Герой загробного мира: Бакуго

      Плавная остановка электрички, открытие дверей позволило людям вытечь только чтобы смешаться с остальной серой массой, текущей в центр города. Среди прочих был неприметный юноша в гокуране, правая рука была занята заявкой на поступление в Юэй с копиями нужных документов, его формальная причина приезда. Левой держал клетку с белым попугаем.       Внезапно толпа разбежалась под звуки моторного рёва, сбоку от пешеходного перехода, на полной скорости гнал мотоцикл.       Использовав причуду он принял удар правой рукой. Закалка лопнула, но успев повалить байк. Осмотрев лежащее на боку транспортное средство невозможно было не заметить разрезанный трос. Однако поток размышлений прервало осознание факта, все бумаги разворотило на лоскуты. И Киришима закричал во все горло. —Навевает воспоминания...— Рукия облокотившаяся на стену бастиона Юэй, сегодня один из немногих дней когда можно было зайти и подать заявки в само здание да еще сходить на экскурсию. —Хмм...— Её заменитель только сейчас обратил внимание на девушку слева от него. Последние пару дней Кацуки пребывал не в лучшем настроении духа, его разрывало множество чувств, гнев, усталость и даже непонимание и все это было направлено на самого себя.       Теперь, достоин ли он войти в эти стены? Что о нем могли подумать люди знай они о призраках и его бездействии, о том, к чему это привело многих из них? В любом случае, документы он уже отнёс. —Я говорю об академии духовных искусств, место где учат быть шинигами...— Кучики старалась завязать с Бакуго длинный разговор, последние дни это не выдавалось и было понятно почему, на него взвалили груз о которой юноша не просил и втянули в мир где он открыл для себя новые ответственности с которыми уже заочно не справился. —И я была лучшей на курсе...— но хмурый юноша продолжал смотреть на вход в здание. Они ждали Мидорию.       Но прежде чем она продолжила появился оббинтованный парень в гокуране, обративший все внимание улицы на себя —Черт возьми, я добрался. Ех-хе-хе!—       Клыкастый оскал на пол лица и рука с пачкой бумаг отправилась вверх, словно тот сделал невозможное. Когда он пытался перейти ворота, на него сверху свалился неопрятный мужчина под тридцать со странными лоскутами на шее, оставив парня лежать под собой. Неужели охранник? —Почему вы такие нерациональное? Везде чётко прописано. С. Животными. Нельзя. Оставляй здесь или проваливай.— Обратив внимание на другую была замечена позолоченная клетка с белым попугаем. —Привет, меня зовут Юичи Сибата. А как вас?— Кацуки пристально глядел на попугая в то время как Рукия решила взяться за дело. —Эмм... Может мы присмотрим за ним?—       Юноша перед ними выглядел неуверенно, но всё-таки передал клетку, чтобы взглянуть на попугая максимально серьёзно —Это на пять минут, не переживай, малыш, я скоро вернусь.—       Птица выглядела расстроенной насколько возможно. Лишь кроткий звук согласия вылетел из клюва. —Тц. Это пернатое...— Смотря на клетку сверху вниз. Его не покидало странное чувство будто оно не от мира сего, но его видели остальные. —...Обычный дух. Тебе не стоит беспокоиться, мы сможем провести ритуал погребения позже.— Для Кучики подобное внимание со стороны юноши казалось прогрессией в сфере шинигами, может быть из него выйдет что-то более толковое, чем офицер одиннадцатого.       Минуты сменяли друг друга пока из дверей не показалось две знакомые фигуры. Забинтованный парень вышел довольным и болтал с Мидорией о чем-то. Забрав попугая он показал его Изуку. —Я рад что вы вернулись Киришима-сан— Тот лишь рассмеялся — Малыш, я ведь обещал что не брошу тебя, каким тогда мне быть мужчиной если не сдержу слов?— Рукия не знала что и думать, сколько этому парню рассказал дух? —О, понятно, птица с причудой повышенного интеллекта. Интересно насколько? — Мидория подсел к попугаю и достал тетрадь для записи. Задавая различные вопросы от понятий различных явлений и вещей, до математических уравнений. —Ты умный для своих двух лет, Сибата-кун, знаешь сложение и вычитание, цвета, дни, месяцы, годы, поговорки, словно ученик начальной школы.— Дух внутри был ребёнком? Кучики помнила со времен академии что подобное могут делать только старые души, либо освоившие контроль реацу... —Пошли уже, Рукия, Деку!!— Полностью раздраженный Бакуго решил уже уйти, раньше закончат балаган, быстрее смогут отыскать его и упокоить духа. —Хэй, Мидория, я тут подумал, все равно останусь в городе на какое-то время, давай обменяемся номерами, поставлю тебе удар.— Киришима принял классическую боксёрскую стойку и начал шуточно бить воздух. За съехавшим рукавом Кацуки заприметил отметину, словно огромная лапа недавно касалась косоглазого.       Однако планы переменило уже привычное чувство присутствия пустого, наскоро попрощавшись Рукия и Бакуго забежали за угол только для того чтобы чувство стихло, оставив их без представления что это было.       Время клонилось к ночи, Киришима не соврал, он будет в городе, со своими небольшими сбережениями он отказался от идеи снять кафе и в отдалении от частных районов заселился в заброшенных гаражах. Там, на сломанном верстаке помимо клетки лежало все то, до чего он смог дотянуться. Доказательства.       Киришима не был самым умным или эрудированным, мягко говоря он был на подтанцовке когда речь заходила про учёбу. Но он не смог бы себя простить оставив этого попугая... Нет, Юичи-куна без помощи. Эйджиро встретил его в момент когда птицу бросил очередной человек, сославшись на неудачи преследовавшие его.       Вероятно никто не верил попугаю когда он говорил, но Киришима увидел в его глазах честность и стал копать. Через интернет он смог выяснить что так звали ребёнка из убитой семьи в Мусутафу.       Убийца также был мёртв, однако он сам предположил что был у того был подельник, который с помощью своей причуды перенёс разум мальчика в птицу, вероятно это и стало причиной "естественной смерти" тела. Мало того, он пообещал "воскресить мать".       Неделю назад он узнал об этом. Теперь все изменилось, каждый раз он попадал в опасную ситуацию, может быть он ошибся и причуда подельника работала иначе?       Может быть был третий? Он не знал и ни в полицию, ни к героям пойти не мог, не без предметных доказательств, но каждый раз все было слишком быстро. —Киришима-сан, вам плохо?— Шибата был явно озабочен сложившейся ситуацией хотя и не мог полностью объяснить почему из-за своего детского восприятия. —Не переживай малыш, я крепче чем кажется.— Хотя Эйджиро и сказал это, но скорые перевязки показывали что это не так, множественные переломы, самостоятельно вправленные вывихи и потеря крови, весь этот урон накапливается.       Но был шанс, какой-то момент он начал видеть силуэты, сначала в виде нечеткой дымки, но из раза в раз они словно формировались, становились осязаймее...       Чтож, да, Киришима боялся, но не за себя, он понял что боится за людей которые попадут в сети этого ублюдка. Он боялся не успеть его убить раньше чем то умертвит его.       С этими мыслями он вернулся за работу над финальной битвой.       Частные районы размывались от скорости с которой бежал Киришима. Ему и не нужно было их видеть, он следовал согласно своему плану, когда завидел следы неудач пересекая район за районом, пока не остался на конце улицы, стыки задних заборов создавали небольшой колодец, идеальное место для встречи со своей судьбой, он поставил клетку позади себя.       Заместо неуверенной фигуры к нему приближался силуэт монструозного создания.       Существо проходило на летучую мышь с гротескной маской алебастрового цвета, полнолуние полностью осветило существо —Так-так-так, недельные догонялки и все ради этого? Я сильно разочарован...— Словно раздвоенный скрежет металла голос твари вырвался из пасти. —Что ты такое? Что ты сделало с Юичи? Почему?—       Киришима был зол, но ещё больше не понимал, он видел эту штуку однако будто-бы она не составляла часть этого мира, нечто настолько иное просто не могло ходить по свету, не было чувства присутствия. —Постой... Ты меня видишь? Ах-ха-ха-ха как прекрасно, ты просто себе не смеешь представить как я буду наслаждаться твоим муками...—       В то время чудище облизнулось своим языком со странным незаконченным кругом на конце. Киришима собрал последние силы для закалки. —То что ты большой не означает что ты выйдешь отсюда победителем. Я не знаю в чем твоя причуда, но теперь, когда я иммунный к твоей невидимости, ты огребешь по полной.—       Глаза монстра расширились в шоке —Так значит... Ты всю эту неделю бегал от меня... "Достигая иммунитета"... От. Моей. Причуды?!—       Под полуоткрытой маской показался второй рот, искаженный маниакальной улыбкой —Ты больший кретин чем я думал.—       Монстр прыгнул на него. Эйджиро увернулся чтобы с разворота ударить по спине закалённым кулаком. Едва поранив чудище на него напрыгнуло множество меньших тварей.       Монстр высунул язык, ударив им по земле и миньоны взорвались. Киришима полуизогнулся, но остался стоять, пусть потрепанный. —Знаешь. Когда я был жив моя причуда называлась "взрыв-камертон" мой язык мог резонировать конкретный предмет, разрывая его изнутри.—       Был жив? Эйджиро не понимал что несёт этот чудак, или почему это звучало так похоже. —Моим главным минусом был масштаб, я не мог взрывать что-то большее чем печень, теперь-же я могу выделять этих милах и взрывать их когда и сколько душе угодно...—       Это все наталкивало мыслями на убийцу семьи Юичи, но разве он не был мёртв? —Бинго! Парень, ты похоже не только кулаками махать можешь, я мёртв, как и тот пацан.—       Словно прочитав мысли ответил он. Собрав всю закалку в кулак Киришима рванул вперёд, ударив ему в зубы и ухватив язык, потянул вперёд. С ужасным ревом монстр взлетел и приземлился на вершине фонарного столба, часть лица оголилось из него выглядывало свиное рыло убийцы словно с фоторобота. —Так значит ты у нас восставший из ада или типа того? Где твоя коробка Лемаршана?—       Ситуация становилась все странее, но Эйджиро искал плюсы, и лишение противника его главного преимущества стало одним из них.       Жёлтый глаз чудовища оценивал состояние его игрушки. Плачевное. Это было весело, но ему надо кончать. Он решил сделать это красиво. Применив новоизученный навык - серо.       Киришима видел как пасть маски раскрывается чтобы посреди полости рта образовалась искра, и больше, и больше, и больше. Пока пучок не заменило шаром.       Он был как на ладони перед атакой. Закалки едва хватало на руку. Красный луч ударился о причуду, кожа начала трескаться.       В момент когда пелена и боль залили тело Киришимы, он оказался посреди разрушающегося острова объятого железным океаном, бушевал тайфун, вдали стояло очертание человека из граней, каждый шаг к нему оставлял неимоверную боль. Но он продолжил идти, коснувшись протянувшейся руки, почувствовал знакомое ощущение. —Вот какого это, погибать... Значит ты и есть моя причуда? Хе-х, неудобно вышло, ты прости что называл тебя блеклым—       Стоя посреди рушащегося мира Эйджиро не хотелось думать, словно что-то говорило ему отдохнуть, но у него оставался долг, —Быть может, в последний раз, пожалуйста?!? Я прошу тебя, дай мне сил защитить не себя, но кого-то от злой участи!!—       Он взглянул на безэмоционального собеседника только чтобы увидеть как он покрылся трещинами, одна за другой части фигуры лопались под жаром ярко-зелёного пламени, и уже он прислонил пальцы к его лицу в немом прощании.       Догорев, факел обратился зелёной лентой, обвязавший правую руку, тогда свет поглотил зрение Киришимы вновь.       Пустой знал исход, какими бы люди не были искусниками в контроле своих причуд им никогда не превзойти разницы духовных уровней силы, недвижимая стена, которую этот парень смог лишь слегка поцарапать и то по нелепой случайности.       В своих размышлениях о природе судьбы он не заметил как из дыма атаки поднялся столб света.       Но вместо изнывающего от мук боли полутрупа он увидел исцеленного парня, на месте где было каменистое покрытие лишь крошки от причуды прикрывали черную как смоль правую руку с красной полосой.       Сама его духовная сила возросла на несколько порядков и теперь он доминировал над ним. —Хорошо, если ты и впрямь мёртв, то не надо будет повторно хоронить.—       Теперь ситуация не на стороне пустого, ему надо бежать, плевать на попугая, плевать на этого урода. Отбежит подальше и накопит сил чтобы вернуться в Хуэко Мундо.       Но как только он перебрался на крышу с другой стороны показалось раздражённое лицо пшеничноволосого подростка шинигами, тут-же обножившего клинок. —Так вот ты где, ублюдок, шастаешь. Я за тобой целый день гонялся—       И казалось, что тот не обратил внимание на пустого, когда в зелёной вспышка за ними не появился старый знакомый. —Чувак, ты-то здесь чего забыл? В шикакуше, служишь в храме? да без выбритой головы? Как-то не по мужски...—       Киришима не стал упоминать меч, поскольку это самое очевидное. —Заткнись плосколицый, это я тут шинигами и какого хрена ты меня видишь?!?—       Теперь Кацуки понял какого это было Рукии когда её вот так заметили. —Эээ... Шинигами...— В голове Эйджиро было слишком много вопросов на сегодняшний день. —П-по-постойте! Пожалуйста!!—      Внезапно попугай решил заговорить —Заткнись, птиц, твой черёд далее.—       Бакуго не церемонился, он хотел как можно скорее разобраться с этой проблемой и пойти наконец на боковую. Киришима решил что пусть со странным парнем и неизвестными силами за спиной, но в обиду Юичи не даст. —Но как-же Мама...— На этот раз Кацуки рассвирепел, понимая куда это ведёт. —Урод, ты чего мальку наплел?!— Пустой только рассмеялся. —Что-же, это было весело, так уж и быть, расскажу. Все те три месяца пока я был мёртв, использовал его как приманку для особо глупых смертных, так и шинигами... Самым смешным было то, что заставил его поверить будто вскоре верну его маму к жизни.—       Пустой продолжал истерично-безумный смех под луной, пока попугай плакал. Оба смотрели на мерзость с одним единственным желанием - закопать ублюдка. —А самым смешным было затыкать его сопливый бубнежь словами по-типу, как-же твоя мамочка или она только и ждёт пока ты все сделаешь правильно. Было весело, но мне уже пора. Ад... —       Расправить крылья ему помешал пересекающий удар лезвия по шее, голова с телом отправились вниз.       Но заместо привычного для Бакуго растворения в воздухе, образовались огромные ворота из которых выглянул огромный череп и уволок рукой тело пустого. Оба стояли на крыше переваривая произошедшее.       Один недолгий разговор спустя попугай мрачно глядел на воина в чёрном. —Значит моя мама...— Птица навернула слезы. —Да, малец, мёртвых не вернуть, тебя жестоко попользовал тот ублюдок.—       Кацуки было и самому неудобно видеть слезы ребёнка, пусть и в теле пернатого, но помочь он никак не мог. —И теперь я должен отправиться в это общество душ? Потому-что я тоже... Потому-что я умер.— —Угу, иначе станешь как тот злой дядька, рано или поздно... —       Облокотившись на меч, он указал на место откуда появились врата.       Киришиме было тяжело, ребёнок должен был прожить хорошую жизнь, но из-за какого-то ублюдка теперь никогда не испытает вновь детских радостей. —Скажи, в этом обществе душ, там ведь все будет хорошо?—       Бакуго начал быстро перебирать в памяти все что Рукия рассказывала о том мире. —Ну, эээ... Ты будешь невесомым и... А, вот! Ты не испытаешь голода... Только если не обладаешь духовной силой...—       От усталости и активной мыслительной деятельности Кацуки начал массировать виски. —Короче ты не знаешь.— Киришиме осталось констатировать факт и расстроить Юичи. —Заткнись к хренам человек-камбала. Я знаю наверняка только то, что в обществе душ воплощаются все умершие и если хочешь отыскать свою маму, то все дороги ведут туда.—       Бакуго взглянул на попугая серьёзно, тот понял обратной дороги нет. —Это значит мне придётся уйти...— Эйджиро не мог смотреть на все это нормально и решил хоть как-то подбодрить друга. —Юичи-кун, Малыш, твоя мама вероятно тебя ждёт. Не грусти так. Может не здесь, но вы снова свидитесь— Сибата глядел на своего спасителя с благоговением. —Спасибо за все, Киришима-сан, я ее найду и расскажу про вас.—       Кацуки взялся за меч для проведения консо. —Если вы закончили лить сопли я закончу свою работу и пойду спать.—       Но Эйджиро прервал его, опустив клинок вниз. —Когда я умру, Юичи, пожалуйста, давай мы оттянемся по-мужски, а?— —Конечно Киришима-сан!!—       Вспышка света, мираж образа ребёнка. И все закончилось. Оба разошлись в разные стороны, один домой, другой с птицей на станцию, дожидаться следующий электрички.       Но в тени за ним наблюдала фигура в шляпе.