Цыпленок

С того дня прошел примерно месяц. За это время Чимин сильно изменился. Во-первых, он перестал ходить в кафе Юнги, он впринципе стал избегать его, и не только его, старший не раз хотел поговорить и извиниться за свои слова, но Чимин всегда находил причину, чтобы избежать любого разговора с хёном. Во-вторых, он начал усердно заниматься танцами. И это конечно хорошо, но он совсем перестал видеть границы адекватного. Он изнурял себя тренировками в зале, тренировался до головокружения, до потери сознания, до онемевших ног… В-третьих, он перестал нормально питаться. Для него теперь не существует полноценной еды, есть только вода, яблоко, и жвачка… И самое страшное, что его организм больше не воспринимает еду как, что-то хорошее, теперь для его организма, еда — это злой враг… *** Юнги ненавидел себя, за то, что позволил себе сказать Чимину о том, что тот располнел, что его щеки стали огромными. Эти слова были сказаны в шутку, с них должны были посмеяться, или послать, в крайнем случае ударить, но они не должны были оставить рану на сердце. Он думал надеялся, что его слова не скажутся на младшем, думал, что тот пообижается и забудет… Но как же он ошибался. Если бы он только знал, что его слова понесут за собой такие последствия, он бы вымыл рот с мылом. *** Сначала, Чимин перестал приходить к нему в кафе, позже он стал избегать, и игнорировать Юнги. Младший пресекал все попытки и из-за этого становилось еще паршивей. Спустя время Юнги решил не надоедать Чимину, поэтому пустил все на самотёк. И, о чёрт, это было худшим решением из всех возможных. Он так не жалел даже когда покрасил волосы в мятный. *** После того как Юнги решил пустить все на самотёк прошло примерно три недели. Он больше не пытался связаться с младшим, но вместо этого он постоянно интересовался его самочувствием через общих друзей, в крайнем случае однокурсников. И его не радовало то, что он слышал. Его пугали изменения в Чимине, поэтому он решил снова начать действовать. Он предложил Джину пойти всей толпой на пикник и аргументировал это тем, что они давно не выпивали вместе. Джин конечно удивился такому предложению от Юнги, но с расспросами не лез. Юнги за это очень благодарен. В итоге все договорились собраться и посидеть возле реки Хан. И какое же было счастье Юнги, когда он узнал, что Чимин тоже согласился прийти. Он был безумно ахуевший удивлен увидеть такого Чимина. Чимин был одет в свободные серые штаны и белую футболку, хотя обычно он носил только яркую и обтягивающую одежду. Его лицо было слишком худым, а глаза слишком тусклыми, в его глазах больше не было тех самых огоньков, которые так сильно запали в душу Юнги. Чимин больше не был самым улыбчивым и прилипчивым, теперь он был отстранённым и опустошённым? Чимин слишком мало ел, точнее не так, он вообще не ел. Единственное, что съел Чимин, это был кусочек жареной свинины… И все… Буквально через пару минут после съеденного кусочка мяса, он пошел в туалет. Юнги, как и ожидалось, пошел следом. И о черт, он стоял под дверью и слышал как Чимин выплёвывает тот несчастный кусочек мяса. Он даже не заметил как по его щекам начали течь слезы. Вышедший из туалета Чимин, испугался увидев Юнги, но еще больше он испугался, потому, что тот плачет... Почему? Не мог же он все слышать. Или мог? — Чимин…- проговорил Юнги со слезами на глазах. — Это из-за меня, да? — Я…- Чимин не знал, что ответить, он был в растерянности, только, что поймали с поличным. — Юнги-хён, ты тут не причем...- как же банально он пытается оправдать себя, но Юнги ведь не дурак, он все сразу понял... — Как давно? Чимин, как давно ты творишь эту хуйню? Господи, какой же я урод, — с явной растерянностью и злостью, проговорил Юнги — Хён, ты не причем, просто я реш…— он не успел договорить, потому, что Юнги резко притянул его к себе, тем самым заключая в объятия — Просто я не подумал прежде чем говорить, — перебил его Юнги, при этом все сильнее сжимая младшего в своих объятиях. Он боялся случайно переборщить с силой и сломать тому рёбра. Чимин в его руках был таким хрупким, таким беззащитным, и таким сломанным. Юнги ненавидел себя за то, что младший сейчас находится в таком состоянии лишь по его вине… — Чимин, пожалуйста прости меня, я не в коем случае не считал и не считаю тебя толстым. Ты мне нравишься таким, какой ты есть. Я тогда ляпнул не подумав, думал, что ты пошлёшь меня, ударишь, или посмеешься. Я даже не подумал, что могу очень сильно тебя ранить своими словами... Прости, цыпленок... — Н…нравлюсь? — дрожащим голосом спросил Чимин и посмотрел на Юнги взглядом побитого щенка. — Да, Чимини, нравишься. Еще с первой встречи, ты был таким милым в своем розовом свитере и с веснушками на лице. В тот момент ты был так сильно похож на цыпленка. Прости меня, я поступил как урод, прости меня, цыпленок — со слезами на глазах проговорил Юнги — Ты мне тоже нравишься, Юнги. После того как ты сказал, что я поправился, я подумал…нет, не так, я поставил себе цель похудеть и добиться тебя — проговорил Пак и все сильнее прижимался к старшему. — Цыпленок, тебе не нужно этого делать. Ты прекрасен, я всегда восхищался тобой. Твоими безумно милыми щёчками — поцелуй в них — Твоими веснушками и просто тобой — Юнги берет его за руки оставляет поцелуи на запястьях — Прости меня, я не имел права говорить тебе подобное, ты самый светлый, самый красивый, и самый любимый человек в моей жизни. Позволь мне исправить свои ошибки, позволь помочь тебе вылезти из этого дерьма, позволь быть рядом, ты позволишь? — шепотом проговорил Юнги — Ты мне безумно нравишься, цыпленок, ты…ты будешь со мной встречаться? — дрожащим голосом спросил Юнги. — Ты мне тоже нравишься, и я…я позволю тебе исправить свои ошибки. И да, я буду с тобой встречаться, — со слезами счастья проговорил Чимин и поцеловал старшего в плечо. — Мы справимся, слышишь?, — спрашивает и заглядывает в до боли любимые глаза. Справятся Он справится Они справятся Но это не значит, что Юнги простит себя. Теперь он будет постоянно признаваться своему цыпленку в любви, постоянно доказывать то, что он идеален. Он постоянно будет целовать запястья, живот, щеки и нашёптывать о том насколько он прекрасен идеален. Чимин простил Юнги Но Юнги, никогда не простит себя за то, что причинил столько боли, своему самому любимому цыпленку