хорошо известны повелителям драконов Семи Королевств. И это было головной болью для членов Малого Совета, поскольку им приходилось постоянно слышать о происходящих там неприятностях.       «Тему о доме Блэквуд и доме Бракенов можно отложить на потом, мунья», — Сказал Эйгон. — «Но она говорит правду, поскольку исторические прецеденты, установленные между ройнарами и валирийцами, формируют негативное мнение между нами и домом Мартеллов».       «Но она тоже не ошибается», — Висенья встала на защиту леди Джоселин. — «Вполне вероятно также, что исторические прецеденты, установленные между ройнарами и драконами, также являются очень удобным оправданием для принца Нимора Мартелла. Кепа, ты раньше встречал Нимора Мартелла?»       «Несколько раз, да», — Ответил ей Эйрион. — «Желтая Жаба действительно была грозной женщиной, поскольку даже ее слепота не могла ограничить ее возможности управлять Дорном. Но к Нимору его отношение было отношением человека, которому еще долго пришлось ждать, прежде чем получить свое наследство, и который был слишком нетерпелив. Я признаю, что он является прекрасным представителем того типа людей, который можно встретить в Дорне, но я могу сказать, что он был довольно нетерпелив и склонен к импульсивным действиям».       «Что заставило вас прийти к такому выводу, лорд Эйрион?» — Спросил Торрхен Старк.       «В последний раз, когда я был в Солнечном Копье, произошел инцидент, в котором я смог наблюдать, каким типом характера обладал Нимор Мартелл», — Начал объяснять Эйрион перед всем малым советом. — «Это был поединок между ним и этим дорнийским рыцарем, дом, которому он принадлежал, я не могу вспомнить. Но в любом случае Нимор Мартелл сражался классическим дорнийским копьем, а рыцарь преследовал его с мечом. Принц Нимор выступил великолепно, в котором он умел обращаться с копьем так, что позавидовали бы даже лучшие воины страны. Они сказали, что поединок был частью развлечения, которое я получу во время моего визита в Солнечное Копье, но я узнал почему они вообще позволили провести этот поединок».       «Почему состоялся этот поединок, милорд?» — Спросил главный архитектор Рахитеон.       «Похоже, что Нимор сражался с этим рыцарем, так как ему не понравилось, как тот рыцарь посмотрел на его жену, поэтому Желтая Жаба разрешила поединок, чтобы восстановить его честь».       «Ну, это то, что естественным образом произойдет, милорд», — Заметил Кензо Хару.       «Естественно, но непосредственной причиной поединка было то, что Нимор проиграл много монет в пари с рыцарем, и Нимор заставил рыцаря поставить эту монету в рамках поединка, который он выиграл».       Малый Совет коллективно усмехнулся. — «Итак, он не только импульсивен, но и мелочен», — Заметил лорд Селтигар.       «Действительно. Это было бы точное слово, чтобы описать его», — Сказал Эйрион лорду Селтигару в ответ.       «Но в любом случае, Нимор теперь контролирует Дорн, а это означает, что в его руках много власти», — Сказал им всем Орис. — «И он мог бы использовать эту силу, чтобы быть более агрессивным по отношению к нам».       «Чего он планирует достичь, если станет агрессивным против земель, которыми правят драконы?» — Спросил Деймон Веларион, показывая, насколько недоверчивой была вся совокупность обстоятельств.       «Каждый раз, когда происходит смена власти, тот, кто становится новым правителем, должен быть в состоянии сформировать свою собственную новую основу для власти, которой он обладает. И я уверен, что в Дорне есть множество тех, кто не совсем восприимчив к тому соглашению которое мы заключили», — Сказал Реймикс.       С тех пор как Реймикс представлял своего отца, который оставался в Староместе, он показал себя способным членом совета. Он гораздо больше походил на идеальный валирийский экземпляр: мускулистое телосложение и длинные серебристые волосы. Однако он также хорошо разбирался в тонкостях валирийских заклинаний, о чем Брандон хотел узнать больше, а также он был более опытным в том, как все делалось при дворе. Он может выглядеть как воин, но ему место здесь, в Королевской Гавани, где он мог бы принести максимум пользы, используя свои таланты.       «Как вы думаете, какие дома готовы выступить против нас, лорд Реймикс?» — Спросил его Торрхен Старк.       «Для начала, Дом Виль».       Малый Совет кивнул головой, особенно Джейникс и Висенья. Дома Виль пользовался дурной славой в Королевской Гавани, особенно в случае, когда они сорвали свадьбу, кастрировали жениха и насильно лишили девственности невесту и ее служанок, прежде чем продать их в рабство. А конфликтов Дома Виль с Джейниксом и Висеньей, а также его унижений было достаточно, чтобы драконы поняли, что у него будет постоянная неприязнь к драконам.       «В Солнечном Копье известно, что Дом Виль становится одним из самых сильных сторонников принца Нимора», — Сообщил Джейникс. — «Я не думаю, что лорд Виль подтолкнет Нимора к более агрессивному поведению по отношению к нам, но нам не следует ожидать, что Нимор будет настолько восприимчивым, слушая тех, кто выступает за пакт о ненападении, если он послушает лорда Виля».       «Конечно, он бы не стал, принц Джейникс», — Сказал Брандон. — «И есть также некоторые дома вдоль Красных гор, которые контролировались Желтой Жабой, такие как Дом Коргайл и Дом Уллер. Желтая Жаба действительно установила хрупкий баланс между Соляными Дорнийскими, Песчаными Дорнийскими и Каменными Дорнийскими домами, но это определенно не будет продолжаться, пока у штурвала стоит принц Нимор».       «Можно ли достичь какого-то соглашения с каменными дорнийскими домами?» — Спросил лорд Селтигар. — «Они действительно могут потерять больше всех, если разразится война, поскольку им придется принять на себя основной удар любых сил, которые попытаются проникнуть на их земли. Война — дорогостоящее мероприятие, и каменные дорнийские дома являются наиболее мощными, когда она речь идет о боевых способностях Дорна».       «Этого курса стоит придерживаться, милорд», — Вышел Орис, чтобы поддержать его.       «Но Лорд Селтигар, Каменные Дорнийецы, в этот момент даже не попытается общаться с нами», — Напомнила ему Висенья. — «Они, вероятно, слишком заняты попытками завоевать расположение нового принца Дорна, поэтому достижение соглашения с нами будет наименьшим из их приоритетов».       «Все варианты будут доступны», — Сказала им всем Рейнис. — «Но теперь мы должны работать изо всех сил, чтобы сохранить мир с Дорном. Никто не хочет войны, и мы должны надеяться, что принц Нимор проявит благоразумие и не поставит под угрозу мир, который у нас был».       В этот момент в зал Малого совета вошел посланник. — «Ваши светлости, молорды и миледи», — Обратился ко всем посланник. — «У меня в руках сообщение от Солнечного Копья».       Это привлекло внимание всей палаты: Джейникс взял письмо, поскольку знал, что это будет ответ на его письмо с соболезнованиями от Солнечного Копья. Он развернул письмо и очистил свой голос, прежде чем заговорить.       «Принцу Джейниксу из дома Белейрис,       Я принц Нимор Мартелл. Я благодарю вас за ваши добрые слова и соболезнования, которые вы послали мне и моей дочери Дерии в это время молитв и нужды. Мы еще раз увидели щедрость и заботу, которой обладают драконы, которая действительно глубока и продолжительна. А ещё мы поздравляем аас и принцессу Висенью с её беременностью. Это благословение, когда на свет рождаются дети, поскольку можно по-настоящему понять смысл жизни, когда вы держите на руках новых детей»       «Пока все хорошо», — Нервно подумал Брандон.       «Как новый принц Дорна, я должен сообщить, что произойдут изменения в том, как будут происходить дела между Дорном и королевствами, находящимися под властью повелителей драконов», — Продолжил чтение Джейникс. — «Мир, который поддерживался между нашими королевствами, привел к значительному процветанию по обе стороны Красных гор, а торговля и товары улучшили жизнь тех, кто находится ниже нашего положения. Но когда дело доходит до пакта о ненападении, заключенного между моей покойной матерью принцессой Мерией Мартелл и лордом Эйрионом Таргариеном, я должен сказать, что есть определенные области этого пакта, которые совершенно неравны с точки зрения того, кто получит выгоду. Нужно быть надлежащим возмещением обид, учитывая, что некоторые лорды и леди подверглись личному унижению и должны получить удовлетворение. Честь всего Дорна окажется под угрозой, когда дело дойдет до нынешней формы пакта о ненападении. Поэтому я настоящим прошу вашего короля и королевы Вестероса, чтобы начать пересмотр условий пакта о ненападении, в котором мы сможем поддерживать мир между нашими королевствами. Если соглашение не может быть достигнуто, то я должен выразить беспокойство всего Дорна относительно того, как мир можно сохранить. Я выражаю искреннюю надежду, что вы и ваши дома увидят мудрость в пересмотре пакта о ненападении на более справедливый по своей природе.       С уважением,       Нимор из дома Мартеллов, принц Дорна»       Джейникс тихо сел и позволил письму распространиться по круглому столу.       Эйрион усмехнулся, когда закончил просматривать письмо. — «Этот человек… я не знаю, что он имеет в виду, когда говорит «пересмотр пакта о ненападении на более справедливый». Я очень ясно дал понять самой Желтой Жабе, что с нашей стороны не будет никаких попыток подчинить их, а также недвусмысленно заявил, что независимость Дорна будет признана».       «Это явно провокация», — Добавила Валейна. — «Одним из наиболее важных условий этого пакта было то, что независимо от того, кто возьмет на себя бразды правления в Дорне, этот пакт продлится пятнадцать лет и будет продлеваться. Это также делает письмо Нимора свидетельством того, что он намерен нарушить договор».       «Скажи еще раз как ты описал его характер?» — Спросил Эйгон у отца.       «Импульсивный и мелочный», — Ответил Эйрион своему сыну.       Эйгон вздохнул и покачал головой. — «Ну… похоже, нас ждет потенциальный конфликт».       «И он знает, что мы будем протестовать против его действий, чего он и хочет, поскольку это позволит ему проявить себя как борца с драконами, чего хотят видеть его сторонники. И никакого ответа на его письмо, которое он хотел бы получить, даже если бы были обнародованы при дворе Солнечного Копья, привели бы к такому же результату, только он мог бы изобразить нас слабыми и нерешительными», — Объяснил им всем Джейникс. — «Может быть, это было импульсивно и мелочно, но, возможно, это был первый раз, когда он приложил все усилия».       «Мы все еще не можем делать то, что он хочет», — Сказал им всем Реймикс. — «Есть ли способ ответить на этот вопрос, не вызывая ответной провокации?»       «Если он не хочет сохранять пакт в его нынешнем виде, то как насчет того, чтобы показать ему последствия несоблюдения его в буквальном смысле?» — Спросил Деймон.       «Что ты думаешь делать?» — Спросила Рейнис у кузена.       «Мы не позволяем всем дорнийским товарам проникать в Королевскую Гавань и во все наши гавани, мы запрещаем любым торговым группам, путешествующим по суше, входить в наше королевство, и мы конфискуем их товары», — Предложил Деймон. — «Таким образом, мы покажем им, у кого больше власти, не прибегая к кровопролитию».       «Это может сработать», — Поддержал лорд Селтигар. — «Мы можем навредить Нимору Мартеллу финансово, дадим ему понять, что его попытка сопротивляться нам приведет лишь к ужасным последствиям. И нам также следует рассмотреть вопрос о повышении стоимости ведения торговли с нами».       «Это может сработать», — Поддержал Кензо. — «Мы должны позволить им почувствовать последствия того, что мы не являемся их покупателями в отношении их товаров. Никакого дорнийского красного или что-либо еще, происходящее из песков, не должно проникать через наши границы».       «Согласен», — Поддержал Орис.       «Но мы также должны быть осторожны. Запрет на дорнийские товары потенциально может привести к тому, что граница столкнется с возмездием со стороны тех, кто потеряет деньги», — Отметил главный архитектор.       «Ваши опасения приняты к сведению, милорд, но нам также следует учитывать затраты на выполнение того, чего хочет от нас принц Нимор», — Сказал ему Эйгон.       «Хорошо. Мы наложим запрет на все дорнийские товары в ответ на действия принца Нимора», — Заявила Рейнис. — «А теперь нам следует перейти к следующему порядку дел, который касается Волантиса».       Брандон втайне беспокоился о том, как пойдут дела, и это заставляло его молиться. Старые Боги, пожалуйста, не позволяйте принцу Нимору делать что-нибудь еще. «Нам не нужен конфликт», — Протянул он руку.