Ночные встречи

      Огонь.              Сильнейшая стихия. Она ступает обликом кровожадной женщины по земле, разрушая всё на своём пути. Несётся без оглядки, оставляя после себя пепел и обугленную землю. Не щадит ни взрослых, ни детей, ни животных. Она питается слезами, кровью и утратой. Но стоит ей только подобреть, как она становится спасением для человека. Согревает язычками своего пламени в морозный день, не позволяет голодать, делится чашечкой горячего напитка. Веками прокладывает людям путь сквозь тьму, не позволяя черноте утащить ни одно существо в свои чертоги.              Дым.              Предвестник пожаров. Он шагает впереди огня и не менее опасен. Проникает в легкие, прогоняя из них безопасный воздух. Встает стеной перед глазами, ограничивает обзор и щиплет глаза. Но он тоже бывает милостив: становится первым предупреждением скорого прихода огня, тем самым спасая людей от бед.              Но Нове, кажется, оба решили насолить.              Обессиленная ведьма бежала вперед не оглядываясь. Она чувствовала, как жар пламени несется за ней по пятам. Лёгкое чёрное платьице на данный момент чувствовалось невероятно тяжелым, будто было сшито не из хлопка, а сплавлено из тяжелого железа.       Женские руки были полностью в крови. В чьей? Ловчая и сама не знала. Понимала только, что эта багрового цвета жидкость явно не принадлежала ей. Тогда кому? Была ли это кровь одного из церковников? Или же Другого, который так рьяно боролся за своих близких? А могла ли это быть его кровь?..              Последняя мысль ударила по голове раскаленным молотом. Темные пряди волос липли ко лбу из-за пота. Ноги стали чугунными, но Нова не могла позволить себе остановиться. Не могла позволить темноте и огню, состоящих из ее страхов, сомнений, боли поглотить её. Она не могла позволить себе сдаться. Она не должна была их подвести.              Внезапно появившаяся уверенность резко оборвалась, стоило длинной юбке платья стать преградой. Не успев сообразить, ведьма уже упала на размокшую, будто после дождя, землю. В ушах стоял гул, измученное тело отказывалось хоть немного слушаться. Пальцы впились в грязь, загоняя ее под ногти к уже застывшей крови. Внутренности скручивало в узел. Густой дым перекрывал дыхание, слепил глаза. Хотелось плакать, кричать, а еще лучше умереть, а после очнутся в невероятной красоты саду.              Вдруг земля под Новой затряслась. Неужели Бог услышал её молитвы, её желания? Решил избавить её этих мук? Или всё-таки наказать за ложь, предательство? Но разве её страданий было не достаточно?              Громкий свист не дал тревожным мыслям развиться дальше. В следующую секунду ловчая почувствовала острую боль в затылке и потеряла сознание.               Нова резко подорвалась на кровати. Пижамная футболка прилипла к влажному от пота телу, а запутанные каштановые пряди так и лезли на лицо. За неприкрытым шторой окном была глубокая ночь — лишь тусклый свет уличных фонарей осветлял пустые дороги. В комнате стояла духота: то ли проблема была в закрытом окне, то ли это были последствия не первого за эту неделю кошмара.              Не вставая с кровати, девушка медленно, превозмогая дрожь в руках, стянула с себя верхнюю часть пижамы, позволяя воздуху окутать её грудь и спину, тем самым вызывая неприятные мурашки. Дышать всё равно легче не стало. На грудь будто высыпали груду камней, а по голове ударили чем-то тяжелым. Щёки были влажные от слёз, следы от которых также виднелись на белоснежной наволочке.              Нова уже устала от этих кошмаров. Всё чаще всплывали мысли о том, чтобы вообще не спать и уморить себя. Вдруг после этого она будет спать как убитая и не останется сил на какие либо сны?              Хорхе давно знает о её ночных мучениях и помогает ей, как может. Они вместе с Оникс занимаются йогой, анимаморф также учит её медитациям, в то время как Хорхе часто заваривает травяные чаи. Результаты есть, но крошечные. Мужчина не раз просил ловчую поделиться с ним переживаниями, которые могут терзать её во время сна. Но что она ему скажет? Что на самом деле шпионит за ними как последняя крыса и её терзает собственная совесть?              Деревянный пол тихо проскрипел. Нова медленно проложила путь от кровати к шкафу и уже через мгновение на ней была одета чистая кофта. Также неспешно она оказалась у окна, открыла его и впустила в комнату прохладный осенний воздух. На улице с каждым днем значительно холодало, а пожелтевшие листья всё больше напоминали о том, что солнечное лето давно покинуло землю, сменившись дождливым октябрем. Несмотря на любовь девушки к данному времени года, пасмурная погода и ночные холода явно отбивали желание выбираться из Гнезда, но встречи с Ренато и задания от Веспер никто не отменял.              Боясь, что может простудиться, Нова отошла от окна, оставив его приоткрытым. На прикроватной тумбочке, отражая лунный свет, стояла пустая склянка, которую ловчая забыла наполнить водой перед тем, как отправиться в царство Морфея. Тяжело вздохнув, она взяла стакан и тихо покинула комнату.              В ночном Гнезде царила особая атмосфера. Спокойная тишина, разбавляемая звуками улицы из открытого на проветривание окна, приятно ласкала уши и совсем не душила. Стоявшие по углам небольшого коридора растения в тусклом освещении фонарей создавали особый уют, тем самым на несколько секунд приковывая взгляд ведьмы. Некоторые из них во всю цвели, не скрывая красивые бутоны и заполняя помещение сладким, цветочным запахом. Многие знали, что за большинством из зелени ухаживал именно Хорхе. Веспер предлагала убрать парочку растений, на что получила категорический отказ — Хорхе было не в тягость, а наоборот — в удовольствие.              Улыбнувшись внезапно нахлынувшим воспоминаниям, Нова направилась в сторону гостинной. Жилище, будто потакая ведьме, не выдавало ее: все жители давно спали и шанс наткнуться на кого-то был крайне мал, половицы смиренно лежали, не издавая ни звука, а недавно проснувшееся от кошмара тело на удивление взбодрилось.              Умиротворенная улыбка быстро испарилась с лица, стоило ловчей оказаться в гостинной. Ее взгляд сразу же зацепился за мужской силуэт, сидевший за столом. Кому он принадлежит догадаться было нетрудно: черное пальто, такие же черные длинные волосы с седыми прядями и слегка сгорбленная от усталости осанка сразу выдавали его. Шен. Будто почувствовав чужой сверлящий взгляд, мужчина немного развернулся. Его глаза, которые в тусклом освещении еще больше напоминали угольки, колко впились в девушку, будто изучая. Приятная тишина сменилась напряжением. Нова застыла на месте, а к щекам сразу прилила кровь, тем самым выдавая смущение. Кто угодно, но точно не он должен был видеть ее в таком состоянии: потрепанной, уставшей, проснувшейся несколько минут назад. Явно заметив, что своим пристальным вниманием смутил девушку, чернокнижник отвернулся, отпивая напиток из чашки. Нова тихо выдохнула, но с места не сдвинулась.              — Ну и чего ты застыла, будто привидение увидела?              Хриплый голос полностью развеял тишину, вызывая легкую дрожь. Ловчая замялась, потопталась на месте, а затем медленно прошла к столу.              — Я… ничего, — снова уловил взгляд мужчины на себе, она дополнила, — не бери в голову.              Раздался стук стекла о кухонную поверхность, а затем характерный звук льющейся воды. Девушка налила полный стакан и сделала два жадных глотка, обильно увлажняя сухое горло. Стало легче. Ей хотелось поинтересоваться, что Шен забыл здесь в такое время, но и столбу было понятно, что день у него не задался, а значит лучше лишний раз не приставать.              — Вода в чайнике всё ещё горячая.              Ведьма развернулась и бросила на чернокнижника недоуменный взгляд, но он полностью игнорировал ее присутствие, смотря в другую сторону. Ворчит, но всё равно пытается… заботиться? Нова недавно заметила, что они сблизились. Значительно сблизились. Девушка волновалась за Шена, если он отправлялся на особо опасные задания, он же тоже переживал за нее, но более умело это скрывал. Бывало ловчая ловила на себе его взгляд, который до чёртиков ее смущал, но она старалась не подавать виду. Также упрямо игнорировала мурашки и ускоренное сердцебиение, которое вызывали случайные прикосновения.              Изначально Нова планировала не задерживаться на кухне и поскорее вернуться в спальню. Но снова возвращаться в объятия сна под угрозой встречи с еще одним кошмаром пугало до безумия — уж лучше она побудет в обществе ворчливого чернокнижника.              Пригодилась оставленная Хорхе мелисса, которая иногда помогала девушке быстрее уснуть. Чай она заварила в тишине и молча опустилась на стул напротив Шена. Второй же сделал глоток, вероятно, улуна и вернул взгляд на ведьму. Предугадывая, о чем он собирается спросить, девушка решила его опередить, раз уж составила ему компанию.              — Ты почему не спишь?              Шен если и удивился, то явно не подал виду.              — На миссии задержался, — быстро ответил он, не позволяя развить эту тему. — Встречный вопрос к тебе.              Нова закусила щеку изнутри и отвела взгляд. О ее проблемах знал, вероятно, весь Союз, ведь Веспер пару раз интересовалась о самочувствии Новы, когда они работали группой. Так что ловчая была точно уверена, что Шен был осведомлен и быстро понял причину. Зачем тогда спросил? Переживает?              А Шен действительно переживал. Он заметил, что в последнее время Нова особо плохо спит — она могла опоздать на встречу в библиотеку, если та была назначена с утра, либо же просто выглядела неважно. Он знал, что Хорхе сообщили о проблемах ловчей и он пытался ей помочь, но от этого легче не становилось. Хотелось как-то поддержать Нову, но чернокнижник не знал каким образом. Да и будем честны, он явно не был профессионалом в коммуникации с людьми, особенно если дело касалось подобного.              — Кошмар. Ты, наверное, слышал, что у меня в последнее время проблемы с этим.              Взгляд ведьмы был направлен на чашку перед собой, а пальцы крепко сжимали хрупкую фарфоровую посудину настолько сильно, будто еще секунда и по ней пойдут трещины. В данный момент, хотелось просто исчезнуть, либо вернуться в прошлое и запретить самой себе покидать спальню этой ночью.              За окном проехал небольшой автомобиль, на пару секунд освещая комнату ярким желтым светом. Пара никак не отреагировала на постороннее движение на улице — Шен продолжал смотреть на Нову, растягивая минуты тишины, а Нова и дальше пялилась на содержимое своей чашки. Атмосфера с каждой секундой становилась всё более неловкая и ловчая всерьез задумалась над тем, дабы как можно быстрее покинуть кухню.              Со стороны чернокнижника послышалось шуршание, а потом его рука скользнула по столу, но остановилась в нескольких сантиметрах от ведьмы, так и не достигнув ее кистей. Эти необдуманные движения со стороны Шена заставили девушку поднять на него вопросительный взгляд.              — Нова… — его голос звучал тише и спокойнее, будто создавая более интимную обстановку, — Если захочешь поговорить, то знай, что я не буду против выслушать тебя.              Ловчая опешила, а сердце в груди ускорило ритм. Нова знала, что в Гнезде Шен не блистал популярностью, а большинство вообще обходило его десятой дорогой. Он часто бывал груб с другими и только своим видом давал понять, что с ним лучше не продолжать разговор. Но с ней он был другим. Да, во время первого знакомства он произвел не самое приятное впечатление, но кто знал, что спустя довольно короткий промежуток времени девушка будет радоваться лишь при виде этого ворчливого чернокнижника.              — Шен… — ведьма хотела аккуратно отказать, но что-то ее остановило. Возможно, это было простое желание кому-то высказаться и перестать всё прятать внутри себя. — У меня… было не самое счастливое детство и думаю, что это одна из причин.              Нова озвучила самую малость из своих переживаний. Сказала то, что ему можно было слышать. Она не могла высказаться ему о тревоге из-за миссии, из-за предательства, которое ей предстоит совершить. Но девушка рада, что разделила хоть маленький комок проблем с Шеном.              Не дожидаясь реакции мужчины, ловчая спешно поднялась со стула, оставляя чашку с недопитым и уже остывшим чаем на столе. Не произнося ни слова, она направилась в сторону выхода, дабы как можно скорее оказаться в своей комнате. Ведьма уже начала жалеть, что открылась, что позволила кому-то подобраться так близко, особенно зная, что потом должна будет причинить ему боль.              Поток мыслей, как и саму девушку, остановил хриплый голос за спиной.              — Спасибо… спасибо, что поделилась, — послышался скрип стула, а затем шорох одежды. — Спокойной ночи.              — Доброй, Шен.              Не говоря ни слова больше, девушка быстро скрылась в темноте коридора, так и не увидев легкую улыбку на лице чернокнижника.